38

До психологического центра Аля добралась без приключений. Мисс Элиот пока не выходила на связь, как и Пэлор. Последнего ожидаемо не оказалось на встрече. Также отсутствовали Моника и Питер. Алетейя всерьез обеспокоилась состоянием ученого. Надо было как-нибудь невзначай расспросить о нем мадам Ранду или Алексу — Моника вроде упоминала, что у старичков есть свой чат. На сессии участники кратко поделились событиями за неделю. Алекса получила неожиданное повышение, но не была уверена, что хочет брать на себя столько ответственности. Элеонора сказала, что из-за усталости ее способности стали сильнее сбоить — аура людей, которую она могла видеть, тускнела и двоилась. По хорошему Элеоноре нужно было уйти в отпуск, но срочные дела не отпускали. Марко был убежден, что его сосед следит за ним в бинокль из окна. Джейми тихо пробормотал, что неделя у него прошла как всегда, но он переживает из-за того, что ему пришлось расстроить маму: она хотела, чтобы сын поехал вместе на день рождения дальнего родственника, но он отказался. Алетейя же сказала, что стала больше заниматься рутиной и меньше думать о потере способностей. Время ее проходит за заботой о фамильяре, домашними делами и решением семейных вопросов. Рассказывать о том, что они с Пэлором довели Питера до нервного срыва, она не торопилась. “Заниматься рутиной” звучало куда лучше правды, ведь большая часть ее рутины теперь была посвящена вредительству, нацеленному на участников группы. Чудесный человек, ничего не скажешь. В конце первого круга Наоми похвалила каждого из высказавшихся и сказала, что они молодцы, раз не погружаются в упаднические настроения и уделяют внимание другим сферами жизни, ведь энергоядру волшебника нужно время, чтобы перезагрузиться в спокойствии. Куратор посоветовала им заниматься медитацией и раздала каждому брошюры с пошаговой техникой очищения разума, чтобы фоновый эмоциональный шум не вытягивал магию из их внутреннего источника. По словам Наоми, от этого страдали почти все маги: тратили резерв на ненужные всплески переживаний. Ровный эмоциональный фон давал энергоядру возможность зарядиться полностью. После сессии все быстро поднялись со своих мест и разбрелись кто куда, оставаясь в кабинете. Марко подошел ко столу Наоми и принялся что-то ей вещать, активно жестикулируя. По пантомиме с участием воображаемого бинокля и имитации закрывания и открывания шторы, Аля поняла, что речь снова зашла о слежке. Наоми устало вздохнула, но Марко этого не заметил, а, когда он посмотрел на куратора, женщина участливо улыбнулась. В конце концов Наоми похлопала мужчину по плечу, сказала что-то напутственное и занялась бумагами, не отвлекаясь на собеседника. Алекса отошла в сторону и с раздражением листала длинный список пропущенных звонков на экране телефона. Во время сессии Аля видела, как девушка постоянно сбрасывала входящие от босса. Наконец, Алекса начала злобно набрать какое-то сообщение. Аля рассудила, что лучше ее сейчас не трогать. Судя по всему, начальник настаивал, чтобы новоиспеченная руководительница отдела занялась какой-то задачей вечером в пятницу. Элеонора тем временем царственно куталась в красивый дорогой кашемировый шарф золотого цвета. Полностью скрыв горло, женщина накинула на себя тяжелое теплое пальто. У Алетейи возник импульс подойти к судье и пожаловаться на преследователей. Но они с Элеонорой не были настолько близки, да и вдруг судья решит посадить вместе с остальными и Пэлора? Эта мысль, в общем-то, девушке нравилась — но сначала им со змеем нужно было найти чашу Морганы. Да и сама Аля уже не была такой белой и пушистой, как раньше. Она как минимум не стала регистрировать опасный амулет, а еще подкинула его Монике. Краем глаза Алетейя заметила, как Джейми выскользнул из кабинета, ни с кем не попрощавшись. Девушка быстро подхватила свою сумку и пальто, и быстрым шагом последовала за юношей. Джейми шел довольно быстро. На нем была толстовка с капюшоном (который был накинут на голову и скрывал почти все лицо парня), а поверх нее — объемная кожаная куртка-бомбер со множеством карманов и декоративных молний. Аля нагнала творца уже на лестнице. — Джейми? — окликнула она юношу, надеясь, что он не успел вставить наушники. Творец повернул голову. Взгляд у него был безучастный и немного растерянный, но не закрытый. Это было хорошим знаком: значит, Джейми реагировал на внешние сигналы и не был болезненно апатичным. Аля знала, как депрессия умеет накрывать человека с головой, буквально отрезая его от мира. Она сама провела в таком состоянии целый год — после того, как не стало Марты. Джейми ничего не сказал в ответ — просто стоял и смотрел на Алю. Девушка поняла, что он готов слушать. — Прости, мне просто нужна консультация творца, — сказала она с улыбкой. — Я столкнулась с очень странной магией: нашла картину, которая буквально забросила меня в другой мир. Раньше я никогда ни о чем подобном не слышала. В глазах Джейми промелькнула искра интереса. — Объемная многоуровневая иллюзия? — спросил он с легким недоверием. — Да, можно и так сказать, — кивнула Алетейя. — Я нашла эту картину в вещах своей тети, а она даже не была ведьмой. Там есть еще несколько полотен, и я не знаю, что теперь с ними делать. Я попыталась найти художника по инициалам, но безрезультатно. Джейми нахмурился. — А какие инициалы? — спросил он тихо — как человек, который уже начал о чем-то догадываться. — Л.А.Д. Джейми приоткрыл рот и несколько раз моргнул. Было заметно, как он весь подобрался — плечи напряглись, взгляд стал острым, живым — совсем не таким, каким был минуту назад. — Я… я могу посмотреть на эти картины?! — выпалил он с таким запалом, что Аля даже растерялась.