11. Проклятие.

— Мирай? — послышался женский голос за дверью и стук. — Ты точно в порядке? — Д-да... — простонала девушка в ответ. — Не ври! По твоему голосу прекрасно понятно, что тебе больно. Впусти, давай поговорим. — Нет! — вскрикнула девушка. — Лучше уходи! — Я сказала впусти! Иначе я позову Фушигуро! — пригрозила Нобара. — Его мне тут только не хватало! — недовольно ответила Мирай. — Шинадзугава. — послышался голос парня. — Открой дверь, мы все волнуемся. — Н-нет! Лучше уходите! Я никого не хочу видеть! — хоть она и кричала, но можно была слышать как голос дрожал. — Ладно, мы придём когда ты успокоишься. — сказала Кугисаки и вместе с Юджи ушли в гостиную. Мегуми остался там, прижимаясь к двери. — Мирай... Я знаю почему ты не выходишь. — тихо произнёс он. — Это из-за твоего проклятия? Послышались тихие шаги за дверью и Фушигуро сделал шаг назад в надежде, что она откроет эту дверь. — Откуда ты знаешь... — дверь открылась и девушка наконец показалась. Её тело похудело, а кожа стала бледнее. Синяки под глазами не скрывали её усталости и невысыпания, будто она вообще не спала. А может так и есть. — Извини, я подслушал ваш разговор с твоим отцом. — признался он. — Чёрт... — прошептала девушка, потирая двумя пальцами виски́. — Кугисаки говорила, что по ночам слышала странные звуки из твоей комнаты. Она говорила, что ты будто ходишь всю ночь по комнате и царапаешь чем-то стены. — Я... — Позволь мне зайти в комнату. Ты неделю уже не выходить. — сказал парень, подходя ближе и легонько проталкивая девушку в комнату и входя сам. Хмурым взглядом он огляделся: стены были действительно чем-то исцарапаны, вещи разбросаны по полу, а еда, которую ей приносили так и осталась нетронутой на столе. — Учитель Годжо и Иери знают? — обеспокоенно спросил синеглазый. — Да... Отец им сразу сообщил об этом. Заходили сегодня утром, увидели всё это и сказали, что скоро меня поселят в место подальше, ведь я опасна для вас. — опустив голову, ответила красноглазая. Мегуми медленно подошёл к ней, от чего она вздрогнула, и захотел прикоснуться к ней, хотя положить руку на её плечо, но она сразу отшатнулась назад. — Не трогай меня! — прокричала девушка. — Вдруг это... — Заразно? Сомневаюсь, по рассказу твоего отца, твоя мать прокляла тебя через укус, хотя давно была сама проклята и прикасалась к тебе и твоим братьям. — холодно перебил её маг, смотря в глаза девушки. — Допустим, но это не отменяет того факта, что я прямо сейчас могу укусить тебя. — она сжала кулаки. — Черт, черт черт! Как же я устала! Фушигуро, прошу уходи! — Нет... — Уходи. — Мирай! — Уходи! Я и сейчас еле сдерживаюсь, чтобы не сожрать тебя! — прокричала она, схватившись за голову. Парень вздрогнул и слегка расширенными глазами смотрел на неё. — Я просто... — захныкала девушка. — Не хочу навредить вам... Я... Я... Глаза девушки расширились от удивления, когда почувствовала чьи-то тёплые ладони на своих плечах. — Всё будет хорошо. — прошептал он. — Я обещаю, что с тобой всё будет хорошо. Она смотрела в его синие, подобны океану, глаза. Щёки порозовели, а тело расслабилось. — Просто... Сожгите мое тело, если что-то пойдёт не так.

***

— За всю эту неделю она смогла хоть раз нормально поспать. — прошептала Сёко, глядя на спящую девушку. — Да. — подтвердил Сатору. — Но это не меняет того факта, что её организм меняется. Обычную пищу она либо не трогает, либо блюёт ею, а когда мы принесли ей немного крови, то она сразу почувствовала себя лучше. — Думаю мы зря это сделали. Ведь теперь она точно будет искать для себя еду. — Да. — опять подтвердил голубоглазый. — Но хоть это даст нам время. Сейчас она утолила свой голод на время. — Я даже не знаю, что сказать... — проговорила маг, осматривая её комнату. — Пока она может сопротивляться и не выходить из комнаты, но это долго не продлится. Её будет мучить жажда крови и голод, а после сойдет с ума, как и Умэ... От этих слов сильнейший нахмурился. Через повязку он смотрел как Мирай спала, изредко двигалась и хмурилась, будто кошмары снятся.

***

— И надолго вы? — спросил розоволосый. — Ну... Думаю да. — ответил на вопрос Караку, попивая чай. — Отец приказал нам приехать сюда и следить за сестрицей. Кугисаки взбесилась и ударила кулаком по столу. — Да что с ней случилось-то?! Объясните! Секидо хмуро посмотрел на неё и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Он прекрасно понимал, что девушка беспокоится о подруге, но её дерзость сильно раздражала его. — Это из-за печати на её плече? — Да. Мирай проклята. — ответил Секидо. — Так и знала! — рыжеволосая снова ударила кулаком по столу. — Сейчас пойду и она сама мне всё расскажет! — Нельзя. — старший Шинадзугава схватил её за запястье и обратно усадил на стул. — Если не хочешь быть съеденной. Мирай сейчас сама не своя. Прошло уже больше недели. Она постепенно сходит с ума и уже готова напасть на кого-то. Это доказывает то что она сейчас заперта от всех и выйти не может. Нобара промолчала и отвела взгляд. Секидо наконец выдохнул, когда она успокоилась и скрестил руки на груди. — Что же нам делать? — обеспокоенно спросил Юджи. — Что-что? Убить её конечно. — на щеке Итадори появился рот. — Как вам идея сжечь её также как и её мать тогда? Секидо сильнее нахмурился, а Караку с расширенными глазами глядел на щеку парня. — Молчи, Сукуна! — розоволосый хлопнул себя по щеке. — Простите... Он частенько так появляется... — А я уже и забыл, что среди нас есть сосуд Двуликого. — усмехнулся зеленоглазый.

***

— Я не могу... Не могу! — прокричала в пустоту красноглазая. — Хочу... Хочу есть... Я голодна... Тихими и медленными шагами она подходила к двери. Мирай потянулась к ручке своей рукой, ногти которой стали уже длиннее и острее, чтобы попытаться открыть. Рука девушки слегка кровоточила из-за частых укусов и царапин от её же ногтей. Она попыталась открыть дверь, но не получилось. Она попыталась снова, но опять не получилось. Шинадзугава стиснула свои зубы, глаза загорелись в темноте. Она сжала ладони в кулаки и начала колотить дверь. Мирай уже не кричала, не говорила, а рычала. Дверь медленно трескалась в местах, куда она била и вскоре с грохотом упала на пол. Девушка издала тихое рычанье и вышла из комнаты. Тёмный коридор освещала только луна из открытых окон. Встрёпанные волосы слегка подпрыгивали из-за тяжёлых шагов девушки. Она медленно, но уверенно подходила к входной двери. В общежитии она никого не нашла и направилась на улицу. — Ну и где же они... — раздражённо сказал Фушигуро, постукивая ногой по земле. Он резко повернулся и его глаза расширились от шока. — Мирай?...