Часть 4

Глава 6. Битва

      Примерно год назад в жизни зеленого тигра появилось новое развлечение. Он уже давно понял, что спокойно умереть ему никто не даст, а поскольку сотрудничать он не собирался и никакие пытки не могли повлиять на него, то единственным способом размять отекшее тело стали подпольные бои. Хотя дозорные придумали еще один вариант, как использовать тигра, но об этом знали немногие…       И вот однажды пришел мерзкий охранник, который поверил в слух, что тигр понимал больше, чем показывал. Предложение было простым: договорная победа или проигрыш в клетке в обмен на еду, которая не молит о пощаде. Соглашаться не хотелось, но и причин отказываться не нашлось. К тому же всегда оставался шанс на побег или, что лучше, на смертельный исход и прекращение бессмысленного прозябания. Первое осуществить не удалось: тигр несколько недель не мог подняться от количества и силы электрических разрядов, которые прошли тогда через его тело. Над вторым зверь все еще работал.       Он чувствовал, как адреналин наполнял разум и душу, заставлял сердце биться чаще. На арене он почти оживал. Сегодня ночью ему предстояло столкнуться с тремя сверхлюдьми, и первым из них был фркутовик типа зоан. Первый противник оказался слабым, но, следуя отвратительным условиям дозорного, тигр должен был подставляться под удары. Человек-кабан, от которого несло, как от помойной ямы, стремился своими клыками распороть его живот, но пока тигру удавалось уклоняться. Впереди маячили два боя, в которых, несмотря ни на что, нужно было победить. Однако сложно представить, как это сделать, когда твои кишки вываливаются наружу.       Тигр прыгнул и для зрелищности поцарапал бок кабана: красные полосы украсили толстую шкуру противника. Получи ублюдок! Фруктовик заголосил и отскочил в сторону. Оставалось ждать, когда неповоротливый упырь повернется и ударит копытами в ответ. Если бы они сражались по-честному, то у тигра на ужин была бы свинина, но в этот раз он бился за настоящую еду и не для себя, а для Луффи. Поэтому, глотая пыль и прикрывая лапами беззащитный живот, он терпел удары разъяренного кабана. Фруктовик все же поднял тигра своими бивнями над землей и с силой швырнул в стену. Привычная боль распространилась по всему телу, злость закипала, но ее время еще не пришло. А кабан и не думал успокаиваться. Он мерзко визжал, разбрызгивая слюну, и бил неподвижного противника копытами. Тигр почувствовал, как внутри что-то неприятно хрустнуло. Под ним с опасной скоростью скапливалась лужа крови. Наконец голос в громкоговорителе объявил: «Кабан-Осаму победил!»       Полубессознательного тигра грубо схватили и вытолкали за пределы боевой арены. В чувства его привела безжалостная струя ледяной воды: «Вставай! Еще два боя, теперь нужно постараться!» Зверь с трудом поднялся: его тело, избитое, разорванное и совершенно изнуренное, двигалось само по себе. Очень удобно.        Зверь зарычал от досады и яростно посмотрел на дозорного. Если проигрышный бой оставили бы на конец представления, то было бы проще. Зверь выложился бы вначале, а затем позволил бы противнику завершить работу, с которой не справились остальные. Но теперь, получив ранения, он должен был столкнуться с по-настоящему сильными бойцами, которых сегодня не били об стену, безжалостно не топтали копытами и даже не разрывали бивнями. Просто блестяще!       Усложняло и то, что драться приходилось с людьми, которые умели превращаться в зверей. Публика всегда была на их стороне. Сами фруктовки жалели друг друга и никогда не наносили слишком серьезных увечий. Для людей это был просто кровавый спарринг друг с другом. В тигре же они видели безмозглое животное, монстра, который никак не мог подохнуть. Он редко появлялся, но всегда вызывал у зрителей эмоциональный взрыв. Каждый из фруктовиков ставил перед собой задачу облегчить существование бедной твари и наконец прекратить страдания, ну, а еще получить славу бойца, завалившего демона. Однако пока это никому не удалось. Для тигра на кону стояла жизнь, и как бы он не готовился к смерти, в последний момент в нем всегда вспыхивал огонек, заставляющий его вставать и продолжать бороться. Сегодня он точно не мог проиграть.       Вторым соперником был рыбочеловек. Перед тигром стояла четырехметровая смертоносная акула, плавники которой напоминали мечи. С ним сражался чертов фехтовальщик с бесконечным количеством острейших зубов! Тигр напомнил себе, что умирать было запрещено. А жаль, получилось бы красиво.       Тигр извивался и рычал, он быстро выдохся и с трудом уклонялся от летящих в его сторону смертоносных атак. Полосатый демон нырнул между ног акулы и прыгнул на один из плавников, вцепившись в него зубами. Тактика подействовала, и пасть стала стремительно наполняться противной рыбьей кровью. Минус один меч.       Рыбочеловек взвыл и попытался стряхнуть тигра, который глубоко впился противника и, не выпуская при этом плавника, распарывал толстую кожу. Акула билась о прутья клетки, пытаясь избавиться от зеленого монстра, но тигр не отпускал. В какой-то момент рыбочеловек извернулся и уже сам укусил зверя за бок. Свободным плавником фруктовик нанес режущий удар по тигриной спине. Только в последнюю секунду удалось развернуться и подставить лапу, чтобы защититься от получения мерзкого шрама на спине. Плавник соскользнул и прошелся острым краем через впалый тигриный бок. Публика услышала звериный вой и увидела потоки крови. Противники откатились друг от друга и, тяжело дыша, попытались подняться. Весь бок тигра был залит красным, но он стоял на всех четырех лапах и готовился к новому раунду. Зверь устрашающе зарычал: недолго тебе осталось, мудак! Он явно сумел одной из своих лап задеть жабры акулы, поэтому бой скоро должен был закончиться. Давай!       Рыбочеловек прыгнул первым, его массивная фигура несла смерть, но тигр предугадал удар и встал на задние лапы. Он не был таким же высоким, как акула, но все равно выглядел внушительно. Зверь оттолкнулся от земляного пола и ударил лапой в нос противника. Падая вниз, тигр успел вонзить в рыбочеловека свои острые когти и оставить на скользкой рыбьей коже безобразные красные полосы. Последний удар он нанес головой прямо в грудь фруктовика. Грузное тело упало и больше не двигалось. Остался еще один. Толпа ревела, механический голос произнес: «Победа демонического тигра. Следующий бой с рогатым Шином».       Рыбочеловека унесли, видимо, на сашими (демон искренне надеялся на это). Тигр получил минутную передышку перед следующим боем. Его тело болело, несколько костей треснуло еще в первом сражении, сбоку, не переставая, текла кровь.       Как там сказали, «рогатый Шин»? Замечательно, видимо, сегодня, ему точно вспорют брюхо. Только на этот раз никто и не подумает зашивать. Последняя мысль могла бы порадовать, но в мозгу пульсировало только одно: «Луффи, Луффи, Луффи». Мугивара ждал тигра, он нуждался в его помощи. Очень скоро должны появиться эти ленивые накама, которые, по мнению зверя, вовсе не торопились в поисках своего капитана. Заблудились, что-ли? Они, наверное, все это время ждали, что дозорные, устав от выходок Луффи, сами вернут пирата на родной корабль. И все же они обязательно придут и навсегда заберут это резиновое чудо из жизни тигра. После этого зверь уже больше никогда не сможет подняться, но Луффи будет жить. Он продолжит открывать мир и добиваться своей мечты. Станет королем пиратов... Все на свете стоило этого. А пока тигр был обязан бороться.       В клетке появился носорог. Это был огромный фруктовик с непробиваемой серой кожей, маленькими глазами и громадным бивнем, обещающим скорую смерть любому глупцу, бросившему ему вызов. Противник улыбался. Тигр знал, что настало время выпускать демона. Первый удар не принес боли. Это был тот уровень, когда тело уже перестает воспринимать новые страдания. Такое бывает только перед смертью. Новый толчок впечатал гибкое зеленое животное в земляной пол. После этого тигр уже не мог встать.       Носорог зарычал от разочарования: «Где мой достойный соперник? Мне нужна схватка, а не избиение котят!»       Тигр задрожал и с ревом поднялся, но на этом его силы закончились. Единственный глаз стал заплывать, однако кошачий инстинкт подсказывал, что следующий удар будет в слепую зону. Они всегда бьют туда. Предсказание сбылось, и это единственное, что позволило тигру продлить свою жизнь еще ненадолго. Носорог взревел. Тигр прыгнул на него и чудом сумел свалить с ног. Яростно подтягиваясь к шее, полосатый монстр пытался перегрызть толстую шею. Бесполезно. Тяжелые лапы, оглушая, ударили тигра с двух сторон по голове, а задние конечности с силой отшвырнули на прутья решетки. Смерть приближалась, она улыбалась и предвкушала, у нее было кошачье лицо.       Лапы тигра почернели, а глаз загорелся алым. Он даже не знал, каким образом это работало, но невидимая сила уже наполняла его мышцы, текла по венам. Зверь редко впадал в подобное состояние и практически не контролировал себя, но сегодня он сражался за друга. И плевать, что это инородное слово никогда не должно было всплывать в его чертовом мозгу. Он не был достоин Луффи, но знал, что сделает все, чтобы помочь мугиваре. Последняя осознанная мысль была о том, что у соломенного пирата были ее глаза.       Мир перестал существовать, время остановилось. Больше не было звуков или запахов. Боли теперь тоже не было. Все превратилось в ничто, осталась только ярость. Тигр впился в ноги Носорога, которые немного напоминали человеческие. Догадка оказалась верной: наполовину человеческую кожу удалось прокусить. Очевидно, что противник закричал, но звуков больше не было, поэтому тигр ничего не услышал. Он ухмыльнулся по-кошачьи и за долю секунды поменял позицию, избегая ответного удара. Не было смысла смотреть и оценивать, теперь демон знал каждое решение своего противника. Новый рывок, и уже второе сухожилие было прокушено. Носорог начал оседать, но этого показалось недостаточно. Тигр разбежался и запрыгнул на горбатую спину, напоминающую гору.       Почерневшие лапы заменяли катаны, они не могли резать металл, но живая материя была им подвластна. Убийственные и бесчестные удары с новой силой посыпались на носорога. Фруктовик катался по полу, пытаясь скинуть зеленого демона, но все было бесполезно. Вдруг носорог начал задыхаться, тигр чувствовал удивление соперника: очень редко можно встретить настоящего зверя, умеющего не только рвать когтями и зубами, но и выполнять удушающий захват. Однако тигр никогда не являлся простым животным и сейчас не было смысла это отрицать. Носорог задергался, но последние жалкие попытки выбраться никак не помогли ему. Обессиленный фруктовик начал менять свою форму на человеческую, что означало конец боя.       Мир снова обрел форму и звуки: «Победа за тигром! Общий результат 1: 2 в пользу зеленого демона!»

Глава 7 Боль

      Луффи не улыбался. Он метался по камере, в нервном напряжении грыз ногти и проклинал одну тощую и зеленую задницу. Впервые за все время заключения пират чувствовал себя абсолютно беспомощным. Молодой капитан так и не понял, в чем заключался план тигра, но это определенно не было чем-то хорошим.       Он не знал, как помочь, новому другу, и даже примерно не представлял, что сейчас происходит. Ожидание оказалось единственным, что он мог сделать, и это страшно бесило. Луффи со всей силы ударил ногой по ненавистной ему решетке. Время тянулось слишком медленно, он пытался считать минуты, но под землей жизнь отличалась, поэтому пират не мог определить, как долго отсутствовал тигр.       В какой-то момент дверь в коридоре скрипнула - послышались приближающиеся шаги морских дозорных. Луффи судорожно вздохнул и приготовился. Ему ужасно не понравилось, что среди мужских голосов и тяжелых шагов он не улавливал недовольного, но такого привычного, рычания тигра. Что с ним случилось? По мере приближения тюремщиков становилось понятно, что дозорные несут что-то тяжелое или точнее волчат по земле тушу крупного животного. В этот момент у Луффи защемило сердце. Но если бы тигр был мертв, его бы не стали запирать в камере, правда же? Значит еще был шанс.       Группа дозорных оказалась перед их клеткой, и фонари, которые солдаты принесли с собой, позволили Луффи разглядеть ЭТО. Все тело его прекрасного зеленого тигра было залито кровью. Животное не шевелилось и, казалось, не дышало. Бок, повернутый к Луффи был прокушен, словно кто-то пытался откусить большой кусок плоти от этого слабого и уставшего существа. Проплешин стало еще больше, а одна из лап была вывернута под неестественным углом. Хотелось выть. На секунду он испугался, что ублюдочные дозорные притащили труп его друга, только чтобы поиздеваться над заключенным. Мугивара сжал кулаки и зарычал не хуже самого тигра.       «Что с ним?»       «Он жив», – спокойно проговорил знакомый тюремщик. Луффи ничего не ответил. Он отрешенно наблюдал, как решетки в их темницу открылись, а на холодный пол, на котором ему так удобно было лежать в горячих объятиях дикого зверя, подобно мешку с мусором, свалилось тело друга. Тигр не издал ни звука. Затем в камеру зашел дозорный. Мужчина довольно посмотрел на мугивару.       «Знаешь, пират, этот плешивый коврик устроил отличное представление. Давно я не видел подобного, – он усмехнулся – думаю, зверь заслужил небольшую награду». После этих слов на пол темницы упало несколько свертков. Луффи продолжал, не отрываясь, смотреть на дозорного. Во взгляде пирата сверкала ненависть.       «Советую тебе быть более благодарным. Тварь так отчаянно боролась ради этих продуктов, будет очень неприятно, если из-за тебя вы всего лишитесь», – произнес дозорный.       «Ублюдок, о чем ты говоришь? Что вы сделали с ним?» – Луффи больше не мог молчать. Он подскочил к тюремщику, готовясь наброситься на стоящего перед ним человека.       «Я сказал полегче! – рявкнул дозорный. – Сегодня я хочу быть добрым, но еще одно слово, и наш договор будет расторгнут. Этот грязный демон выполнил свою часть сделки, и поэтому я принес еды и лекарств. Но на этом все. Советую не съедать все сразу». Больше дозорный ничего не сказал. Мужчина развернулся и вышел из камеры.       Луффи бросился к неподвижному телу, лежащему в углу. Мугивара не обратил внимания на звук закрываемых замков или удаляющихся под довольный гогот шагов. Он трясущимися руками пытался сделать хоть что-то. Но он не представлял, как следует поступать в подобной ситуации. Постараться нащупать пульс? А где он у тигров? Ударить по щекам? В принципе, щеки у тигра были, но бить это прекрасную полосатую голову было бы преступлением. «Твари», – прорычал Луффи и перевернул тигра на спину. Затем он прижался щекой к груди животного и прислушался. Сначала ничего не происходило, и паника уже начинала овладевать разумом: они же не могли просто бросить мертвого зверя в темницу к пирату? А что, если это все же такая извращенная пытка, чтобы заставить мугивару говорить? Размышления прервал слабый стук чужого сердца. Тигр застонал и открыл здоровый глаз. Привет, Луффи. Я победил .       «Ты живой! Ты правда живой!» – Луффи закричал сквозь слезы, вытекающие из глаз и грозящие стать наводнением. Пират испытывал невероятное облегчение и одновременно еще сильнее переживал за товарища. «Как же ты меня напугал, глупый! Ради чего это все было? Неужели ты готов умереть ради куска мяса?» Договорить мугиваре не дали: тигр покачал головой и ткнулся горячим носом в грудь пирата. «Что ты хочешь сказать?» – недоуменно пробормотал Луффи.       Тигр с болезненным стоном развернулся к забытым сверткам и пополз в их направлении. «Остановись, я понял! – приказал молодой капитан, и зверь замер, – я все принесу, даже не думай двигаться!» Луффи вскочил и, подхватив завернутые в ткань предметы, упал рядом с тяжело дышащим зверем.       «Хочешь, чтобы я их открыл?»       Получив один слабый тигриный кивок, пират начал резко раскрывать свертки. Если быть честным, Луффи не особо слушал, что говорил дозорный: тогда его больше интересовало состояние тигра. Но сейчас было невозможно игнорировать – пред ним лежала еда: им принесли приличный кусок хлеба, несколько яблок, завернутый в листья бамбука рис и даже небольшую тару с чем-то похожим на овощное рагу. В последнем свертке оказалась лекарственная настойка, которая пахла точно так же, как капли, которые Чоппер вливал в каждого члена команды, которому не посчастливилось чихнуть более двух раз подряд.       «Пушистик, я не понимаю, разве ты ешь овощи или рис? А лекарство тебе зачем? Ты заболел?», – говоря это, Луффи вдруг начал кашлять. Приступ усиливался, и остановиться никак не получилось. Тигр смотрел с сочувствием и тихо поскуливал.В конце концов кашель прекратился, Луффи вытер тыльной стороной руки свои губы: было мокро – во рту чувствовался привкус крови – «Ой».       «Это все для меня? Как ты вообще понял, что я заболел?» – разочарованно прошептал Луффи. «Ты перестал просить мясо», – про себя грустно ответил тигр.       «Я не могу это принять. Ты не понимаешь? Мы должны что-то сделать, ты должен поправиться. Здесь есть врач или ветеринар? Если им сказать, что ты ранен, то кто-то же должен помочь, да? … Я ничего не могу… не помог тебе, как обещал, только стал обузой. Прости меня, пожалуйста, Демон-Пушистик. Я…я ничего не могу…», – Луффи паниковал, но резко замолчал, когда в его плечо толкнулась тяжелая и горячая тигриная голова. Зверь еще больше прижался к мугиваре и замер. И Луффи позволил себе раствориться в успокаивающих объятиях. Они просто сидели, не двигаясь, две одинокие фигуры, против которых был весь мир: человек и тигр. Спустя несколько минут тигр зашевелился, он пронзительно смотрел в лицо Луффи, и даже в полумраке камеры мугивара увидел его беззвучную просьбу: пожалуйста, прими это.       «Хорошо», – сказал молодой пират.       Он сел рядом с искалеченным полосатым телом и протянул руку к овощам. Еда была холодной и выглядела неаппетитно, за нее пришлось заплатить кровью друга. Луффи жевал и не мог проглотить. Раньше он радовался даже запеченным гигантским жукам или куску жареного мяса, пролежавшего несколько часов на земле в солнечный день. Еще недавно он под возмущенные вопли накама проглотил, найденное в руинах Алабасты пирожное моти, по крайней мере, он решил, что тот комок раньше был десертом, но теперь даже нормальная еда казалась несъедобной. Тигр внимательно следил за действиями соседа, а затем издал вопросительный рык: ну, как?       «Просто идеально, почти так же хорошо, как и стряпня Санджи. Только не говори ему, хорошо?» – Луффи улыбнулся чисто и искренне.       Тигр видел, как парнишка слегка скривился, оторвав кусок хлеба, но сразу же закинул к себе в рот и продолжил тщательно жевать. Луффи никогда не умел есть аккуратно, еда взрывалась в его руках и разлеталась во все стороны миллионами кусочков, но сегодня, он не мог позволить ни одной крошке пропасть. По щекам пирата все еще текли слезы, но он упорно продолжал свой первый за насколько недель ужин. Тигр посмотрел по сторонам и, только убедившись, что у грязных тюремных стен неожиданно не выросли глаза, быстро лизнул соленую щеку мугивары. Прекращай реветь, я не собираюсь умирать так легко.        Зверь тут же пожалел о своем малодушном решении, внутри что-то неприятно кольнуло, но Луффи удивил. Вместо того, чтобы брезгливо отпрянуть и рассмеяться тигру в лицо в морду, он только тихо усмехнулся: «Спасибо, это правда очень вкусно». Наверное, пират воспринимал его только как животное и поэтому даже не придал значения глупому жесту. Это к лучшему.       Луффи нежно дотронулся до тигриной головы и начал гладить между ушами – зверь довольно заурчал. Он же на самом деле был лишь зверем и никем больше, зачем волноваться о пустяках.       «С тобой же все будет в порядке? – Луффи заметил болезненную судорогу и нездоровый жар, исходящий от тигриного тела – пообещай мне, Пушистик». Тигр коротко кивнул и положил голову на колено пирата.       «Какой же ты все-таки глупый», – пробормотал мугивара. Да, мне приходилось слышать подобное. Расскажешь что-нибудь?       «Хочешь расскажу историю моей соломенной шляпы? Ее сейчас нет со мной: когда меня поймали, то ее унесло ветром, но кто-то из команды, конечно же, нашел ее. Это мое главное сокровище, я получил шляпу от пирата по имени Шанск. Однажды, когда я стану великим королем пиратов, то верну …»       Закрыв правый глаз, тигр начал погружаться в темноту. Тело горело, сам он одновременно замерз и вспотел, фантомные удары человека-кабана пульсировали на шкуре, укус, доставшийся от рыбочеловека нарывал, а мучительная тошнота указывала на приобретенное сотрясение – здесь уже постарался мерзкий носорог. Было похоже, что внутри взорвалось несколько органов. Тигр почти умирал, но при этом он точно знал, что еще не время уходить, поскольку по-мальчишечьи резкий голос не позволит ему. Тело было источником боли, но должен был найти способ пережить эту агонию. Совершенно случайно зверь попал на орбиту планеты по имени «Луффи», и иного выхода не было: приходилось бороться за жизнь. Каким образом его притянуло и привязало к этому человеку? Парень даже не старался специально повлиять на тигра, все произошло естественно и правильно. Пират словно заполнил пустое место, которое всегда ему и принадлежало.       Тигр повернул голову и слегка холодные пальцы, перебирающие шерсть на его загривке. Не ешь много, это опасно.       «Чоппер всегда говорил, что после продолжительного голода нельзя сразу наедаться. Две недели – это достаточно долго, как думаешь? – Луффи продолжал доказывать, что умеет читать мысли. – Я приму лекарство, а ты попробуй попить воды, ладно?»       Перед тигром предстала миска с мутной водой, от которой пахло тухлым мясом, грубо и отталкивающе. В животе что-то неприятно скрутилось, но Луффи был прав. Тигр выждал немного и начал лакать, а заботливые и нежные руки не переставали гладили и ободряюще почесывать его подбородок. «Ты молодец, поспи немного», – тихий голос раздался над самым ухом.       Прежде чем полностью погрузиться в темноту, тигр немного ближе прижался к пирату, чтобы тому не пришлось мерзнуть.