15

      Я. Люблю. Тебя. Слова в голове повторялись раз за разом, словно стояли на повторе и никто не хотел выключать. Сердце замирало на мгновение, падало вниз и возвращалось к привычному состоянию. Не шевелится, глаза тупо пялятся в стену, бегая по выцветшим узорам, пока пальцы сильнее комкали темный свитер в своих руках. Он любит ее, такую, какая она есть, со всеми изъяна и замашками, принимал всю без остатка. Три заветных слова, которые мечтает услышать, каждая девушка от любимого человека, стали для Анастасии пулей в лоб, полностью разрушая ее. Боится лишний раз вздохнуть, вдруг все это сон, сейчас откроет глаза и снова сидит одна у двери, поджимает колени к груди, глотая горькие слезы.       —И я, - прикрывает карие очи, шепот почти не слышен, но минимальное расстояние позволяет разобрать каждое сказанное слово. —Люблю тебя.       Валера кажется перестал дышать, вслушиваясь в чужое сопение над ухом. Не привык говорить о своих чувствах и слышать о них от других, но сегодня все поменялось. Он признался, озвучил, то что долго мучило его, все что накопилось за проведенное вместе время. Девичье тело стало заметно тяжелее, ладони больше не сжимали свитер, а мирно покоились на его шеи, уснула. Туркин провел рукой от талии до макушки, зарываясь в темные волосы пальцами. Брошенные слова на эмоциях в порывах ссор, оставались жгучим клеймом на сердце, но сейчас словно стерлись, оставляя новый свежий след, значимых слов. Она любит его, несмотря на грубость, которая может проскальзывать в их общении, принципы, из-за которых случаются ссоры, принимает его любого.       Определенно точно боятся потерять друг друга, ведь только они могут перевернуть свой мир с ног на голову, несколько раз за день. Между ними самая настоящая химия, опасная и притягательная, которую сами не видят, но показывают окружающим.

***

      Утро необычайно солнечное, лучи пригревали землю, заставляя снег таять. Привычного мороза не было, лишь прохладный ветерок, обдувал лицо, давая некий контраст температур. Март месяц всегда был странным началом весны, сегодня давит холод, призывая не убирать теплые вещи далеко, а завтра выглядывает солнце, серые облака редеют и даруют жителям весеннюю капель. Дворники с утра по раньше расчищали дорожки перед домами от снежной каши, что появилась за несколько часов. Васильева жмурилась от ярких зайчиков, что отсвечивали окна домов, нос щекотал запах весны, запах неизвестных перемен. Она сама светилась ярче любого солнца, словно не было вчерашней кошмарной ночи. Казалось сознание запечатало все плохое где-то на подкорке мозга, оставляя лишь яркие вспышки положительных моментов.       —В кино пойдешь? - Турбо облокотился локтем о бетонную стену подъезда, обводя глазами девчонку, что покручивала ключи от квартиры в руках.       —Опять какой-то боевик? - Тася задумчиво поджала губы, прикладывая палец к подбородку, вспоминая дела на сегодня. —Если нет, то я согласна.       Юноша ухмыльнулся ее поведению, наклоняясь ближе к девичьему лицо, хочет поцеловать, но не успевает. Васильева первая целует в губы, улыбается, так будто победила на Олимпиаде. Прощание растягивается на добрые десять минут, пока соседка с нижнего этажа не прерывает подростков. Старушка смотрит на пару, с недовольным кряхтением проходит мимо, заставляя двоих рассмеяться.       —Я дома. - тихо оповещает девушка жителей квартиры, кидает ключи на комод и скидывает обувь с ног.       —Настюш, а ты где была? - Светлана Михайловна медленно выходит из комнаты, кутается в коричневую кофту, взгляд заторможенный.       —Мамуль, я у Кати ночевала, дискотека поздно закончилась, ты ведь знаешь до нее идти ближе.       Настя целует мать в щеку, успокаивающе поглаживая ее по предплечьям. Темная макушка перемещается к окну, активно что-то выглядывает и срывается обратно в прихожую. Стараясь удержать равновесие на одной ноге, пытается застегнуть молнию на сапоге. Андрей выходит из комнаты, хмурым взглядом мерит сестру, косится в сторону гостиной и вновь на нее.       —Ты куда? - решается спросить, скрещивает руки на груди, терпеливо ожидая.       —Приду. Скоро. - обрывисто кидает брюнетка и исчезает из квартиры, пришла, создала ураган и испарилась, это было в ее стиле.       Маленький каблук бьется об асфальт при каждом размашистом шаге ноги, иногда скользит по тонкому льду, что еще не успел растаять. Сегодня первый день Ахмеровой в школе, после произошедшего на дискотеке, пуская Васильевой поставят новый прогул на уроках, сейчас у нее другие приоритеты. Кареглазая видит, как под ручку блондинку ведет отец, каждое его действие сопровождается нервозностью, злостью, он не касается дочери. Спокойно выдыхает, пригладив волосы, что растрепались по дороге до гимназии, она уверенно вошла внутрь. Мужчина вышел, громко хлопая дверью, не обращая внимания на школьников. Айгуль стоит в маленьком коридоре, тупит взгляд в пол, сжимает ручки портфеля и футляра со скрипкой.       —Айгуль, - Васильева появляется неожиданно, заставляя девчонку вздрогнуть на месте. —Не бойся, это я, не хочешь идти? - по взгляду было и так все понятно, ответ был очевиден. —Пойдем прогуляемся.       Она боится, сверкающие когда-то глаза, были затравлены, недоверие ко всем, так и плескалось.       —Со мной тебя никто не тронет. Ты мне веришь?       Блондинка жмется, нерешительно отдает портфель в руки подруги, Тася аккуратно берет ладонь в свою и осматривая территорию, выводит ее на улицу. Дворы пусты, машины ездят из стороны в сторону, непрекращающимся потоком. Из булочной тянет пряный аромат свежей выпечки, который щекочет рецепторы и заставляет желудок заурчать.       —Мне в два часа нужно быть в школе. - Айгуль сказала первые слова, после протяжного молчания.       —Я приведу туда к назначенному времени.       Улыбка Насти, такая светлая и искренняя, пробуждает теплые чувства внутри школьницы, что потеряла веру всем. Они петляют по улицам, брюнетка сжимала в руках портфель и пакетик с булкой, что купила в магазинчике. Маленькая заброшенная будка встречает их пустотой, раньше здесь сидел охранник и охранял приезжие машины, но спустя пару лет ее бросили, построили новую на другом конце улицы.       —Садись. - Тася кладет картонку на прогнившую лавочку и сама опускается рядом. —Держи.       Булка разломана на пополам, девчонка с голоду почти моментально уплетает ее, пока блондинка сверлит ее взглядом и мнет тесто в руках. Ахмерова не знает, что ей делать, в голове миллионы вопросов и одновременно ничего, почему Тася сейчас с ней, разве так положено, разве ей можно.       —А ты?       —М? - карие глаза мечутся влево, голова чуть склоняется в бок, напоминает любопытного щенка, который только познает весь мир. Васильева девочка взрослая и совсем не глупая, понимает, что означает этот вопрос. —Знаешь, мне плевать, я не согласна с идиотскими пацанскими законами, пускай, хоть мир обрушится на меня, переживу.       Такая была Анастасия Васильева, пусть ее разбивают, хоть сотни раз, но она найдет силы собрать себя заново и оставит трещины, которые придется защищать под новыми ударами. Она хотела показать Айгуль, что та не осталась одна, от нее не отвернулись, есть люди, которые помогут ей. Школьница нерешительно отрывает кусок выпечки, засовывая его в рот.       —Если тебе тяжело, не заставляй себя. - она осторожно кладет свою ладонь на чужое плечо, боится спугнуть. —Можно я?       —Тась.       Ахмерова сама прижимается к ней в поисках объятий, жалобный писк ее голоса, заставил сердце болезненно сжаться. Тася осторожно гладит по спине, чувствуя жесткую ткань пальто, пока девчонка сжимается в ее руках, цепляется пальцами за ее куртку, как за спасательный круг. Если нужно будет Васильева станет им, подставит свое плечо и будет опорой для школьницы. Именно это нужно было сейчас для Айгуль, чтобы ей позволили выплакаться, укутали теплом своим рук и просто дали понять, она не грязная.

***

      —Я взял нам билеты, в шесть начало.       Валера встретил девушку у подъезда, когда та возвращалась от гимназии домой и совсем не ожидала такой встречи, но виду не показала. Вела себя, как обычно, так, как хотели видеть окружающие и она давала им это.       —Удиви меня и скажи, что это не боевик со стрельбой. - Тася усмехнулась, подсознательно готовясь к полуторачасовому насилию на экране.       —Нет, мне посоветовали какой-то «Вокзал на двоих», сказали девчонкам нравится.       Уголки губ поползли вверх, когда она услышала название фильма и увидела, как Туркин неловко почесал затылок. Он еще не знал на что подписался, но Васильевой было приятно, ей кинокартина понравилась, когда ее только-только показали по телевизору.       —Что ж, удивил.       В зале творилась тишина, лишь голоса с экрана разносились по помещению. Турбо закинул руку на плечи девушки, прижимая ее ближе к своей груди, он не понимал сюжета, смотрел, как меняются отснятые картинки, пока Тася внимательно следила за каждым движением героев и их разговорами. Юноша никак не мог привлечь внимание возлюбленной, а когда та и вовсе шлепнула его по руке, то вовсе оставил все попытки отвлечь ее.       Брюнетку переполняли эмоции прошедшего дня, такие эмоциональные качели вредны, но что поделать. Такова жизнь и с ней никак не совладать, можно лишь отключится на сон и прервать цепочку событий на некоторое время, чтобы подготовиться к новому дню.

***

      Андрей сидит на кухне, размешивает сахар в кружке с чаем. Металл бьется о фарфор, раздавая противный стук по всему помещению. Старшая лезет в холодильник, доставая оттуда пару яиц, сразу направляется к плите, быстро разбивая их в сковородку. Он думает, что первое преподнести сестрицы в качестве плохих новостей. Видел на дискотеке , как она веселилась, улыбалась Айгуль, стараясь вывести ту на такие же эмоции, даже застал неконтролируемую агрессию, с которой она влезла в драку.       —Есть будешь? - брюнетка сама начинает диалог, рыская по шкафчикам в поисках соли.       Пацан молчит, смотрит в пустую прихожую, встает с места и закрывает дверь в кухню.       —Ильдар по телефону говорил, я подслушал, Адидаса в убийстве обвиняют, в розыск объявили.       Теперь картинка в голове складывается, все становится на свои места. Почему Андрей говорил в спину старшего, ушли в укромный уголок, а после Вова и вовсе увел свою спутницу с танцев, как можно быстрее. Яичница шкварчит на сковороде, стреляя маслом в разные стороны, белок уже побелел, а желток начал застывать.       —Это еще не все, - Андрей аккуратно забирает тарелку из рук сестры, отводя в сторону. —Айгуль с балкона спрыгнула.       В полной тишине, кажется можно было услышать треск бьющегося стекла, что осколками разлетелось внутри девушки.       —Ты хочешь сказать, что..       —На смерть.       Смерть. Вот как звучит приговор, который нельзя обжаловать, нельзя от него сбежать и скрыться. Искры в карих очах тухнут, рот открывается и закрывается, как у рыбы, которой не хватало воды, не знает, что сказать. Васильев повесил голову, не в силах смотреть, не мог выдержать потухшего взгляда старшей. Глаза начинает щипать, но слез нет, организм еще не восстановился после последней истерики. Тася прониклась к Ахмеровой, хоть и знакомы были недолго, но помнит, как ярко улыбалась, когда она рассказывала какую-то глупость. За долгими разговорами девочки договорились, что Тася придет на концерт к Айгуль, а блондинка попросила ее нарисовать, кареглазая пообещала, что обязательно сделает это. Не успела. Помнит с каким блеском в глазах о ней отзывался Марат, что буквально готов был шагать за школьницей по пятам. Марат, как он там, знает ли, что случилось. Только вчера они сидели вдвоем в маленькой будке, Настя окутывала ее своим теплом и заботой, а сегодня.. Ее затравили, извели, общество, которое не хотело принимать обратно в свои ряды, родители, у которых были совдеповские взгляды на эту жизнь. Время не щадило никого, все стелились под понятия и становились стадом, повторяя друг за другом, не имея своего мнения.       —Ты куда? - Андрей заметил, как вилка опустилась на стол, а девчонка на дрожащих ногах направилась к выходу.       —Перехотелось.       Солнечный свет больше не радовал, наоборот, хотелось от него скрыться и оказаться в полном мраке, где ничего не видно. В комнате казалось холоднее, по всему телу разбегались мурашки, вынуждая кожу покрыться маленькими пупырками и вовсе не от приятных ощущений. Тася закусила указательный палец, оставляя на нем отпечаток передних зубов. Приглянулась ей Ахмерова по правде, такой лучик света в этом сером городе, со своим дерзким нравом и цветущей аурой. Пройдет время и все забудут, не вспомнят Айгуль Ахмерову, что подвергалась насилию, оскорблениям общества, а родители будут сожалеть о своем отношении к школьнице.       Кровать под давлением чужого тела скрипнула, матрас прогнулся возле женских ног. Андрей поглаживал сестру по спине и плечу, без слов оказывая поддержку. Сейчас не было подходящих слов, да и говорить было нечего. В гостиной играл телевизор, было слышно, как мама ходит шурша тапочками, как под мальчишескими пальцами шуршит ткань, но все было не важно.       —Расскажи мне что нибудь.       Тася просила это не из-за интереса, нужно было отвлечься, сменить пластинку в голове. Васильев послушал сестру, скрывать от нее не было смысла, она также втянута во все по самое горло. Рассказывал, как пришел домой, дословно пересказал разговор с Ильдаром, как убежал из дома к Ирине с надеждой на поддержку, но и там ее не оказалось. Затаил злобу на мужика, что ударил его, бросив в подъезде. Ночевал в подвале на узком красном диване в полном одиночестве, возвращаясь домой, только под утро.       —Будем мстить. - отрешенно проговорила кареглазая, поднимаясь с кровати. Она словно прочитала мысли младшего, пацан хотел поставить Джона на место.       —Нам старшие нужны. - Андрей следил, как девушка выискивает в шкафу свои спортивки, а ведь она собиралась сегодня в школу.       —Турбо в спортзале.       В подвале малолюдно, Валера сидел на тренажере раскачивая руками, пару парней тренировались на ринге, другие же наблюдали, ожидая своей очереди. Андрей прошел вперед поочередно здороваясь с каждым. Тася осталась у входа, жалась к стене, желая слиться с ней воедино, но пацаны приветственно махнули ей рукой, не чужая ведь. Весь разговор слышен через вакуум в ушах, долетали лишь обрывки маловажных фраз.       Шла позади пацанов, словно боялась их, сверлила тяжелым взглядом их спины, хотя они ничего не сделали, она продолжала стрелять молнии из глаз. Пальто все разузнал, где подождать, во сколько, чем удивил сестру. Обычная серая пятиэтажка в приличном состоянии, ухоженный двор с детской площадкой, ничего примечательного. Васильевы одни зашли в подъезд, пока пацаны ждали нужного момента на улице. Девчонка подошла к батарее, опуская на нее покрасневшие ладони, подушечки тут же обожгло, но убирать руки не спешила.       —Тась, все нормально? - юноша приметил поведение сестры, оно было отрешенным, незаинтересованным ни в чем, просто делала все, как робот.       Брюнетка подняла бровь и скривила губы, нихрена не нормально. Ей хочется высказаться, повысить голос, махать руками, разве нормально, что четырнадцатилетняя девочка прыгает с балкона, нет. Настя просто сдерживается, глотает вязкую слюну и кивает, смотря на темный зеленый цвет батареи.       Подъездная дверь закрывается с громким стуком, а затем шарканье обуви о бетонные ступеньки с каждым разом приближаются.       —С добрым утром!       —Ты че, за добавкой пришел? - Джон переводит глаза на девушку, что стоит рядом с Андреем. —Девчонку еще притащил.       —Дядь, ты моего брата обидел, я как старшая сестра не могу такое с рук спустить.       Мужчина отступает на пару шагов, хочет сбежать, не успевает, Турбо с пацанами уже заходят в подъезд. Первый удар прилетает в челюсть, боль заставляет замереть, второй удар ногой по коленям, заставляя его упасть на пол. Валера отходит к Васильевым, пока парни продолжают запинывать музыканта. Тася смотрит внимательно, не отрывает глаз от избиения, в ней просыпается жажда крови, что начинает пугать. Андрей кивает старшему, тот понимает без слов, останавливает скорлупу, чтобы не перестарались. Юноша достает из кармана ножницы, спускаясь на пару ступенек вниз, чтобы было удобнее присесть на корточки и начать обстригать отросшие волосы, пока остальные держали. Мычание вперемешку с хрипением и режущим скрипом разлетелись по стенам подъезда.       —Вот так, хоть на нормального стал похож. - Андрей довольно улыбнулся, переглядываясь с группировщиками.       —Ты на моего брата, руку поднял. Еще раз его огорчишь - убью. - От тяжелого тембра Турбо у девчонки прошлась дрожь по рукам. Всегда удивляло, как быстро человек меняется, общение со своими более легкое что ли, а на чужих оказывал давление.       Тася окинула лежащего тяжелым взглядом и следом покинула подъезд, ожидая брата уже на улице. Старший с остальными уже давно ушли, Андрей поправил шапку на голове и кивнул сестре в сторону дома, что он сказал тому парню ей не известно, но это явно подняло ему настроение.

***

      —Можно? - Васильева тихо заглядывает в кабинет литературы, звонок уже прозвенел, как пять минут назад.       —А вот и наша заблудшая душа, - Регина Витальевна спускает очки на нос, оглядывая ученицу. —Васильева, решила почтить нас своим присутствием? Заходи.       Тася проглатывает комок язвительных слов, опустив голову проходит к своей парте, где уже сидит Катя и смотрит печальными глазами, новость о смерти школьницы быстро разлетелась по району. Учительница продолжает вести урок, рассказывает о новом романе, в очередной раз отрывается на прогульщице и заваливает ее темой для доклада. Одноклассники сторонятся девчонку, лишь жалобно смотрят, вид был пугающий, только лучшая подруга следует по пятам не отставая, старается развеселить.       Женский туалет наполняется дымом от сигарет, запах оседает на поверхности, заставляя тело расслабляться. Синицына протягивает спичку брюнетке раскуривая сигарету в своих пальцах.       —Ты как? - блондинка, косится в сторону двери, где проносится топот детских ног.       —Сама как думаешь?       Катя поджала губы, понимая какую глупость спросила, не знает, как разговорить подругу. А Тася молча курит, прикрывает глаза, жмурясь до ярких звездочек в темноте. Столько всего произошло за несколько дней, хочет все рассказать, высказаться, но рот будто нитками сшили и получается лишь скалиться, вставая в защиту.       Она надеется, что это последнее, ей дадут передышку и дальше все пойдет легче. Вернется на занятия, станет прогуливать меньше и вновь будет размеренный образ жизни. Нет, так не будет, точно не в ближайшем будущем, ведь жизнь подготовила для новый удар в поддых , решая добить шаткое состояние окончательно.       —Юля потерялась.