Часть 7

Глава 10. Зоро

      Такая привычная агония переполняла тело. На этот раз зверь далеко зашел и было не похоже, что он каким-либо образом выберется из подобного. Это почти радовало: перед самым концом он успел сделать что-то хорошее, спасти друга, пускай и кровавыми методами. Тигр был счастлив, если бы не предсмертные мучения, он бы даже позволил себе улыбнуться. Помнил ли он, как это делается?       Голова кружилась от непривычных запахов, а незнакомые голоса обволакивали его тело. Кто здесь?       «Нет, ты мне скажи. Ну, разве это пушистик?! А ты что лыбишься, не мог нормально предупредить? Как ты говорил “и муху не в состоянии прибить”?!! Ты гад, Санджи!»       «Так мух он и трогал», – засмеялся чей-то баритон. Раздррражает.       «Усопп, что ты переживаешь? Да, его зовут Демон-Пушистик. И он мой…».       Раздался глухой удар, а затем кто-то пронзительно закричал: «Ты издеваешься?!! Нужно было сразу сказать про демона! Почему ты не сказал? Я бы сменное белье подготовил! Как можно было забыть часть про демона? Это же самое важное! Признайся, тебе просто хочется моей смерти!»       Луффи заскулил: «Больно же, Усопп…»       Луффи больно? Держись, я сейчас… Только толкни в мою сторону, и я перегрызу его хребет.       Отдаленно звучавшие голоса с трудом пробивались сквозь бешеный стук сердца, который практически заглушал остальные звуки.       «Не волнуйся, Усопп не причинит Луффи вреда. Пожалуйста, не перегрызай его хребет», – пропищало над ухом.       «Оно в сознании?!!! Что оно хочет?!!! – раздался очередной, приносящий боль визг. – Большое спасибо, это было удивительное путешествие, но очень прошу высадить меня на следующем острове. На такое я не подписывался! Либо бесстрашный и непобедимый капитан Усопп, либо это зеленое чудовище!»       «Пожалуйста, помолчи. Ему нужна помощь, – вернулся тоненький голосок, – я обнаружил пять пулевых ранений. У него явное истощение, а также повреждение внутренних органов. А еще он не реагирует на свет, и есть симптомы сотрясения. Луффи, он не бился головой в последнее время?»       «Неее, ничего такого. Хотя, он дрался в какой-то клетке, я не знаю, что там происходило», – прозвучал ответ капитана.       «Ясно. Сначала зафиксируем его и снизим болевой синдром. В первую очередь необходимо разобраться с пулевыми ранениями. Он потерял много крови, но у меня ничего нет для переливания. Будем использовать физиологический раствор, – тонкий голос продолжал четко проговаривать инструкции. – И я хочу, чтобы кто-нибудь помог снять этот ошейник. Усопп, можешь это сделать?»       «Да, наверное. Нам повезло, что это не литье, не хотел бы я пилить прямо на звере. – Рядом кто-то завозился, а затем судорожно вздохнул и приблизился к тигру. В нос ударил запах пороха и детского мыла. – Была у меня хорошая отвертка. Так-так, подождите минуту. Но, эммм, вы же проследите, чтобы … Пушистик не отгрыз мои ценные руки? Напоминаю, это руки команды!»       «Давай уже!!!» – раздался хор голосов.       Да сколько их здесь…       Ошейник поддался таланту Усоппа, и тигр был свободен. Тревога волной мурашек пробежала по позвоночнику. Монстр не должен был быть свободным. Зверю очень хотелось оскалиться для вида, чтобы показать, что все происходящее его самого, конечно же, не устраивало. Сил, однако, хватало лишь на медленное погружение в темноту. Он плавал в океане боли и иногда выхватывал ускользающие обрывки разговора. Рядом, не переставая, скулило раздражающе существо. Звук никак не хотел прекращаться, и тигр постарался издать предупреждающий рык. Он хотел спать и больше не мог игнорировать эти повизгивания. Вместо яростного рычания, заставляющего врагов трястись от страха, в мир вырвался протяжный и наполненный болью стон. Конечно же, это он и скулил… как всегда, слабак.       «Пушистик, потерпи. Уже скоро станет легче», – руки Луффи принялись успокаивающе гладить его голову.        «Почему у вашего зеленого друга такое экстравагантное имя, капитан? Тигры - не слишком пушистые существа, Полосатик, на мой взгляд, было бы уместнее».       «Ну, неееет, Робин, я же сразу увидел, что он Пушистик, не спорь с капитаном!»       «Почему мы вообще обсуждаем имя этого монстра?!»       Черт, его окружали какие-то идиоты, а еще он помрет под именем Пушистик. Конечно же, он не мог уйти достойно. Как глупо… ей бы обязательно понравилось. Она бы так долго смеялась… Интересно, это имя напишут на надгробии? Хехех. Смешно, никто не захочет хоронить тупую зверюгу… Все казалось ужасно забавным. Мир раскачивало, а в голове не прекращая била барабанная дробь. Скорей бы конец…       «Эй, Чоппер, у него судороги?» – повар внимательно наблюдал за извивающимся и хрипящим маримо.       «Не волнуйся, Санджи, это он так смеется. Не понимаю, как он еще умудряется оставаться в сознании. Невероятно упертый тигр! Я уже вколол успокоительное и расслабляющее, но он борется с лекарствами, – устало вздохнул олень. – Что ты говоришь? – доктор наклонился ближе к хрипящему пациенту, маленькое оленье ухо несколько раз дернулось от удивления, – Луффи, оказывается “Пушистик” – это не его имя. Но ему почему-то кажется очень забавным, что на могильном камне напишут именно это прозвище».       «Тупой овощ», – пробормотал кок.       Заметных изменений не происходило, но вдруг Чоппер из квалифицированного доктора стал превращать в маленького и испуганного олененка: «Стоп! Это уже не смех, это истерика! А вот теперь и судороги! Держите его!»       «Конечно, это его имя!» – сипел Луффи, крепко фиксируя содрогающегося на столе зеленого зверя. – Я сам придумал. Выбирал между кабачком и киви, но он такой мягкий и пушистый…». «Повторяю, сейчас не время обсуждать клички твоего питомца!»       Неожиданно тигр перестал скулить. Он надрывно зарычал и начал извиваться с новой силой. Страшная судорога словно выгибала его изнутри, ломая и корежа и без того многострадальное тело. Вдруг зверь рухнул обратно на стол и больше не двигался, как если бы он был марионеткой, чьи нити наконец-то порвались от чрезмерного использования.       «Врача!!!! Его сердце не бьется! Вы слышите, у нас остановка сердца!!!», – Чоппер истошно закричал.       Голоса Санджи и Усоппа слились в единое: «Идиот, ты и есть врач, сделай что-нибудь!!!»       «Нужен массаж сердца и дефибрилляция», – тон Робин уже не звучал спокойно.       «У меня ничего для этого нет! – в панике взвыл северный олень, – всем отойти! Нами, нужна помощь. Будем использовать клима-такт».       «Что? Я не понимаю, – смутилась навигатор, быстро собирая свое оружие, – как это поможет?»       «Мы должны перезагрузить его сердце с помощью электрического тока. По моей команде! – выкрикнул олень. По мере того, как Чоппер говорил, его голос становился тверже, а взгляд обретал уверенность. – Еще раз, всем отойти! Внимание, разряд!»       Поддергивающееся электрическими искрами оружие коснулось тигра – команда мугивар наблюдала, как зверь затрясся, а через несколько мгновений снова стал походить на труп.       «Пушистииииик! Умри, но выживи! Я приказываю, ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ!!! – Луффи с силой сжал руки в кулаки так, что костяшки побелели. Он отрицательно замотал головой. – Тебе запрещено умирать!»       «Выполняю непрямой массаж сердца! – Чоппер был в своей усиленной получеловеческой форме. – Один, два, три… давай… живи! Ты слышал? Это приказ нашего капитана… ты не можешь уйти. Еще разряд!»       Дрожащей рукой Нами направила клима-такт в сторону пациента – последовали новые сокращения тела и опустошающее отсутствие результата.       Чоппер зарычал: «Я сказал даваааай!»       –––––––       Лобовой удар с несущимся поездом – вот на что походило возвращение в мир живых. Он не смог остановить вопль, вырывающийся из горла: Арррррррааааааааа!       «Он снова с нами!» – зарыдал Чоппер.       ***       Тигр открыл правый глаз: мир выглядел до ужаса деревянным. Помещение, в котором оказался зверь слегка покачивало, здесь пахло смолой и дубом, а еще неизвестными ему лекарствами. Сам он лежал на боку на мягкой подстилке, а из приоткрытой двери доносился шум волн. Корабль? Или ад? Где я?       Он попытался перевернуться на живот, но застонал, когда это действие натянуло ноющие мышцы. В черепе пульсировала острая головная боль.       «Ты очнулся!» – слишком счастливый возглас нарушил такое желанное одиночество.       Тигр зажмурился: он определенно не попал в ад, как предполагал, даже там не должно быть настолько паршиво. Какого черта я еще жив?       «Мы помогли тебе, – услужливо подсказали сверху, – мы сейчас на корабле Гоинг Мерри. Меня зовут Чоппер. Рад наконец-то с тобой познакомиться. Знаешь, ты здорово всех напугал».       Тигр посмотрел исподлобья на маленькое существо, которое успело залезть на стул и теперь нависало над ним. Странно, стоит прямо, как человек, а пахнет съедобно. Корабль Гоинг Мерри, Чоппер … Луффи? Луффи!       «Точно! – заверещал пушистый комок с рогами. – Эй! Он очнулся!!! Скорее сюда! Луффи!»       Говорящий олень, на которого это чудо больше всего походило, выбежал из комнаты, предоставив тигру блаженные минуты покоя. Как жаль, что только минуты.       В посещение влетело ярко-красное пятно. Оно упало на колени и замерло перед тигром с блаженной улыбкой на лице: «Да блин! Я лишь на секунду отошел! Привет, Пушистик, ну и долго же ты спал!»       Луффи, а это, конечно же был он, вывел понятие счастья на новый уровень. Тигр мог поклясться, что видел искры, мерцающие вокруг молодого капитана. Все пространство наполнил ослепляющий свет, от которого хотелось зажмуриться. Но тигр смотрел, не отрываясь. Он бы не отвернулся, даже если бы этот свет выжег его последний глаз. Темноволосый парнишка почти не изменился, но выглядел более чистым и здоровым. От него исходило привычное тепло, но теперь на его голове гордо восседала старая соломенная шляпа. Зверь не удержался и ткнулся носом в предмет, о котором столько слышал. «Так вот какая она», – подумал он.       «Да, я очень рад, что ты очнулся, приятель», – Луффи счастливо засмеялся и крепко обхватил руками тигриную голову.       Зверь растворился в этом объятии до тех пор, пока не понял, что за их трогательным воссоединением наблюдают со стороны. Что происходит?       «Это так милоооо», – протянуло несколько голосов.       Мгновенно тигр оторвался от Луффи и зашипел. Он отвлекся и стал невнимательным: они уже не в камере, а на корабле капитана Соломенной Шляпы. Как прежде уже не будет.       «Да, что с тобой?» – удивился Луффи. В голосе капитана слышалось детское разочарование.       Тигр приподнялся, его тело потряхивало от напряжения и усталости. Он затравленно замотал головой в поисках мест для отступления. В каюте он увидел небольшой иллюминатор и дверной проход, который загораживала разношерстная группа, внимательно наблюдающая за ними. Ловушка.       Зверь запаниковал, он постарался полностью встать на отекшие и непослушные лапы, но все движения давались с трудом. Только сейчас он заметил, что его движения сдерживают многочисленные бинты, туго обтягивающие тело. Зачем? Это они его так связали? Он все же сумел отползти от сидящего рядом с ним мугивары. Не переставая яростно шипеть, тигр забился в угол и сжался в тугой комок: Не смейте подходить ко мне!       «Тише-тише, не бойся, ты в безопасности, – Луффи в недоумении протянул руки к сходящему с сума животному, – мы больше не в тюрьме, друзья спасли нас. Ты забыл?»       Смысл слов не доходил до затуманенного сознания, в голове путались вопросы. О каких друзьях говорит этот идиот? Пираты забрали его с собой, но зачем? И что теперь будет?        Люди всегда делились на два типа: те, кто боялся монстров, и те, кто хотел подчинить демона своей воле. Это не волновало до тех пор, пока зверь позволял использовать себя, но что будет, когда он не захочет становиться послушной шавкой пирата? Не хотелось представлять, для каких целей будущему королю пиратов мог понадобиться демонический монстр, уничтожающий все на своем пути. Дозорным потребовались годы, чтобы сломить его, но зверь все равно не стал их послушным, домашним монстром. По сути, они ничего не добились. Он выдержал пытки и унижения, утратил честь, желание жить, но почему-то еще заслуживал свой шанс на смерть. Но сможет ли он отказать Луффи? Не было смысла обманывать себя, он точно знал правильный ответ. Сладкий плен не волновал, когда тигр находился в предсмертной агонии, но теперь… Это заставило его задуматься о том, чтобы спрыгнуть с борта корабля в морскую воду, где он точно обретет покой.       Когда они выбирались из камеры, тигр находился в таком оцепенении, что даже не помнил, как согласился уйти. Ощущалось правильным находиться рядом с молодым капитаном. Луффи мог оказаться самой смертью, и зверь с радостью последовал бы за ним. Он в общем-то так и сделал. Но теперь все изменилось. Нет, он не собирался убивать по приказу. Лучше смерть, тысячу раз он выберет смерть! Или они захотят продать его на аукционе как экзотическую зверюшку? Отдать ученым для экспериментов? Внутри что-то неприятно скрутилось и закололо. Тигр оскалился и рассерженно зашипел.       «Пушистик, не бойся, – снова повторил мугивара, – мы же теперь накама, а это означает, что никто во всем мире не посмеет тебя обидеть. Я не позволю!»       Тигр прекратил шипеть и тупо уставился на доверчиво открытое лицо. Он же не может быть серьезным? Какие еще к черту накама? Затем он перевел взгляд на криво улыбающихся пиратов, расположившихся у противоположной стены. Не было похоже, что они в восторге от появления нового товарища. Но самое дикое, что на их лицах он увидел смирение. Словно они уже приняли решение своего капитана. Луффи хотел, чтобы зверь стал пиратом? Позволив себе секундную слабость, тигр со стоном разочарования ударился головой о деревянный пол. Чем я заслужил все это? (внутренний голос ехидно начал перечислять).       «Осторожно! У тебя же сотрясение!» – закричал олень. Тигр же, проигнорировав предупреждение доктора, продолжил биться лбом о деревянную поверхность, сопровождая свой ритуал глухим рычанием.       Луффи недоуменно посмотрел на Чоппера: «Он что-то говорит?»       Олененок со вздохом принял грозную позу, закрыл левый глаз, широко расставил ноги и заговорил сиплым голосом, старательно подражая тигриному тону: «Чертов, пиррррат. Если бы сразу тебя сожррррал, проблем было бы меньше. Я не пррросил меня спасать. Верни меня обррратно дозорррным…»       Тигр замер и хмуро посмотрел на оленя.       «Ой! – Чоппер спрятался за своим капитаном, – пожалуйста, не ешь меня, я только переводил».       «Ты понимаешь меня?» – удивленно рыкнул тигр.       «Конечно, мы же оба звери, не так ли?» – уверенно ответил олененок, не спешивший покидать безопасное место.       «Эм, дааа, – протянул тигр, не зная, как продолжить неудобный разговор. Животные умели разговаривать друг с другом? Резко захотелось быть вежливым, но, похоже, он уже упустил свой шанс. – Ты же доктор? Это ты меня спас? Спасибо, … наверное».       «Что ты такое говоришь, болван! – задергался от восторга потенциальный ужин. Хотя, на взгляд тигра, мяса в Чоппере было слишком мало, как разочаровывающе. – Твои слова ни капельки не делают меня счастливым!»       Вот и все. Они здесь все сумасшедшие.       Какое-то время тигр наблюдал за счастливыми потугами маленького оленя, конечности которого извивались, а глаза закатывались от удовольствия. Он в очередной раз посмотрел на остальных пиратов, но действия товарища их нисколько не удивляли.       Точно ненормальные. Полные психи.       Тигр задумался: впервые за долгое время у него появилась возможность быть услышанным. Оставалось лишь правильно задать вопрос. Он собрался с силами и выдохнул: «Узнай у своего капитана, зачем он спас меня».       «Потому что мы теперь накама! Я уже говорил! – воскликнул Луффи, когда Чоппер передал вопрос. – Я должен был взять тебя с собой и понял это еще в первый день нашего знакомства!»       Заранее зная, что пожалеет, тигр решил уточнить: «В тот день, когда я почти отгрыз твою глупую голову?»       Носатый парень, стоявший дальше остальных, громко сглотнул.       «Конечно. Это и означает быть частью одной команды», – ничуть не смутился Луффи.       «Дубина, – выплюнул зверь, – Мы не можем быть командой. Я тот, кто убивает пиратов. Зачем вам на корабле еще одно животное?»       «Эй!» – возмутился олененок, – я счастлив быть тем, кем я являюсь». Вообще-то я имел в виду кока, ну ладно.       «Простите ребята, но я перехожу в команду тигра! – длинноносый парень (Усопп?) с курчавыми волосами, которого до этого потряхивало в углу, приблизился к недовольно ворчащему животному, но слишком близко, однако, подходить не стал (умный мальчик). – Вероятно, тигр является единственным голосом разума на этом корабле, за исключением меня, разумеется. Видите, Пушистик сам не хочет оставаться с нами, его нельзя удерживать насильно! »       Зверь закипел от гнева: «Хватит уже!!! Я никогда не давал согласие на эту идиотскую кличку!»       «Ой, мама, что-то мне нехорошо, – длинноносый отскочил в сторону и спрятался за высокой темноволосой девушкой с глубокими и пронзительными глазами, – Робиииин, он монстр! Я могу не пережить сегодняшний день!».       Луффи вытаращил удивленные глаза и затрясся от смеха: «Усопп! Ты такой глупый, не могу!»        Счастливый мугивара подлетел к тигру и без капли страха обхватил большую полосатую голову. Зверь от удивления даже забыл зарычать.        «Мой Пушистик совсем не страшный. Как его можно бояться? Он ласковый, как котенок», – в голосе капитана звучало столько неподдельной нежности, что тигр почувствовал, как тлеющее в сердце раздражение вспыхнуло пламенем гнева.       Зверь зарычал сильнее, чем до этого, все его тело вибрировало от злости. КАКОГО ЧЕРТА? ЛАСКОВЫЙ КОТЕНОК? Его здоровый глаз вспыхнул алым и бешено горел, а с обнаженных клыков капала слюна. «Я вырву сердце каждому, кто поверит этому тупому неудачнику! Не смейте забывать, что вы взяли на борт убийцу!»        Усопп вжался в ближайшего товарища (им оказался кок) и принялся лепетать что-то себе поднос, возможно, это была молитва. Снайпер явно приготовился встретить свой достойный конец. Примечательно, что Луффи все еще продолжал обнимать адскую тварь и с дурацкой улыбкой на пол-лица приговаривал: «Мой хороший тигр. Он добрый и никогда никого не обидит!»       Санджи непозволительно долго наблюдал, как неудачники пытаются договориться. Тигр больше не трясся от страха, но теперь он открыто рычал на их товарища. Куда делся тот ласковый зеленый котенок, который тенью следовал за капитаном? С каждой секундой мох все больше бесил: «Хватит, идиотское маримо, мы в прямом смысле тащили тебя на своем горбу через тюрьму морского дозора. У Чоппера чуть сердечный приступ не случился, пока он спасал твою мохнатую задницу. Мне пришлось приносить еду сюда, поскольку Луффи отказывался отходить от твоей жалкой тушки все эти четыре дня, пока ты отсыпался. И вместо слов благодарности, на которые твой отсталый мозг, видимо, не способен, ты говоришь, что это все зря и вообще тебя нужно вернуть дозорным. Да с удовольствием! Лично тебя сопровожу!»       Ответом повару был наполненный ядом рык, направленный уже в его сторону.       Чоппер повернулся к закипающему Санджи и перевел: «Иди к черту, бровастый курильщик-извращенец, я ничего из этого не просил!»       Санджи удивленно моргнул, а затем, сжав кулаки, рванулся вперед: «Что ты сказал?!!! Еще слово, и пойдешь на корм морским тварям! В миг организую!»       Тигр как-то слишком быстро вырвался из объятий капитана, и, кажется, приготовился к прыжку. Зверь словно забыл, что зол, болен и собирался умирать. Каждая зеленая шерстинка не его шкуре была наэлектризована гневом. До начала катастрофы оставались секунды.       «Довольно! – Нами резко появилась между двумя пыхтящими телами. – Санджи, он пациент, умерь пыл!»       Тигр с нескрываемым презрением наблюдал, как поплыл повар: «Конечно, обворожительная Нами-сан, как жаль, что тебе пришлось наблюдать за потугами этого животного. Оно не в состоянии оценить доброту!»       Нами повернулась к тигру. Зверю было непривычно, что кто-то разговаривает с ним и при этом ждет ответа – захотелось отвернуться или хотя бы отвести взгляд. Тигр неловко переступил с лапы на лапу, а затем медленно лег.       «Выслушай меня, пожалуйста, зеленый мудак, – заговорила рыжая, от которой пахло мандаринами. – Никто не будет удерживать тебя насильно. Мы решили помочь, поскольку так было правильно. Но решение присоединиться к команде или выбрать другой путь остается только за тобой. Сейчас ты еще слаб, но, когда станет лучше, мы вернемся к этому разговору, хорошо?»       Тигру не понравилось, как его назвали слабым, но сил на новый спор не осталось, поэтому он коротко кивнул и опустил голову на лапы. Нами улыбнулась: «Хороший мальчик». Остальные пираты облегченно заулыбались, будто забыли, как тигр был готов разорвать любого, кто откажется воспринимать его всерьез. Выплеск злобы отнял слишком много энергии, хотелось спать. Рыжеволосая девушка хлопнула в ладоши и предложила: «А не пора ли нам поужинать?».       Настала очередь тупого повара быть хоть немного полезным: «Все будет готово в течение часа! – он остановился и пожевал губу. – Но как поступить с котом? Чоппер пока продолжит кормить внутривенно?»       Олень отрицательно замотал головой: «Нет, пора возвращаться к нормальному режиму. Робин нашла книгу о тиграх, в которой есть раздел посвященный их питанию – олененок благодарно посмотрел на высокую девушку, за которой все еще прятался длинноносы парень. – Основу рациона тигров составляет свежее мясо, как правило, кроличье, куриное или говяжье. Для поддержания пищеварительной системы, им также дают желудочный рубец. Тигры получают свою долю белков и микроэлементов из сырых яиц, а также из рыбы, в частности, из китовой рыбы, которая содержит огромное количеств полезных жирных кислот. Суточная норма тигра составляет около 9-10 килограммов мяса».       «О боже, у нас появился еще один Луффи. Мы точно разоримся», – вздохнула Нами.       Тигр, который до этого выглядел крепко спящим и определенно не слушающим всю эту чушь (9 килограммов свежего мяса? Он столько ел примерно никогда), несколько раз фыркнул, даже не открывая единственного здорового глаза.       Чоппер резко развернулся и строго посмотрел на полосатого зверя: «Что значит, ты привык есть не чаще, чем раз в две недели?» – очередное ворчание – «Нет, у тигров нет особого иммунитета к голоду, это так не работает. Когда ты в последний раз нормально ел?» – странный хриплый рык и звук, напоминающий кряхтение – «Охранник дал тебе котлету сколько недель назад?!!! Одной отбивной недостаточно для кого-то, похожего на тебя!»       «Санджи, – Чоппер со слезами на глазах посмотрел на повара, – он голодал все это время. Они его почти не кормили».       Это не стало откровением: все они заметили выпирающие тигриные ребра и впалые бока, но теперь Санджи получил подтверждение своим догадкам. Сохраняя молчание, кок развернулся и резким шагом направился на камбуз. Он слишком хорошо знал, как ощущается голод, разъедающий изнутри и проникающий в самые кости. Пока он кок, никто не будет голодать на этом корабле.       Луффи сел и прислонился плечом к тигру: «Ох, бедный Пушистик. Не переживай, Санджи лучший. Он приготовит даст тебе самое вкусное мясо! И мне заодно!»       Чоппер посмотрел на злобно пыхтящего зеленого зверя и нахмурился: «Луффи, может быть, не стоит использовать это прозвище? Ему же не нравится».       Если тигр и был удивлен, что кто-то попытался встать на защиту его чувств, то следующий вопрос окончательно пригвоздил его к полу: «Извини, тигр-сан, у тебя есть имя?»       В надежде, что обращаются не к нему, а к какому-то другому тигру, зверь открыл глаз только затем, чтобы встретиться с глубокими, как дно океана, оленьими зрачками. Вот здесь он понял, что продолжать разговор бессмысленно и даже опасно, поэтому он ничего не ответил и постарался отгородиться от всех присутствующих. Его вдруг очень заинтересовала стена, приятно пахнущая сосной, поэтому он повернулся спиной к жестокому и несправедливому миру и тихо засопел.       «Пусть отдохнет», – полушепотом произнесла Нами и вышла из комнаты.       Робин и все еще дрожащий Усопп последовали ее примеру. Луффи прикрыл глаза, желая вздремнуть перед ужином. Его рука привычно погрузилась в теплую, мягкую, зеленую шерсть. По старой привычке, перед тем как полностью отключиться, он подарил этому рано расслабившемуся миру свою последнюю мысль: «Я очень рад, что мы теперь оба свободны». Дурак, мы оба находились в плену, но теперь заключенный только я. Приковывать себя к тебе – это тоже не свобода…       День получился эмоционально насыщенным. Чоппер решил просмотреть свои записи о пациенте. Похрапывание Луффи и тихий шелест страниц нарушил отрывистый тигриный рык, своими интонациями напоминающий срывание пластыря на ране больного.       Чоппер повернулся на звук: «Как ты сказал? Зоро?»