Глава 4. Добро пожаловать в Снежную

***

Царицагаван

По какой-то причине ни одного Фатуи, кроме Чайлда, не было видно. Это было любопытно, поскольку сейчас он находится в стране, где у них должно быть больше власти, чем за пределами дома. — Эй, Чайлд, почему вокруг нет солдат Фатуи? — спросил Итэр. — Большую часть времени мы работаем за пределами Снежной, — ответил Предвестник, — Дома мы в основном работаем под прикрытием, ну, вы знаете, контрразведка и все такое. — А как насчет местных стражников, таких как Миллелит или армия сёгуна? — спросила Паймон. — Снежная гвардия — местная полиция Снежной, — Чайлд терпеливо объяснил, — Технически они находятся под нашим контролем, но Капитано не использует их для дел Фатуи, главным образом потому, что они размещены в Снежной, а не за ее пределами. Как только он объяснил, Итэр увидел солдата в толстой красной шубе. Он был вооружен винтовкой. — Интересно, они кажутся менее вооруженными по сравнению с застрельщиками, которых я встречал. Чайлд пожал плечами. — Не стоит их недооценивать, возможно, у них нет нашего новомодного оружия, но они могут постоять за себя. Но поскольку мы находимся за пределами города Снежная, эти охранники — единственные солдаты, которых вы увидите». Чайлд представил портовый город, в котором они сейчас находились. Это был крупнейший военный порт, производивший мощные военные корабли, которые, по его мнению, могли бы уничтожить флот Лиюэ, если бы они решили вступить в войну. Судя по всему, Царицагаван когда-то был мирным портом, но 500 лет назад стал милитаризированным. В то же время, что и Катаклизм, это не может быть совпадением. — До милитаризации Царицагаван был скромным портом, — Чайлд объяснил им историю порта, — В конце концов, он привлек большое количество торговцев со всего Тейвата. Затем Чайлд указал на большое здание снежной архитектуры. — Это Торговая Ассоциация Снежнаян. В отличие от версии Инадзума, Фатуи не обращаются с ними жестко. Фактически, Панталоне обеспечил им большие инвестиции. Итэр скрестил руки на груди и усмехнулся. — Причина, по которой Комиссия Кандзё плохо относилась к Международной торговой ассоциации Инадзумы, заключалась именно в влиянии Фатуи. Чайлд вздохнул. — Я не стану это отрицать. Я слышал о действиях моих товарищей в Инадзуме, но не ожидал, что все будет так плохо. В любом случае, хватит говорить о Фатуи, вы здесь в гостях, о Фатуи поговорим через три дня после встречи с Царицей. Итэр решил последовать его словам.

***

В Царицагаване было много ресторанов и пабов. Некоторые из них были открыты выходцами из других стран. Неудивительно, если учесть, что порт был также перевалочным пунктом для Снежной. Похоже, что, несмотря на действия Фатуи, здесь было немало людей из Мондштадта, Лиюэ и Инадзумы. Очевидно, что другим народам хватало благоразумия отделить Фатуи от снежанцев. — У тебя что-то на уме, товарищ? — спросил Чайлд, откусывая уху. Уха — традиционное снежное рыбное блюдо. Владелец ресторана с радостью поделился бы рецептом с Итэром, конечно, за некоторую сумму Моры. Но вмешался Чайлд и пообещал бесплатно поделиться с ним рецептом. Обычно это спровоцировало бы владельца, но он уступил из-за того, кем был Чайлд. — Разве иностранные гости не знают о том, что случилось с их родиной? — спросил Итэр. Чайлд только пожал плечами. — Новости распространяются и досюда. Но я бы сказал, что большинство, если не все, жители Инадзумы решили уйти, узнав о том, что мы сделали с их народом. Не то чтобы я винил их за это. Я бы сказал, что, несмотря на все наши дела в других странах, мы действительно облажались в Инадзуме… Конечно, и Итэр, и Паймон знали, что все гораздо сложнее. Нравится им это или нет, но Эй по-прежнему была ответственна за создание возможности, которая позволила Фатуи просочиться и манипулировать ею и администрацией ее страны, чтобы принять Указ об охоте за Глазами Бога и Указ Сакоку. — Несмотря на это, некоторые люди из Инадзумы все еще решили остаться. Я думаю, они обеспокоены тем, что сделает Райден Сегун дальше. — Хэй, Эй, хороший Архонт! — огрызнулась Паймон, — Она была просто подавлена после того, что произошло 500 лет назад. Чайлд вздохнул. — Ну, я мало что знаю о ней, кроме того, что нам сообщили тамошние агенты. Кроме того, кроме тебя, она когда-нибудь открывалась кому-нибудь? — Ну, нам и Яэ, — ответила Паймон, — Но это произошло совсем недавно… Итэр раздраженно вздохнул. — Раз уж мы заговорили об Архонтах, что ты можешь мне сказать о Царице? — Ее Царское Величество Царица на самом деле нежная душа. Даже наверно слишком нежная, и поэтому ей пришлось ожесточить себя. Точно так же она объявила войну всему миру только потому, что мечтает о мире, — ответил Чайлд. — Во время разговора с Чжун Ли я помню, как увидел сердце, которое олицетворяло ее. Любовь. По крайней мере, это идеал, что она олицетворяла. Чжун Ли косвенно указывал на это. Чайлду стало грустно. — Да. Твой вывод верен. Ее Королевское Величество когда-то олицетворяла Любовь. Наша история ясно пишет об этом. — И что случилось? — спросили Итэр и Паймон. — Катаклизм, — мрачно ответил Чайлд, — Никто из нас не знает, что именно произошло, даже мы, Предвестники. Но что бы ни случилось, это изменило ее. Итэр сузил глаза. — Ты говоришь так, как будто знаешь, что произошло. Но пока лишь те, кто жил в то время, имеют смутные знания. Выражение лица Чайлда помрачнело. — Это потому, что, другие страны не пострадали так же сильно, как мы. — Что ты имеешь в виду? — спросила Паймон. — Есть причина, почему Катаклизм так сильно изменил Ее Величество. На нее повлияло не только то, что произошло с Каэнриа… Это, безусловно, ужасно, но… В конце концов, это была чужая нация. Бездна излилась и почти поглотила Снежную. Вот почему Фатуи существуют. Чтобы бороться с Бездной и Селестией и отомстить за злодеяния, которые они совершали в Тейвате. — А Гнозисы? — спросил Итэр. Чайлд криво улыбнулся. — Это ты можешь узнать через три дня. Закончим трапезу, в Царицагаване еще есть на что посмотреть…

***

Судя по тому, что Итэр прочитал в путеводителе по Тейвату, в Снежной были крупные фабрики, которые могли массово производить миллионы вещей, начиная от оружия и заканчивая обычными повседневными вещами, такими как еда и инструменты. — Фабрики в Снежнаяне по уровню развития уступают только нашим конкурентам в Фонтейне. Конечно, фонтейнцы умеют производить их массово, но, я думаю, в масштабах они проигрывают нам. — По сути, Фонтейн больше ориентирован на качество, а Снежная на количество, — заключила Паймон. — Пожалуй что так, — ответил Чайлд. — Лично я склоняюсь к качеству, — Итэр высказал свое мнение, — Эти две страны могут чему-то научиться друг у друга. — В этом я с тобой согласен, — Чайльд согласно кивнул. Все трое прошли мимо большого завода, — Панталоне работал вместе с несколькими компаниями в Снежной, пытаясь договориться о торговле с Фонтейном. Чайльд нахмурился. — По словам Дельца, переговоры идут не очень хорошо. Помимо огромных необоснованных требований, которые выдвигают фонтейнцы, они нам попросту не доверяют. Ха-ха, надо ж какой сюрприз, не так ли? Глядя на их красноречивые лица, Чайлд решил двигаться дальше. — Еще одна их проблема это неэффективное использование фонтейнцами своих ресурсов. Не поймите меня неправильно, они умеют делать инструменты и оружие, которые могут превзойти наши, но вся эта пустая трата материалов… Тьфу. — Так в чем же заключаются их необоснованные требования? — спросил Итэр. Чайлд пожал плечами. — Понятия не имею, но из того, что я знаю о Панталоне, это, вероятно, связано с тем, как много Мора будет затрачено и как мало пользы он может получить. Похоже, что Фонтейн пытается украсть наши секреты. Он наклонился ближе и что-то шепнул им. — Совет при общении с ним: этот человек очень одержим «эквивалентным обменом» до безумия. Он считает, что баланс необходимо сохранять. Полная чушь, по моему мнению. — Боже мой, Аякс. И это так ты говоришь о своем коллеге? Чайлд шлепнул себя по лицу и глубоко вздохнул. Позади него стоял улыбающийся мужчина с черными волосами. На нем была белая длинная шуба, закрывающая все тело. Его глаза почему-то были закрыты. — Приветствую, вы, должно быть, печально известный Почетный Рыцарь, а также Герой Лиюэ и Инадзумы. И его летающий питомец… Итэр закатил глаза, когда Паймон покраснела от гнева. — Кого ты называешь питомцем! Ух, я думаю, Паймон назовет тебя Лыбящимся Кретином! — Это лучшее, что ты можешь придумать, моя дорогая спутница?— Итэр сопротивлялся желанию ударить себя по лбу. Мужчина от души рассмеялся и представился. — Меня зовут Панталоне, Девятый Предвестник, также известный как Делец. Я курирую экономику Снежной. Я также являюсь самым богатым среди своих собратьев-Предвестников, поэтому, если вы окажетесь в затруднительном положении, не стесняйтесь спрашивать. Итэр усмехнулся и скрестил руки на груди. — Ты ведь понимаешь, что технически я твой враг? Еще один сердечный смех от Девятого Предвестника. — Ненадолго, мой дорогой Путешественник. Я знаю, что произойдет через три дня, и что-то мне подсказывает, что у нас найдется прекрасная замена Ла Синьоре… Паймон зарычала. — Этого не произойдет! Паймон все еще не доверяет тебе и Фатуи. Царице и того меньше! Улыбка Панталоне стала шире, и он немного приоткрыл глаза. — Этого пока не произошло, маленькая фея. Итэр, — он намеренно использовал его настоящее имя, — Поверь мне, когда я говорю, что присоединение к нам принесет вам большую пользу. Никто не просит тебя любить нас, черт, никто даже не будет просить тебя уважать нас. Поверь мне, я был Предвестником на протяжении десятилетий, и все еще есть некоторые из моих собратьев, которых я презираю, но все же терплю. — Раньше я уже был мальчиком на побегушках у богов, и ненавижу это. Почему ты думаешь, что ваш случай особенный? — спросил Итэр. Панталоне закрыл глаза и сложил руки. — Я знаю, что это последнее, чего ты хочешь, Путешественник. Я также знаю, что ты жаждешь ответов. Ответов, которые Ее Величество более чем готова предоставить. — Но есть один подвох, а я не собираюсь снова попасть на поводок богов. — Всегда есть подвох. Жизнь это вообще один сплошной обмен — у каждого есть нечто, что заинтересует другого. Кроме того, никто не собирается держать тебя на цепи. Если это не было бы правдой, почему вам разрешено свободно разгуливать на наших землях? — С Чайлдом, который нас сопровождает? — с сарказмом протянула Паймон. Панталоне рассмеялся. — О, это забавно, ты думаешь, мы не знаем, насколько вы близки? Хотя я могу доверять Тарталье в преданности Ее Величеству, мы знаем, что лучше не доверять ему присматривать за вами. Итэр нахмурился, ведь Делец был прав. Никакая не тайна, что Чайлд его друг и иногда сопровождал его в его путешествии. — Раз уж это никакая не тайна, почему никто из твоих товарищей этим не воспользовался? Панталоне усмехнулся. — Сама Царица питает к тебе… особый интерес, Путешественник. — ответил Панталоне. Это заставило Паймон и Итэра посмотреть на Чайльда, на что он покачал головой, — О, это скрыли от Чайлда, так что наш сорвиголова ничего об этом не знает. Итэр увидел, что выражение лица Чайльда стало едва ли не кровожадным. — Ее Величество верит, что, несмотря на то, что ты находишься на противоположной стороне баррикад, ты являешься ценной частью ее планов. Итэр повернулся и испепеляюще посмотрел на Панталоне. — Я не чья-то пешка! Уж тем более какого-то божка! Панталоне снова открыл глаза, все еще сохраняя улыбку. — О, Путешественник, ты такой же невежественный, как и наш младший Предвестник, — все трое уставились на него, но он просто продолжил, — В мире, в котором мы живем, мы все — пешки божественного, будь то Селестия или Архонты. Он начал ходить взад и вперед. — Нравится нам это или нет, но так устроен этот мир. Мы, смертные, — игрушки божества. Подумайте об этом, почему некоторые из нас рождаются богатыми, а некоторые бедными? Почему некоторые из нас наделены Глазами Бога, а другие нет? Чайлд почувствовал озноб, когда его старший искоса посмотрел на него, когда он упомянул Глаз Бога. — Я родился в бедности, и по сей день божества считают меня неспособным нести знак их благословения, несмотря на все мои амбиции и достижения. По сей день я сомневаюсь и презираю богов за такую ​​несправедливость, — поняв, что Чайлд косо смотрит на него, он быстро добавил, — Но я все еще служу Ее Величеству, несмотря на все это, полагаю, что то, что я благословлен Глазом Порчи, помогает. — Надеюсь, это же тебя и убьет, — пробормотал Итэр. — Те, что нам дали, отличаются от тех версий массового производства, которыми обладала армия Ватацуми. Я не могу вам многого сказать по очевидным причинам, но могу сказать следующее: мы используем совершенно другой материал для производства этих Глаз Порчи массового производства. — Да, вы использовал эти Кристальные костные мозги, я подозреваю, что именно это истощило Теппея и прочих солдат, — сказал Итэр. Ему было немного грустно, когда он упомянул своего умершего друга, — Я также подтвердил эту информацию с Дилюком, и есть одна константа: Глаза Порчи создаются с использованием силы божеств, будь то прямо или косвенно. И неважно мертвые они или живые… — Весьма неплохая дедукция, Путешественник, — Панталоне слегка хлопнул Итэра по плечу, — Ты начинаешь мне нравиться. Я действительно рад тому, что произойдет через три дня. Он достал карманные часы и посмотрел на них, прежде чем спрятать обратно. — Извините, мне нужно уйти. Требуется кое-что обсудить с фабрикатором этого места. Мы встретимся снова через три дня, прощайте. Он слегка поклонился им, прежде чем уйти.

***

После ухода Панталоне Чайлд решил, что пришло время покинуть Царицагаван. Двое его спутников замечают, что их друг-Предвестник нахмурился. — С тобой все в порядке, Чайлд? Ты, кажется, разозлился после нашей встречи с Панталоне, — обеспокоенно спросил Итэр. Чайлд хмыкнул. — Товарищ, я знаю, что я самый молодой из Одиннадцати Предвестников. Я знаю, что, несмотря на мое звание, меня считают сорвиголовой по сравнению с моими коварными товарищами. Но знать, что, несмотря на мое положение, меня все еще держат в неведении относительно многих важных вещей… Это меня дико бесит. Я по-прежнему абсолютно верен Царице, если дойдет до критической ситуации, я готов броситься на вас ради нее. Без обид, товарищ. — Порядок… — заявил Итэр. Он осознавал преданность Тартальи Крио Архонту. — Тц, сколько же еще они от меня скрывают? Не зная, что это риторический вопрос, ему ответила Паймон: — Ну, может быть, они знали, что случилось со Скарамушем? — Паймон! — отругал ее Итэр. Чайлд крякнул от отвращения. — Все в порядке, Путешественник. Теперь, когда я думаю об этом… Это, вероятно, имеет смысл. Иль Дотторе никогда не позволил бы своему подопытному уйти в дрейф, да еще и с таким призом. — Но тогда куда он делся с Гнозисом? — обеспокоенно спросила Паймон. — Сейчас мы сосредоточены на вашем турне по Снежной. О Предвестниках и их планах я побеспокоюсь позже… Когда все трое вышли из порта, Итэр наконец понимает, насколько же холодно в Снежной. Когда он был в порту, он чувствовал лишь легкий озноб, главным образом потому, что там было много людей. Холод в Снежной был как сравним как минимум с Драконьим Хребтом. Основное отличие заключалось в том, что Снежная больше и населеннее Драконьего Хребта. Было так холодно, что Паймон пришлось залезть под пальто Итэра, чего она не делала, даже когда они были в Драконьем Хребте. — П-п-п-п-п-Паймон скоро станет ледышкой! — Я говорил тебе, что нам нужно кое-что достать тебе в Царицагаване, — фыркнул Итэр, — Но ты сказала, что тебе «это ни к чему». — Ты также не хотела исчезать, так что это твоя вина, — Чайлд с усмешкой добавил. Паймон в ответ только что-то невнятно проворчала, укрываясь под пальто Итэра. По словам Чайлда, единственный способ не замерзнуть на улице — продолжать двигаться. Но Итэр иногда задавался вопросом, как Паймон может это делать, ведь она буквально парит. По сей день он до сих пор не знает, насколько утомительно это для его спутницы, поскольку она дает недостоверные сведения о том, насколько это ее выматывает. Следующая часть их тура по Снежной — Морепесок, родной город Чайлда. Это было недалеко от Царицагавана. — Морепесок — один из главных рыбацких поселков Снежной. Большую часть нашего улова мы отвозим в Царицагаван и экспортируем в окрестности Тейвата… — Поскольку это главная рыбацкая деревня, там, должно быть, находится штаб-квартира Снежной рыболовной ассоциации, — высказал Итэр очевидное. — Да, Роман — известный рыбак, который действительно, очень хорошо ловит рыбу, — на этих словах Чайлд вздрогнул, — Слишком хорошо, если вы спросите меня. — Ты что, завидуешь? — с иронией произнесла Паймов, высунув голову из пальто. — Нет, просто… его уловы это нечто не от мира сего, — ответил Чайльд, все еще содрогаясь, — Они похожи на то, что Дотторе создает в своих секретных лабораториях. Чайлд выудил что-то из-под пальто, достал фотографию и показал ее двоим. Они съежились от этой картины. — Это че такое?! — Паймон в шоке указала на фото. — Её зовут Рыба-капля. И нет, она не родом из Снежной, — двое его спутников вздохнули с облегчением, — По словам Романа, он выловил ее где-то из Южного моря. Но скажу вам по секрету: это еще цветочки по сравнению с некоторыми его уловами. — Оно похоже на рыбу с лицом человека, — произнес Итэр, дрожа, — Могло ли это и вся его коллекция быть следствием загрязнения ваших заводов? — Нет, Пульчинелла ввел суровые законы против такого. Любая фабрика, повинная в таких делах, будет быстро демонтирована, — ответил Чайльд.

***

После короткого перехода все трое прибыли в деревню Морепесок. В отличие от большого и многолюдного Царицагавана, он был менее населен. — Ну, дом милый дом, — сказал Чайлд с ноткой ностальгии. Итэр завидует Предвестнику, испытывающему подобное. Прошло много лет с тех пор, как у него было такое же чувство, и оно стало еще хуже после того, как он потерял сестру. Несмотря на то, что Чайник заменил ему дом, он очень мало делает, чтобы унять тоску. — Кажется, это довольно милое местечко, хотя и немного тихое, — прокомментировала Пеймон. Она повернулась к Чайлду со скептическим взглядом, — Как кто-то вроде тебя появился в таком мирном месте? — Да ладно, Пай, это грубо, — сказал Итэр, — Итак, Чайлд, позаботишься о том, чтобы познакомить нас со твоим домом? Чайлд улыбнулся. — Морепесок — небольшая, спокойная рыбацкая деревня. Она того же типа, что и деревня Цинче, место, где пожилые люди предпочитают доживать свой век. Но в отличие от них, мы все жк более активны. С утра мужчины деревни отправляются к морю на промысел… Итэр удивленно поднял бровь. — Мой дедушка, возможно, и стар, но поверьте мне, он был довольно активным, когда я видел его в последний раз, — улыбка Чайлда стала грустной, когда он вздохнул, — Жаль, что мне пришлось пропустить его похороны, я был занят на службе. Слава Царице, моя семья все понимает. — Мне жаль, — сказал Итэр. — Все в порядке, это было очень давно. Даже до того, как я встретил тебя. — А как насчет остальных членов твоей семьи? — спросила Паймон. — Мои родители все еще здесь, но мы уже довольно давно не видели двух моих старших братьев. Они писали мне, но я не так близок с ними, как со своими тремя младшими братьями и сестрами, — ответил Чайлд. — Твои старшие братья и сестры работают с Фатуи? — спросил Итэр. Чайлд покачал головой. — Петр, мой старший брат сейчас работает юристом в городе Снежная. Насколько я знаю, он хорошо справляется со своей работой. Что касается Владимира, то он работает преподавателем в Доме очага, и, прежде чем вы спросите, нет, он абсолютно не имеет никаких связей с Фатуи. Большинство сотрудников «Очага» знают о нас, но не вмешиваются в наши дела. Арлекино следит за этим… -Ты не предупредил его о том, какова из себя твоя коллега? — в шоке спросил Итэр. — Он знает, но он чувствовал, что жизнь сирот более ценна, чем его жизнь. Я предупредил Валет, чтобы он держала моего брата подальше от опасности и ее интриг, и пока она подчинялась этому требованию. — Это все еще рискованно, если то, что ты сказал о ней, правда… — Паймон замолчала. Чайлд вздохнул. — Ну, по крайней мере, он знает об опасности, работая так близко с Арлекино. Судя по тому, что я слышал, она, кажется, игнорирует его. Даже после того, как узнала, кто его брат. Итэр хмыкнул. — Владимир не слеп в к тому факту, что работать с Фатуи рискованно. Черт, двое моих старших братьев и сестер были в ярости, когда узнали, что я стал Предвестником. Они пытались убедить меня отступить, но это невозможно. Именно благодаря моему отцу это произошло, так что они перестали пытаться. — У вас хорошая семья, — Итэр грустно улыбнулся, — Я бы хотел, чтобы Люмин была такой же, как они. Чайлд положил руку на плечо Эфира. — Не унывай, товарищ… Как только ты получишь свои ответы, возможно, мы сможем попытаться изменить ее мнение. — Мы? — Паймон невозмутимо уставилась на него. — Конечно, я бы хотел посмотреть, каково это иметь дело с Принцессой… — Предвестник заметил косые взгляды своих визави, — Ой, не надо на меня так смотреть, вы ведь понимаете, что наша информационная сеть очень широка?

***

Тук-тук — Кто это? — мужчина крикнул, когда кто-то постучал в его дверь. — Это я, отец. Открывая дверь, Теламон видит своего сына с молодым блондином и феей? — Аякс! Ты вернулся! — он крепко обнял сына. — Да, отец. Я привел сюда своего друга. Это Итэр — Чайлд представил их. Итэр пожал руку патриарху семьи. — Значит, вы и есть — печально известный Путешественник и его питомец. — Да какого…?! — Паймон чуть не лопнула от гнева. Теламон рассмеялся. Он привел сына и гостей в гостиную. Тевкр, Тоня и Антон. Все трое что-то играли вместе. — Старший брат! — Тевкр закричал, когда увидел своего брата и его друзей. Это заставило двух других его братьев и сестер встать и приблизиться к Чайлду и его друзьям. — Прошло много времени, Тевкр, — сказал Итэр с улыбкой. Мальчик обнял Итэра и своего брата. В течение нескольких часов Итэр рассказывал троим маленьким детям о некоторых своих приключениях, а Чайлд рассказывал о некоторых своих «деловых подвигах» в качестве «продавца». Через некоторое время Тоня сказала двум своим младшим братьям и сестрам, что их отец хочет поговорить с Чайлдом и Итэром наедине. Когда они остались одни, выражение лица Теламона стало серьезным. — Итак… судя по тому, что я слышал, ты был… головной болью для Фатуи». Ни Итэр, ни Паймон ничего не сказали. Чайлд лишь неловко улыбнулся, потирая затылок. — Надеюсь, вы здесь не для того, чтобы приносить проблемы нашей стране, — Теламон недвусмысленно предупредил их. — Я здесь по приглашению Вашего Величества, — сказал Итэр, вынимая полученное письмо. Глаза Теламона расширились, когда он узнал остатки печати на письме. — Кроме того, моя злость направлена против Фатуи, а не жителей Снежной в целом. Не знаю, что вам рассказывали, но среди остальных народов у вас плохая репутация. По крайней мере, у тех, которые я посетил лично… Теламон вздохнул, глядя вниз. — Я не закрываю глаза на этот факт. Хотя такие новости здесь не распространяются, я всегда знаю, что существует опасность, когда в дело вовлечены Фатуи. Вот почему я сомневался, когда Пульчинелла взял «Аякса» для «наказания». Затем отец посмотрел на сына. — Я не ожидал, что он станет одним из Предвестников Ее Величества. — Да ладно, отец, спустя столько времени ты все еще не веришь, что я поднялся в ряды Фатуи». Теламон лишь закатил глаза и голову. Он решил сменить тему. — Чего хотела от тебя Царица? — Она сделала мне некое предложение. То, что мог бы дать только Архонт, — ответил Итэр. — Я знаю, что ты встречался с Архонтами на других концах Тейвата. Но причины были неясны. Итэр вздохнул. — Я не об этом хочу говорить, сэр, — устало сказал Итэр, — Все это слишком сложно. На мой вкус, цель моего путешествия начинает ускользать от меня. Честно говоря, я чувствую, что весь ваш мир меня обманывает. — Что ты имеешь в виду? — спросили Чайлд и его отец. — Я же сказал, что не хочу об этом говорить, — горячо ответил Итэр. Заметив их шокированное выражение лица, он успокоился, — Извините… Послушайте, господин Теламон, единственное, что вам нужно знать, это то, что Царица готова поделиться информацией, которую, как она знает, я жажду. И ваш сын будет сопровождать меня в течение трех дней. Через три дня у меня будет встреча с Царицей. Что будет после этого, я не ведаю… — Путешественник! Ты говоришь так, будто идешь навстречу со смертью! — воскликнула Паймон. Чайлд и Теламон медленно кивнули. — Это не так, Пай, — нахмурился он, — Просто после всех этих лет я, наконец, я близок хоть к какому-то прогрессу в своих поисках. Барбатос, Моракс, Вельзевул… Ни у одного из Архонтов, которых я встречал до сих пор, нет нужных ответов. Итэр сжал кулак. — Один из них и вовсе не может сказать мне из-за контракта. Паймон успокаивающе положила руку ему на плечо. — Я чувствую, что приближаюсь к развязке своего путешествия… — Это еще предстоит выяснить, Путешественник, — сказал Чайлд, — Я не знаю, что ты будешь делать, узнав то, что тебе нужно узнать от Ее Величества, но лично я сомневаюсь, что это положит конец твоему приключению… — Я искренне надеюсь, что мне не придется решать проблемы и вашей страны до встречи с Царицей. Без обид. — Да… никаких обид? — неуверенно сказал Теламон, — Лично мне было бы стыдно, если бы мне понадобился какой-то посторонний человек, чтобы помочь решить проблемы моей страны. А кому бы нет? По всему Тейвату произошло несколько чихов — Вы и понятия не имеете, сэр. — Знаете, теперь, когда Паймон услышала это, Паймон согласна с вами, мистер Теламон. Теламон посмотрел на них двоих и затем осознал смысл сказанных слов. Он лишь застонал. — Что, черт возьми, происходит в Тейвате?

***

— Ну и как тебе моя семья? — спросил Чайлд. — Они замечательные. Жаль, что мы не смогли увидеть двух твоих старших братьев, — ответил Итэр. — Мистер Теламон, кажется, хороший парень, — — добавила Паймон. Затем она повернулась к Чайлду с хмурым взглядом, — Опять же… Как такой человек, как он, вырастил такого парня, как ты? — Ну, скажем так, я заблудился на три дня, когда мне было четырнадцать. — Что?! Затем Одиннадцатый Предвестник рассказал им историю о том, как он исчез в Бездне на три дня. Но тогдашнему четырнадцатилетнему подростку показалось, что прошло три месяца. — Подожди, ты был в Бездне?! — в шоке спросил Итэр. — Я не видел твою сестру, если ты об этом хотел спросить. Насколько мне известно, я встречался только со Скирк. — Скирк? — недоуменно повторила Паймон. — Она грозный воин. И нет, она не похожа на тебя. Поверь мне, возможно, прошло много времени, но я узнаю сходство, когда увижу его. — И всё же, Бездна… У меня так много вопросов… — Ну, у нас есть время. Что бы вы хотели знать? — Каково там? — спросила Паймон. — Мм… Иначе. Это несколько сложно объяснить словами. — Если простой мальчик может войти туда без каких-либо последствий. Это значит… я тоже могу это сделать… И где этот вход? Чайлд глубоко нахмурился. — Я не знаю, честно. Поверь мне, я обыскал весь тот лес где это случилось и не смог снова найти эту дыру. Я действительно хотел снова встретиться со Скирк… — Так и думал… Но на основании того, что ты мне рассказал. Время, проведенное там, изменило тебя в худшую сторону. Чайлд хмыкнул. — Правда? А я предполагал, что из наивного мальчика я превратился в воина за три дня, вряд ли это плохая перемена. — Твой отец упомянул, что ты внезапно стал нарушителем спокойствия, когда был молод, — Итэр сделал некоторые выводы, — Должно быть, это произошло после того, как ты снова появился из Бездны. Чайлд лишь пожал плечами. — Думаю, да. Но со временем я стал лучше. После того, как я пополнил ряды Фатуи, я направил свое стремление к конфликтам в более полезное русло… — Эта Скирк, может ли она быть частью Ордена Бездны? — спросил Итэр. — Мм, скорее нет, чем да. Судя по досье, которое я читал об Ордене, если бы Скирк действительно была их частью, она бы не отпустила меня вот так легко. Но когда я попросил вернуться домой, она не остановила меня. Она даже не сопротивлялась моему решению. Если бы она действительно была частью Ордена Бездны, она бы оставила меня и использовала как оружие Ордена». — Значит, Фатуи знают, что ты однажды отправился в Бездну? — спросила Паймон. — Конечно, но, что удивительно, они особо не расспрашивали об этом моем опыте. Полагаю, это потому, что Пьеро поручил Скарамушу возглавить туда экспедицию и найти все, о чем они хотели узнать». — Что…? Паймон и Чайлд замечают, что Итэр резко переменился в тоне. — Ты хочешь сказать, что у Фатуи есть информация о Бездне? — Э-э, ну я так думаю, — неуверенно пробормотал Чайлд, — Что бы там ни нашел Скарамуш, это было чем-то секретным, предназначенным только для Ее Величества и Шута. Остальным из нас это не сообщалось. — Интригующе…

***

После небольшой прогулки по окрестностям Морепеска все трое решили вернуться обратно в Царицагаван. Если не считать короткой стычки с племенем Хиличурлов, никаких других проблем по пути не было. По словам Чайлда, Снежная гвардия эффективно борется с местным бандитизмом и головорезами. Преступная организация, такая как «Собиратели сокровищ», изо всех сил безуспешно пыталась процветать здесь, в месте, где местных стражей поддерживает элита Фатуи. — Путешественник, — прошептала Паймон. Итэр повернулся к ней, она выглядела обеспокоенной. — Что-то не так? — Честно говоря, Итэр, все не так. Итэр вздохнул, уже понимая, к чему все идет. — Послушай, я понимаю, что ты отчаянно нуждаешься в ответах, но Паймон думает, что… — Паймон, хватит! — Итэр зашипел на нее, не желая повышать голос и беспокоить гостей, — Мы это уже проходили, и я знаю, чем рискую. — Итэр… — Я хочу ответов, Паймон, после всех страданий, через которые мне пришлось пройти, неужели я так много прошу?! Внезапно Чайлд зевнул, приподнявшись с кровати. — Шумновато как-то становится… — Извини, но моя спутница была против всей этой движухи. — Она ясно дала это понять еще когда мы были на корабле. Чего сейчас то решила высказаться? — Паймон не хотела мешать вам двоим наслаждаться временем в Снежной. Особенно когда мы были у твоей семьи, — ответила Паймон, — Слушай, Путешественник, Паймон не может даже представить, как трудно быть разлученной со своей сестрой, но то, к чему ты прибегаешь, это уже слишком… Чайлд смотрел на них двоих, гадая, что сказать. — Прости конечно за вопрос, но если ты так против всего этого, то что ты вообще здесь делаешь Паймон?» — спросил Чайльд. — Это потому, что Паймон отказывается покидать Итэра! — возразила Паймон, — Паймон не всегда согласна с тем, что он делал, особенно в последнее время, но Паймон по-прежнему лучший спутник Путешественника. — Ага, а еще летающее кладбище для моей еды и денег… — пробормотал Итэр, чего, к счастью, она не услышала. — Что ты имеешь в виду в последнее время? — с любопытством спросил Чайлд, — Судя по твоему тону, кажется, что наш добрый друг еще до приглашения Царицы сделал какой-то сомнительный выбор. Итэр раздраженно вздохнул. — Как ты, возможно, знаешь, я избегал Лиюэ в течение года. Но, помимо этого, я скептически относился к помощи людям. Будь то помощь пьяному дураку в поиске ключей или очистка башни, которая является горячей точкой для Хиличурлов, чтобы поймать и помочь «обучить» какого-то идиота-стрелка, который даже не умеет стрелять! Список можно продолжать и продолжать до утра. Для чего блин вообще нужна Гильдия искателей приключений? Большую часть времени мы почти не занимаемся этими самыми приключениями, а помогаем людям выполнять простые задачи, которые мог бы сделать чертов ребенок! — Ну, разве дети могут зачищать лагеря хиличурлов? — Чайлд только хмыкнул, — Я не могу винить тебя за накопившееся разочарование, но разве это не твоя вина, в конце концов? Неприятно это говорить, но это как бы был твой, сознательный и личный выбор. — Я присоединился к ним, чтобы выжить в этом мире, Тарталья! — раздраженно отрезал Итэр, — Я же не мог просто ходить по улицам и клянчить Мору! Единственным другим жизнеспособным вариантом было стать наемником, но, насколько я слышал, они процветают только в Сумеру. Ни одна другая нация не нанимает наемников так часто, как сумеры… Чайлд нахмурился. Путешественник был прав, чтобы выжить в этом мире, ему необходим стабильный источник дохода. А поскольку он путешествует по странам, Гильдия искателей приключений была фактическим единственным вменяемым вариантом. — Паймон понимает этого Путешественник, но это не единственная проблема. Ты когда-нибудь замечал, каким холодным ты в последнее время стал? Ты никогда не был таким человеком, чтобы огрызаться на кого-то, но Паймон должна была остановить тебя в момент, когда ты огрызнулся на Тимми. Паймон понимает, что он дико раздражает, особенно если он кормит голубей на единственном входе в Мондштадт, но у тебя был такой вид, будто ты хочешь покромсать бедного мальчика. — Клянусь Селестией, Путешественник, ты что, собирался убить ребёнка? — в ужасе спросил Чайлд. — В мою защиту, как сказал моя попутчица, голуби были на въезде на мост в Мондштадт. Как люди будут входить и выходить, если ты продолжаешь ворчать на них за то, что они отпугивают голубей?! Честно говоря, я удивлен, что люди все еще хотят приезжать в Мондштадт, когда у ворот стоит это недоразумение… — Ну… Если так это подавать… — Чайлд уступил. — Но это только один из них. У тебя была худшая реакция на Эллу Маск, — Паймон тем временем продолжила. Итэр зарычал. — Даже бл@ть не начинай!!! Я не из тех, кто судит о хобби или области обучения человека. Но, черт возьми, зачем ей нужен какой-то случайный человек, чтобы помочь ей в исследовании? Она хотя бы примерно представляет себе насколько сложно подобраться к лагерю хиличурлов и не спугнуть их?! — Это просто означает, что ты плох в скрытном проникновении, — сказал Чайлд. Когда тот перевел на него взгляд, Тарталья поспешил добавить, — Ну, ты не думай, я ведь не сужу, нет, я и сам… — Это больше, чем вопрос скрытности! Почему она не может просто нанять какого-нибудь скрытного искателя приключений, чтобы тот помог ей с работой, вместо того, чтобы просить кого-то, кто случайно проходит блин мимо??! Паймон и Чайлд молчали. — Из всей помощи, которую я вынужден оказывать, Эллу я ненавижу больше всего. Я истребляю хиличурлов, а не изучаю их язык и культуру. Может быть, мне следует сказать Кэтрин, чтобы она добавила к моему титулу «Убийца хиличурлов», просто чтобы эта идиотка отстала? — Это может сработать. Зная Масков, последний человек, к которому они обратятся за помощью, — это некто по имени «Убийца Хиличурлов, — Чайлд согласился. Паймон тоже кивнула, — Говоря о них, это вообще какая-то странная группа исследователей. Я слышал о многих странных и сомнительных областях исследований, но о хиличурлианской лингвистике? — По иронии судьбы, доктор Эдит, обычная. Вероятно, это же делает ее самой странной в своей семье, поскольку ее исследования не имеют ничего общего с Хиличурлами… — сказал Итэр. Затем он начал вставать с кровати. — Куда ты идешь? — спросил Чайлд. Итэр раздраженно вздохнул. — Мне нужен проветриться… — ответил Итэр, вставая. Чайлд встал и положил руку ему на плечо. — Ночи в Снежной та еще жуть, — Чайлд предупредил его, — Может случиться метель, похлеще той, что днем. — Я просто погуляю по Царицагавану. Все равно на большее сил не хватит, — сказал Итэр, — Мне просто нужно немного остыть. Он посмотрел на Паймон. Летающая фея выглядела виноватой. Затем Итэр вышел из своего гостиничного номера.

***

Ночи в Снежной были тихими, как и во всем Тейвате. Однако некоторые магазины в это время все равно работали. Но на улицах Царицагавана не было уличных торговцев. Чайльд был прав: из-за холода даже снежанцу было бы невыносимо ходить и не замерзать. Итэр снова вздохнул, разочарованно потирая переносицу. Он знал, что его спутница была против этого. В конце концов, он шел на территорию врага и без поддержки. Чайлд был его другом, но они знали, что он верен Царице, и мысль о ее предательстве никогда не приходила в голову Предвестнику. Но… как уже не раз говорилось, выбора у него было не в избытке. Очевидно, он мог бы отклонить запрос, но это закрыло бы единственную тропу к информации, которую он так жаждет. — Черт возьми, Пай, зачем тебе сейчас было спорить? Я не хочу снова играть в героя и не получить никаких ответов про Люмин и Каэнриа… Когда он шел по тихим и холодным улицам портового города, его разум постоянно повторял споры между двумя путешественниками. Он настоял на своем еще несколько дней назад, и все же она все по-прежнему высказывала свое сомнение по поводу всего этого. Иногда Паймон была редкостной занозой в его з… Вдруг он услышал песню. Это вызвало озноб. Это звучало как похоронный марш. Когда Итэр огляделся, он мог поклясться, что увидел что-то похожее на пепел, падающее вокруг него. Обычно это означало бы пожар, но он не чувствовал жара или дыма и видел только пепел. — Боже, боже, что у нас здесь… Потерянный золотой ягненок, безжалостно бродящий по холодной земле страны вечной зимы. Итэр машинально потянулся к оружию. Кем бы ни был этот голос, он почувствовал первобытный страх. До сих пор никто кроме Райден не мог вселить в него такой страх, а она была богом… Вызвав Гнойное Желание, его верный меч, он осторожно огляделся вокруг. — Говорят, что когда золотой баран спас принца, принц, которого он спас, принес его в жертву и разбросал по небесам. Так появилось созвездие Овна… Судя по женственности голоса, это, вероятно, была молодая девушка. Это звучало невинно, но Путешественник мог чувствовать опасность. Она была подобна прекрасной змее, обвивающейся вокруг него, завораживающей своей красотой. Затем он почувствовал, как кто-то дует ему в ухо. В панике он обернулся, одновременно взмахивая мечом. Тот не разрезал ничего, кроме воздуха. Итэр услышал хихиканье. — Столько страсти, столько страха. Бедный маленький ягненок, который почувствовал себя бессильным, когда его спаситель поднял нож, чтобы принести его в жертву, когда он был привязан к алтарю… Итэр почувствовал, как кто-то коснулся его волос на спине. Ему хотелось развернуться, но он чувствовал себя прикованным к месту. — У тебя такое милое личико и красивые длинные золотистые волосы. Прямо как у золотого ягненка… — сказал голос. Она гладила его длинный хвост. Он оглянулся и увидел красивую девушку с чем-то, частично закрывающим глаза. у нее был ангельский головной убор. Ее глаза были закрыты, и она улыбалась. Она выглядела как невинная девица, но Итэр мог сказать, что истина была диаметрально противоположной… — Рада наконец встретить тебя, мой дорогой Путешественник~