Глава 2. Распределение.

Из глубины помещения возник силуэт мужчины с резкими чертами лица и длинным носом, украшенным редкими усиками. Его голос прозвучал тихо, но властно, приглашая войти. Я не заставил его ждать и, пробираясь сквозь толпу новобранцев, юркнул внутрь. Внутри, кроме меня, находились ещё четверо. Среди них я заметил... знакомое лицо. Это был Виктор, мой давний товарищ из батальона. Две долгих зимы минуло с тех пор, как мы расстались, и я уже смирился с мыслью, что он пал в бою. Но судьба распорядилась иначе. Наше знакомство произошло в маленькой деревушке, куда его подразделение только что прибыло. Виктор тогда носил сержантские погоны, а я был всего лишь рядовым. Помню, как он помог нам с другом добраться до части, предложив комфортный путь, и мы смеялись до упаду. Смеялись над тем, что ему доверили командование, хотя внешне он казался обычным солдатом. Но скоро выяснилось, что внешность обманчива. Каждый из них нес на себе печать Кросиса, словно проклятие, которое невозможно стереть. «Никуда вас, паршивцы, не возьмут», — эхом отозвались в памяти слова старшины. Но вот мы здесь, снова втянутые в борьбу с аномалиями. Жизнь порой преподносит неожиданные повороты, особенно когда пытаешься жить как обычный смертный. Но я уже давно перестал считать себя человеком. Пародия, оружие... Создан для уборки. Уборки, которую никто другой не выполнит. Я выбрал этот путь. И, несмотря на тяжесть бремени, я не чувствую себя несчастным. Напротив, я ощущаю, что становлюсь сильнее. Моя работа — это мой крест, и я несу его с гордостью. — Григорий Алексеевич, полагаю, вы догадываетесь, зачем вас вызвали отдельно, — промямлил мужчина гнусавым голосом. — Да, мы все это понимаем, — ответил я, чувствуя холодок в груди. — Хотя, признаться, смысл этой встречи остаётся неясным. Мужчина в сером костюме коротко кивнул, словно подтверждая мои мысли, и продолжил: — Аномалии становятся всё более агрессивными. Они вторгаются не только в разрушенные земли, но и в обитаемые территории... Вы — единственные, кто способен противостоять этому хаосу, поэтому решено воссоздать отряд Кросис-214. Ваш опыт бесценен. Мы внимательно выслушаем ваши отчёты и предпримем необходимые шаги. Возможно, ваше возвращение окажется судьбоносным. Задача проста: убедитесь, что Вторая группа готова к действию, и если потребуется, защитите человечество. По окончании миссии возвращайтесь на базу. Вопросы? — Никаких вопросов, — буркнул я, бросив взгляд на Виктора. Внешне он выглядел как обычный тридцатилетний мужчина с атлетическим телосложением. Но в его глазах читалась усталость, словно он пережил нечто большее, чем любой из нас мог представить. Лицо его было маской, скрывающей внутренние терзания. Глядя на него, казалось, что он прошёл через ад, ползком преодолевая густые заросли колючего кустарника. — Эй, Романовский, хватит сверлить меня взглядом. Лучше пожми руку, — Виктор протянул ладонь. Я взял её, чувствуя холодное прикосновение. — Выглядишь отлично, — произнес я, пытаясь развеять напряжение. Но моё замечание не возымело эффекта, и наша беседа затянулась. Наконец, из громкоговорителя раздался приказ собираться на плацу. Объявление, раздавшееся из громкоговорителей, гулко прокатилось по плацу, разрывая тишину. Новобранцы, словно стадо напуганных зверей, поспешили занять свои места, а мы, ветераны, медленно двинулись следом. Каждый шаг отдавался глухим стуком в моей голове, словно удары молотка по железному гробу. Виктор шёл рядом, его лицо оставалось непроницаемым, но я чувствовал, как внутри него кипит буря. Плац был залит тусклым светом ламп, их пламя дрожало, отбрасывая зловещие тени на каменные стены помещения. Здесь, в сердце уставшего от аномалий города, где десятилетиями царила неразбериха, мы собирались, чтобы услышать приговор. Командир отряда, высокий мужчина с суровыми чертами лица, вышел вперёд. Его глаза были холоднее льда, а голос звучал, как раскат грома: — Солдаты! Сегодня вы вновь встаёте на защиту мира, который уже давно забыл, что значит свет. Аномалии расползаются, как язвы, поедающие землю. Наша задача — остановить эту чуму, пока она не поглотила всё живое. Вы — одна из последних надежд человечества. Кросис-214 будет вашим знаменем. Впереди нас ждут испытания, которые проверят вашу стойкость и веру. Но помните: страх — наш враг. Страх порождает слабость, а слабость — гибель. Мы не имеем права на ошибку. Его слова эхом отразились в моих ушах, вызывая мурашки по коже. Я почувствовал, как давно забытый зов крови вновь оживает во мне. Виктор стоял неподвижно, его кулаки сжимались и разжимались, словно он боролся с невидимым противником. Мы оба знали, что впереди нас ждёт нечто большее, чем просто битва. Это была война с самим собой, с собственными демонами, которые жили в каждом из нас. Вечером, когда лагерь погрузился в сон, я вышел на балкон. Ночь была холодной и ясной, звёзды мерцали, словно далёкие маяки в бескрайней пустоте. Виктор присоединился ко мне, его шаги были почти незаметны. Мы стояли молча, глядя на горизонт, где тьма сливалась с небом. — Знаешь, Гриша, — наконец произнёс он, — иногда я думаю, что мы не выживем. Что этот мир уже не спасти. Что мы застряли между двумя мирами. Один — тот, который мы оставили позади, полный воспоминаний и надежд. Другой — тот, в котором мы оказались, где всё рушится, и никто не знает, что делать дальше. Его слова эхом отозвались в моей душе. Мы действительно жили в мире, где прошлое и будущее переплетались, создавая странную реальность. Город вокруг нас был одновременно современным и устаревшим. Небоскрёбы соседствовали с развалинами старых заводов, а на улицах мелькали автомобили, похожие на машины из прошлого века. Всё это создавало ощущение, что время здесь остановилось, замёрзло в каком-то странном промежутке между эпохами. — Может быть, это и есть наш дом, — продолжал Виктор, глядя вдаль. — Место, где мы можем найти своё, несмотря ни на что. Где мы можем бороться и побеждать, даже если мир вокруг нас рушится. Его слова напомнили мне о том, как много лет назад мы впервые встретились в деревне, окружённой лесами и болотами. Тогда мы были молодыми солдатами, полными надежд и иллюзий. Теперь же, спустя годы, мы стали частью чего-то большего, чем просто военные. Мы стали теми, кто стоит на страже границ между миром живых и миром мёртвых, между порядком и хаосом. После разговора с Виктором я задумался. Действительно ли это мой путь? Я было развернулся, чтобы отправиться в казармы, как вдруг я почувствовал, как тяжёлая волна усталости накрыла меня. Шаги становились всё тяжелее, ноги словно наливались свинцом. В голове начала нарастать привычная боль, пульсирующая, настойчивая, словно молот бил по черепу изнутри. Голоса, которые всегда тихонько шепчут в глубине сознания, начали усиливаться, превращаясь в хор бессмысленных звуков, смешанных с обрывками воспоминаний. «Тебе не уйти, ты останешься здесь навсегда...» Слова эхом отзывались в мозгу, словно заклинание, от которого невозможно избавиться. Вокруг всё начало терять чёткость очертаний. Каменная стена корпорации превратилась в туманный силуэт, растворяющийся в воздухе. Свет фонарей становился ярче, ослепляя глаза, и я невольно зажмурился, пытаясь сбежать от этого кошмара. Сердце забилось быстрее, дыхание участилось. Пот выступил на лбу, холодный и липкий. Мои пальцы судорожно сжались в кулаки, ногти впивались в ладони, оставляя болезненные царапины. Я знал, что это начинается. Приступ. Тот самый, который приходит, когда мозг отказывается справляться с реальностью, когда воспоминания и страхи переплетаются в одно ужасное целое. «Они придут за тобой, они всегда приходят...» Голоса становились громче, заглушая шум ветра и звуки ночи. Вижу их, вижу эти тени, которые крадутся из углов, из-за стен, из-под холодного кафеля. Они смотрят на меня своими пустыми глазами, словно знают, что я слаб. Виктор исчез, словно растворился в воздухе, оставив меня одного с этими призраками. «Почему ты здесь? Почему ты не умер?» Я упал на колени, сжимая голову руками, пытаясь заглушить этот шум. Боль пронзала мозг, разрывая его на куски. Внезапно всё вокруг потемнело, и я оказался в другом месте. В одном из тех мест, откуда не возвращаются. Передо мной простирался серый пейзаж, покрытый пеплом и обломками. Ветер завывал, поднимая клубы пыли, которые кружились вокруг, словно духи погибших. Там, посреди пустыря, стояла фигура. Она была окутана темно-зеленым плащом, лицо скрыто капюшоном. Фигура молчала, но её присутствие наполняло воздух холодом и страхом. Я знал, что это он. Тот, кого я убил. Тот, чья смерть стала началом конца. «Ты не спасёшь никого, понимаешь? Ты сам виноват...» Фигура сделала шаг вперёд, и я почувствовал, как земля уходит из-под ног. Всё вокруг начало вращаться, стены корпорации рухнули, превратившись в пыль. Я остался один в этом безумии, один с призраками прошлого, которые как голодные собаки выгрызали из меня плоть. Но вдруг, сквозь этот кошмар, я услышал другой голос. Тихий, но уверенный. «Гришка, ебаный твой рот, стой!» Это был Виктор. Он вернулся, вернул меня обратно в реальность. Его рука крепко сжала мою, и я почувствовал, как боль отступает, как голоса утихают. Мир снова обретал форму, и я понял, что выжил. Ещё раз. После того как Виктор вернул меня к реальности, мы вернулись в казарму. Виктор не задавал лишних вопросов, впрочем как и всегда. Вечер был тихим, и большинство солдат уже спали. Я лег на свою койку, чувствуя, как усталость и напряжение последних часов начинают уступать место неизбежности сна. Но сон не приходил легко. Вместо этого его разум продолжал возвращаться к событиям дня, к разговорам и воспоминаниям, которые не давали покоя. Ночь пришла, но сон не спешил. Лежа на жёсткой койке, я прислушивался к звукам казармы: равномерное дыхание спящих солдат, скрип деревянных половиц, тихий шорох ветра за окном. Но вместо отдыха мой разум продолжал метаться, возвращаясь к событиям дня, к разговору с Виктором и словам мужчины в черном плаще. Сначала всё было спокойно. Я закрыл глаза, надеясь на отдых, но вместо этого оказался в знакомом сером пейзаже. Земля под ногами была рыхлой и сыпучей, словно песок, и каждый шаг давался с трудом. Вокруг меня возвышались высокие стены, покрытые трещинами и пятнами плесени. Я знал, что нахожусь в ловушке, но не понимал, как выбраться. Внезапно из-за угла появилась фигура. Это был тот самый мужчина в зеленом пальто, который вызвал нас на очередную встречу. Его лицо было искажено гримасой, а глаза горели злобой. Он приближался ко мне, растягивая каждую секунду, пока расстояние между нами сокращалось. В руке он держал длинный нож, лезвие которого блестело в тусклом свете. — Ты думаешь, ты сможешь избежать этого? — прошипел мужчина, его голос эхом разносился по узким коридорам. — Ты думал, что сможешь спрятаться? Но ты ошибся. Никто не может скрыться от своего прошлого. Я попытался убежать, но ноги отказывались двигаться. Страх парализовал меня, сковывая каждое движение. Мужчина продолжал приближаться, и вот уже его рука с ножом была всего в нескольких сантиметрах от моего горла. И тут меня разбудил собственный крик. Я резко сел на кровати, тяжело дыша. Пот стекал по моему лицу, одежда была влажной от пота. Сердце бешено колотилось, и я чувствовал, как кровь пульсирует в висках. Несколько секунд я смотрел вокруг, пытаясь осознать, что я дома, в безопасности. Но кошмар оставался со мной, его тени еще долго будут преследовать меня. Рассвет встретил меня ранним звонком будильника. Я поднялся с постели, чувствуя себя разбитым и усталым. Моё тело было тяжёлым, словно налитым свинцом, но я знал, что сегодня предстоит важный день. Отряд должен отправиться в зону аномалий, и мне нужно подготовиться. Подойдя к своему шкафу, я начал собирать необходимое оборудование. Оружие, боеприпасы, аптечка первой помощи — всё это аккуратно укладывалось в рюкзак. Каждая вещь имела своё место, каждая деталь была важна. Я делал это механически, без особых размышлений, словно машина, запрограммированная на выполнение определённой задачи. Пока я занимался подготовкой, в казармах началась общая суета. Остальные солдаты тоже начали собираться, проверяли снаряжение, обменивались короткими фразами. Атмосфера была напряжённой, но привычной. Все знали, что впереди их ждёт нечто серьёзное, и каждый старался справиться с волнением по-своему. Когда все были готовы, командир отряда собрал нас в одном из помещений. Он коротко напомнил некоторые детали задания, указал маршрут и напомнил о мерах предосторожности. Затем мы вышли наружу, где нас ждали транспортные средства. Я занял место в одном из грузовиков, рядом с Виктором. Машина тронулась с места, и колонна отправилась в путь. По мере того как мы удалялись от базы, я чувствовал, как мои нервы натягиваются, как струна. Я знал, что впереди нас ждёт неизведанное, но был готов встретить его лицом к лицу. Ведь в мире, где надежда умирает последней, даже самый маленький луч света может стать началом нового мира.