Repugnance

      К зданию подъезжает джип с тонированными окнами. Задняя дверь резко открывается, выпуская девушку на свежий воздух. Её испорченный внешний вид пугает: белоснежная кожа на девичьем лице обезображена алыми разводами, а в карих глазах виднеется одна лишь пустота.       Увиденное никогда не забудется, оставит после себя свежий шрам на душе. Со временем он начнет заживать, но до конца всё же не затянется.       Форму отстирать вряд ли получится: ткань окровавлена вдоль и поперек. Но кого сейчас это волнует? Жизнь дороже любых тряпок, как не посуди.       — Как всё прошло? — с энтузиазмом вопрошает Сатору, поджидая подругу у входа в общежитие. Знал, что задание не из легких.       На ответ нет никаких сил, да и брюнетка вовсе не слышит ничего, кроме собственных мыслей. Она полностью абстрагировалась от реальности, вновь прокручивая трагические события. Хочется испариться, исчезнуть. Она будет терзать себя, истязая и без того израненное сердце. Это будет продолжаться до тех пор, пока она не сведет себя с ума.       Шестиглазый больше не лезет с вопросами, а уголки его губ опускаются, когда он замечает подавленное состояние второгодки, не говоря уже о том, какой вид имеет её форма. Всем шаманам рано или поздно придётся пройти через это, как бы печально это не звучало.        Сацуки с трудом добирается до собственной комнаты, дрожащими руками прикрывая за собой дверь. Теперь, наедине с собой, она может выплеснуть все те эмоции, что обгладывали кости изнутри, явно наслаждаясь этим садизмом.       Паника от осознания накрывает с головой, перекрывая доступ к кислороду. Дрожащая рука тянется к шее, с силой раздирает кожу, на которой тут же появляется раздражение. Воздух с трудом доходит до лёгких: что-то невесомое перекрывает ему путь. Невидимые путы обвивают тонкую шею, оставляя за собой эффект асфиксии.       Колени дрожат, но ноги словно приросли к паркету. Равновесие нарушается, и девушка с глухим стуком падает на деревянное покрытие. Кожу неприятно покалывает от столкновения с твёрдой поверхностью. Рука с большим натиском сдавливает горло, имитируя петлю, что вот-вот разорвёт теплую плоть.       Сухой кашель с трудом выходит изо рта, оказывая ещё большее давление на глотку, и оставляет на языке металлический привкус. Хочется кричать, истошно вопить о несправедливости этого мира, разрывая связки. Но сил нет, их не хватает даже на размеренное дыхание.       Пальцы наконец перестают терзать кожу. Девушка с трудом цепляется за спинку стоящего рядом стула, но безуспешно. Мебель падает, лишая Сацуки единственной опоры.       Входная дверь с грохотом распахивается, позволяя яркому свету прогнать тьму, ранее господствующую в помещении. Сильные руки с силой обхватывают дрожащие плечи, но резкое движение пугает девушку. Губы раскрываются, когда из горла вылетают адские вопли. Словно из последних сил Сацуки дергает ногами в попытке выбраться из чужой хватки.        — Пожалуйста, не надо, — она всхлипывает, а тело пробивает очередной дрожью.       — Сацу...       Мужской голос кажется таким знакомым, даже родным для неё. Он дарил спокойствие, несмотря на нотки беспокойства в тоне. Девушка замирает, прекращая хаотичные движения ногами. Сфокусироваться на силуэте перед собой не удаётся ни с первого раза, ни даже со второго. Но цитрусовый аромат, пропитывающий лёгкие изнутри, мог принадлежать лишь одному человеку.       — Сугуру, это ты? — женский голос звучит так надрывисто, будто голосовые связки разорваны в клочья.       Парень не отвечает, лишь нежно поглаживает напряжённые плечи, стараясь расслабить мышцы. Коно и не нужен ответ, ведь она понимает его без слов. Льнёт к сильному телу, громко шмыгая. Ещё пару мгновений — и она не выдерживает, изливаясь в рыданиях. Она тянется к его теплу так, как беззащитный котенок ищет поддержку, оставшись в одиночестве в этом жутком и жестоком мире.       — Иди ко мне, — ласковый шепот звучит прям над ухом.       Гето поднимает второгодку, вцепившуюся в него со всей силы. Усаживает её на свои колени, запуская пальцы в темные волосы. Кожа тут же окрашивается всеми оттенками красного, но Гето это не пугает. Рука притягивает Сацуки ещё ближе, позволяя ей уткнуться ему в плечо.       Плач никак не прекращается, лишь усиливается. Дыхание всё так же нестабильно, из-за чего голова кажется безумно тяжелой. Сугуру отодвигается, тут же встречаясь с печальным взглядом таких любимых глаз. Его сердце мучительно разрывается на куски: видеть близкого человека в таком состоянии равносильно смерти.       — Слушай меня внимательно и делай так, как я скажу, — невесомо целует в лоб, нежно касаясь подбородка брюнетки.       Выжидающе смотрит, ожидая какой-либо реакции. Коно еле заметно кивает, но шаман улавливает её движения.       — Глубокий вдох, — тут же демонстрирует, — выдох.       Уже без слов пара дышит в унисон, для Сугуру важен их коннект. Неизвестно сколько раз было проделано данное упражнение, но оно несомненно помогало. Сацуки не знала, что успокаивало сильнее: дыхательная гимнастика или присутствие Сугуру.       Покалывание в лёгких постепенно сошло на «нет», позволяя дышать полной грудью без каких-либо препятствий.       — Умница. Ты большая молодец, Сацуки, — губы оставляют несколько влажных поцелуев на девичьих щеках. — Сможешь встать?       Несмотря на свой же вопрос, шаман придерживает девушку за талию, помогая подняться на ноги. Гето ведет её за собой, делая короткие шаги. Таким образом, пара добирается до душевой комнаты.       — Я сама, — дрожащей рукой тянется за банными принадлежностями.       Парень не позволяет ей самовольничать, запирая дверь в комнату. Усаживает хрупкое тело на бортик ванны, а затем ковыряется в шкафчике, что висит над раковиной. По запаху определяет, какие из склянок принадлежат девушке.       — Подними руки, — в его взгляде виднеется небольшое волнение из-за происходящего.       Сацуки беспрекословно выполняет просьбу парня, как бы давая ему своё молчаливое согласие. Гето напряженно выдыхает, аккуратно стягивая с девушки форму. Глаза не опускаются ниже положенного, и это усиливает связь между ними.       — Тебе нужно будет раздеться полностью, — после своих слов, он тут же отворачивается: боится причинить ей дискомфорт. — Садись в ванну спиной ко мне.       — Я всё, — надрывный хрип вылетает изо рта, после чего Сугуру вновь поворачивается к второгодке.       Включает душ, настраивая оптимальную температуру воды. Регулирует поток так, чтобы он был не слишком сильным. Осторожно поливает голову Сацуки, прочёсывая пальцами её короткие волосы. На секунду откладывает лейку, намыливая руки шампунем. В нос ударяет лёгкий цветочный запах, нотки которого Гето мог учуять без особого труда.       Брюнет тщательно промывает каждую прядку, избавляя её от грязи и крови. Его старания безумно льстят девушке, потому лёгкая, хотя скорее вымученная улыбка, обрамляет её губы.       Закончив с волосами, Сугуру переключается на её тело. Выдавливает гель для душа на хрупкие плечи. Нежными касаниями распределяет вязкую жидкость, попутно массируя ноющие мышцы. Сацуки иногда вздрагивает, стоит только его пальцам надавить на болевые точки.       Когда с мытьём покончено, парень вновь отворачивается. Сугуру терпеливо ждёт, пока девушка обмотается в махровое полотенце.       — Сейчас я отведу тебя в комнату и тоже схожу в душ, хорошо? — внимательный взгляд сопровождает его речь, а руки осторожно поглаживают её мокрые волосы.       — Можно подождать тебя? — неловко спрашивает, вовсе не от смущения. Скорее от того, что не хочет напрягать своим присутствием.       Гето тяжело выдыхает, понимая, что оставить её сейчас одну, хоть и на совсем короткий срок, будет большой ошибкой.       — Хорошо, — осматривается, думая, куда усадить девушку.       Подходит к унитазу, мягко опуская крышку. Большего удобства он предоставить не может. Усаживает девушку, а после старается как можно быстрее раздеться и принять душ.       Коно сидит смирно, направляя взгляд чётко в стену. Но создаётся впечатление, что она смотрит куда-то сквозь. Она поворачивается к парню лишь тогда, когда он, обмотавшись полотенцем, стремительно собирает их вещи.       Пара вновь оказывается в комнате Коно, где их встречает привычная темнота. Теперь Сугуру спокойно помогает брюнетке натянуть одежду на влажное тело, попутно найдя одежду и для себя, которую оставлял здесь когда-то. Девушка всё ещё мысленно находится в другом месте, потому не обращает внимание на копошение в шкафу.       — Позволь мне..? — касается мокрых волос, держа на голове фен и расчёску. — Если не посушить, заболеешь.       Сацуки лениво кивает, сосредотачиваясь на прикосновении мужских рук. Его кожа обладает таким же теплом, что и горячий поток воздуха. С каким же трепетом он ухаживает за ней, боясь сделать лишнее движение. Да он даже свои волосы никогда не сушит.       Закончив с сушкой, он откладывает принадлежности на тумбу и расправляет для шаманки кровать. Сугуру переминается с ноги на ногу у её постели, пока она ныряет под пуховое одеяло.       — Ты не останешься? — интересуется, видя его метания.       Он ждал этого вопроса, но всё же давал ей право выбора.       — Зависит от тебя.       Девушка робко отгибает край одеяла, как бы приглашая Гето к себе. Последний же выдыхает с облегчением и ложится к ней, пытаясь разглядеть сквозь темноту черты девичьего лица. Однако он и с закрытыми глазами мог представить его с максимальной точностью. Подкладывает руку под голову, тут же впадая в ступор.       Сацуки уткнулась тёплым носом ему в шею, пальчиками касаясь обнаженной груди. Парень медлит, не хочет спугнуть её резкими движениями. Осторожно укладывает руку на тонкой талии, где ей самое место. Он не сжимает её, лишь невесомо поглаживает.       Спустя какие-то пару минут девушка проваливается в сон. Об этом свидетельствует её глубокое дыхание, которое сопровождалось милым сапом. Неудивительно, что она так быстро вырубилась. Этот день лишил её всех сил: как физических, так и душевных.        Сугуру укладывает подбородок на её макушку, оставляя на ней короткий поцелуй. Спать он не торопится, вдруг девушку во сне охватит новый приступ паники. Он должен быть на чеку, чтобы предотвратить её страдания. И он готов принять эту ответственность и позаботиться о близком человеке.