Часть 22. 1988.

Март.       Утро началось не с кофе, а с опоздания. Девчонка так привыкла спать до обеда, что даже не услышала звон будильника с первого раза. За окном, каждым утром, становилось всё светлее и светлее, что означало — лето близко.       Лерка стала счастлива. Может быть, это её предрассудки, но то, что она чувствовала последнею неделю, было непонятным. Лёгкий мандраж по телу, озноб, хорошее настроение без причины. Было хорошо. По-настоящему.       Прошло две недели с того момента. Титова ждала, а Валера не появлялся. Иногда грустила по этому поводу, а бывало такое, что злилась сильно и Туркина видеть не хотела. Но это быстро проходило, так как мысли о том дне, когда у них случился первый поцелуй, быстро тушили этот огонёк злости и ненависти к парню.       Неожиданный толчок в бок, заставил девчонку чуть-ли не подскочить на месте и шикнуть от боли, но одумалась. Данила взглянул на неё, дёрнув бровью и кинул взгляд на учителя. Лера проследила за его взглядом, нахмурившись. — Титова, — раздался недружелюбный голос Алёны Павловны, учителя химии.— Ты где витаешь? — Да она ворон считает! — выдал женский, тоненький голосочек. Лера тут же зацепилась глазами за рыжую макушку и сморщилась, закатив глаза. — Будилова, оставь свои острые фразочки за стенами этого кабинета, — перебила её учительница, складывая руки на груди. — Да я то чё? — недовольно воскликнула рыжая. — А ты язык укороти свой, тогда может и прикапываться к тебе не будут, — ответила Лера. Она приторно улыбнулась и добавила.— Так и умнее казаться будешь. — Слышь, ты опупела? — Оля вскочила со своего места, а за ней, словно по щелчку, встала Лера. Одноклассники тут же взглянули на них, выжидая интересного зрелища, но учительница их осадила. — Так, ну-ка обе прекратите! — гаркнула она и девочки, переглянувшись, присели за парты. — Это что за цирк? Вы девочки или кто? — Девочки-припевочки, — фыркнула тихо Лера, но тут же заглохла, боясь встать врасплох. Учительница, слава богу, не услышала. — Значит так, — грозно начала она.— Сейчас я даю контрольную всему классу, чтобы знали, чем будет заканчиваться ваши перепалки.       Класс печально простонал, явно негодуя и злясь на Титову с Будиловой, из-за которых всё и началось. Но обоим было всё равно. Сейчас для них был самое важное — морально уничтожить друг друга, чтобы и пороха не осталось. А это, кстати, вполне возможно.

***

      Дверь распахнулась. На улице было светло и довольно тепло, заставляя девчонку устало распахнуть пальто нараспашку, пытаясь остудиться от духоты, что находилась в школе. Направилась к лестнице и сбоку от себя увидела Будилову, что ушла раньше всех с последнего урока и стоит, обсуждая что-то с подружками.       На мгновение они сцепились взглядами, но Юля отвернулась, демонстративно закатив глаза. Титова усмехнулась и спрыгнула с последней ступени, как вдруг замерла, стоило ей только поднять голову.       Около здания стоял, никто иной, как не Валера. Руками в карманах джинс, в одной держа сигаретку, время от время прикуривая, осматривался. Щурился от солнца, что светило ему прям в лицо, но это ему не мешало разглядеть в толпе учеников ту, что ему не дает покоя.       Он быстро выкинул недокуренную сигаретку и направился к Титовой, которая, как кажется, приросла к полу. Она ощущала, как некоторые одноклассники смотря на неё. Даже Будилова смотрит! Овца. — Привет, — поздоровался Туркин, не успев даже подойти. Он хотел широко улыбнуться, но сдержался, так как видел, что неподалёку стоят пацаны из Хади-такташ. Решил, что лучше сохранит самоконтроль. — Привет.       Девчонка чувствовала, как покраснели щёки и резво огляделась, пытаясь не замечать того, как на неё внимательно смотрит Валера. Хотелось сбежать, не видеть его, но то чувство, что она питала к нему, не давало этого сделать. — Чего пришёл?       Туркин хмыкнул и не переставая глядеть на Леру, ответил: — Проводить. — Ну…— она замялась, а после сдержанно улыбнулась и пожала плечами, не сдержав улыбки.— Провожай, раз вызвался.       Девчонка обошла его и сунув руки в пальтишко, направился к дому. Валера покачал головой, усмехнувшись и направился вслед за Лерой, на мгновение обернувшись. Те пацаны всё так же стояли, неотрывно глядя за Туркиным.       Он скривил губы и отвернулся, быстро догнав Титову. Схватил её рюкзак из рук, крепко хватая за ручку и взглянул на Лерку. Она, оказывается, смотрела на него всё это время и сразу же зарделась, стоило Валере взглянуть в ответ.       Он усмехнулся, дёрнув бровью. Перехватил рюкзак в другую руку, опуская первую. Холодная кожа соприкоснулась с девушкой, которая, как ему кажется, горела огнём. Кожа её была горячей. Словно из самого ада пришла, с котелка, где её черти пытали.       Парень понимал, что не гоже ему заглядываться на сестру друга, но то, что произошло тогда… Воспоминания вихрем пронеслись у него в голове, создавая целый хаос и войну среди мыслей. Всю эту неделю он пытался отговорить себя. Отговорить от желания, от притяжения, от мыслей к этой дерзкой девчонке…       Абсурдно… Неправильно, запретно. Вот как бы он объяснил их взаимоотношения. Всё это время, что он проводил вдали от Леры, обещал себе: «Забуду». Но он не забывал. Пытался, честное слово, но не мог. Что-то противоречило ему. Сильный и смелый характер Туркина, твердил — борись, добейся!       А другая его сторона, что была немного потише, послабее, но всё так же безумна, говорила — оставь её, не то к беде приведёт. Разрывался Валерка. Не мог управиться, собраться с собственными мыслями. Решение принял два дня назад. Сидел у себя на кухне и кивнул самому себе, что больше не подойдёт к Лерке. Не взгляет даже.       Но тут, когда он совершенно нечаянно узнал от Кости, который забежал к ним в подвал, что через час-два освобождается сестра его, понял. Не справится он с этим наваждением, что девчонка ему дарила. — Лера, — позвал её негромко Валера, но для Титовой это вышло оглушающе. Впервые назвал её по имени и это заставило её вытаращить глаза в снег, пытаясь спрятать своё удивление.       Лера… — Что? — непринуждённо отозвалась та, не решаясь поднять голову. — Я бы хотел поговорить.       У Титовой забарабанило сердце, создавая страшную мелодию, которая пугало девчонку. Вздохнула и выдохнула. Спрятала руки в карманы пальто, желая хоть куда-нибудь деть руки. — Ну… Давай поговорим, — согласилась она. — Лер, я… — он замолк, а потом вновь продолжил.— Короче, у меня с словарным запасом туго, но я попробую объясниться. То, что было пару дней назад…       «Было ошибкой». Она боялась, что Валера закончит свой разговор этой фразой. Боялась так, что коленки дрожали, из-за чего от них кости тряслись. Тело пробило ознобом, а в голове мгновенно стали вырисовываться сюжеты и ситуации, где она бьёт его по лицу и разворачивается, уходя. — Блять, — неожиданно для неё он выругался, заставляя обернуться с удивлённой гримасой лица. Туркин вздохнул и качнул головой, негодуя.— Просто знай, что я не жалею. — Не жалеешь? — Нет, не жалею, — ответил он твёрдо, уверенно. Замедлил шаг и взглянул на Леру, внимательно взглядываясь в черты её лица. Пытался понять, о чём думает та. — Я буду рад, если ты тоже так считаешь.       Она замолчала. Несмело опустила взгляд вниз, словно от этого зависело то, как её ответ воспримется Валере и уже было открыла рот, как в миллиметрах от лица Туркина пролетел снежок.       Титова хмыкнула, а после рассмеялась, глядя на удивлённое лицо парня. Признаться честно, она тоже напугалась, но не стоять же ей и молчать, как берёзе?       Стоило ей замолчать, как она уловила чужой смех. Звонкий, слегка хрипловатый, но заражающий. Обернулась и увидела трёх пацанов, среди которого узнала Зиму. Второго, который неподалёку стоял, она тоже знала, но забыла его имя. Как же его… — Вы чё, совсем в край охринели? — гаркнул Валера, глянув Титовой за спину. — Как тебе, Турбо, — начал Вахит, спешно подходя к парочке ребят.— Наша операция, по поводу: угодить снегом Турбо в харю? — Щас идёт операция Турбо, — Туркин усмехнулся и взглянул на притихшуюся Лерку, протянул ей рюкзак, одним взглядом заставив ждать. Закатил рукава кожанки и продолжил.— Угодить кулачищем в морду Зимы.

***

      В квартиру Титовых, Лера и Валера зашли достаточно шумно. Девчонка смеялась со смешных историй парня, которыми, вдруг, решил поделиться Турбо. — Какие люди, — раздался голос брата сбоку, заставляя молодых людей замолчать. Туркин нахмурился и поджал губы, отдавая Лерке рюкзак. Протянул Косте руку и тот, помедлив, пожал её в ответ. Махнул в сторону гостиной, проговаривая. — Лерка, иди в гостиную. Бабулька приехала. — Наконец-то, — вздохнула радостно она. Обернулась на Туркина и улыбнулась, кивая головой.— Спасибо, что проводил и…пока? — Пока, Лер, — улыбнулся он, махнув рукой.       Стоило девчонке уйти, как в прохожей пронеслась волна злости, напряжения и непонимания. Титов облокотился плечом об косяк, складывая руки на груди. Оглядел Турбо, хмурясь всё сильнее. Валера заметил, что Костя явно не в духе от той мысли, что его сестру провожают такие пацаны, как он. — Я щас вопрос задаю, ты отвечаешь честно. Понял?       Валера хмыкнул, убирая руки в карман и слабо кивнул. Его, кажется, явно забавляла эта ситуация. — Чё с Леркой моей? — А чё с ней? — Не делай мне голову, итак больная, — вздохнул тяжело Костя. — Чего ходишь с ней? Я разве говорил, чтобы ты провожал её или что?       Туркин двинул плечом, сжав челюсть. Не любит он, когда с таким тоном ему предъявляют, но перед ним, практически, старший. Так что не имеет он прав противостоять Титову. — Захотел — проводил.       Костя дёрнул щекой и взглянул в глаза. Взгляд тяжёлый, словно тонна недовольства и недоверия упало на Турбо. Тот же стойко выдержал, проглатывая вязкий ком в горле, спрятав руки в карманы спортивок. — Чёт я не понимаю тебя, Валера, — Титов тяжело вздохнул и сделал шаг вперёд, опираясь плечом об косяк. — Я раньше не замечал, а сейчас как-то случайно приглянулось все это.       Валера сжал челюсть: — Че «это»? — То, как ты часто трёшься около неё, — нахмурился он.— Или же она около тебя. Тут подумать надо. — Ты подумай, а я пока тебе скажу, что не трусь я около неё. Понял?       Костя хмыкнул, опасно сверкнув глазами. — Хочешь сказать, между вами нихрена нет?       Туркин замолчал. Сказать, что нихрена между не было — это значит соврать. А он человек честный, за справедливость и все дела. Врать, в общем-то, не любит. Ну, а если ответить предельно честно, брату девчонку, которая ему с каждым разом приглядывается все больше и больше, то…       Не хочет он с поломанным носом ходить. Не то, чтобы он боялся старшего Титова, просто… Костя ему как брат. Хоть и не так давно знаю друг друга, но парень сделал столько всего для Универсамовских, что это даже не имеет значения.       Валера вздохнула и подняв голову, не боясь, столкнулся взглядами с Костей. Желваки на лице заиграли, а скулы заострились, говоря о том, что парень напряжен. — Нихрена нет.       Морщинки на лице Титова разгладились и парень тихо, пости бесшумно, с облегчением выдохнул. Злость отпустила, а страх ушел на нет. Обрадовался, че уж тут скрывать. Он не питал какой-то личной неприязни к Турбо или же ненависти. Нет… Совсем нет.       Не хотел он, чтобы сестра страдала из-за этого мелкого бандита, что казался опаснее, чем является на первый вид. Не хотел её солёных слез, слишком громких слов, о которых она рано или поздно пожалеет. Не хочет всей этой суеты. — Ладно, — наконец сказал Костя, протягивая руку Валере. Тот слегка подумал и принял ее, крепко пожав.— Встретимся еще. — Давай, — парень махнул ему рукой и как только дверь скрылась, нахмурился.             Стоило ему развернуться на пятках, чтобы как обычно продержаться за секунду две по все лестнице, как дверь квартиры открылась сзади. — Молодой человек, а вы к кому ходили? — Я? — удивился Турбо. Обернулся на дверь Титовых, что вырисовывала номер «11».— Так я к Титовым. — Зачем это? — удивилась старушка.       Туркин хмыкнул. — Просто так, по делу. Узнать, как они в связи с международными событиями поживают. Знаете, все ведь время не на то тратишь, — он вдруг ели заметно усмехнулся.— Машинка скоро будет с милицией, вам лучше в затишье уйти, бабуль.       Женщина ахнула, прикрывая рот рукой и вытаращившись на дверь Титовых, вновь спросила: — А милицию то зачем? — Так они же оружием торгует, не знали? — Да ты что? — Туркин на это утвердительно кивнул и прикусил щёку, пряча улыбку. Пакостить ему нравилось всегда. Особенно уже подростком, никто не смог ему ничего предъявить. Ведь знали, что получат в рожу.— А на вид такие милые люди. — Все такие, — пожал он плечами. Развернулся и напоследок, перед тем как уйти, сказал.— Бандиты вообще люди хитрые. Вы с ними поосторожнее.       И скрылся, открывая подъездную дверь.

***

Апрель.       Костя шагал по Московской улице, вместе со своим другом — Гошей. Парень был мал на три года, но это не меняло отношения Цыпы к нему. Гошан, хоть и мелочь, но думал широко и легко. Это ему и нравилось. Гошан никогда ничего не усложнял, создавал из херни — лёгкую пищу, которую запросто можно раскусить. — Цып, — позвал его Гошан, наблюдая за тем, как парень глубоко затягивается.— Ты слыхал, че в Казани происходит?       Костя вновь затянулся: — А че происходит? — Там стенка на стенку ходили, прикинь? — улыбнулся парень.— Я, когда узнал, охринел. — А кто именно то, гений?       Гошан нахмурился и поджал тонкие губу, вспоминая. Отмахнулся и пожал плечами: — Я откуда-то знаю? — Сказал тебе кто тогда? — Да ты все равно его не знаешь, — отмахнулся вновь он. — А-а, у нас теперь тайны, блять, в компашке. Да?       Гоша не ответил и лишь тяжело вздохнул, наконец приходя на футбольное поле, где они часто зависали со своей компашкой.       Цыпа зевнул и выбросив окурок, перед этим последний раз затянувшись и выбросил, притоптав носком кроссовка. Подошел к другу и уже открыл рот, как вдалеке увидел два силуэта. — Ты, Гошан, если не знаешь нихера, то не смей никому трепаться, — жёстко наставил ему Костя.— Понял? — Понял я, понял.       К ним подошли пацаны и пожали руки, поздоровавшись. — Новость есть, — сказал Тимофей, убирая руки в синих джинс, поправляя волосы. — Че за новость? — Гора, говорят, с Универсамом тесно связан. Знали? — Универсам? — спросил, нахмурившись, Костя. А потом мотнуо головой.— Вообще без понятия.       Гоша вдруг оживился: — Ё-мое, я вспомнил! — он спрыгнул с детского спортивного тренажёра, подходя к ребятам.— Универсам и Хади-Такташ были, Цыпа. — Ты про чё? — спросил его Антон. — Да Гошан там уже в Казани побывал, друзей нашёл и ему ща всё базарят о этой хрени, — усмехнулся Костя и тут же получил толчок в бок. — В Универсаме, как раз Гора и есть, — начал Тим.— Сначала…       Его перебил Цыпа: — Слушайте, а давайте ему фару набьём? — предложил он и увидев недоуменные лица пацанов, объяснился.— Не, а чё? Он же с нами был по началу? Был. Кинул нас? Кинул. Так чё нам помешает ему морду набить? — Слышь, дятел, а ты как против него попрёшь, если там за него человек 40 заступится. — Вот именно, — фыркнул Гоша и вернулся опять к тренажёру, пытаясь чем нибудь занять себя.       Костя хмыкнул и помотал головой, тяжело вздыхая. Не понимал он своих пацанов. У него есть свои принципы: был человек с ними, а потом слился — получает в фанеру. Такие люди, уже не друзья. Они должны это понимать. — В любом случае, рожу ему бить не будем, — отозвался Тим. Шмыгнул носом и поджав губы, оглянул всех.— Но я слыхал, что у него сестра есть. — Старшая? — спросил Гоша. — Младшая.       Гоша удовлетворённо помотал головой, больше не обращая на них внимания. — Нам нужно встретиться с Горой, перетереть кое-че, — продолжил Тим, кинув взгляд на Цыпу, что вновь вынул пачку сигарет и закурил.— С нами он не увидеться, за то если через сеструху его придём, то с радостью. Ссытся из-за неё, как баба. — И как мы её найдём, умник? — спросил Костя, как только друг закончил свою триаду. Выдохнул дым прямо ему в лицо, усмехаясь.— У тебя чё, есть какие-то друзья из ментовки, которые запросто найдут её? — Цыпа, — позвал его Тим, напрягаясь.— У них тут тётка живёт. — И че? — В ачо, — ответил он.— Пораскинь мозгами: скоро закончится школота, начнутся каникулы, а тут в Москве их тётка. Они сюда из той залупы с радостью сюда умотаются. — Ладно, — подал голос Жук.— Но как она выглядит хоть?       Тимофей замолчал и поджал губы. Цыпа фыркнул. — Умник, — вновь повторился Костя. — Заткнись, Цыпа, — гаркнул он.— Тут надо будет просто выжидать их вдвоём. Они же вместе всегда то ходить не будут, верно? Ну вот… Как одна выйдет, я пойду познакомлюсь с ней, пообщаемся пару деньков, а потом к ним домой наведаюсь. — А чё это ты? — Гоша вернулся к разговору, становясь рядом с пацанами, вовсе забывая про свое дело.— Может, ты не в её вкусе? — У всех девчонок, я в вкусе, — усмехнулась парень, поправляя свою кожанку. — А сейчас, пацаны, есть серьёзная тема.       Парни переглянулись.