Часть 3. Курение убивает

             Это леденящее кровь утро встречало непроглядным туманом. Словно смог опустился на городок, жутким дымом рассеиваясь на много километров по округе. Пейзаж будто вышел из какого-нибудь фильма, с говорящим названием „Город-призрак” и маленьким бюджетом.       В такие моменты хотелось курить, выпуская сигаретные испарения в небо, добавляя туману объема. Выдыхать вместе с дымом, столь вредным и горьким, такие же горькие непролитые слёзы. Роскошно.       В этом, поэтично-печальном настроении, проснулся Маттис Конрад этим днём. Привыкший к раннему подъему под звуки транспорта и смешивающихся голосов, он еле встал с кровати. Тихо. Неприлично тихо. Этим безмолвным утром, Конрад страстно любил Гамбург, подавляя желание вернуться к нему прямо сейчас, словно к незабытому бывшему. Разницу задавала невозможность сделать это по переписке.       Под глухой звук ничего, он накидывает свой старый поношенный кардиган, поверх пижамы. „Какая ностальгия”– заметил он, шагая вниз по лестнице. Его немного потряхивало от холода и воспоминаний, поэтому шёл Маттис осторожно, держась за поручни.       На кухне взялся за турку. Поставил её на плиту, наконец наслаждаясь приятным потрескиванием. Он прикрыл на секунду глаза, чуть не пропустив момент закипания. Добавил сахар и повернулся к окну, задумчиво помешивая излюбленную жидкость.       Не было желания повстречать кого-либо, так что только выглянув из окна, он всё же решился выйти на крыльцо. Он взял свои Мальборо, натягивая кардиган получше, и вышел из дома. Ему нравился туман и дождь. „Плохая погода” приносила умиротворение. Ведь всё самое плохое обманчиво случается в солнечные деньки, наполненные непринуждением.       Как же он тосковал по трубке! Ещё одна вещь, к которой он бы вернулся сию секунду, если бы не обстоятельства. Но на столь долгое занятие, как курение трубки, не было времени, а если взяться сейчас – уже не остановиться.       Маттис сделал затяжку, предвкушая сегодняшний день. Он волнуется, ибо сегодня посетит свой новый офис. В чем дело? Неужели боится оплошать? По правде говоря – нет. За десять лет работы в Гамбурге, Маттис стал идолом в сфере печатной журналистики. Пробиваясь через препятствия все эти годы, Конрад прорывался вверх по карьерной лестнице. На данный момент мужчина мог скромно сказать: „Я чертовски хорош в своей работе!”       Волнение было скорее восторженным. Причина этому– каштановый вор. Личная страсть, главная сенсация, муза Маттиса! Самые любимые, самые популярные здесь статьи именно о нём! В лето...„инцидента”, он снова сбежал. Эти десять лет совершая редкие набеги и делая перерывы в несколько лет, преступник объявился и стал активнее сейчас, и с новым рвением. По слухам у него появились подельники. Или же весь этот сброд– подражатели?       Ему не терпелось начать в этом разбираться. Получить место редактора здесь было не трудно. Он рассчитывал на договоренность с полицией про интервью, в случае поимки преступника. О да, мистер Конрад чертовски готов к этому дню.       Маттис отпил из кружки и улыбнулся своим мыслям, вглядываясь в туман. С минуту назад ему стало как-то неуютно. На улице вроде никого не было, но ощущалось ледяное присутствие. Настолько ледяное, что можно получить обморожение. Он повернул голову в право и чуть не выронил сигарету. Руки затряслись, а отвести свой блестящий взгляд не представлялось возможным.       Мужчина в красном свитере стоял на балконе дома за забором, покуривая трубку. Он лениво провожал взглядом выдыхаемые испарения. Вопреки ощущениям Конрада, он не заметил соседа. Ну, или не хотел замечать.       С балкона двухэтажного, солидного вида дома открывался неплохой обзор на крыльцо Маттиса.       „Твою мать! Куда делось дерево, которое отгораживало нас десять лет назад?!”       Как можно тише Маттиас затушил окурок, влил в себя остаток кофе, и с замершим сердцем прокрался к двери. „Только бы не заметил.”       Вина пожирала Маттиаса каждый день. Понятное дело, столкнуться с ним однажды придется. Но не сегодня. Он не готов. Никогда не будет готов, но сегодня особенно. Что будет когда они встретятся взглядом? А если нужно будет завязывать разговор?       У самого входа в дом послышался грохот, выдернувший Маттиаса из задумчивости. Сердце упало окончательно. Мужчина влетел в помещение не закрывая за собой дверь. Инстинктивно он побежал к лестнице, предчувствуя страшное. А если она разбила себе голову?       —Эдна!– Крикнул перепуганный отец, подбежав к лестнице. Но девушки подле неё не оказалось. Послышался весьма бодрый для раннего утра голос:       —Я на кухне. Иди завтракать, куряга. Я тут немного... Ну ты сам увидишь.– Маттис пару секунд стоял возле подъёма, неровно дыша. Выдохнув в последний раз, он поплёлся на кухню, позабыв на некоторое время внезапную встречу.       —У тебя сегодня обещается плодотворный день. Надо хорошо позавтракать!— Сказала явно вставшая с той ноги Эдна. Удивительно, обычно раньше обеда его солнышко не вставало. Мужчину очень трогала такая забота.       Девушка стояла с тарелкой в руках и широкой улыбкой на лице. Пожалуй, слишком широкой. Сразу ясно, что это был за грохот.       —Я приготовила омлет с беконом.– Она самодовольно вздёрнула носик.       —Что это за шум?– Бровь Маттиса скептично изогнулись. Он поставил чашку в раковину, проследив за взглядом дочери, и открыл урну, ахнув.       —Эдна Конрад! Сколько же здесь тарелок?!– Воскликнул Маттис, пытаясь по осколкам сосчитать ущерб. Конрад-младшая отвела глаза в пол и сложила бровки домиком.       — Я случайно.. Старший приложил пальцы к переносице и страдальчески вздохнул.       —Угх, ладно. Садись за стол.       Маттис сделал девочке чай, и с удовольствием сметал порцию, слушая её лучшие утренние анекдоты. Он периодически поглядывал на время. Ах да.. Марсель. Насколько он помнил его сосед обычно выезжал на работу часов в девять, а значит выйти надо в восемь. Сейчас уже семь, надо бы поторопиться...       —Какие планы на ближайшую неделю? – Спросила Эдна, положив свою вилку на стол.—Каштановый вор, угадала?       —Угум.– Маттис улыбнулся приятной теме.       —То есть, ты у нас проведёшь лето гоняясь за плохим мальчиком?– Она по-лисьи улыбнулась, отпивая малиновый чай.       —Эдна!– Неразборчиво пробормотал папаша, пытаясь дожевать бекон.       —Ой, ладно, фанаточка.– Она закатила глаза, посмеиваясь.       Маттис поднялся, сказав спасибо и чмокнул Эдну в лоб.       —Мне принести твой костюм?– Сказала девушка, составляя посуду в раковину.       —Да, спасибо, милая.       Эдна ополоснула руки, и вытерла их о футболку. Подойдя к отцу, девушка обняла его а потом побежала за костюмом, остановившись у лестницы. Она взялась двумя руками за поручни и аккуратно ступала,смотря под ноги, пока не исчезла на верху. Маттис выдохнул.       Повернувшись обратно, он рассматривал окружение. Уютная, милая обстановка и спокойное утро. Пожалуй, Конрад всё же немного скучал. Десять лет назад он просто обожал свой дом. Тут всегда было уютно и тепло. Он хотел бы, чтобы так было и дальше.       Он обвёл глазами стол, кухонное окно и своё любимое кресло, но метнулся обратно к окну. Ему ответил чужой взгляд. Брови Маттиаса вскинулись в изумлении, а рот приоткрылся. Марсель всё ещё стоял на своём балконе, с трубкой в руке и смотрел прямо в душу.       Знакомое лицо не выражало ничего, веки были полуприкрыты. Появилось пару несущественных морщин, но в целом доктор всё такой же. Сильно он не постарел, но глаза от чего-то были более уставшими, а круги под ними придавали угрюмости. Был похож на сову, что рассматривала добычу.       Маттиас не был уверен, не показалось ли, но Горацио слегка кивнул. Конрад, до этого ошарашенно, исступлённо смотрящий в ответ на этого мужчину, вытянул руку вперёд и дёрнул шторку, внезапно почувствовал нарушение сердечного ритма. Он отвернулся от окна и опёрся спиной на подоконник.       —Дьявол... Звук шагов. Это Эдна наконец вернулась со второго этажа. Маттис пока ей об этом не расскажет, иначе будет волноваться. Она заметила рассеянность отца. Её голова наклонилась в немом вопросе.       —Тебе плохо?– Девушка подошла к отцу и утешающе положила ладонь ему на плечо.       —Нет-нет, всё хорошо! Я.. Мне скоро выходить.–Он отстранился от подоконника и натянул улыбку. Затем, мужчина забрал у дочери свой костюм и удалился в ванную. Эдна пожала плечами, села на диван и врубила телевизор. Какая-то передача про грибы, потом музыкальный канал и, наконец новости.       —Воу, пап! Каштановый вор стал как-то слишком жесток. Старший вышел из ванны.       —О чем ты?— Он завязал галстук и присел рядом. Отец взял у нее пульт и добавил звук. „Группировка каштанового вора, устроила вооруженное нападение на жилой комплекс номер.. В результате было ранено три человека, и один убит.."       Услышав это, Маттис подскочил. Он натянул свой серый плащ и взял портфель. Эдна поднялась вслед за ним.       —Тебя так воодушевляют убийства, или только убийства каштанового вора?– Саркастично спросила девушка, складывая руки на груди.       —Ох, только его пожалуй!– Он поцеловал дочь в щеку.—Я побежал! Закажи себе чего-нибудь на обед, хорошо?– Мистер Конрад высунулся из двери, посмотрел в сторону соседского двора, и выдохнув, вышел на улицу.       Его ждала двадцати минутная поездка на автобусе, минут пять пешком, и вуаля! Офис. Маттис собрался с духом и вошёл в здание, показывая пропуск на входе. Он зашёл в новенький лифт и поднялся на пятый этаж.       Далее– широкая улыбка, лёгкий очаровательный прищур и заигрывание во взгляде.       —Здравствуйте, коллеги!