Часть 4

      Свитер Толика я так и не нашла. Подозреваю, он просто выдумал, что его вещи у меня остались. Так что денег моих ему не видать, он зато счет наш сам обчистил, а я заслужила! К тому же в этой жизни у меня нет мамы, которая замужем за богачом! Сама, всё сама…       Вечером занялась приведением своих платьев в порядок. Не все было возможно переделать, отнюдь не все, но кое-что — вполне. Нужен шоппинг, однозначно! Эх, мои двадцать пять вернулись, а моя Кристинка — нет! Очень жаль — с ней было безумно интересно и весело…       Утренний фитнес — и я на работе. Ровно в девять за своим столом. И как выяснилось, даже раньше начальства. Оно, начальство это, сильно задерживалось, аж на полчаса уже, когда раздался первый телефонный звонок. И — вот сюрприз! Звонил Александр Юрьевич! — Доброе утро, Татьяна Владимировна! — радостный голос как бы намекал, что с Викой у него всё нынче хорошо сложилось. Осталось узнать, хорошо ли сложилось у Вики с ним. — Доброе утро, Александр Юрьевич! — Я вот о чем хотел сказать: Вика сболтнула, что вы в курсе о нас… — Да, я сама догадалась — по вашему облегчению, когда мы у ресепшна разговаривали. И вчера вы ей при мне звонили, мы в туалете сидели, я ваш голос узнала. Но в общем вы не думайте, я никому ничего… — Ну я рассчитываю на вас. Буду благодарен… — Это не обязательно. Вику только не обижайте, и всё в порядке. — Вы принимаете в ней участие? — Ну должен же кто-то… — И то верно. Ладно, мы друг друга поняли, я надеюсь. Присмотрите за ней? — Чтобы не обидели или чтобы ничего не натворила? — По мере возможности — и то, и другое. — Конечно, так и собиралась. — Вот и спасибо. — Совершенно не за что. Георгия Юрьевича нет на месте, так что я передам… — Не стоит. Я звонил вам и с определенной целью. Всего хорошего. — Всего хорошего и вам…       Ну, мне указания Воропаева погоды не сделают, кончено, но за Викой и правда пригляд нужен, факт.       Света пришла аж в десять. — Ой, Тань, там такие пробки! — поведала она. — В метро? — усмехнулась я. — Или на входе в «Зималетто»? — На входе, — хихикнула она. — И кто застрял? — Да Маша же!. Она, похоже, ночь с Малиновским провела, а он ее прямо у входа и отфутболил. При Потапкине даже. — Вот гад! — Думаешь, это ее вразумит? — На пару дней — точно! — кивнула я, и мы рассмеялись. — Нет, ну Свет, мы же предупреждали? — спросила я. — Предупреждали! — она закивала. — А они все: хороший, хороший! Ничему Машу жизнь не учит! — Вот сколько она еще будет так накалываться, ну скажи?       И тут у меня зазвонил телефон. Федор встревоженным голосом сказал: — Сос! Таня, нужна неотложка! У нас критическая ситуация! Моя бригада на выезде не справляется! — Сейчас придем! — сказала я и повесила трубку. И мы пошли. В туалет, куда же еще?       К тому времени прибежали и Шура с Амурой. Вчетвером выслушали рыдающую Марию в туалет, где она немного несвязно, но более-менее понятно изложила свою нехитрую историю.       Вчера Ромио так впечатлился искренним выражением чувств Тропинкиной, что не выдержал и пригласил-таки ее в гости, естественно с сексом. — Он такие слова мне говорил! — все испытали дежа-вю от этих ее слов. — Говорил, что бы неправ! Что не должен был тогда так со мной поступать в тот раз, а все мне объяснить! И что я — самое дорогое, что у него ееееесть!.. — Маш, не обольщайся, — вздохнула Света, — самое дорогое, что у него есть, он прячет в штагах… — И в кошельке! — добавила я.       Мы прыснули, но потихоньку, потому что от этого замечания Мария разревелась еще сильнее. — А потом, когда мы уже вошли за вертушку, он остановил меня и громко так произнес: «Маша, на этом мы поставим точку в наших неслужебных отношениях» А я как дура в него вцепилась и что-то говорила… не помню… обидное… Потом народ собрался… Стыдно-то как! — Ага, ты еще извинись сходи перед ним, — скептически сказала Амура. — Так я виновата же!..       Я не успела сказать: «Только в том, что дурой родилась», как дверь в туалет открылась, и вошла Катя Пушкарева. — Так, о чем рыдаем? — спросила она. — Роман Дмитриевич в очередной раз бросил Машу, — поведала Шура. — С особым цинизмом и публично, — добавила я. — Ого! — сказала Катя. — Вообще там они с Андреем Павловичем обсуждают вопрос твоего увольнения…       Рыдания возобновились с новой силой. — Кать, так всё серьезно там? — уточнила Ольга Вячеславовна. — Андрей Павлович конечно против. Он считает, что Роман сам виноват… — Пойду посмотрю, что там делается, — сказала я, вставая.       И я пошла в приемную президента. Вика сидела на месте мрачная и только не шипела от злости. — Ну какой же он мудак! — сказала она мне. — Ты про Романа? — шепотом уточнила я. — Ну да, про кого же еще! То, что Тропинкина дура набитая, он, что, не знал? И сам же эту сцену дурацкую спровоцировал! Я бы по морде вообще врезала, а она чуть в ноги ему не упала! Кошмар! — Она ревет в туалете. С увольнением что решили? — А, там прикол! — рассмеялась Вика. — Жданов сказал: «Если я уволю Машу, ты сядешь за ресепшн вместо нее, а вице-президентом я возьму Киру» — Ого! — я округлила глаза — Не то слово! — кивнула Вика. — Я сама в шоке. Там еще было про то, чтобы он прекратил на работе с кем бы то ни было крутить. Вот после этого Ромашка пулей выскочил и унесся. Куда-то, наверное к себе… — Какой Андрей Павлович молодец! — уважительно сказала я. — Ты хоть кофе ему принесла? — Да, надо кофе. Хорошо, что напомнила! — Вика вскочила и побежала к кофе-машине.       А я за ней пошла и по дороге спросила: — Вик, ты сама-то как сегодня? Вчера все хорошо получилось? — Лучше всего на свете, Тань! Вообще класс! И не сердился совсем, прикинь? Говорил, что сильный великодушен и что теперь он будет за мной присматривать.       «Хитрый какой — с моей помощью!» — восхитилась я. — И денег мне дал! Но сказал, что будет мои расходы контролировать. В общем, я ему буду каждое утро за прошлый день отчитываться. А до этого я должна составить список своих потребностей и трат. И деньги расходовать только на это! — Серьезный у него подход! Но ты главное слушайся. Не думаю, что он вообще кому-то до этого такое предлагал… — Вот только жениться он на мне категорически не хочет. Так и сказал. Говорит, отношения будут в тайне. Ну зато не надо теперь ему информацию искать! Вот это самое главное!       Опа! Выходит, Вика для него еще и шпионила? А не она ли испортила компьютер Кати перед тем советом… Нет, не мое дело! Всё в прошлом! — Ну я за тебя рада. Ты ко мне обращайся, если надо что. Помощь если нужна, хорошо? — Договорились, Тань! С тобой можно иметь дело! Да и одеваешься ты сейчас нормально, не как раньше! — Полная переоценка ценностей после клинической смерти, — кивнула я. Вика чуть не выронила чашку. — Чего? — Того. Ладно, кофе неси, потом поболтаем. Надо Машку успокоить. — Давай. Если что — я позвоню. У меня где-то есть твой мобильник в списке. — Договорились. Ну все, я побежала…       В туалете картина почти не изменилась, только вместе с Машкой рыдали и все остальные. — Так, а чего киснем-то? — юъбодро сказала я. — Не будет Андрей Павлович никого увольнять! Он сказал, что если Роман хочет уволить тебя, Маш, то будет сидеть вместо тебя за ресепшном, а вице-президентом он возьмет Киру Юрьевну. Как-то так… — Да ладно?! — послышались недоуменные голоса. — Ага. Вика подслушала. А потом Жданов сказал, что нечего романы крутить на работе, и Роман Дмитриевич обиделся и ушел. Даже выбежал, передавая слова Вики. И дверью хлопнул! — Во дела творятся! — высказалась Амура. — А Роман Дмитриевич на ресепшне — это интересно! — задумалась Шура. Машка хихикнула. — А я бы тоже посмотрела…       Тут уже мы все заржали. Сняли напряжение, как говорится. Я очень надеялась, что всё обойдется, и никого не уволят…       Нашу компанию в туалете разогнала Кира, что и следовало ожидать. В знак извинений за долгое отсутствие на рабочем месте я принесла Георгию чашку кофе и пирожное из бара. И пошла работать дальше.       Постепенно всё как-то стихло и успокоилось. Маша больше не ревела. Наверное, прививка от глупости и доверчивости все же сработала. Повторно, так сказать.       Ко мне пришла Вика. И главное, пришла-то в тот момент, когда Света ушла на перекур, а это явно надолго, а Урядов отправился на производство что-то там инспектировать. — О, молодец, что пришла! — обрадовалась я. — Давай по чайку? — Давай! — легко согласилась она. — А у тебя к нему что-то есть? — Нет, хотя да! Только я не уверена, что ты это будешь… — А что? — Овощная запеканка с мясом. — С каким? — С говядиной. Будешь? — Буду! Без обеда сегодня… — Вот и я, со всеми этими заботами.       В итоге мы схомячили мой лоток на двоих. — Блин, у тебя правильное питание, Тань! Молодец! Думаю, ты к апрелю нехило так похудеешь! — Надеюсь. — Так что там про клиническую смерть у тебя? — Так я же собиралась липосакцию делать… — Да ладно?! — она чуть не подавилась чаем. — Да зафига? — Тебе позавидовала. И на собственном примере поняла, что завидовать — нехорошо. — А я, между прочим, тоже тебе завидовала, — призналась после некоторого молчания Вика. — Ну, тому, что ты хоть и толстая, но замужем и счастлива! — Ну так нечему завидовать-то, Вик! Я уже развелась. Так вот, мне ввели наркоз, и у меня упало давление, говорят, откачивали. Может, и остановка сердца была… — Вот это да! — Вика офигевала от моих откровений. — Ну вот, потом шесть часов в отключке была, но выкарабкалась. Врачи убедились, что со мной все в порядке, и ввели снотворное. И я приняла решение измениться. Изменить отношение к жизни. В спортзал записалась, мне клиника скидку выбила пятьдесят процентов. — Блин! Я тоже хочу скидку! — вздохнула Вика. — Ну вот, и деньги вернули, кстати, почти все, только за анализы и обследования взяли. Ну, думаю, теперь машину куплю — Пончев же мне на машину оставлял. Но тут мне позвонила на домашний соседка по площадке, где старая моя квартира. Мы ее сдавали так-то. И вот соседка мне говорит, там кто-то грохает. И я понеслась проверять. А там Пончик с любовницей… — Это кто ж на него соблазнился-то?.. — вырвалось у Вики. — Молоденькая совсем, Наташа зовут. — А она еще жива? — Конечно. Зато я в качестве компенсации за моральный ущерб все деньги себе оставила! — Вот это правильно! — В общем, мы уже на следующий день с ним сходили в ЗАГС и подали заявление на развод. А там я на лапу дала, и на следующий уже со свидетельством о разводе была. — Круто! А квартира? — Так мы мою сдавали, теперь я в ней и живу. Она даже больше, чем его, в которой мы до этого жили. Вот и пусть там живет со своей Наташей! — Ну ты даешь, как тебя там сейчас? Панкратова? — Точно. Теперь я точно Панкратова, уже паспорт поменяла даже! — Ну вообще! Вот это перемены! И что, тебе совсем не жалко? — спросила она с интересом и тут же поправилась, — а, точно, чего там жалеть-то? — Вот и я так подумала. И знаешь, так легко стало! — Да, думаю, представляю! Хотя у меня-то все не так было. У меня сплошные истерики были, когда разводилась. Это теперь уже все отболело, только денег потерянных жалко. Да ладно, к черту их! — Ты лучше расскажи, как вы вчера с великим и ужасным? — Ты знаешь, вообще прекрасно! Он даже не унижал меня на этот раз. Даже нежность какая-то были и интерес ко мне как к личности. Не ожидала от него такого! Знаешь, что сказал? — Что? — Что сильный проявляет великодушие, а мелочный мстит. А он себя мелочным, в отличие от Малиновского, не считает. В общем, он видит, что я признаю вину, и не сердится. — И что? Вы будете встречаться тайно? — Да, именно что тайно, потому что… ну, в общем, я уже говорила, что жениться он не хочет, как и светиться вместе в публичных местах. И еще сказал, что если уж я залечу, то он должен быть уверен, что это от него. А он кстати, когда я весь этот спектакль устраивала, даже не заикнулся про аборт. Сразу предложил оплатить мне переезд и безбедную жизнь с ребенком. Во как! — Ну он крут, Вик. Вот повезло тебе! — И не говори! А я-то, дура, не за тем гналась! — Вовремя отказалась от погони, значит. Ты теперь, главное, слабину Роману не давай. — Ну, грубить я ему не имею права, он же акционер… — А ты равнодушно и вежливо. Как Кира Юрьевна — она умеет так голосом холодным на место поставить, что ух! — Правда? — Конечно. А вот когда злится и проявляет эмоции, это ее совсем не красит. — Да это никого не красит, знаешь ли, — кивнула Вика. — Поняла, спасибо за совет. А ты-то сама как дальше жить будешь? У тебя-то есть с кем сексом заняться? — Даже не рыпаюсь. Ты вот не представляешь, а я знаю, каково таким толстым как я этим самым сексом заниматься… — Тяжело, что ли? — Вот именно! Нет, сперва похудею, чтоб уже удовольствие испытать нормально, а там найду. Да и не гонюсь я за этим. Я решила сама строить карьеру. Своими силами. А что? Семьи нет и пока не хочу. Детей тоже нет. Вот и хорошо, сама себе хозяйка. — Да, хорошо, когда это то, чего ты сама хочешь… — Пока — да, именно этого я и хочу. Каждый день радуюсь, что одна живу теперь! Ни за кем убирать не надо, готовить только то, что мне самой нравится и нужно… — Ну если с этой стороны посмотреть — то да, все правильно. А у меня даже слуги были, представляешь? — Класс! Тут и убирать самой ничего не надо, да? И готовить… — Вот именно! Хочу, чтобы у меня всегда были деньги на все мои хотелки! — Считай, что Вселенная тебя услышала, Вика, — с самым серьезным видом сказала я. Мы немного помолчал и расхохотались. — Ой, Вселенная! Ну не могу! — стонала Вика. — Скорее мистер Вселенная! — Думаю, ему не понравится, так что не надо его так называть! — Да, наверное… ой, Тань, спасибо тебе за угощение и чай. Побегу я, ладно? А то Жданов уволит уже меня! — Не уволит, давай, беги!       И она убежала, а я успела вымыть за нами посуду до того, как появился Урядов.       Обед и правда был пропущен из-за Машки и ее страданий, но вот я поела, и настроение все равно было прекрасным. Занялась текучкой, только Света куда-то запропастилась. Пришла в три, вся ни жива ни мертва. — Света, что случилось? — Захар приходил… — Деньги приносил? — Да разве это деньги… — Что, мало опять? — Да не то слово! — Так подай на него на алименты! — А откуда у меня деньги на адвоката?! — Света практически уже всхлипывала. — Так может, тебе корпоративный положен? — Это как? — Ну как? У нас есть юридический отдел. Туда можно сходить и всё узнать. Или, может, у нашей фирмы заключен договор с каким-то юридическим агентством? Ну? — Правда? И не нужны деньги? — Есть адвокатская палата, там тоже можно найти специалиста. Дело-то выеденного яйца не стоит, Свет! По алиментам каждый день сотни судов проходят, там на поток дело поставлено! Ну что ты на платных зациклилась? — И верно. — Света вроде начала приходить в себя. — Но ты должна его бросить! — В смысле? Он же меня уже… — А ты его нет, раз до сих пор страдаешь! — То есть а что надо делать-то? — Оставить его в прошлом, ну? — Что — ну? Мне деньги нужны! Чтобы детей кормить и одевать! — Заработай сама! Шабашку возьми! У тебя компьютер есть дома? — Есть. — Ну вот, и дай в газету объявление! Что ты готова там… ну, декларации для налоговой заполнять! Отчеты финансовые составлять! Что у вас там еще можно наемным специалистам делать? — А когда я это делать-то буду? — Так дома. Дети же не грудные. Посуду сами смогут помыть, потом вон уроки пусть делают или мультики смотрят. — Легко тебе говорить! — Ну, знаешь, зато у меня нет такого счастья, как детки. Так что тебе бы не унынию предаваться, а искать возможности заработать для них! И алименты алиментами, а надо и другие варианты искать. Вот так-то! — Ну я не знаю… — А кто, кроме тебя-то, Свет? — И правда, кто… — вздохнула она.       Ну не люблю я нытиков! Так что буду ее толкать и шевелить, чтобы не стонала, а делом занималась! Вот так-то!