О таинственных намерениях

Таня сонно жмуриться от разных звуков. Вчера она заснула на стуле около кровати Андрея, через несколько часов после их разговора, под самое утро. Поясница ужасно болела, не давая полноценно расслабиться. Всё-таки спать в сидячем положении было плохой идеей надо было принять предложение друга и лечь рядом, как в детстве. Когда у него на ночёвки ребята спали в одной кровати, Валетом естественно. Поток холодного ветра окончательно будит Лебедеву. Приходя в себя, девочка встаёт с неудобного стула, выискивая источник её пробуждения. Открытое нараспашку окно говорит само за себя. Морща нос Таня бурчит, с упором закрывая его. — Какой идиот в такую рань окно открыл — Оглядывая комнату, брюнетка ищет глазами Васильева. Его в комнате не оказывается, о более раннем подъёме друга ей говорит не застеленная больничная кровать. От воспоминаний про вчерашний инцидент Таню передёргивает, сжимая посильнее зубы, она зябко фыркает, выходя в коридор. Последнее, на чём ей хотелось бы сейчас зацикливаться, так это чья-то смерть. Итак, недавно целая полоса ворона прошла, теперь ещё и Андрей руки помарал. Несмотря на то, что этот самый парень, который по видимости и был главным причастным к смерти Ералаша, сам не ангел по поступкам, но действовать по принципу " око за око " Лебедевой не нравилось. Хотя бы из-за того, что теперь Андрею мог грозить срок, чего Таня допустить точно не могла. Проходясь по коридору, девочка заходит в ближайший женский туалет, хоть в порядок себя чучело приведёт. Картина с той стороны её ужаснула, волосы растрёпанные, а её излюбленные заколочки держаться на Божем слове. Круги под глазами и... Кровь на халате. Около района плеч, пошатываясь назад, Лебедева мигом снимает с себя белое одеяние. Рассматривая детальнее, уже засохшая кровь была оставлена не так давно В больной без того голове всплывали различные догадки, ответ пришёл быстро – скорее всего это Андрей. Она не сумела его вчера чётко рассмотреть, но, по-моему, на руках парня были следы крови, не его. Рвота подплывает к горлу, заставляя Таню сунуться лицом в самую раковину, как на зло, мыла или каких-то средств для устранения этих улик не было. Впрочем, как и горячей воды, посильнее комкая халат, Лебедева выбегает из уборной. Ей стоит убраться с больницы, как можно быстрее. В этом же халате она выходила в свет, сейчас, к людям. Несмотря, на ранее, по видимости утро, санитарки, хирурги, стоматологи, уже ходили по коридорам. Один - два человека точно обратили на это внимание. Уж что, что, а кровавые пятна на белой ткани не заметить – является невозможным вариантом. Нервно оглядывая побеленные стены, шатенка кусала нижнюю губу, оттягивая подальше. Ей стоило найти Андрея раньше, чем это сделает милиция и, на него накатают заявление, что тоже могло быть. Очень даже. Поиски долго не продлилось, из-за следующей картины происходящего : Вышедшая из-за угла Таня, с хмурым выражением лица, а навстречу ей, на медицинской каталке Адидас, под руководством трёх балбесов – Марата, Андрея, Турбо. Словно рыба, открывая от ошеломления рот, Лебедева бы наверное так и стояла посреди живого коридора, потихоньку заполняющего людьми. С главной уликой в руках, окровавленным халатом. Если бы не трое мушкетёров и один раненный на каталке. — Танька! — Кричит Турбо, ухватывая за край кофты подругу. Он практически волочит её за ними следом, пока вторая, не особо умело перебирая ногами, пыталась поспевать. Залезая в тесное помещение, Лебедева упирается спиной в холодную поверхность, сталкиваясь взглядом с Маратом. Чувства смешанно метались в голове, доходя до вечно "спокойного" сердца, однако, при такой экстремальной ситуации, думать о другом было трудно. От неутихающей борьбы Таня жмуриться, рассматривая чужих пацанов, что толпой гнали к ним. Находя в себе ещё какую-то живую решимость, она прикрывает медсестру собой, выходя вперёд, давая ей безопасно провести оставшуюся часть операции. Левый мальчишка подлетает к Лебедевой, попадая кулаком плечо. — Скотина — Таня хрипит, со злостью отталкивая от себя незнакомца. — Вот сука — Турбо быстро реагирует на крик девочки, с размаху прописывая несколько ударов нападавшему в лицо. Утягивает к себе, бросая на грязный пол больницы — Марат, влево Суворов раздражённо выслушивает " приказы " старшего, ориентируясь в бою. Брюнет слегка растерянный, метается по всей территории маленького помещения, не давая впредь другим пацанам попасть к Тане с Адидасом. В этом неравном сопротивление между двумя группировками " Универсамы " одерживают неоспоримую победу. Хватая каталку Вовы, пацаны грозой мчаться прочь из больничного отделения, оставляя за собой следы от грязных кроссовок и побитые лица недругов. На улице по-прежнему царит зимушка, Лебедева выругывается хватаясь за локоть Марата, тут, уже на льду, она чуть дважды не упала на спину, от неудачного приземления её отделяли только пацаны и их устойчивость. Бросая остальных, Валера бежит вперёд, о чём-то, не шибко по-доброму договариваясь с шофёром скорой помощи. Оглядываясь по сторонам, Лебедева хватает Андрея с Маратом за плечи, порывисто притягивая к себе. — Чё вообще происходит тут. Вы чё устроили ? — От злого голоса Суворов уворачивается, деловито придерживая каталку брата. — Ничё мы не устраивали. — Отрезает мальчишка. Вторая складывает руки на груди, обижено прожигая хулигана взглядом. — Конечно блять, а этот концерт в больнице мне просто показался — Таня повышает тон, раздражаясь упорству Марата. Во-первых, по её мнению оно было тут ни к чему. Давно в этой компании девочка не чужая. А во-вторых, она достаточно перенервничала, чтобы претендовать на право всей откровенности в целом. Только Суворова это не убеждало. — Никакого концерта не было, у нас просто случились некоторые проблемы — Рыкает мальчишка, доставая из кармана спортивных штанов сигарету — А тут ещё ты... нарисовалась — Нарисовалась? — Лебедева кривляется, внезапно хмурясь. — Пацаны, быстрее! — Их несвязанный диалог прерывает голос Турбо, из уже завоёванной им машины скорой помощи. Махая рукой, парень подрывает и остальных. Марат дёргается, недовольный таким быстрым концом. Убирая сигарету вновь в карман штанов, он берёт за ручки каталку с братом, в чём ему активно сопутствует Васильев. Плетясь за спинами мальчишек, Таня осматривает великолепный пейзаж зимних дней. На деревьях коился пушистый игривый снег. Летали миленькие снегири, а солнышко время от времени выглядывало из своих заморских облачных покоев. Казалось, этот вид не могло испортить ни что. Ни что кроме громких звуков впереди, а точнее, быстрого прихода Светланы Михайловны. Её тут точно не ждали, Лебедева робеет, раз уж одна родительница тут, скоро и вторая пришагает. А видеться с Викторией Сергеевной – уже своей мамой, в планы не входило. Ещё при том, что в руках хрупкого шестнадцатилетнего подростка оставался не выброшенный халат с чёткими отпечатками крови. Тут всё и вскроется. Шатенка пулей разгоняется к машине, даже не здоровается со знакомой особой, жмётся дальше, чтобы точно не разглядела. Двери прискорбно для и так нервной женщины плотно закрываются, а машина лже – скорой помощи двигается с места. . . . . . . . — Ещё анальгин принеси — Командует Зима, посматривая на мальчишку, что был ему едва по пупок. Таня обхватив ладонями колени сидела около Турбо. Андрей с другой стороны, всё это время она приходила в себя, возвращаясь в чувство после сумбура событий последних дней. А сам Валера, на удивление своей натуры не затыкался, то и подкидывая её на эмоциональных качелях от каверзных вопросов и расспросов. Останавливая старшего несколько раз, шатенка полагалась на его смекалку и зоркость о том, как она не хочет разговаривать, ни с кем. Как тихо в своей голове пытается пережить все эти события не пикнув. Но это Валеру сильно не расстраивало, он в принципе и с холодными однозначными ответами обходился нормально. Желая найти себе, по всей видимости, слушателя. И нашёл. Марату его находка не понравилась полноценно, тот менялся в лице, за последний час не обронив ни слова. Только и это Таню не волновало, настолько глубоко внутри она философствовала на тему того, что уже произошло, а также, что ещё может произойти. Раскрывая глаза, медленно, Адидас обхватывает всех взглядом, щурясь. Замечая проблески жизни Лебедева прикладывает к лицу ладонь, сдерживая ликующую победу. — Вов, как себя чувствуешь? — Турбо беспокойно оглядывает не хило побитого мужчину, чуть вставая со своего места. — Хреново чё-то — Характеризует своё состояние Суворов. Таня выгибает бровь, про себя удивляясь. Было бы больше шока, если бы он после такой бойни и мордобоя расцвёл, как Иисус. Покачивая головой, Адидас находит глазами Лебедеву, краешком губ ухмыляясь — Привет, защитница — В смысле ? — С неким недоверием к его прозвищу потирает тёплый лоб Таня. Простуда ещё с концами не ушла, а она тут и прибавить успела. Молодчина. Турбо поворачивается в сторону девочки, заинтересовываясь словами Вовы. Впрочем, тот долго держать интригу тоже не решился, обоснуя ранее сказанное. — Я знаю, это ты тогда прибежала. Искала мальчишек, меня нашла. — Хрипит мужчина, наматывая на кончик пальца широкую волнистую прядь — Волосы эти, тёмные. По ночам мне ещё сниться будут. Спасибо тебе, Танька Лебедева едва заметно брови сводит, изумляясь его выводам. Там, в еле живом состоянии, умирая на снегу, он ещё и запомнить её приход успел, чудо, а не человек. Турбо ярко улыбается, проводя ладонью по ершистым волосам знакомой. — Зарянка могёт — Задорно добавляет Валера. Атмосферу разбавляет только зашедший в каморку Марат. В руках у него банка помидоров и ещё какой-то соус. — Ты где был ? — Вова супиться, ожидая внятных объяснений. Суворов младший банки в сторону отставляет, присаживаясь между Турбо и Таней. Из кармана нож высовывает, раскладной. Тоже у кого-то стырил, жулик малолетний. — Меня отец в машину затащил. Там в школе узнали, что я шапку стащил. Он меня к тётке в Челны хотел отвезти, еле свалил — Вкрадчиво рассказывает хулиган. Лебедева переглядывается с Андреем, а потом и с Зимой. Брюнет смотрит по сторонам, намереваясь закончить всеобщее молчание. Разве они не верят ? — Да правду вам говорю, руку бы отдал — Ты нахрен нам без руки нужен — Адидас поднимет всех на смех, сам слегка улыбаясь. Марат мгновенно расслабляется, откидываясь назад, вплотную к стене. Шатенка украдкой поглядывает в его сторону, по-прежнему, оставаясь в том же положение. Турбо потирает свою бинтованую руку, подавая старшему чайник. — Какая-то гнида пацанам закинула, что наши, их пацана забили, прям в палате, до реанимации — Дрожь обхватывает женское тело. Таня складывает руки на груди, смотря на Андрея. Тот виновато опускает голову, будто заранее признавая всю вину содеянного. Девочка молчит, губы пересыхают, покрываясь тонкой плёнкой. Перебивая Васильева, школьница в пол голоса шепчет. — Так он, не мёртв? — Турбо озадаченно поворачивается к Лебедевой, вникая в суть её довольно странного вопроса. — А должен ? — Это я был — Отрезает Андрей. Напряжение в комнате поднимется до ста, вводя всех в некий транс. На него, дурного молодого пианиста, наверное, никто бы и не подумал. Никто кроме Тани, которая уже всё видела и всё знала, потому так упорно сдерживала подробности той ночи. Вчерашней. — А ты чё, у нас теперь самый инициативный — С металлическими нотками накипающей злости произносит Турбо. Таня содрогается, замечая в его глазах эти зверские огоньки, почти как у Андрея тогда. Только, обоснованные чем-то иным. Гневом. — Так всё правильно сделал — Поперёк становится Марат. — Тебя кто спрашивал — С размаху к нему поворачивается Валера. Так, что плечом художницу к самой стене прижимает. Девочка вздыхает полной грудью, нового скандала им тут ещё не хватало. Лебедева хватает парня за запястье здоровой руки, привлекая внимание к себе. — Турбо, не стоит — Тот сжимает челюсть, перекидывая с одного свой тяжёлый взгляд на другую. Она чувствует, как каждой клеточкой своего тела парень взрывается от подобного расклада. Минуту - вторую без слов вглядывается в ясные глаза Тани, отдёргивая с силой. — Не влезай — Шатенка сдавленно пищит, нахмуриваясь. Свою мощь он точно рассчитывать не любитель. — Не трогай её — Рычит брюнет, подталкивая Лебедеву к себе за локоть. Она не может видеть выражения лица Суворова, оно, наверное и к лучшему. Валера смолкает, как-то томительно проходясь своими лазурными океанами по ним обоим. Вначале по Тане, после, по Марату. Вдруг, совсем нежданно, к тому же и невпопад на потресканных губах старшего возникает слабая ухмылка, хитрая даже, вонзящая сотни стрел с вопросами в разум художницы. Она, с непониманием переводит взор на Зиму, коей по-прежнему стоит у входа. Тот забавно пожимает плечами, сам не вникая в действия своего друга. Всего на миг Лебедева задерживает свой взгляд на потолке, а когда переводит на Турбо, вновь ловит его глаза на себе, тот что-то рьяно рыщет в ней, вызывая неуместное смущение и стыд. Она бы хотела оторваться от Марата, сесть ровно посередине, только хватка та стальная, крепкая. Ощущение, будто он даже переживает. Переживает, что если сейчас отпустит её, то больше никогда не найдет. Никогда. Валера вальяжно поднимается со своего места, разминая кости. — Я понял — Вытягивает кудрявый буквы, щелкает пальцами, кидая мимолётный взгляд на Адидаса, переводит на Таню. И как-то ей от этих речных омутов становится неуютно, даже постыдно за своё молчание. Она вроде и хочет что-то добавить, только её голос перебивает мужской — Поправляйся, Вов Он пинает дверь, выходя наружу. Лебедева морщится, потирая свои плечи. Всё-таки, что-то тут не так. Следующая беседа занимает не менее двадцати минут, но проходит она, собственно не о чём. Суворов старший убеждает ребят расходится по домам, обещая, что завтра, он поделиться с ними о каком-то своем плане, касаемо их авторитетов в группировке. Выходя из их каморки, Таня покрепче натягивает шарф, придумывая оправдания маме о том, почему она такая самостоятельная из больницы улизнула. Делая пару шагов по выпавшему недавно снегу художница замирает. В нескольких метров от неё стоит автомобиль. В точности такой, как был в тот роковой день, когда она повстречалась через долгие годы с Марией. Лебедева глотает морозный воздух, не смея шагать дальше. А ей, впрочем и не приходится, потому что машина начинает двигаться с места. По-моему, в её направление.