Часть 3

«Слухи о могущественной волшебнице быстро распространились по всем континентам, малышке пророчили великое будущее. С самого дебюта ей в партию предлагали самых знатных господ материка, но её выбор пал на молодого графа…»       Мужчина слегка приподнялся на локтях и осмотрелся. Странная комната. Впрочем, он хорошо помнил, как здесь оказался. Только Эзра собирался опустить ноги на холодный пол, как послышался рык. Из-за края кровати вышел белый саблезуб, явно готовый напасть в любую секунду. Правитель молниеносно потянулся за мечом, но его не оказалось. На лице проскользнул оскал.       — Пошёл прочь, — прошипел, сжимая исхудавшими пальцами шёлковую простынь. — Где твоя хозяйка? — прожигал глазами огромную кошку.       Однако, животное не сдавалось. Приказ прост — не позволять гостю покидать постели. Совсем скоро Эзра понял это и вернулся в кровать, тяжело вздохнув. Пусть они выглядел озлобленным, он решил пока быть смиренным.       Сам он этого не знал, но со стороны было заметно, насколько грубее стали его черты лица, насколько иссушилось тело. Доспехов не было, лишь коричневая рубаха и свободные тёмные штаны.       Комната выглядела роскошной и такой неуютной одновременно. Невероятно холодно, просторно и темно. Лишь пара ковров у постели, чёрное кресло у камина, где давно уже потухло пламя. Повисла тревожная тишина.       Эзра прислушался. Океан прямо за окном, но ничего не слышно. Ни птиц, ни прибоя, даже дыхание этого огромного кота — всё будто бы приглушено. Мужчина нахмурился. Вдруг, отдалённо послышался детский смех. На его глазах, прямо из стены за камином, выпрыгнул мальчишка, а за ним ещё один. Очевидно, близнецы. Они были полупрозрачными и светлыми. Русые пушистые волосы, одеты как обычные мальчишки — рубахи, жилетки, да шорты. Они босиком бегали по комнате секунд десять, после чего скрылись в другой стене, а вместе с ними утих и смех. Владыка не мог осознать произошедшего. Саблезуб никак на них не отреагировал.       Эта тишина становилась настолько невыносимой, что собственное сердцебиение казалось странным и неправильным. Дыхание само замедлялось, отчего спустя время в глазах начало темнеть. Хотелось вдохнуть полной грудью, но это казалось слишком шумным. Эзра стал думать, будто сошёл с ума. Вскоре голод дал о себе знать. Урчание живота ощущалось как гром посреди ясного и тихого дня. Он не заметил даже, сколько дней пролежал в постели почти неподвижно, стараясь как можно тише дышать. Всё это время его не отпускала тревога, будто сама смерть за ним присматривает. Впрочем, Эрза никогда её не боялся.       В какой-то момент, он более не мог этого выносить. Он резко поднялся с постели, чем привлёк внимание животного. Тот снова начал скалиться и рычать. Однако, император его проигнорировал и подошёл к окну. Кошка подкрадывалась всё ближе, словно следя за добычей. Эзра резко повернулся и опустился на корточки. Его глаза источали жутчайшую жажду крови, на лице растянулась угрожающая гримаса, сама его аура в целом будто стала алой, а волосы самую малость подлетели.       — Убью, — прошипел, не сводя глаз с животного.       И… оно отступило. Саблезуб медленно попятился, после чего лёг у камина, словно спит. Эзра выпрямился, довольно шустро успокоившись. Снова повернулся к окну, осматривая всё, что видел. Собственно… ничего. Лишь край утёса и бескрайнее море. Холодный воздух раздувал его волосы в разные стороны, обнажая сухую шею и плечи. Мужчина прищурился. К самому краю шла фигура.       Пусть местные горы никогда не спускали снежного покрывала, утес был довольно зелёным. Зимняя трава была чуть более холодного оттенка, чем обычная, но зато славилась стойкостью. А вот деревья там явно уже давно умерли, не в состоянии даже сгнить, как им положено.       Знакомая ведьма подходила всё ближе к краю. Вскоре, оказавшись в конце, она расставила руки. Через долю секунды льдины в океане дрогнули, из глубин поднялся белый кит. Он провыл свою песню, почти сразу скрывшись в водах. Эзра не спускал глаз с происходящего. После, из чащи мёртвых деревьев появился ещё один человек. Мальчик лет шестнадцати. Он тащил за собой тело. Эзра узнал доспехи на трупе — на них был герб графства Елле, их земли были самыми приближёнными к Северному лесу. Быть не может, что он забрёл сюда случайно. Владыка задумался, продолжая наблюдать.       Когда парень оказался около ведьмы, ненадолго замер. Она что-то ему сказала, после чего снова вскинула руки. В воде снова показался белоснежный кит, и когда он был наиболее близок к поверхности, слуга взял труп покрепче в обе руки, после чего швырнул. Его сила оказалась поразительной, мёртвое тело полетело метров на триста вперёд. Только оно плюхнулось в воду, пара конечностей отлетели. Они остались на поверхности на какое-то время, когда кит захватил основное туловище и утащил вглубь. Странное зрелище. Эзра оступился.       В этот момент, будто почувствовав, Авице резко обернулась, глядя прямо в его окно. Мужчина насторожился, но глаз не отвёл.       — Какое утешение, что ты очнулся, — послышалось за спиной.       Эзра резко обернулся. Только что она была в километре, а теперь стояла, поглаживая саблезуба подле себя по макушке. Хотя подобное перемещение правителя не удивляло, он и сам был способен на кое-какие фокусы.       — Я уже думала… ты умрёшь, — была невероятно спокойна.       — Что это было? — указал за спину, подразумевая кита.       — Редко к нам заходят гости. Но вот трупы заносит часто. То животное утащит, то кто-то решит избавиться от неприятеля, скинув тело с перевала. Не люблю гниль на своих землях, — прищурилась. — Холодное море — место, где небо соединяется с океаном. Где мир душ… соединяется с миром живых, — махнула рукой, чем вызвала новое пламя в камине. — Присядь.       Эзра молча опустился на край кровати, не спуская глаз. Авице подошла почти впритык, снова заглядывая в глаза так глубоко, насколько это возможно.       — Ты знаешь, в чём причина твоей беды? — сделала пару шагов назад. — Почему твоя душа так сильно прогнила? — играючи развернула кресло и так элегантно заняла его.       Саблезуб тут же свернулся в клубок у её ног, как котёнок.       — У тебя странная речь, — покосился. — Ты звучишь как звучал бы мой прапрадед, — опустил глаза на собственные руки. Ответа он не дождался, так что продолжил. — Видимо, это результат сражений с магами. Никто в моей армии не перенёс столько магических атак, сколько я. Со временем я стал нарочно принимать их на себя, так как знал, к чему это ведёт.       — Ну, это неправда, — совершенно невозмутимо, даже немного скучающе.       Это привлекло внимание императора. Мужчина уставился на ведьму. Он и правда верил, что причина его болезни в той долгой войне.       — Разве это не забавно? Перерождение — важная часть нашего мира, но люди не нашли ни единого ответа на свои вопросы и приняли всё, как есть. Кем ты был в прошлой жизни?       Лицо владыки стало ещё мрачнее. Он не мог отвести глаз от ведьмы, но и сказать ничего не мог. Точнее, не хотел.       — Ты нарушил закон.       — Это правда… — перебил, — что ты ни разу не теряла тело? — был настолько сконцентрирован, что если бы кто-то напал со спины — ни за что бы не застал врасплох.       — Как знать, — сохраняла спокойствие. — Ты обещал мне три желания, — поднялась и медленно прошла к окну, скрестив руки под грудью, оставляя за собой лёгкий шлейф мороза и морской соли. — Человеческая жизнь коротка, а твоя — ещё короче. Потому я озвучу сразу два.       — Два? — не оборачивался, сидя к ней спиной. — А как же третье? — настороженно.       — Об этом позже. Ты должен будешь выполнить первые два, и когда вернёшься, услышишь последнее.       — И чего хочет бессмертная и могущественная ведьма Душ? — чуть повернул голову, чтобы сквозь пряди, краем глаза зацепить её силуэт.       — Ты… должен будешь найти Раэля Виконсо. Ты слышал это имя прежде? — повернулась, глянула на спину правителя.       — Да, — поднялся и выпрямился, полноценно развернувшись. Заметил секундное удивление на лице Авице. — Кто он?       — Это тебе знать необязательно, — теперь была вынуждена немного поднимать взгляд, чтобы держать зрительный контакт. — Где ты слышал о нём?       — Моя придворная ведьма дала мне твой портрет, который она получила от некого Раэля Виконсо, — усмехнулся. Однако, вскоре его настроение сменилось удивлением.       Услышав о бывшем муже, ведьма явно утеряла своё хладнокровие. Вот она уже выглядела куда более растерянной, глаза задумчиво отвела в сторону. Одной рукой поддерживала подбородок, сделала пару шагов в сторону.       — Можно вопрос? — спустя несколько секунд поинтересовался воин.       — Какой? — вернулась в реальность.       — Почему ты не можешь найти его сама? — смотрел сверху вниз. Казалось, будто в серых глазах проскользнула жажда крови.       — У меня нет былой силы, — как-то слишком легко дала ответ.       — Так слухи о тебе — ложь? — стал ходить по комнате. — Будто бы Авице — настоящий жнец смерти. Богиня Душ, что плетёт судьбу. Ведьма, способная как на благословление, так и на божественную кару, — приближался к ней. — Настолько сильная, что вот уже четыре тысячи лет бродит по свету в своём теле, будто двадцатилетняя девушка, не знавшая смерти, не испытавшая проклятия? — почти впритык и шёпотом.       Когда Эзра оказался так близко, разница в росте стала слишком очевидна. Ведьма была довольно высокой для девушки, и даже так, на фоне величайшего воина столетия казалась совсем хрупкой. Кончики его волос даже коснулись её локтя, что говорило о том, насколько близко он позволил себе подойти. Однако, Авице не испугалась.       — Смерть — не проклятие, — спокойным тоном, — смерть — награда, — подняла голову на гостя.       — Тогда почему же ты… не умрёшь? — шептал, рассматривая её лицо.       Это могло бы показаться интимным моментом, если бы не жуткая аура, окутывающая императора. Он скорее был способен придушить ведьму в эту же секунду.       — Это тебе тоже ни к чему. Когда покинешь эти земли, ты не сможешь рассказать о встрече со мной, а также о местоположении замка. Если ты выказываешь ко мне такое неуважение потому, что считаешь себя здоровым — ты ошибаешься, — интонация на последнем слове сильно отличалась.       Эзра мгновенно почувствовал давление. Оно оказалось настолько сильным, что сопротивляться было сложно. Но оно было ему знакомым. Притяжение, будто последняя крупица светлого сопротивлялась чему-то инфернальному. С этой болью Эзра жил последние двадцать пять лет, и это боль распадающейся души.       — Душу нельзя восстановить. Я лишь оттянула неизбежное. Рано или поздно ты канешь в лету. Однако… я сделаю тебе одолжение. Если ты выполнишь все три желания… — замолкла, чем привлекла ещё больше внимания. — Я спасу тебя.       — Не ты ли только что сказала, что это невозможно? Одна лишь Авице на всём белом свете может быть бессмертной, — усмехнулся, издеваясь.       — Я отдам тебе свою душу, — колко перебила.       Мужчина словно застыл во времени. Уставился на ведьму, не способный ни на единую реакцию. Пошатнулся.       — Мне не нужна твоя душа, — разозлился, однако не звучал агрессивно. — Я не хочу стать девчонкой, я Эзра, — ударил себя по груди, — когда-то Бессмертный король Дня и Ночи, а нынче — император Гудэны, — чуть ли не шипел.       Ведьма удивилась.       — Ты и не можешь стать мной, — пришла в себя, выдохнув.       — Хочешь даровать тирану долгую и счастливую жизнь? — склонился над ней, он казался жутким.       — Если только, — ответила не менее угрожающим взглядом, чем почти сломила его угрозу, — ты выполнишь три моих желания, — гораздо медленней и тише добавила.       — Хорошо, — хмыкнул и резко отстранился, отошёл и сел на кровать. — Говори, какое второе?       Выражение лица Эзры было довольно загадочным. Он вроде и рад, вроде кровожаден, а может и спокоен. Ведьма нахмурилась, но почувствовала некое облегчение.