Часть 2

"Давным-давно, когда империя ещё была двадцатью семью отдельными государствами, со своими королями и законами, в герцогских владениях одного из королевств родилась безумно талантливая к магии девочка. Её прозвали Авице..."       Империя Гудэна, на данный момент, не была самой большой на материке, потому, мужчина надеялся, что пары лет на поиски ему точно хватит. Пусть новоиспечённый император не был из тех людей, кто сильно полагался на удачу, скорее на себя самого, но потратить на поиски ведьмы ещё больше времени он себе позволить не мог. Точнее, - его гордость.       Уже почти год он скитался по собственной стране. Он до последнего не хотел идти в Северный лес, прекрасно зная, что не сможет пройти барьер, а если и пройдёт, его сил не хватит на поиски. Слишком большие дистанции для его ситуации. Эзра питался той же едой, что и простолюдины, спал на траве или в пещерах. Страна ещё не полностью восстановилась после войны, многие регионы до сих пор не были восстановлены. Всё ещё много голодающих. В некоторых городах его узнавали, однако не отдавали никаких почестей. Верно, ведь он — самый большой страх любого поселения со времён войны. Земли были покрыты трупами и слухами о том, что если встать на пути у Эзры, Бессмертного короля Дня и Ночи, он убьёт любого, а от деревни останутся лишь угли. Многие были уверены — он сумасшедший.       В начале восстания и своего пути у правителя было множество генералов — верных друзей, соратников. Они небольшой армией простолюдин и нелюдей одерживали победы в сражениях над имперскими магами, хотя враги всегда отплачивали в двойном размере. Но все знали, пока Эзра во главе — Гудэна падёт под власть простых людей и равенства. Однако… будущее оказалось несколько другим.       Спустя ещё месяц Эзра оказался у того самого перевала, за который никому и никогда не удавалось войти. За утёсами, где начинается океан, заканчивается Гудэна, и это последнее место, где могла бы быть мифическая ведьма. Пусть метель не щадила его лица, морозный ветер без конца пытался убедить его вернуться, мужчина оставался непреклонен. Вороной конь перебирал ногами, никак не мог стоять на месте.       Осмотревшись, император дал команду идти вперёд. Уже скоро должен быть барьер. Проблема, однако, была не только в нём. Вокруг этих территорий нет ни единой реки, ни метра плодородных земель. Вплоть до этих гор, на сотни километров — сплошная тундра. Люди тут не жили, а много припасов Эзра с собой носить не мог. Правитель сам себе давал лишь неделю на то, чтобы пройти тундру и сломить барьер. Иначе — ему придётся возвращаться без всяких сил, что слишком рискованно, даже для ему подобного воина.       Пусть правитель и сомневался в том, что у него получится, но всё оказалось куда проще. Он даже допустил мысль, что никакого заклинания тут и вовсе нет — просто байки и легенды бардов. Это было разумно, ведь в такие горы по собственному желанию никто не сунется. Дураку понятно, что и без всяких ведьм там легко умереть, сорвавшись с какой-нибудь скалы. Даже учитывая, что Эзра не столкнулся с защитой, путь предстоял долгий, неудобный и опасный. Впрочем, его это почти никак не пугало. Лишь навевало воспоминания о недавней войне. Глубоко в душе он был рад, ведь обезвоживание и голод давали о себе знать.       Однако, только император преодолел перевал, на его пути встало чудище. Огромное, мохнатое, с острыми зубами. Оно не выглядело слишком враждебно, но вряд ли собиралось пропустить. Только Эзра схватился за ручку своего меча, монстр бросился в атаку. Сначала один, а после появились и остальные ему подобные. Стоило владыке спешиться, лошадь тут же ускакала в обратном направлении. Император пытался защититься, отбивая почти каждый удар. До какой-то минуты у него хорошо получалось.       Ветер утих, в полной тишине лишь медленно падал снег. Иной раз слышался лязг металла о когти монстра, его жуткое рычание, скрип доспехов. Вдруг, со спины напал саблезуб. Мужчина еле успел отскочить в сторону. Чудище завопило от боли, меч Эзры остался меж его рёбер. Мужчина тяжело дышал. Резинка слетела с волос, локоны мокли от горячего дыхания и тут же замерзали на холоде. Некоторые пряди были окрашены в кровь, как и доспехи. Правитель пошатнулся. Но отчаяние брало своё — ему нет смысла возвращаться без ведьмы. А саблезуб подступал всё ближе.       — Хватит, — раздался строгий женский голос.       Эзра тут же обернулся и замер. Его осанка была не лучше, чем у чудища, полусогнутый, держащийся за своё брюхо. Видимо, один из когтей всё же задел мужчину. Тяжёлое дыхание заглушало громкое сердцебиение, он хрипел. Однако, чётко видел её прямо перед собой. Ещё лучше, чем на портрете. Среди белоснежных вершин — она себе не изменяла и носила чёрное. Её голубые глаза осматривали гостя сверху вниз, руки спрятаны в перчатках и сложены у низа живота. Чудище, пусть и было ранено, стало к ней ластиться, что удивило императора.       — Ты… — прохрипел. — Авице, — прошептал, пытаясь устоять на ногах.       Снег под его ногами пропитывался горячей кровью. Одна нога всё же подкосилась, и Эзра упал на колени. Тогда, Авице, наконец, сделала шаг. Она спокойно подошла к незнакомцу, смотря сверху вниз. Её мысли спутались догадками о том, как же он преодолел барьер. Нет, определённо, ведьма знала, что по заклинанию его можно пройти. Однако с момента его наложения — никому это так и не удалось. Потому что чистой души не существует, а мёртвые уже не ходят. По крайней мере, снаружи барьера. Это натолкнуло ведьму на новую мысль.       Она медленно протянула руку и лишь указательным пальцем приподняла его лицо за подбородок к себе. Заглянула поглубже в глаза, словно старалась разглядеть его душу. Если бы кто-то на всех континентах, во всех странах и городах услышал о том, что Эзра послушно стоит на коленях — никогда бы не поверил. Однако, встать он и не мог. Правитель чувствовал, что слишком поздно отыскал ведьму.       — Уже поздно, — усмехнулся, ему оставалось лишь смеяться.       — Ещё нет, — сохраняла ледяной тон.       — Моя душа… почти исчезла, — прохрипел, хотя это было больше похоже на скулёж израненного животного.       — Так ты и преодолел мою защиту. Живой мертвец, — прищурилась. — Я знаю, зачем ты здесь. Я помогу. Однако… ты будешь должен мне три желания, — чуть наклонилась.       — Заключать сделку с ведьмой, — гадко усмехнулся, — я похож на идиота? — вскинул бровь.       — Тогда… дорога тебе в небытие, — резко одёрнула руку.       Из-за этого Эзра тут же потерял опору и упал в снег. Начал беспрерывно кашлять. Тем временем Авице подошла к чудищу и поманила рукой, рана стала затягиваться.       — С-стой, — еле слышно прошептал.       Однако, она проигнорировала или не услышала. Он кое-как поднял голову чуть выше, пытаясь открыть глаза сквозь снег и пот. Уже абсолютно здоровое чудище осторожно подняло девушку на руки и усадило себе на плечо.       — Стой! — из последних сил выкрикнул Эзра.       Чистый и громкий голос эхом отозвался в горах. Авице обернулась. Что-то шепнула, и монстр вернул её на землю. Ведьма снова подошла к мужчине.       — Я выполню… любые три желания, — поднял глаза.       Могло показаться, что он в отчаянии, поступившийся гордостью жалкий владыка, мечтающий о спасении жалкой душонки. Но… Авице увидела, что это не так. В бледных глазах виднелся гнев, настоящее пламя. Он использовал всё, что мог, и он хочет больше. Алчный, разбалованный, амбициозный. Не будь его душа на большую её часть в забвении, Эзра был бы последним человеком на земле, кто смог бы пройти через барьер. И… он очень хорошо это знал. Будто нарочно шёл сюда в последнюю очередь, чтобы оказаться на грани.       — Если ты не сдержишь своё слово, — казалось, стала ещё строже, — твоя душа сама рассыпется на звёзды. Ты не будешь помнить ни одну из своих жизней, ну а на земле… и без моей помощи, тебя забудут, — будто презирала. — Взамен, я дам тебе успокоение. Я не буду просить тебя стать хорошим человеком, наоборот, — протянула руку и снова за подбородок приподняла его лицо, только в этот раз он стал подниматься с земли, будто этим еле осязаемым касанием она могла поднять огромного мужчину, — мне нужен такой мерзавец, как ты, — осмотрела его лицо.       — Так слухи не врали, — стал чуть серьёзнее. — Ты ведьма, гуляющая по людским кошмарам, дарующая больным — страх смерти, воину — безнадежность и бедному — голод, — не спускал глаз, продолжая подниматься, он уже даже оказался выше её. — Ведьма Душ.       Однако, его слова её будто бы и вовсе не зацепили. Девушка что-то шепнула, и чудище, всё время стоявшее позади неё, вдруг протянуло лапы и сжало в них Эзру. Пусть это было до ужаса больно, мужчина почувствовал лишь две вещи. Как на секунду замерло сердце, будто кто-то сжал его в кулак и тут же отпустил, а также невероятную усталость, головокружение и тошноту, как от сотрясения.       Авице уже снова сидела на плече у чудища, изредка бросая взгляды на гостя. Язык человечества постоянно менялся, и она отметила, что даже выучив большинство из них, она никак не успевала за его развитием. Она поняла большую часть того, что сказал ей этот воин, но произношение и прочие мелочи уже казались другими. Авице осознавала, что живя столько взаперти другого ожидать не приходится, но… она была слишком наивна в прошлом. Выросшая в семье аристократов в качестве единственной дочери, её баловали и любили. Она никогда не знала человеческой злобы и ненависти. Этому научили уже гости, случайно оказавшиеся у подножия её замка, некогда герцогства Иварда.       С последних гостей прошло уже очень много лет, так много, что Авице и позабыла о них. Однако, хорошо помнила обиду и ужас, что сподвигли её к обучению и некоторому холоду. Всё свободное время девушка уже посвящала также книгам, легендам, культуре, истории и прочему. Хотя, достать она их могла только лично покинув владения или отправив кого-то. Как правило, Авице посылала мальчишку-дворецкого, заведомо выдав ему плащ. Контролировать нежить на таком расстоянии было крайне сложно, поэтому в такие дни барьер и правда ослабевал. Однако, пусть ведьма и считала, что довольно часто просила принести ей материалы с города, на деле, она больше не могла чувствовать время. То, что ей казалось парой лет — на самом деле, было парой столетий.       Вскоре они оказались в замке. Гостевые комнаты тут имелись, но никогда не использовались. И всё же, Эзра оказался в одной из них. В гранитной комнате. Всё было в тёмно-серых тонах, ледяных витражах и с тёмными коврами. Причина выбора именно такой комнаты — вовсе не в цвете или предпочтениях, это лишь самая удалённая от её личных покоев. Девушка всё ещё презирала людей, а этот воин даже не скрывал своей гнилой души, а точнее, того, что от неё осталось.       Как только монстр уложил Эзру на постель, Авице встала по правую сторону и подняла над ним руки. Стала что-то шептать. Лицо, на котором застыла гримаса ужаса и боли, вдруг обретало такой умиротворённый вид. На самом деле, магия душ была особенно сложной. И именно поэтому Авице расплачивалась одиночеством. Впрочем, то — дела минувших лет. Но именно они не давали ей покоя, подтолкнув к помощи ненавистному всем королю.       Неизвестно, сколько раз солнце зашло за горизонт, сколько сезонов сменилось в странах, но спустя какое-то время всё получилось. Эзра снова открыл глаза, увидев перед собой лишь окно, за которым бескрайний бесцветный океан и такое же небо.