Часть 1

      — Ваше Величество, вот документы от министров, что Вы просили, — протянул документы старик, подходя ближе к рабочему столу.       В кабинете было прохладно, ветер игрался с тюлью, будто с языками пламени. За окном раннее утро, виднелись бескрайние поля и высокие острые горы вдалеке. Иной раз потоки воздуха добирались и до волос правителя, медленно утягивая прядь за прядью с плечей на спину. Длинные пепельные локоны выборочно падали и на поверхность стола, подставляясь под чернила пишущего пера. Рука замерла.       — Хорошо. Как продвигаются поиски? — поднял глаза на помощника.       Холодный серый цвет был почти того же тона, что и волосы. Густые седые ресницы и брови. Сам император был хорошо сложен, предпочитал свободные рубашки или костюм. Волосы часто собирал в хвост или оставлял свободными. Эзра Виннеэль Гудэна, ставший императором прямиком с поля боя в довольно молодом возрасте, около двадцати пяти. Каждый отзывался о нём, как о храбром и жестоком воине, но никогда как о хорошем правителе. Все понимали, сейчас смутные времена, и Солнце империи должен обладать некой жестокостью. Впрочем, «некой» — не о нём.       — Безрезультатно. Во всей стране так и не нашли девушки с вашего эскиза. Может, мы могли бы добиться больших успехов, узнав её имя… Позвольте по…       — Хватит, — резко. — Я займусь этим сам, — тяжело выдохнул.       — Н-но, Ваше Величество, никак нельзя, если Вы покинете столицу…       — Что, — расслабленно откинулся на спинку кресла, крутя в руках перо, — думаешь, Имес снова нападёт? Не сможет. Они потерпели сокрушительное поражение в прошлом году, им понадобится время на то, чтобы оправиться. Уверен, ближайшая пара лет будут мирными.       — Ваше Величество, при всём уважении, — неслабо занервничал помощник, — у Вас нет наследников, как и… генералов. Вдруг с Вами что-то случится? Любой мятеж вблизи столицы может оказаться катастрофическим.       — Я так не думаю, — быстро поднялся и схватил пиджак со спинки стула, — кто во всей империи посмеет напасть на мой дворец? — вскинул бровь. — Впрочем, я оставлю в столице Ямалу. По всем вопросам обращайтесь к ней, — миновал старика и подошёл к дверям, — ну а на крайний случай… тебе ведь известно, что я могу довольно быстро вернуться, — будто успокаивал и угрожал одновременно.       — В-верно, сэр, — сдался, не смея поворачиваться. — Тогда желаю Вам безопасного пути, — поклонился, пусть господина уже и не было в комнате.       Эзра на ходу натянул пиджак, собрал волосы в хвост. Все, с кем мужчина сталкивался в коридорах, кланялись, не говоря и слова, не поднимая головы. Вскоре обстановка начала меняться. Чёрные ковры сменялись красными, на прежде голых стенах стали мелькать различные картины. Вместо отрезвляющего запаха горелого масла, нежный запах цветов в вазах на каждом шагу определённо снимал всякую усталость. Вскоре показалась роскошная позолоченная дверь. Охрана, завидев императора, тут же поклонились. «Госпожа, пожаловал Его Величество», — послышалось задолго до его прибытия. Двери тут же открылись. Не задерживаясь и секунды, Эзра оказался в покоях.       Крайне светлое и уютное помещение. Кругом живые растения, ковры, шелка и драгоценности. Посреди покоев стояла девушка, лет двадцати на вид. Роскошное персиковое платье, драгоценности на руках, одеждах и волосах. От неё веяло маслами и духами. Девушка склонила голову, улыбаясь.       — Мой император, — добрый и мягкий голос.       — Софиса, — замер и осмотрелся. — Я покину дворец на какое-то время, — на секунду отвлёкся из-за стука дверей, теперь их никто не услышит.       — Куда ты? — тут же выпрямилась и расслабилась.       — Сам не знаю, — прошёл к письменному столу и стал рассматривать какую-то безделушку. — Я должен её отыскать.       — Так у них ничего не вышло? — не двинулась с места, даже глаз не перевела.       — Да. Эскиз, что оставила придворная ведьма, оказался бесполезным, — будто со злостью. Он отложил вещицу в сторону и поправил белые перчатки.       — Что же, полагаю, не стоило её изгонять, — надула губы и разочарованно вздохнула. — Думаю, она могла бы отправиться с тобой, — наконец, взглянула на мужчину.       — Она ничего не знала. Всё, что было ей известно — Авице существует. А портрет она будто бы получила от некогда жившего Раэля Виконсо, но как он был связан с Авице — никому неизвестно.       — Но раз твои псы не нашли её, почему ты так уверен, что она где-то в Гудэне? — наблюдала.       — В других странах я прошёл много миль со своей армией, на этой войне любая крыса была моими ушами и глазами. Если бы мне доложили о существовании настолько сильной ведьмы, я бы давно её нашёл. До Гудэны мы добрались куда позже и сразу заняли столицу, — усмехнулся.       Воспоминания о столь кровавой войне и глупом прошлом императоре определённо грели ему сердце.       — Гудэна — единственное место, где ты не искал? Как иронично, — хихикнула.       — Никто не может попасть в Северный лес, я до последнего надеялся, что её найдут где-то ещё. К тому же, я не называл её имени, — повернулся к девушке.       — Почему же? — искренне удивилась.       — Все знают Авице как детскую страшилку. Слухи бы быстро разошлись, и народ стал бы думать: «Правитель Эзра свихнулся, раз ищет Авице». А те, кто знают о том, что она — не миф, тут же решат: «Правитель Эзра слаб. Ищет могущественную ведьму, видимо, он уже не верит в свои силы».       — Так тебя беспокоит болтовня людей? — рассмеялась. — Это весьма… мило, — растянулась в улыбке, на щеках выступил лёгкий румянец.       — Как бы то ни было, это создаст ненужные волнения. И помешает моим поискам, — вздохнул. Выждав пару секунд, подошёл впритык, не сводя глаз с её янтарных и на секунды. — Так что присмотри тут за всем, — протянул руку и осторожно убрал локон золотых волос за ухо, — императрица, — ухмыльнулся.       — Сочту за честь, — улыбнулась и обняла его. — Но удачи не пожелаю, — добавила, как отстранилась.       — Ты единственная… кому я могу доверять со времён войны.       — Ты дал мне то, о чём я мечтала — титул. Мне больше нечего желать, я сделаю всё, что в моих силах.       Эзра улыбнулся.

***

Тысячу лет назад.       На самом краю материка, прямо у берегов холодного океана, на высоком утёсе, запрятавшись среди снежных вершин стоял небольшой замок. Его высокие башни можно было бы легко спутать с очередной скалой, а тропа к нему давно укрыта льдом и бесконечными лавинами. Однако, внутри было достаточно тепло. Отдалённо слышался грохот волн об острые камни, треск пламени в каминах, стук чей-то обуви. Казалось, будто в замке нет ни единой живой души.       Вскоре на роскошной лестнице, покрытой красным ковром, появилось чудище. Огромное, неуклюжее. Его бело-коричневая шерсть явно давала преимущество перед воинами среди снега и мёртвых деревьев. Оно было похоже на большого медведя, только перемещался на задних ногах, волоча за собой длинные и крупные лапы. Из пасти виднелись громадные клыки, а на них — множество пятен и царапин. Чудище медленно переступало со ступени на ступень, крехтя и скрежеща о мрамор длинными когтями. Совсем скоро оно скрылось во тьме второго этажа.       Замок изнутри всё же был немного странным. На входе всё казалось вполне обычным, но подняв голову на бездонный потолок, можно подумать, будто взгляд устремился прямиком в звёздное небо. В этой тьме, поглотившей верхние этажи, виднелись звёзды и туманности. Иной раз пролетали кометы. Но чем выше поднималось чудище по вечной лестнице, тем чётче ощущалось, что это звёздное небо — иллюзия. Ведь скрежет, пусть и отдалённо, но доходит до ушей, а факел, что оно держало зубами, пусть и тускнел, но закономерно перемещался по пространству.       Вскоре раздался скрип дверей. Монстр прошёл внутрь и оказался в довольно большой комнате. Она была достаточно тёмной. Везде пусть и белый мрамор, но ковры, шторы и простыни тёмно-синие, почти чёрные. Сквозь всю комнату метался ледяной ветер, оказавшись в ловушке тяжёлых стен с террасы, куда открыты двери. На белоснежном балконе, на фоне бескрайнего серого океана и столь же бесцветного неба стояла чёрная стройная фигура. Даже услышав шум, она не шелохнулась.       — Г-госпожа, — прорычало чудище, оказавшись ближе. — Бёрг убрал деревья, — хлюпнул слюной.       — Вот как, — медленно обернулась. — Можешь быть свободен, — повела рукой.       Девушка была довольно высокого роста, обладала точёной фигурой. До самой поясницы спускались чёрные волнистые волосы. Она носила обтягивающее тёмно-синее платье в пол, с длинными рукавами, а на плечах чёрную накидку длиной чуть выше бёдер. Только накидка казалась странной, как и зал замка. Пусть и была чёрной, но словно само звёздное небо. Отблёскивала, даже казалось, будто пару комет пролетели к правому бедру. Белоснежная кожа с чёткими и острыми чертами лица, густые угольные брови и голубые, словно лёд, глаза. Идеальная осанка будто бы выдавала в ней знатную леди. Серьги с движением даже не шевельнулись, словно заморожены во времени.       По её жесту со стола в комнате тут же слетели тарелка фруктов, жареный поросёнок и всякая выпечка. Чудище стало неуклюже пытаться собрать еду, а после гораздо быстрее, чем прежде, скрылось.       Простояв ещё мгновение, девушка обернулась обратно к океану. Слабо прищурилась. На ресницу опустилась крупная снежинка, что заставило её еле заметно вздрогнуть. Хозяйка замка осторожно коснулась перчаткой ресниц, опустила руку и рассмотрела небольшой кристалл. Прикрыла глаза, крупица тут же растаяла, а в пространстве эхом раздались крики моряков. Однако, в море не было ни одного корабля. Язык ей был неизвестен, и как только девушка это поняла, опустила ладонь и вздохнула. Направилась внутрь, двери на террасу закрылись сами по себе, стоило переступить порог.       Оказавшись внутри, хозяйка глянула на портрет, висящий прямо над письменным столом. На нём был изображён молодой парень, лет двадцати семи. Его яркие карие глаза, будто живые, смотрели прямо в душу. Густые и взъерошенные русые волосы, простая одежда. Его лик казался умиротворённым и радостным. В пространстве снова раздалось эхо.

«Авице.»

      Но реакции не последовало. Ведьма лишь отвела глаза и продолжила свой путь. На лице не проскользнуло и единой эмоции, а глаза будто наполнены океанским спокойствием. Двери снова отворились сами по себе, пропуская хозяйку в коридор. Выйдя к залу, она замерла, будто услышав нечто странное. «Гости?» — пронеслось в голове. Девушка лишь продолжила путь, вскоре оказавшись снаружи, у обрушившегося моста. Руки расслабленно тянулись вниз вдоль тела, волосы подыгрывали порывам метели. Взгляд Авице устремился вдаль, за руины, на другой конец скалы. На лице тут же появилась соответствующая реакция. Удивление.       Заметив замок, небольшой отряд рыцарей, человек десять, тут же остановились. Послышались крики на незнакомом языке. Одно слово хозяйка замка всё же смогла разобрать: «Помогите». Не то чтобы ведьма отказывала в визитах, обычно никто её и не посещал. Так продолжалось уже очень долгое время. Кто знает, сколько королей успело смениться, сколько войн ранили земли. Авице наблюдала лишь за небом и океаном, за чем-то столь же вечным, сколько и она сама.       Солдаты уверенно бросились вперёд, хотя парочка из них ушли в обратном направлении. Оказавшись на краю одной из половин моста, со стороны гор, один из них вышел вперёд. Начал что-то кричать в её сторону, но ведьма и не шелохнулась. Спустя некоторое время прямо к её ногам прилетело копьё, к которому была привязана верёвка. Однако, тот, что бросил его, попробовал вытянуть обратно, и оно тут же поддалось, улетев вниз. Ведьма, пусть и не понимала, зачем они здесь, чего хотят и какие у них намерения, всё же махнула рукой. С её половины моста резко стал тянуться лёд, будто живой, образовывая недостающую часть. Солдаты замерли, но ненадолго, вскоре поторопившись к замку.       Чем скорее они приближались, тем чётче и усиленней девушка их разглядывала. У всех перемёрзшая кожа, иногда уже отходящая от тела, иссушенные губы, заледеневшие бороды. Худые, доспехи местами пробитые. Ни одной лошади, телеги или мешка с продовольствием. Оказавшись подле хозяйки, они резко упали на землю, хватаясь за подол платья. Захлёбывались слезами и соплями, что-то без конца тараторили. Однако, Авице и без языка поняла, что они ищут тепла и пропитания. Она не была святой, но и злодейкой тоже, оставлять с десяток человек умирать подле своего замка она не собиралась.       Девушка медленно подняла руки, отчего огромные двери замка медленно и со скрежетом распахнулись. Бедолаги тут же ринулись внутрь, совсем позабыв о всякой благодарности. Только последний из них ступил на землю с ледяного моста, тот тут же обрушился. Как по волшебству, в зале появился стол с едой и напитками, горячей и свежей выпечкой. Мужчины тут же бросились на него, уплетая всё, что видели, не решаясь присесть и на миг. Ведьма зашла следом, внимательно рассматривая их.       Последний раз, когда она встречала людей, такого государства, как на их броне — не было. Такого языка, на котором они говорят — тоже. Авице осознала, что прошло, вероятно, уже очень много столетий, если не целое тысячелетие.       — Вы знаете… Раэля Виконсо? — спросила ведьма.       Зная, что её язык они вряд ли поймут, она положилась на всю магическую суть этого вопроса. Как собака считывает интонацию и то, чего от неё хотят, хотя ответить не способна. Она верила, что хоть буквально её речь эти мужчины не распознают, но всем сердцем поймут, чего она хочет. Ответ бы она разгадала по реакции. Однако… похоже, солдаты были в ужасе. Эхо, что раздалось в их головах от величия древней магии, породило в сердцах страх. Непонятно почему, но они стали куда спокойнее, даже уселись на свои места. Стало куда тише. И ей всё было очевидно. Такое имя им точно не знакомо.       Авице ещё раз окинула гостей взглядом, после чего молча пошла к лестнице. На стене, где она раздваивалась, показалась картина. На ней были изображены какие-то дворяне. А точнее, прошлая семья девушки. Муж — Раэль, она сама, в возрасте двадцати лет, и маленькая дочь. Пусть на портрете у Авице та же внешность, что и сейчас, однако совершенно иной стиль, подача и общий вид.       Раньше она собирала волосы в высокие дворянские причёски, любила украшения и летние платья. Часто улыбалась, любила танцевать и петь. Теперь же, Авице не носила цвета, разве что, тёмно-синий. Единственное украшение — серьги, оставленные бабушкой в подарок. Она уже много лет не улыбалась, ещё больше — не танцевала. А вот петь любила и по сей день, правда, вместо романсов и баллад — старинные песни сирен. Пару раз ей даже удалось слышать их в своих водах.       А вот лицо дочери будто было подстёрто. Не различить черт. Виднелись только мамины чёрные волосы, а также белое платьице. Авице миновала портрет, не обратив и грамма внимания. Девушка держала путь в бальный зал. Ей нравилось проводить там время, за чтением или прослушиванием музыки. Посреди огромного помещения стоял белоснежный рояль. С одного взмаха руки клавиши стали сами играть различные произведения. Спустя время, девушка подошла к высокому окну и потёрла руки, будто замёрзнув. Уставилась вдаль на горы, в частности, на тропинку, откуда появились солдаты.       За спиной Авице вскоре появился парень, он был молод, лет шестнадцать. В руках дорогой чёрный мех. Он мило улыбнулся и набросил его на плечи хозяйки. Веснушчатый блондин, ореховые глаза так и источали доброжелательность. Так казалось, пока парень, поклонившись, не обернулся. Сзади светлая шевелюра была окрашена в тёмно-алый цвет, словно он разбил голову. Так и было. Ведьма подобрала его несколько лет назад, мальчишка от голода и холода прыгнул с утёса, как только вышел из сосновой рощи, где заблудился. Слуга не мог говорить, только лишь улыбаться и исполнять волю хозяйки.       Укутавшись поглубже, Авице услышала грохот посуды, а также крики мужчин. Нахмурившись, вышла из зала, глянув с балкона вниз на гостей. Они определённо уже отъелись и отогрелись, насколько это возможно в каменном замке в снегах. Ведьма обратила внимание, что несколько бочек с вином уже опустошены, а потому, они совсем не следили за своим поведением. Хозяйка замка нахмурилась ещё больше. Стала медленно спускаться к ним. Завидев Авице, они стали шуметь ещё сильнее, только теперь смеясь и улыбаясь. Видимо, еда пришлась им по нраву. Впрочем, продолжали бить посуду и разбрасываться чем попало, трогать окружающие старинные декорации и громить, что только попадётся.       Главный из них стал задавать девушке вопросы, но уже скоро понял, что она не понимает их речь. Подошёл ближе, продолжая что-то спрашивать. Обходил вокруг, рассматривал и улыбался. Авице дрогнула.       Девушка почувствовала резкую боль в руке, а затем в другой, после чего почему-то не удержалась на ногах и упала. Всё произошло так быстро, что ведьма не поняла, что случилось. Уже лёжа на холодном полу, она кое-как подняла голову и застыла в ужасе. Обе её руки были сломаны, а коленные связки разорваны вместе с платьем его мечом. Давно ведьма не чувствовала боли, она словно глухим стуком медленно появлялась. Ресницы дрогнули. Она собиралась закричать, но стоило открыть рот, тот же рыцарь больно ударил по челюсти. Девушка не могла понять, что происходит. Она дала им тепло, дала еды. Что же сейчас происходит. Он сел к ней на корточки и потянулся к шее.       Однако долго терпеть она не собиралась, всё произошло за считанные секунды. Авице закричала. Её голос был настолько высоким и проницательным, будто алмазная стрела, разящая прямиком голову. Солдаты тут же стали визжать от боли, уши многих закровоточили. Однако, это действие было не для них. Из тьмы и углов замка стали появляться чудища. Некоторые такие же, что и с утра, но, в целом, целая армия монстров. На перилах лестниц скалились горгульи, из-за мебели из тени появлялись огромные саблезубы, у лестниц сплелись сотни змей. Пока монстры стали нападать на гостей, с верхних этажей спустился тот же паренёк. Он подошёл к хозяйке и осторожно поднял на руки, унося наверх. Позади только и слышались крики мужчин, хруст костей, всхлипы и мольбы о пощаде.       Слуга мягко уложил ведьму на постель в её покоях, тут же выпрямившись. Руки уже начали срастаться, как и связки, нужно было лишь немного отдохнуть.       — Почему? — прошептала, смотря на слугу, но тот лишь по-прежнему улыбался. — Если вдруг в Северном лесу и рядом, до самого перевала, появится хоть один человек… попробуйте прогнать. А если не уйдёт — убейте, — прищурилась.       Парень поклонился и поспешил уйти. Авице же снова бросила взгляд на портрет Раэля. Послышался ещё один хруст, последний. Девушка медленно села и потёрла руки, где совсем недавно красовались переломы. Колени тоже были в порядке. Внизу уже всё затихло. Ведьма вздохнула и прошла к балкону.       — За столько лет я встречала лишь трёх путников, помимо этих. И с каждым разом они всё наглее, — шикнула. — Более… — взмахнула рукой, — не будет ни единого корабля в этой гавани, — очертила горизонт, — ни одной птицы в этих облаках, — очертила небо, — и ни души в этих горах, — расставила руки и сделала оборот. — Пройдёт лишь мёртвый, ведь мёртвый не алчен, страдалец, ведь он скромен, тот, чья душа искренна в своей боли, — шептала, пока крутилась. — Так и будет, — замерла и глянула на горизонт.       На секунду была заметна вспышка по всей линии, но тут же исчезла. Покрытие такой огромной территории таким расходующим заклинанием предполагало, что ведьма ослабнет самостоятельно. Но бояться нечего, ведь ни одна душа на всей земле не способна быть менее алчной, чем мертвец, скромнее страдальца и не бывает её искренно тлеющей.

***

      — Но как же ты попадёшь в Северный лес? — спросила напоследок Софиса, заметив, что муж уходит. — За всю историю человечества те земли отторгают любого иноземца, — задумалась.       — Не беспокойся, моя императрица, — кинул странный взгляд на девушку. — Должно быть, я буду единственный, кому это удастся, — улыбнулся и скрылся за дверьми.