Ужин

      "Привет" от Малфоя старшего не заставил себя долго ждать. Уже к вечеру следующего дня к ней прилетело письмо от него. Вернее к ней прилетел ушастый филин, щуривший жёлтые глаза и забавно трясущий головой, словно он вообще не понимал как и зачем он оказался в этом странном месте. Но отвязать письмо от лапы он всё же позволил, а вот от угощения отказался.       – Хотела бы я знать чем твой хозяин тебя кормит. Хотя нет, не хотела бы, только лишнее расстройство, – пробормотала Гермиона, отвязывая письмо.       Филин заклокотал что-то исключительно презрительное. Потом наметился и едва не клюнул её в руку.       – Характер прямо под стать хозяину.       На эту гнусную ложь благородная птица тоже не стала отвечать. В конце концов людишки вообще его мало интересовали. И их взаимоотношения тем более.       Прочитав наконец это послание, Гермиона аж чуть не подавилась от такой наглости. Люциус Малфой напоминал о том, что был максимально любезен и учтив, пошёл на встречу просьбе двух милых дам, и взамен требовал об одной маленькой услуге, которая конечно же совершенно не затруднит мисс Грейнджер. Всего лишь поужинать с ним в ресторане. Далее было указано где и когда он её ждёт, и заверения, что никаких коварных планов он не строит.       – Всего лишь ужин?!! Всего. Лишь. Ужин. Птица, не знаю как там тебя звать, наверное что-то максимально пафосное вроде Максимилиан Пятый или типа того, но твой хозяин совсем белены объелся?!       Филин ухнул и как показалось Гермионе довольно-таки ехидно. Впрочем, может быть и показалось.       – Ты с ним в сговоре? – подозрительно спросила Гермиона, и снова не удостоилась ответа. Птице было исключительно пофиг.       Гермиона была в бешенстве, кто-то, а Люциус Малфой ничего и никогда не делал просто так. Каждое его действие обозначало только то, что лично ему это хоть как-то, но выгодно. И что она должна была тут подумать? Схватив самопишущее перо, быстренько набросала максимально ядовитые и саркастичный строки, взяла листок, перечитала и выбросила в мусор.       – Нет, так не годится.       Снова взялась сочинять ответ, не столь ядовитый, но так, чтобы выразить все свои мысли на этот счёт. Перечитала. Скомкала и снова выбросила.       Сходила на кухню, вернулась с чашкой кофе. Села за стол, и ещё раз попыталась написать ответ. Она не первый день работает в министерстве, и очень хорошо знает как культурно послать человека тридцатью и ещё тремя способами, но почему-то именно сегодня ни один из них не приходил ей в голову.       – Да что же это такое?! – воскликнула девушка, падая обратно в кресло. Почему-то слова отказывались собраться в полноценный текст, неровно прыгая как им заблагорассудится. Ответ выходил глупым, нелепым и совершенно невнятным.       В комнату вошёл Живоглот, недобро посмотрел на филина, но и тот тоже косился на полукниззла не самым добрым взглядом. Оценив размеры и клюв птички, Глотик улёгся на полу, не выпуская пернатого супостата из зрения, но и не предпринимая никаких действий.       Гермиона же отбросила в сторону самопишущее перо, достала из стола вульгарно-магловскую шариковую ручку и вывела на листке бумаги "Хорошо, я приду". Ничего другого придумать она так и не смогла. Вручила ответ филину и открыла окно, выпуская того на улицу.       – Лети к своему хозяину, балда крылатая.       Чем же это птица успела так её обидеть она не знала и сама, но всё равно сердилась. Может быть на филина, может на его хозяина, сейчас ей было сложно понять что конкретно она чувствовала, а разбираться с этим и времени-то особо не было.       Итак, она лично расписалась в своей неспособности возразить ему и пришлось согласиться. Теперь были другие вопросы и самый первый из них что ей надеть на этот злосчастный ужин. Чтобы так сказать не ударить в грязь лицом в очередной раз. Почему-то все их встречи заканчивались практически одинаково: Гермиона чувствовала себя уязвлённой и обиженной.

***

      Ресторан был небольшим, и не особо пафосным. Но что удивительно, он был абсолютно маггловским.       – Вас ожидают? – к Гермионе подошёл один из служащих.       От неожиданности она немного потерялась, не зная, что ей ответить. Однако, помощь неожиданно пришла со стороны.       – Да, эту даму ожидаю я.       Гермиона повернулась и обомлела. До сих пор ей как-то не приходилось лицезреть Малфоя в обычном магловском костюме-тройке. Однако, он поправил пиджак и вежливо подал ей руку.       – Наш столик там, предлагаю пройти к нему. А вы сегодня изумительно выглядите, мисс Грейнджер.       Ещё бы! Ей пришлось практически разориться, покупая это платье цвета индиго. Ещё раз практически разориться, покупая к нему лодочки на удобном каблуке в тон к платью. И окончательно распотрошить свою заначку, чтобы прикупить серебряный комплект с сапфирами. На золото денег уже не осталось. Да и стоил бы такой комплектик как её зарплата за целый год.       Столик располагался в отдельном помещении с приглушённым светом и ненавязчивой музыкой. Усадив свою даму, Люциус сел напротив неё.       – Признаться, я до последнего ждал отказ.       Гермиона вздохнула, а потом неожиданно для себя призналась:       – Я не смогла придумать повод отказать.       Он посмотрел на неё, а потом вдруг рассмеялся:       – Это лучшее, что я слышал за последнее время! Итак, раз уж мы всё-таки здесь, то разреши угостить тебя ужином.       – А всё же, о чём вы хотели поговорить?       – Я не могу просто пригласить красивую девушку в ресторан? Нет, я конечно лишился части своих капиталов, но не до такой же степени. Да и как мужчина я абсолютно свободен. Как вам известно Нарцисса предпочла развестись со мной.       – И я не могу винить её в этом.       – Наверное я тоже. Хотя, признаться, это всё равно было неприятным сюрпризом. Впрочем, какой смысл сожалеть о том, что уже произошло?       Нарцисса Малфой до последнего сохраняла ледяное спокойствие и рассудительность. Никаких скандалов, никаких интриг. Одно короткое интервью о том, что в жизни так бывает и люди иногда не видят смысла продолжать и дальше жить вместе. Примерно такое же ли от самого Люциуса. Из всех тихих разводов, этот был самым тихим. Даже раздел имущества обошёлся без ярких впечатлений для любителей сплетен.       Ужин проходил в миролюбивой и спокойной обстановке. Кто бы знал откуда сноб Малфой знал об этом месте, но кормили тут и впрямь отменно. Люциус рассказывал о каких-то забавных мелочах, Гермиона смеялась, и оба упорно обходили одну общую и очень щекотливую тему.       Когда вторая бутылка вина была на исходе, а настроение лёгкое и доброжелательное, Люциус удивил второй раз за день.       – Могу я пригласить вас на танец?       – А... Я не... – вот тут Гермиона уже и впрямь начала заикаться.       Суть проблемы он понял сразу. Понял и принял к сведению.       – Я не предлагаю танцевать классический вальс или фокстрот. Приятная музыка, приятное общество, почему бы немного не повальсировать в свободной интерпретации этого танца? Кстати, я и впрямь не имел ничего ввиду, приглашая тебя сегодня, просто другого способа подобраться к тебе у меня всё равно нет. Ты героиня войны, а я бывший пожиратель, который к тому же прилично тебя старше. Какие у меня шансы? А так я просто воспользовался ситуацией. Так что на счёт танца?       – Сижу и не понимаю, что мне мешает съездить вам по... по вашему лицу.       – Воспитание? Ну или моё личное обаяние.       Тут уже рассмеялась Гермиона.       – Обаяние? С вашим обаянием на вас клейма негде ставить... – и тут же осеклась. Память штука такая, она способна всплывать в самый неподходящий момент.       Он не стал ехидничать или смеяться, в конце концов он тоже был отчасти виноват в произошедшем. Он подошёл, взял её за руку и притянул к себе, вынуждая встать.       – Оставим грустные мысли, ты же понимаешь, что там уже от меня ничего не зависит. И нет, мне не доставляло никакого удовольствия всё это лицезреть. Сегодня мы будем танцевать.       Почему-то Гермиона подчинилась, словно сила воли разом покинула её. Танцевать так танцевать, решила она.