part 9

POV Kerry. Los Angeles, California Вернуться в калифорнийскую атмосферу и погрузиться в работу после ошеломительных дней в Нью-Йорке было непросто. Все было другим: пальмы вместо осенних деревьев с разноцветными листьями, калифорнийское солнце вместо ласкового ноябрьского тепла Нью-Йорка, другой воздух, другие люди, океан, само собой, тоже другой. Мой дом, спустя месяцы по-прежнему чужой. И даже несмотря на то, что мне вновь потребовалось время, чтобы привыкнуть, я с непередаваемым трепетом вспоминала те несколько дней, в которых была совершенно счастливым человеком. Нью-Йорк действительно наполнил меня родной атмосферой, которую я теперь лелеяла внутри себя, будучи не вправе позволить ей угаснуть. Я надышалась моим городом, в очередной раз запомнила его таким, каким любила, люблю и буду любить всегда. Я была благодарна за очередную возможность увидеться. Я была благодарна Тому. Этот человек сделал для меня невозможно много, совершенно случайно придя в мою жизнь. Оказался рядом в нужный момент. И именно в Нью-Йорке я позволила себе лишнего, отпустив контроль над своими мыслями. Виноват не Том. Виновата даже не я, до сих пор не разобравшаяся в своих чувствах. Виноват Джей. Чертов Джей, которого я все же встретила в Нью-Йорке, хотя молилась об обратном. Он, искренне улыбающийся другой, выбил почву из-под моих ног. Я не могла сдвинуться с места, наблюдая за ним и вновь ощущая гигантский ком в горле. Он, испортивший мое настроение своим появлением перед глазами. Тот, кто всегда радовал, просто заходя в гости. Парень, в которого я безответно влюбилась, и вся моя жизнь покатилась прямиком в самый жаркий котел ада, в который плеснул масла наш переезд. Том успокоил в очередной раз. Обнял, принуждая закрыть глаза и спрятаться за ним, будто за стеной, не позволяющей дотянуться ледяными пальцами до моей все еще теплой души. Мне хотелось задохнуться от слез, но я сдержалась, приложив максимум усилий. Тому ни к чему мои истерики, ни к чему моя слабость, которая взяла надо мной верх и подтолкнула к активным действиям. Он был рядом. Такой красивый и, я уверена, уже испытывающий ко мне определенные чувства. Меня тоже влекло к нему. Отрицая это в себе, я только больше распалялась, понимая, что мне нравится целовать его, нравится смотреть в теплые карие глаза, находя в них абсолютную поддержку. Смотря на Тома, я забывала о Джее, забывала о своем разбитом сердце. Пожалуй, я боялась признаться самой себе, но моя слабость, подстрекаемая злостью, готовой сорваться на любимого парня, сделала все за меня. Я почти перешла черту. Сейчас я понимала, как это было неправильно. Боже, если бы Том не остановил меня, все бы пришло к единому знаменателю и мы бы, безусловно, перестали общаться. Человек, которому дважды разбили сердце. Девчонка, едва волочащая ноги от предательства и ебаной несчастной любви. Мы бы перестали общаться, и я бы не смогла простить себе этого никогда. -Керри? – мысли мгновенно разлетелись по разным углам моего сознания от голоса Ханни, я подняла голову – Ты в порядке, красотка? Улыбнулась, посмотрев на девушку. В ее руках был белый бокал, от которого приятно веяло кофейными зернами. Глубоко вздохнув, я кивнула, откидываясь на спинку кресла. Осознала, что очередная чашка кофе сейчас не стала бы лишней. -Я ведь отпустила тебя домой, почему ты все еще здесь? – Ханни присаживается рядом и протягивает мне бокал, на который я смотрю удивленным взглядом – Сделаю себе еще, расслабься – Не без удовольствия принимаю желанный напиток и вновь улыбаюсь девушке. Ханни была открытой и позитивной, умело находившей выходы из любых ситуаций, даже самых запутанных. Мне нравилось работать с ней, нравилась атмосфера агентства и местных людей – Как съездили в Нью-Йорк? -Отлично – отозвалась я – Не уезжала бы оттуда никогда. Прошло всего несколько дней, Ханни, а я уже невыносимо соскучилась. Кажется, я и правда могу жить только там. Я больше нигде не чувствую себя на своем месте. -Ну а как же Том? По-моему, этот парень достаточно веская причина остаться в Лос-Анджелесе, ты так не думаешь? При упоминании его имени нутро мгновенно наполнилось теплом. Интересно, Ханни думает, что мы уже встречаемся или только желает подтолкнуть меня к этому? -Мы здорово провели время в Нью-Йорке, Том остался доволен – произнесла я – Мне тоже было хорошо – немного помолчав, я продолжила – Я просто не могу понять, для чего ему это? Окей, ты знаешь нашу историю, ну так вот неужели я та, которая может понравиться такому, как он? – пришлось усмехнуться – Черт, только не рассказывай об этом Тому, я прошу тебя! Ханни рассмеялась, после внимательно на меня посмотрела. -Знаешь, я познакомилась с близнецами сразу после их переезда в Лос-Анджелес – я слушала – Удивительно, их известность прошла мимо меня, видимо, Америка и впрямь не Европа! – девушка усмехнулась, а я отлично понимала ее чувства – Мы довольно легко сошлись во мнениях и стали непринужденно общаться. Ты, наверное, уже поняла, что Билл более открытый близнец, проще идущий на контакт. Том другой, а теперь он и вовсе изменился после того, как его бросила девушка. -Ты знала ее? – приспросилась я – Насколько серьезными были те отношения? -Не настолько серьезными, чтобы задумываться о свадьбе, но все же они всегда и везде были вместе и Том действительно ее любил. Они познакомились на одной из вечеринок общих друзей. Лос-Анджелес – большая деревня, здесь все узнают друг друга по тусовкам, гремящим у кого-нибудь дома. Мне казалось, она приличная девушка, я даже ни на секунду не задумывалась, что все обернется… -Том ведь настоящий – перебила Ханни я – В смысле, такой искренний и добрый парень. Неужели кроме денег и определенного положения в обществе его было не за что полюбить? Хм… Он показался мне очень располагающим к себе человеком с самой первой нашей встречи. -Может быть потому что ты ему понравилась и он решил активировать в себе джентльмена? – лукаво улыбнулась девушка – Том искренний, это правда, но не со всеми. И если он доверил тебе свои чувства, поделился с тобой, значит, увидел в тебе человека, с которым ему легко. -Я первая поделилась с ним своими чувствами и переживаниями – ответила я, допивая кофе – Переезд в ЛА раздавил меня, плюс, я страдала от неразделенной любви, о которой рассказала Тому. Тогда он и поделился своей историей, к которой я часто возвращаюсь и стараюсь понять, как меркантильность может заменить любовь? – повисла пауза – Неужели деньги настолько важны и могут заменить душевное тепло? Ханни поджала губы, слегка пожимая плечами. Даже страдая от любви, я всегда выберу чувства. Не представляю, как можно быть настолько сухим человеком, созданным лишь для подсчета денежных бумажек. В чем смысл жизни, в которой нет любви? В чем смысл прожить день и никому не сказать, как сильно любишь? Могла бы я признаться в любви Джею? Теперь нет, он потоптался на моих чувствах, как я когда-то отвергла его. Гребаная ничья. Могла бы сказать Тому, что чувствую к нему? Не уверена. Он и я – это, скорее, фантастика. Да, забота, внимание, ласка, его поцелуи. Я уже успела привыкнуть. -Тебе не нужно думать об этом, Керри – я вновь посмотрела на девушку, которая одним своим видом придавала мне сил – Скоро Рождество, это хорошее время, чтобы начать все заново. Знаешь… Если тебе хорошо с Томом – будь с ним – я закусила губы, пытаясь совладать со всеми своими мыслями – Если он напоминает о себе, ты тоже напоминай. И даже если в итоге ничего не выйдет – не жалей, ладно? Жизнь одна и она полна сюрпризов. Не жалеть. Не жалеть. Не жалеть. Видимо, мне стоило этому научиться. -Я скучаю по ним… – отозвалась я, закрывая свой ежедневник и пряча его в шоппер – но не хочу сейчас донимать Тома. Мы общаемся, когда у него есть на это время. -Но вы общаетесь и это главное! – Ханни положила свою ладонь на мое плечо – Все будет хорошо, вот увидишь! Не держи чувства в себе – делись ими с тем, кто этого заслуживает – Ханни поднялась с места – Езжай домой, Керри. Я позвоню. А, чек придет через пару дней! – я улыбнулась, предвкушая очередной поход по бутикам – Спасибо за работу, ты очень талантливая девочка! Выйдя на улицу, я медленно побрела в сторону дома, размышляя о том, что сказала мне Ханни. В ее словах и советах было много правды. Видимо, стоило прислушаться и еще больше изменить свою жизнь. Наверное, я совершенно к этому не готова. Но ведь риск – благородное дело, не правда ли? Ты нью-йоркер, Керри, ты не должна топтаться на месте. Действуй и перестань, наконец, оглядываться. ***** POV Tom. Berlin, Germany -Объясни! – Перед моим носом мелькнуло нечто радужное и с хлопком приземлилось на стол. Глянцевый журнал, заранее раскрытый на нужной странице. Йост навис над моей головой, будто коршун, усмотревший добычу. Может быть, двумя годами ранее меня бы это смутило, но сейчас я сохранял совершенное хладнокровие и невозмутимость – Мне же мало предыдущих историй, в которые ты успел вляпаться, Том! Парни были здесь же, в студии. Смиренно молчали, наблюдая каждый со своей позиции. Я не чувствовал себя провинившимся школьником, но и в глаза нашего продюсера не смотрел. Мой взгляд был опущен на глянцевое издание, в котором размещалась статья обо мне и снимки, сделанные во время нашей с Керри поездки в Нью-Йорк. -Милая незнакомка… – вновь заговорил Дэвид, немного поубавив свой пыл – Том, по-моему, я тебе запретил. Не напомнишь, кто именно подписывал соглашение? – я втянул в себя воздух, сохраняя спокойствие – Никаких отношений. Немецкий – твой родной язык, что именно из написанного ты тогда не понял? -Между нами ничего нет! – все же взорвался я, поднимаясь с места и замечая, как Билл слегка дернулся от моего голоса – Ничего. Йост натянул легкую улыбку, за которой скрывалось хрен знает что, и покачал головой. -Хорошо – он нагнулся над журналом и ткнул пальцем в изображение – Вот это что, милый мой? – указал еще на один снимок – А это что?? – Дэвид резко выдохнул и вновь выпрямился – Вы однозначно мой самый сложный проект. Только с вами у меня постоянные заботы. Только с тобой, Том. -Зато денег на нас нагреб кучу – равнодушно бросил я. -Замолчи. Слышу вздох Билла и вновь опускаю взор на глянец. Фото с Таймс, когда Керри просто что-то говорила мне на ухо, чтобы я расслышал ее посреди того неугомонного шума. На второй фотографии мы сидели в Старбаксе, она протягивала мне печенье, от которого я намеревался откусить. Какого дьявола масс-медиа раздули гребаную сенсацию из обычных фотографий? У Тома Каулитца не может быть подруг? Я не могу съездить в Нью-Йорк? В чем, мать вашу, дело? -Дэвид, она наша подруга – заговорил Билл – Мы все ее знаем, не суети. -Что-то я не увидел там тебя… – Йост обратился к Биллу – или Густава с Георгом. Вы должны были сидеть в Лос-Анджелесе и готовиться к туру. Это единственное, что от вас требовалось. Но нет, вряд ли кто-то из вас активно репетировал, пока значительная часть группы в лице Тома развлекалась в столице мира! Больше не в силах находиться здесь, иду на выход, но в спину прилетает недовольное: -Сядь, я тебя не отпускал. -А я у тебя и не отпрашивался – Коротко бросаю через плечо, выходя из помещения. Интересно, сюрпризы какого масштаба ждут меня далее, когда уже в самом начале тура я во всем виноват? *** Прокручиваю между пальцев сигарету, размышляя, закурить или в очередной раз сдержаться. До этого момента у меня получалось. Билл сказал, что требуется ровно три недели, чтобы какая-либо привычка въелась под кожу. Любопытно, сколько времени требуется, чтобы эта привычка отстала от меня раз и навсегда? Я думал о Керри. Йост услышал правду – между нами ничего нет. И в этом виноват только я. Сдержал себя и не позволил Керри сорваться. Пробежавшая между нами искра говорила только об одном: мы оба чувствуем это и оба не можем в этом признаться. Да, Керри была мне симпатична, с ней я забывал о всем дерьме, которое не так давно вылилось на меня, и искренне верил, что девушке тоже приятна моя компания. Керри не могла настолько артистично притворяться, натягивать столь радостную улыбку. Единственное ее притворство заключалось в том, что ей все еще было мучительно больно от предательства, раны от которого она тщательно маскировала. Думала, что тщательно, но выходило тщетно. Билл присел рядом со мной, тут же забирая из моих рук сигарету, переломил ее и выбросил в мусорный контейнер. -Да я не собирался – жалкая попытка оправдаться, в которую брат никогда бы не поверил, потому что я точно не был тем, кто когда-либо оправдывался. -Том, извини, но я говорил тебе, что полет в Нью-Йорк будет не самой лучшей идеей – Шумно выдохнув, я закивал. Кажется, теперь я и сам это понимал. Осознанность прихлопнула по голове, давая понять, что я оступился. Возможно, моя недовлюбленность принудила меня пойти на это – Как ты собираешься рассказать об этом Керри? -Ты думаешь, я должен рассказать ей об этом? -Но ведь ты не можешь оставить это без внимания. Ты ведь не думал, что тебя никто не узнает, не так ли? На Таймс-сквер всегда отирается куча людей с камерами, их там буквально сотни – Билл помолчал – Если ты думаешь, что никому до тебя дела нет, ты ошибаешься – брат вручил мне свой айфон с открытым твиттером. Пролистав ленту, я слегка удивился, сколько моих фотографий в обществе Керри было опубликовано. И по большому счету на голове, конечно, стояла Германия и в целом Европа. Моя персона обсуждалась очень бурно и не имело значения, расстался я с кем-то или начал встречаться. -Шайсе – выдыхаю, содрогаясь в безумном желании закурить. «Тому не везет с американскими девушками, очередная неудачная попытка, парень!» | «Откуда тебе знать, кто эта девушка? Поясни за отношения, намека на которых здесь даже нет.» | «Если ты не видишь здесь отношений – советую посетить окулиста.» Растираю лицо ладонью, проматывая эту ветку обсуждений. Слишком много одинаковых снимков и несчетное количество комментариев, в которых люди не уставали обсуждать Керри. Я всего лишь хотел сделать приятное человеку, который стал мне небезразличен, но, кажется, в моменте забыл, кем являюсь и к чему это может привести. «У Каулитца новый роман, как “неожиданно”, хаха. Кто-то серьезно думал, что он будет убиваться?» Это было больно не только читать, но и понимать, что своим образом, который уже въелся в мое нутро, я заставил людей уверовать в то, какой бездушной скотиной являюсь. Меня передернуло. Это дойдет до Керри и она будет сторониться меня, избегать. Наше общение останется на том же уровне, если вообще не сойдет до минимума. Я боялся этого, потому что нуждался в этой девушке. Так или иначе, самому себе я точно мог в этом признаться. «Сколько желчи, противно сидеть в этом паблике. Какая разница, где и с кем проводит время Том? По этим фото видно, что он счастлив. Займитесь своими жизнями!» | «Том всегда счастлив, когда понимает, что у него намечается секс, лол. Начинается тур, поймем все по его эмоциям на новых интервью.» «По-моему, симпатичная девушка…» | «ДА ОНА КРАСОТКА!» Мысленно улыбаюсь, вспоминая образ Керри. Хрупкая искренняя девушка, изо всех сил державшая себя под контролем. Та, которую хотелось бы уберечь от любых невзгод и подонков, причиняющих ей боль. -Ладно, Том, довольно. Зря тебе показал – Билл выхватил мобильный из моих рук именно тогда, когда мне стали попадаться позитивные твиты – Не загоняйся так, окей? – он прихлопнул меня по плечу – Дэвид перебесится, ну а ты попросту не обостряй, договорились? Усмешка вырывается из меня, а желание вытянуть из пачки новую сигарету мучительно кроет со всех сторон. Не обострять. Я уже и забыл, когда это делал. Последний год жизни я существовал и работал на автомате, молча выполняя все, что от меня требовалось. Мирился со всеми капризами и желаниями Йоста, был послушным настолько, что самого временами тошнило, хоть я ничего и не чувствовал своим вывернутым наизнанку сердцем. Я не слишком нуждался в любви и не понимал, как меня занесло. И вот сейчас мое нутро толкало меня в очередной омут и я был готов погрузиться в него, уже не в силах отрицать, что сердце снова открылось. Больше не сторонился, потому что кожей ощущал взаимность и верил, что она не причинит боли, вряд ли захочет ранить еще раз, зная мою историю. Сможет ли человек, не понаслышке знающий о том, что такое боль, доставить дискомфорт другому, кто всячески стремится помочь? -Том? -Билл, я тебя понял. Все будет четко, не загоняйся – я секунду подумал, но все же решился сказать – В любом случае, мы с Керр отлично провели время. Я ни о чем не жалею – разве только о том, что остановил ее от очередного шага мне навстречу, слишком смелого шага. -Ты ведь солгал Дэвиду, Том, не так ли? – Билл улыбался своей туповатой счастливой улыбкой, которая всегда раздражала, особенно в моменты, когда нихрена не ладилось, а он считал, что таким образом поддерживает меня. Чертов Чешир – Между тобой и Керри уже что-то произошло. Я ведь это чувствую – кусаю нижнюю губу и понимаю, что ничерта я этот сканер с татуировками не обману – Керри бы смогла обдурить меня, ты – нет. Поумерив свое упорство и отрицание сложившейся ситуации, произношу: -Поцелуи и ничего больше. Ты думаешь, я играючи затащил ее в постель, Би? После всего, что она пережила и переживает? Настолько ли я нужен ей? Да и нужен ли в принципе? Тот мимолетный порыв Керри в моем номере не значил ничего, о чем я тогда задумался. Ей хотелось отвлечься, выбросить из головы мысли о бывшем, а вот я на тот момент даже не вспоминал о той, которая растерзала и унизила, так профессионально. Думал лишь о шатенке, обнимающей меня за плечи. -Я не сказал про постель, заметь, первым это всегда делаешь ты – отвечает брат – Если ты вновь готов открыться любви, Том, то просто сделай это. Сам ведь говорил, что Керри не та, кто разобьет твое сердце. Чего ты боишься? Сдавленно фыркаю на слова близнеца. Когда я в принципе боялся чего-либо? Всегда поступал так, как хотел, не задумываясь о последствиях. Шел вперед, никогда не строил воздушных замков. Не мое это, не про меня. Теперь же, скорее, просто остерегался, потому что жить, не страдая и не мучаясь миллионом размышлений, было гораздо приятнее. Если Керри будет тянуться ко мне, если будет чувствовать потребность в моем обществе, если ей будет нужна моя помощь – я не откажу, я приду, я буду рядом. Но под кожу я лезть не хочу, даже если мое желание стиснуть ее в пламенных объятиях будет больно бить меня изнутри. -Знаешь, чего я по-настоящему боюсь, Билл? – он смотрит на меня слишком внимательно – Что наш тур провалится, если мы так и будем часами сидеть и лить из пустого в порожнее! Философия никого не сделала счастливее. Поднимайся, у нас куча дел. -Том, помни, что ты пообещал. -Помню, Билл, я пообещал. Мне самому было предельно важно держать себя в рамках. Я не хотел никаких скандалов, старался избегать даже легких намеков на выяснения отношений. А вот чего я действительно бы хотел, так это чтобы вся эта ситуация обошла Керри стороной. ***** POV Kerry. Я часами сидела в спальне за маком, оттачивая свое сценарное мастерство. Может быть мне и правда стоило написать книгу? «Калифорнийские записки умалишенной». Я усмехнулась собственным мыслям. Мой поехавший буквально на всем рассудок за последние месяцы никак не мог привести себя в норму. Я переехала с востока страны на запад, я разорвала дружбу с человеком, в которого была влюблена, если не любила до сих пор, я познакомилась с новыми людьми, я стала больше работать, в мою жизнь затесались известные люди, с одним из которых у меня непонятно что происходит. Упав спиной на мягкую кровать, я простонала. Почему признаться в чувствах, которые испытываешь к человеку, часто сложно даже самой себе? Ведь меня тянуло к Тому, мне нравилось находиться рядом с ним, нравилось слушать его истории и, конечно, мне нравилось все то, что уже никоим образом не вписывалось в рамки дружеских взаимоотношений. Я скучала по нему. У группы начались гастроли по Европе, и мы с Томом почти перестали общаться. Я боялась навязываться, жила, буквально раздавленная этим страхом. Переключаться мне помогала работа, мои сценарии, за которыми я проводила колоссальное количество времени, и Филипп, с которым выбиралась погулять у океана. Я старалась лишний раз не отслеживать перемещения группы по городам Европы, понимая, что если Том всегда будет у меня перед глазами, тоска по парню одолеет гораздо сильнее. Мы ничего не обещали друг другу, так и оставаясь обычными знакомыми. Есть ли такое понятие, как выдуманная любовь? Потому что, наверное, именно она и зародилась в моей голове за все то время, которое я успела провести в компании очаровательного немца. Но когда он целовал меня, любовь опускалась ниже, туда, где было ее законное место – в сердце. Не знаю, как долго я еще смогу отрицать то, что было уже таким очевидным. *** Сидя на кухне, я пыталась закормить свои навязчивые мысли сладостями, размазывая по тостерному хлебу персиковый джем и арахисовую пасту. Я с нескрываемым удовольствием лакомилась запредельно калорийными сэндвичами, потому что редко позволяла себе такую распущенность. С очередным сладким куском, отправленным в рот, в сознании шевельнулась мысль, что до спортзала я так и не дошла, благополучно позабыв о своем намерении вернуться к нью-йоркским формам. Буквально все, что я планировала сделать, забывалось. Перекрывалось другими мыслями. Одной мыслью. Одним простейшим именем. Из гостиной донесся голос мамы, позвавшей меня. Ее интонация мне совершенно не понравилась. Сдвинув брови, я нехотя поднялась из-за стола, все еще не выпуская лакомство из своих рук, и прошла в гостиную. -Я снова что-то сделала не так? – привычно хохотнула я, уловив мамин внимательный взгляд – В чем дело? – она молча указала рукой на плазму и я, переведя взгляд на экран, застыла в оцепенении, мгновенно ощущая, как бисеринки дрожи рассыпались по моему телу. Канал TBS транслировал новостную сводку, в которой говорилось о Томе и его визите в Нью-Йорк в компании неизвестной девушки, то есть, меня. В телевизоре мелькали наши фотографии с Таймс-сквер, из кафе и ресторанов и сообщалось, что Том Каулитц, не успев остыть от предыдущего романа, нежничает в Нью-Йорке с прекрасной незнакомкой. Я сглотнула, прикрывая глаза. Дрожь, казалось, добралась даже до пяток. -Керри, скажи мне, что это не ты там… – услышала я голос мамы, ясно понимая, что ее сарказм сейчас как никогда неуместен. -Окей, это не я – совершенно идиотская попытка отшутиться – Да, мам, на тех фотографиях была я, ты сама прекрасно все видела. Тишина. Та тишина, которая воспаляла и без того удрученное размышлениями сознание. Мало мне было разборок со своими персональными чертями, так теперь еще и перед мамой объясняться. Я вжимала голову в плечи, не представляя, что она скажет и о чем будет спрашивать, но, кажется, могла предугадать ее первый вопрос. -Кто этот парень, Керри? – я оказалась права – Какой европеец? Какая музыка? – Я не была готова ответить на такое количество вопросов. Хотелось лишь сказать «это просто Том» и закончить на этом, но я понимала, что так легко мне не отделаться. От мамы уж точно – Почему ты молчишь? Ты говорила, что вылетаешь в Нью-Йорк по работе. Говорила, что у тебя не будет времени увидеться с Джеем. -Довольно о Джее! – сердито выпалила я – Слышать о нем ничего не хочу. Малейшее упоминание о парне душило меня, а внутри мгновенно вспыхивал пожар, выжигающий все подчистую. Мне было неприятно и тошно от любого воспоминания о нем. Я любила его, а он решил утаить от меня, пожалуй, самую главную перемену в своей жизни, чертовски болезненную для меня. -Керри, что происходит? С кем ты была в Нью-Йорке? -Разве новости ничего тебе не объяснили? – я уселась на диван – По-моему, ты уже получила ответы на свои вопросы. Да, это известный человек. Да, в Нью-Йорк я летала именно с ним и потому что он предложил мне это. Никакой работы не было… – я вздохнула, потирая пальцами переносицу – Да, прости, мам, я солгала. Мама смотрела на меня совершенно пораженными глазами, отчего мне стало максимально тошно. Мы никогда не были лучшими подругами, которые бы делились всем, что происходит в жизни, однако, я ни разу до этого случая не обманывала родителей. Переезд изменил во мне все, перевернул нутро с ног на голову, и теперь я завиралась даже перед самой собой. Это было унизительно. -Как вы познакомились? -Помнишь тот день, когда я взяла папину машину и отправилась в Малибу? – мама кивнула, хотя я искренне надеялась на обратное – Тогда и познакомились. Машина сломалась, и Том помог мне уладить эту неприятность. Все – я выдержала паузу – Мне больше нечего тебе сказать. -То есть, машина сломалась? -Так бывает, иногда автомобили выходят из строя. Папина перегрелась на адской жаре. Мам, ну честное слово, в нашем общении нет ничего, что могло бы тебя насторожить – Я не знала, каким еще способом могла убедить маму в том, что мы с Томом просто знакомые. В ее взгляде было столько настороженности и недоверия в мой адрес, что невольно в горле образовался огромный ком, перекрывающий дыхание – Том предложил мне поехать в Нью-Йорк на пару дней…просто отвлечься от…моих забот. -Почему я не знаю о твоих заботах, а какой-то Том знает? – удивилась мама. -Наверное потому что я не хочу впутывать вас с папой в свои проблемы – тихо произнесла я – Вы оба в курсе, с каким трудом я приняла жизнь в Лос-Анджелесе, ты в курсе, что я поругалась с Джеем из-за его гребаной подружки, в курсе, что мне здесь тошно… Это я должна была вывалить на вас во всех подробностях? – подняла взгляд, всматриваясь в мамины глаза – Я не настолько слаба, мам, чтобы засорять ваши головы своим мусором. Ты…просто должна знать только одно: у меня все в порядке и я разбираюсь в людях, знаю, с кем мне общаться. Джея в этом списке больше нет, пожалуйста, не напоминай мне об этом человеке. Мама качает головой, абсолютно растерянная. Мне было больно видеть ее в таком состоянии. Я знала, что она переживала за меня, именно поэтому мою голову и посетила затея о маленькой лжи. Наверное, я полная дура, раз не учла того, кем являлся Том и каким именно образом проявилась бы моя неправда. Она проявилась. Самым, черт подери, очевидным образом. -Мам, мне нужно продолжить работу. Я пойду – осторожно целую ее в щеку – Не обижайся и, пожалуйста, не волнуйся за меня. Том… Ну он не тот человек, который сделает мне больно. Просто я хочу, чтобы ты об этом знала. Поднимаясь по лестнице, мне искренне хотелось верить, что мама меня услышала. *** В комнате я вновь упала на постель и, уложив щеку на подушку, открыла твиттер. Все самые горячие новости шоу-бизнеса, политики и искусства всегда обсуждались здесь в числе первых. Твиттер был готов ко всему: к жарким перепалкам в обсуждениях, к оскорблениям, к сарказму, к юмору, к сплетням. Эта социальная сеть ежедневно горела самым обжигающим пламенем, потому что актуальные темы в нашей реальности никогда не заканчивались, со стремительной скоростью сменяя друг друга. Набрав в поиске «Том Каулитц», тут же лицезрела тысячи твитов на самых разных языках с прикрепленными к ним фотографиями Тома из Нью-Йорка. «Худшее, что могло случиться. Не для меня. Для него.» Мне постоянно приходилось нажимать на кнопку перевода, так как большинство твитов были опубликованы на немецком языке. У меня холодела спина, стоило только представить, чем именно обернулась наша мини-поездка для самого Тома. «У Тома Каулитца новая девчонка. Скажите мне, что это никого не удивляет!» | «Это никого не удивляет, у него сотни таких, как она. Были и будут.» Сотни. Сотни девчонок. Интернет еще тогда, после покупки журнала, сообщил мне о том, что старший из близнецов легко находил дорогу к сердцам девушек. Если это и правда было так, тогда какого дьявола он впутался в отношения, да еще и расстраивался после их окончания? «Кто-нибудь знает, кто она? Как они познакомились? Том явно флиртует с ней.» Спросите меня, я знаю ответ на этот вопрос. Смешанные чувства накрывали меня при прочтении новостей, затрагивающих мою персону. Медийность постучалась в двери? В таком случае я не хочу открывать. Я боюсь, мне страшно и неуютно. И я не знаю, что со всем этим делать. «Очередная модель? Начинающая певичка? Смазливая куколка, которых так обожает наш Томми…» Наш Томми. Модель, куколка. Никогда бы не подумала, что могу вызывать у людей такое восхищение, которое явно стоило бы расценить, как откровенную издевку, потому что ни одна поклонница никогда не будет готова принять вторую половинку своего кумира. «Ты не его половинка, Керри.» Разум желал вернуть меня в суровую реальность. Твиты, казалось, не заканчивались. Обновляя страницу, моему взору представали новые сообщения, оставленные пользователями «синей птицы». Я отметила, что американцы не слишком откровенно гоготали на эту тему, потому что главным героем обсуждений была не Тейлор Свифт и ей подобные, это немного меня успокоило. Но Европа ожидаемо сходила с ума, не в силах угомониться, не узнав правду. «Я схожу с ума от неведения. Неужели она та, о которой не будет сказано ни слова?! Неужели та самая?» | «Ты думаешь, Том верит в вечную любовь? Хахаха. Я бы на твоем месте перестала трястись от напряжения!» | «Давайте помнить, что Том уже состоял в длительных отношениях, так что все может быть. Парень просто не хочет публичности, иначе бы все уже давно было известно.» | «Ахаха, что? Не хочет публичности? Умираю от смеха, они на фотках едва ли не целуются. Это Таймс-сквер, ребята, это сердце Нью-Йорка. По-моему, Том как раз хотел публичности.» Эти обсуждения сводили меня с ума. Я сжала айфон в руке, прикрывая глаза и медленно выпуская воздух из легких. Хотел ли Том публичности? Очень сомневаюсь, судя по тому, как старательно он прятался за темными вещами и очками. На Таймс его привела именно я. И именно я была виновата во всем этом сумасшествии, которое сейчас правило львиной долей всемирной паутины. Теперь я понимала, что соглашаться на поездку в Нью-Йорк было моей главной ошибкой. Я серьезно оступилась и понятия не имела, как все исправить. «Отношения Тома уже не удивляют, он редко бывает один. А вот Билли никак не найдет свою любовь, это так печально.» Редко бывает один. Стоило ли верить тому, о чем писали люди, не имеющие никакого отношения к реальному Тому, а не созданному им образу? Я видела его глаза, видела, что Каулитц действительно подавлен. Я чувствовала, что Том не лгал. Он открылся мне так же, как я открылась ему. С моей стороны не было никакой лжи, я, падая от бессилия, рассказала все, что так мешало и по-прежнему мешает моей спокойной жизни. В голове взрывались десятки раздражающих фейерверков, заставляя меня хмуриться из-за причиняемой боли. Насколько слабой и отпустившей контроль нужно было быть, чтобы согласиться на прогулки по Нью-Йорку в обществе всемирно известного человека, за спиной которого армия европейских, да и не только, девчонок? Кем ты стала, Керри Фостер? Соберись уже, наконец. Довольно вытворять глупости. «Она хороша, кто бы что ни говорил. Пожалуй, лучшая из всех, которых мы уже видели.» | «А многих ли мы видели? Наверное, лишь тех, кого разрешали увидеть, друзья мои!» Слабая улыбка на губах, но ситуация все еще безнадежна. Спрятав мобильный под подушку, я уткнулась носом в простыни, шумно выдыхая. Интересно, что бы произошло, если бы я приехала в Германию, а поклонникам группы было известно мое имя? Наверное, и мокрого места не осталось бы. Я бы могла поверить в восхищение артистом, в уважение к нему и к его творчеству, но в слепую любовь и одержимость – нет. Как можно обожать человека, когда совсем его не знаешь? Но я знала Тома, поэтому, видимо, могла допустить и все остальные чувства, захлестнувшие меня. Мысли распугал звонок телефона. Выудив айфон из-под подушки, немного удивилась звонившему. Том. Я приняла фейстайм-звонок. -Привет, Керр – улыбнулся брюнет, и одна из бабочек внутри меня ожидаемо шевельнулась. -Разве ты не должен спать? – я отзеркалила улыбку, рассматривая знакомые черты лица и цепляясь взглядом за колечко в губе, дарившее незабываемые ощущения при поцелуе – У вас ведь ночь уже. Том тихо усмехнулся, казалось, тоже разглядывая мое лицо. Я не могла сдержаться от улыбки, понимая, как соскучилась по этому парню и как бы хотела сейчас его обнять. Из головы мгновенно испарились все тяготившие меня размышления. -Едем в очередной город после шоу. Как твои дела? Я не знала, стоит ли говорить о том, о чем думала последний час, пролистывая твиттер. Каулитц наверняка был в курсе всего, вопрос заключался в другом: хотел ли он обсуждать все это? -Знаешь, я… Том, прости меня, ладно? Я не должна была… – слова едва выдавливались из меня, и я чувствовала себя невероятно скованно перед человеком, от которого у меня больше не было тайн. -Не должна была что, Керр? – нахмурился Том – Я тебя не понимаю. -Наша поездка в Нью-Йорк уже на телевидении и в сети – с досадой поджимаю губы – Том, я не должна была соглашаться на твое предложение. Кто ты и кто я… – мотаю головой – Теперь у тебя возникнут проблемы по моей вине и за это я готова грызть себя бесконечно. Мне очень жаль. -Все в порядке – отозвался Том после небольшой паузы – Не бери в голову. Продюсер покусал немного, только и всего. Он часто чем-нибудь недоволен, особенно когда у кого-либо из нас появляются подруги. -Чаще у тебя, не так ли? – Я прикусила губу уже после того, как слова вырвались из меня. Хотелось провалиться сквозь землю сию же секунду и не видеть Тома еще года два, пока он не забудет сказанную мной глупость. -Керр, ты и впрямь пересидела в сети! – хохотнул брюнет, зевая – Я не хочу, чтобы ты переживала из-за этой ерунды. Да, возможно, где-то я действительно перегибаю палку, но касаться твоей персоны это не должно. Со своей известностью я разберусь сам и постараюсь максимально оградить от нее тебя – Слова Тома прозвучали убедительно, но сомнения уже закрались в глубины моей души и заняли там самое комфортное место. Теперь мне было страшно встречаться с ним, я не знала, смогу ли пообедать в его компании и не засветиться на очередных снимках. Я не была готова к такому серьезному вниманию, направленному на меня со всех сторон. Я понимала, что чем чаще буду видеться с Томом, тем громче будет обсуждаться моя личность. Я попала в ловушку, выхода из которой пока не находила – Хэй, ну посмотри на меня… Ты точно в порядке? Киваю, решаясь произнести самые страшные и неуютные слова в своей жизни. Я думала, что хуже расставания с Джеем быть ничего не может, что только после его ухода в сердце образовалась дыра, которую невозможно было восполнить ни людьми, ни эмоциями. Как приятно было ошибиться, но спустя ничтожное количество времени признать, что человек, который залечил мои раны – не мой человек. Разве я имела право быть с ним? Смогу ли я сейчас сказать об этом Тому? Смогу ли причинить ему боль, которая и так плескалась в его взгляде после предательства? -Керри… Его голос ломает изнутри, рвет все струны моей выдержки. Просто скажи ему, просто положи трубку, просто переживи. Ты справишься. Не взращивай в себе глупых надежд. И я говорю. Резко, отрывисто, на эмоциях, больше не в силах контролировать то, что переворачивало весь мой внутренний мир. Говорю о том, о чем должна была безоговорочно молчать. -Том, я очень по тебе скучаю! *****