P.S.

***

      - Ты не можешь врываться в зал Малого совета, когда тебе вздумается. - обреченно вздохнул Эйгон. Он говорил это уже, пожалуй, раз двадцать, и каждый Анна согласно кивала, очаровательно улыбалась, чтобы через пару седмиц повторить внезапный набег.       - Я помню, но он же остынет! Так много вышло! И лордам твоим понравилось! - пальчики по-хозяйски зарылись в темные локоны брата, фривольно растрепав их. - Вкусно же? Ну, скажи! Хитренько улыбнувшись, девчонка запрыгнула задницей на стол, за которым только что вершилась судьба Вестероса, и весело заболтала ногами. Острые носочки серебряных туфелек так и замелькали из-под голубенького подола. Эйгон вздохнул еще раз и аккуратно отколупал ложечкой еще кусочек ароматного персикового пирога, исходящего сладким соком.       - Нет! Не так! - хихикнула Анна, отрицательно покачав очаровательной головкой. Сгребла кусок пирога ловкими пальчиками и поднесла к самым губам принца, предусмотрительно ладошку под низ подсунув. - Вот как надо! Давай! Ну! Кусай! Побольше! Ты же мужчина, а ешь как девчонка! Юноша послушно откусил половину внушительного кусочка, чувствуя как по губам потек сироп. Слааааадко… Почти как ее взгляд, мигом притянувшийся к приторным каплям.       - Даже не думай… - бархатным шепотом выдохнула Анна, остановив его руку, потянувшуюся было за салфеткой. Повиновавшись шаловливой прелестнице, Эйгон едва успел запить изысканное угощение безбожно разбавленным вином, как сестра впилась в тонкие перепачканные губы жарким поцелуем. Послаще пирога ее персикового будет! Прохладный весенний воздух играл прозрачными занавесками, заполняя просторное помещение свежим пряным наркотиком, от которого кружилась голова, хотелось любить и целовать… Целовать…       - Матушка велит нам быть сдержаннее… - хмыкнул Эйгон, чтобы тут же, противореча собственным словам, подняться и втиснуться меж бедер сестры. Тонкие губы жадно защекотали точеное ушко, и Анна тихонечко захихикала, вырываясь. До свадьбы оставалось еще больше луны. Торжество обещало быть не по-королевски скромным. После всего, что было, ни Эйгону, ни Анне не хотелось выставлять напоказ свое маленькое счастье. Да! Не по статусу наследного принца венчаться в узком кругу самых близких людей! Как впрочем, жениться на бастарде собственного отца! Не девственнице! Матери его племянницы! Но на то они Таргариены, чтобы рушить все порядки и не соблюдать условности! Будущему королю дозволено многое! Дракону - и того больше! Эйгон заикнулся о свадьбе по валирийской традиции, но тут же замолк, заметив грустно прикушенную губку сестры, на которой таился едва приметный шрамик. «Такого не делают дважды.» заметила она, уставившись в пространство слепыми глазами. Это пришлось принять. Как и сиреневый платок, неизменно живущий у сердца. Как имя брата, которым Анна могла назвать его в любой, даже самый интимный, момент. Как нервно закушенные губы, при упоминании его имени. Иногда это было больно, чаще неприятно. Принц старался не акцентировать на этом внимание, заметив, что делает она это неосознанно. Нельзя двух разных людей любить одинаково. И Эйгон достаточно быстро сообразил, что не суждено ему занять место брата в девичьем сердечке. Оставалось делать все, чтобы его собственное увеличивалось с каждым днем. Чтобы Анна чаще смотрела на него этими своими большими восторженными глазами, самыми прекрасными, из всех какие принцу доводилось видеть! Так похожими на его собственные…       - Быть сдержаннее где? - шаловливо шепнула Анна, неотрывно наблюдая, как брат не спеша один за одним погружает в рот перепачканные сладостью изящные девичьи пальчики. Чертовски приятно! Чертовски пошло! Чертовски влажно! - За столом Малого совета?       - Угу… - хмыкнул Эгг, освобождая ручку из дивного плена. - И на…       - На? - бровки удивленно полезли на лобик, а горячая мужская рука под подол миленького голубенького платьишка. Кончики пальцев любовно обвели щиколотку и едва касаясь поползли вверх. Анна задышала чаще. Седьмое Пекло! Такой спокойный! Будто не делает всех этих непристойных вещей!       - Как думаешь… - задумчиво обронил принц, придвигая сестру ближе к себе. - Ты сможешь быть сдержанной на столе Малого совета? Ммм? Или на троне?       - Где?! - щеки вспыхнули ярчайшим образом из всех возможных, и Эйгон свободно расхохотался, отстраняясь. Голоса за дверью яснее ясного свидетельствовали, что не стоит злоупотреблять мимолетным уединением. Может, как-нибудь в другой раз, но не теперь. Анна свела ножки и, поерзав, сползла со стола. Признаться, ее заводил подобный спонтанный напор. Больше от того, что загодя невозможно было узнать, как далеко Эйгон решится зайти. Спокойный и расслабленный он за мгновение мог стать властным и требовательным. Страстным. Заняв свое обычное место, юноша моментально доел остатки персикового пирога. Да! Руками! Если его невеста желает видеть его простым, почему нет? Девчонка тупо таращилась на его длинные пальцы, медленно остывая. Дыхание замедлялось. В башке прояснялось. Ну, не до конца, но все же!       - Хочешь прогуляться вечером? - внезапно спросил Эйгон, собирая со стола бумаги. Время словесных отчетов кануло в лету! Они, подлецы, сегодня одно болтают, завтра другое, послезавтра третье! Ладу не дашь! А потом хоп и в казне денег не хватает! Налоги б надо новые ввести, мой принц! - Эйнис вчера в городе был… Говорит, там представление обо мне дают. Как тебе такое?.. О, да! Анна, а вместе с ней весь замок, были наслышаны о том, что юный принц позволил себе без соизволения матушки покинуть стены Красного замка вместе с компанией столь же юных сквайров. Сведения о том, где они шлялись и что вытворяли, разнились. Ясно было одно: нажравшись дешевого пойла в захудалом кабаке, благородные детки сцепились с ватагой выкидышей Блошиного конца. Кому-то влетел нож под ребра, кому-то сломали нос, кому-то выбили глаз… Самому принцу повезло больше. Он отделался синяками да кровоподтеками на выступающих ребрах. Вызванный на ковер к ногам отца и матери Эйнис, ничуть не смутившись, заявил, что поразвлечься их отпустил Эйгон. Мол, они с Реем и не такое творили. На ковре появился заспанный Эйгон, не имеющий ни малейшего понятия ни о драке, ни о гулянке. На ходу пришлось отмазывать брата и отмазываться самому. Судя по лицу матери, вышло не очень ловко. А как иначе?! Болтовня и выдумки всегда были уделом Рейнора! Признаться, Эйгон не особенно жаловал развлечения городских низов. Пошлость одна да нелепица! Шуточки ниже пояса! Ни красоты, ни изящества! Рыла поросячьи! Аж блевать тянет! И ощущение после них такое… Липкое. Будто помоями окатили! Но Анне ужасно нравилось таскаться по городу, засовывая везде свой курносый нос. Святая Седмица! Да она в бордель просилась! «Ну, хоть глазком поглядеть!» Он уступил, выбрав самый роскошный, где можно было исподволь полюбоваться представлением эротического жанра. Вообще принц слишком много уступал своей принцессе! Даже слишком! Наученный горьким опытом, Эйгон не хотел ломать ее также жестко, как милую Дени, предпочитая обходиться нравоучениями и душеспасительными беседами, иной раз призывая на помощь матушку. Им из Анны королеву надо взрастить! В одиночку тут и не управишься! Упрямая, что ишак! А еще… Ну, не может же он быть хуже брата?! Рейнор ей все разрешал! Все-все! Ну, так она сама говорит, а Пик подтверждает! Короче, пусть лучше с ним бегает по улочкам столичным, жизни радуясь, чем с Альбертом! О! Видишь? Щечки сразу порозовели, глазки заблестели! Чует развлечение! Плутовка!       - А можно?.. - недоверчиво спросила Анна. Боязно после скандала утреннего! Леди Люци так кричала сильно, а ей ну совсем нельзя раздражаться! Эйнису десять палок влетело поверх синяков. Бедняжечка мается теперь! Места найти не может… Девчонка забегала ссадины помазать.       - Если только ты не планируешь устроить драку в Блошином конце… - озорно ухмыльнулся брат.

***

      - Если понравится, можем их в замок пригласить, да? Развлечь леди Люци и малышей! - неунимаясь болтала Анна, прицепившись к локотку Эйгона. - От вашей валирийской классики уже всех тошнит! Эйнис поэтому на Базарную площадь и ходит! Сил никаких нет! Принц не был против. Энтузиазм любимой передался и его консервативному сердечку, заставляя приоткрываться навстречу новому. Если вещь стоящая, почему нет? Немного пошленького веселья еще никому не вредило! Солнце стремительно закатывалось за горизонт, оставляя столицу во власти жадного спрута ночи. Тьма походя скрадывала одни уродства большого города, чтобы ярче обозначить другие. Принц цепким взглядом рачительного хозяина подмечал, где требуется его личное вмешательство. Эх, придется золотых плащей встряхнуть как следует! Не город, а хлев! Мусор плохо убирается, повозки в неурочный час в узких улочках набились да застряли! Ни пройти, ни проехать! Гомон, суета! Рожи подозрительные выползли. К гадалке не ходи - карманники! Чего-чего, а мерзости всякой в Гавани битком! Все хотят легкой наживы! После каждой вылазки за стены Красного замка Эйгон составлял список вопросов, требующих внимания, и не забывал проследить за тем, насколько быстро его недовольство сдвигает проблему с мертвой точки. Пока юноша осматривал бедлам, царящий на Базарной площади после изнуряющего торгового дня, Анна успела отцепиться от него и прикупить две кружки… Нет, не кружки! Две огромных КРУЖАКИ эля.       - Эй, ребятки! Налетай! - весело крикнула она паре гвардейцев, неотступно следовавшим за юной парой шагов на десять позади. Куда ж без них?!       - Они на посту. - изогнув бровь крючком, заметил опешивший от ее выходки Эйгон.       - Ой, да брось! Пусть мальчишки порадуются! Сейчас и нам принесу! О, Боги! Видать, и с этими уже спелась! Анна ж ко всем подход найдет! Ну, если ты не лордский лорд, конечно! Пара глотков хлебной терпкости, и Эйгона отпустило. Пусть и «мальчишки» радуются! Ему не жалко. Если все время гайки только закручивать, беда будет! Это принц отлично усвоил на примере отца. Народ больше чтит тех правителей, кто к нему ближе. Вот за что Порочного принца любили? Правильно! За то, что везде своим был! Не прятался в замке за сотней дверей, а со всеми пил- блудил-развлекался. Поговаривают, большая часть сребровласых обитателей Гавани - его бастарды.       - Ой, как в голову ударило сильно… - счастливо шепнула Анна, даже не удосужившись утереть пышные пенные усы над верхней губой. Очень миленько! Эйгону тоже ударило, и оттого подавить желание слизнуть изысканное украшение с личика невесты стоило определенных усилий. Темный принц Таргариен не целует девиц в подворотнях! Даже таких хорошеньких! Ну, по крайней мере, в этой стадии опьянения.       - Мы не опоздаем, а? - обеспокоилась сестра, оглядываясь. Ножками еще пару кварталов топать! От кареты она сама отказалась. Только лишнее внимание привлекать! И опять же свободы никакой! А так хошь туда иди, хошь сюда. Как ветер! Пока шли, еще ерунды накупила. Бусики какие-то, сласти… Пусть что хочет берет! Только бы улыбалась! Так улыбка Анне к лицу, что и описать невозможно! Приличная вереница зевак втекала в на удивление чистенький балаганчик, обсуждая последние новости, среди которых была казнь лорда Веллариона, коего на днях изловили на просторах Узкого моря. Король приказал изменника к мачте прибить повыше. За руки и ноги! Ужас какой! Да так и оставить до смерти до самой! И опосля еще полгода не снимать. Пусть, мол, вороны тушку его никчемную поклевывают да глаза пьют! С горящими глазами приличные на вид мужчины и женщины смаковали отвратительные подробности. Анна невольно на брата покосилась в попытке сыскать хотя бы тень тех чувств, что сама испытывала от этих россказней, но тот был безэмоционален как айсберг. Ну, глыба льда такая по холодным морям сама собой плавает! Девчонка в книге мейстерской видала! Вот бы глазами посмотреть! Слетать на север далеко-далеко, где штуки такие водятся! А чего нет-то?! Серебринка теперь с ней! Ага! Оседлала ее Анна! Эйгон с ней в Харренхолл летал. Ну, и жутко там! Страсть… А раньше так хорошо было… Будто дома. Не знала девчонка, что не Эймонд приказ отдавал. Нет, конечно! Да и к чему ей в эту грязь вникать? Эйгон счеты старые сведет еще со шлюховатой тетушкой, леди Бейлой, и все! Можно спокойно жить! Та где-то в Пентосе осела! Только вот у него руки ох какие длинные! До самого тощего горлышка дотянутся!       - Как светло! И красиво! Новое всё! - изумлялась Анна, крутя прелестной головкой во все стороны пошустрее, чем флюгер ветреным днем. Посмотреть и правда было на что. Сцену подлецы крепкую сбили. Окрасили в благородный бордовый. Гобелены шикарные на сцене и по периметру. Канделябры дорогие. Дорожки ковровые под ногами. Кресла на вид удобные. Эйгон даже хмыкнул одобрительно, а ему сами знаете, как нелегко угодить! Планочка у принца больно высокая! Ну, на то он и принц! Только устроились, а тут хоп! Люди шепчутся будто давешнее представление нудновато было и сегодня другое будет. Тоже, мол, про семью королевскую да войну минувшую, а не такое. Денег лицедеи мало собрали. Вот и решили чуть попроще зрелище выдать! Оно ж чем проще, тем народу больше! И денежек! Кому охота голову ломать над увиденным?! День отишачишь и сдохнуть хочется! Ну, в лучшем случае, упиться! Умности пусть богатенькие себе оставят! Скучно им! Времени много! Вот пусть мозги и разминают! Анна благодарно сжимала пальцы брата, нетерпеливо ерзая в ожидании зрелища. Еще ж людей рассмотреть надо! Всех и каждого! Кто как вырядился, с кем пришел! Ну, не знает она их, и что? Все равно интересно! Вообще Эгг - молодец! Старается! Все ей дает, что статусу будущей королевы не вредит. А что вредит, то дает, но тихонечко! Боги! Да он с ней в поля летал, травки собирать! Ага! Спину мощную гнул за чабрецом да полынькой! А ее змеючество охраняло! Чуть было ребят каких-то не схарчила! Ууууух… Злющая тварина! Заиграла призывная музыка, и зал стал затихать. Десятки глаз обратились к светочу театрального таинства - подмосткам, куда гордо задрав подбородок выплывал нарумяненый мим. Ясно, он будет историю читать, а остальные изображать только. Ну, может лишь мелкие реплики извергать. Сейчас многие так делают! Ведущий и с залом пошутить может, и от себя чего добавить! А актерам из роли негоже выходить! Чой-то за актеры такие, что вместе со зрителями ржут, как кони?! Ах, кони… Да… Ишака Альберт в Красный замок пригнал. Какого ишака? Ну, Оливера, конечно! Он теперь не хуже короля живет! Апартаменты у него отдельные! И жрачки от пуза! Как пить дать, от обжорства сдохнет! Представление разворачивалось. Тут и Эймонд со своим одним глазом и камнем, и королева, и лорд десница! Все! Все тут! Милота! Нравится Анне! А Эйгону Анна! А значит все у них хорошо… Все сладится! Король! Королева! Династия оскудела! Пора браться за дело! Заделали лихо уйму детишек! Четыре брата! Королевства отрада! Не покусится больше наглая баба На трон Железный! Ты рад?! А ты рада?! Присев на край сцены, нарумяненный лихо подмигивал парочкам, жмущимся в первом ряду. Будто и им прям тут стоило бы заняться укреплением своих собственных безфамильных династий и голозадых родов. Старший сын всем хорош да пригож! Только на Таргариена ничуть не похож! Плечи широкие, волос курчав! Воссядет на трон, гордость рода поправ! Ну, вы знаете, да? Стронги тут наследили! Кровь династии своей подменили! Знает каждый - королева бастард! Звереет дракон! Блекнет штандарт! Эйгон хмыкнул. Говорить вслух о незаконнорожденности матушки - преступление. За такое можно и головы лишиться, не то что языка! Но всех же голов не лишишь! Слухи быстрее пала распространяются! Эту песню пели, еще когда самого Эйгона и в планах не было. Второй сын удачнее удался! Весь в отца, красивого наглеца! И стать, и порода - все при нем! Вот только беда - не достанется трон! Мим с удовольствием надавил на подушку-пердушку, сопроводив врожденное фиаско Рейнора наиболее подходящими звуками. Ну, облажался малой, вторым выскочив! С кем не бывает! На сцене как раз раскланивался паренек в белом парике до самых пят. Худенький и гибкий, точно виноградная лоза, он и правда походил на покойного принца чем-то едва уловимым. И от этого было грустно. Любит его народ! Весел наш принц! Сумасброден! На все и везде он годен! С мечом управится без проблем! Для потехи отыщет момент! Напьется с друзьями, заглянет в бордель! И лорда заставит ходить, что олень! Наглец приставил руки к голове ветвистыми рогами, намекая на суть сходства опороченного лорда с царственным животным. Так слово за слово нарумяненный демон, больше не казавшийся ни милым, ни смешным, переиначивал судьбы братьев на свой лад, изо всех сил стараясь выставить старшего неудачником и пройдохой, а младшего борцом за справедливость и уж точно более подходящим наследником для долбанного трона. Пару раз Эйгон порывался уйти, но Анна не давала. Неестественно выпрямившись, застыла на самом краешке уютного креслица и глаз от сцены не отрывала. Будто в прошлое со стороны смотришь! Только через стеклышко мутное! Вот и кажется, что вроде то, да не то!       - Пойдем! Прошу тебя! Не стоит на это смотреть… Ты же знаешь… - шептал брат, поглаживая плечико Анны, что все сильней походила на затравленного зверька. … Знаешь, что будет дальше… Да. Знает, конечно! То все знают! Все ждут! Точно стервятники желают труп ее миленького поклевать! Кому смерть, кому пиршество! Кому горе, а кому забава! Яду принц юный с улыбкой хлебнул! Да длинные ноги прям тут протянул! Длинные волосы, лик весь в крови! Сына свого не признали они! Король и королева показушно рыдали над дергающимся в конвульсиях телом принца, что изо всех сил плевался красной гадостью, призванной изобразить кровь. Было гадко и отвратительно. Больше от намеренной пошлости сцены, чем от ее содержания. Для всех, кроме Анны. Огромные стеклянные глаза вновь видели гордый варилийский лик, застывший посмертной маской… Тот самый, что было так сладенько целовать в уютной ивовой тени.

***

Анна потухла. Вечер, что должен был принести отдых и веселье, обернулся слезами. Пробираясь обратно сквозь навязчиво мельтешащую толпу, оба скорбно молчали, думая каждый о своем и, в тоже время, об одном и том же. О муже. О брате. О том, кто всегда будет стоять рядом и между ними. Объединять, разделяя.       - Ой… - пискнула Анна, неловко столкнувшись плечом с представительного вида дедулей, что тоже вышел поглазеть на людей об руку со своей бабулькой. Остановилась потереть руку. Завертела головкой хорошенькой туда-сюда, туда-сюда… Глядь, а местечко-то знакомое! Будто время на месте стояло! Ну, гляди, вот бочка к углу приткнута. Парни под стеной в кости играют. Мальчишка сласти продает с подноса облезлого. Даже мордочка та же!       - Куда ты? - только и успел растеряно бросить Эйгон, когда девчонка резво нырнула в какой-то проулок. Понеслась вперед быстро-быстро! Подол метет! Пяточки сверкают! Прядки, из прически выбившиеся, на ветру развиваются. Знает куда бежит по всему видать! Поворот. Другой. Потерял он ее в суматохе. Глядь, глядь - нету нигде!       - Седьмое Пекло… - растеряно рыкнул Эйгон, зачесывая назад растрепавшиеся кудри. Аж взмок от нервов!       - Ваше высочество… Принцесса там. - коснувшись плеча, гвардеец взглядом указал необходимое направление. Принц вздохнул с облегчением. Сестра сбавила шаг, аккуратно подбираясь к чудовищного вида особе, придремавшей, привалившись плечом к стене. Эйгон ускорил шаг, раздумывая зачем Анне понадобилась омерзительная старуха. Еще поискать придется, чтобы найти более отвратительное создание! Всклокоченные седые волосы, немытое тело, замотанное невесть в какую рванину, половина лица скрыта черной маской, напоминающей материалом человеческую кожу. Жуть жуткая!       - Нори маз Саор?.. - вполголоса спросила Анна, тихонько толкнув ведьмино плечо ладошкой.       - Что? Пора? - встрепенулась та, не понимая спросонья кто и зачем ее побеспокоил, и, заметив Анну, недовольно добавила. - Иди своей дорогой, девочка. Не буди сов… Эйгон нерушимой скалой встал позади Анны, с любопытством и омерзением взирая на странное существо.       - Я пришла извиниться… - едва слышно сказала девчонка, присев на корточки, чтобы сравняться с ведьмой. - Четыре года назад ты предсказала смерть… Одному человеку. Он не поверил тебе и оскорбил. Я прошу прощения за его резкость. Ты была права во всем… Жабьи губы растянулись в жутковатой ухмылке.       - Кровь никогда не ошибается, милая девочка! Кровь знает все! - убежденно воскликнула старуха, воздев палец к небу.       - Не все… - грустно улыбнулась Анна. - Насчет меня ты ошиблась.       - Девочка говорит неправду. Очевидно, твой час еще не пришел. - старуха пожала плечами и кинула в рот красноватую травку, от которой редкие гнилые зубы в миг превратились в окровавленные клыки.       - Ты сказала мне, что я сгорю. А внутри будет сосать холод. Буду гореть три дня и три ночи, а на утро четвертого дня холод победит, и я умру. - рвано обернувшись на брата, Анна склонилась ближе к ведьме. - Этого не случилось! Жар победил! Чужое тепло спасло меня! Я живая! Хочешь проверь! Девчонка смело протянула старухе тонкую ручку ладонью вверх. И та хищно склонилась, чтобы обнюхать чистую плоть крючковатым носом, торчащим из-под маски.       - Анна, не стоит… - открыл рот Эйгон, которого порядком мутило при виде немытой пророчицы.       - Тише, мальчик… Не шевели крыльями! Я ничего не чувствую, кроме драконьей вони. - мерзко ухмыльнулась Нори маз Саор.       - Ай! - пискнула Анна от внезапной боли. Капелька крови казалась темнее ночи в скудном свете факелов.       - Мммм… - затянула ведьма, растирая меж заскорузлых пальцев благословенную жидкость. - Мммммм… - излишне длинный язык собрал излишек и защелкал во рту, так и эдак пробуя добычу. Мурашки свели спину Эйгона. Анна как-то обмолвилась о случайном предсказании, но никак не о том, насколько это было мерзко и страшно. Говорила только о том, что все до последнего слова было правдой и что они с Рейнором оба ужасно испугались.       - Ее нет. Смерти нет. - вдруг удивленно вскинулась провидица и змеей подползала к Анне, всматриваясь внимательнее в девичьи черты. - Что ты такое, девочка?! Твоя кровь горчит серой и жжет язык… Она нема! Не хочет сказать правду…       - Или не знает ее. - хмыкнула Анна. - Будущее можно изменить, Нори маз Саор. Мой брат изменил мою участь, согрев меня драконьим жаром. И теперь даже кровь не знает, что будет! Даже кровь… Девчонка ловко поднялась, пока старуха на четвереньках колыхалась в ее сторону, бормоча слова удивления. Видно было, что она растеряна до нельзя. Жабьи губы немощно тряслись, а глаза нервно бегали от Анны к ее мощному спутнику и обратно.       - Держи! Мы не заплатили тебе в тот раз! - тугой кошель с золотом упал на земь, глухо звякнув монетками. - И прощай! Девичья ручка скользнула в горячую ладонь Эйгона, мазнув не успевшей засохнуть кровью, и мимолетно сжала. Гордо расправив плечи, Анна потянула его за собой нагло и решительно, как силой присвоенную вещь.       - Хочешь спросить зачем? - наконец выпалила она, замедляя шаг. Старуха скрылась за парой поворотом. Вокруг суетились праздношатающиеся люди, обтекая юную пару.       - Чтобы знать… - хмыкнул Эйгон, внимательно рассматривая личико Анны, приобретшее непривычные упрямые черточки.       - Да! И чтобы Рей… ни с кем не был связан в мире живых. - кивнула Анна. - Ну, может только со мной и с Рейнис… Кровь нас связала навечно. И вдруг улыбнулась смущенно, покраснела вся. Глазками яркими на брата стрель. Хитрая-хитрая.       - И не только с ним… С тобой тоже! - выпалила она и уставилась выжидающе. Поймет или нет? Мужчины всегда туго так соображают! Ну, то какие-то там мужчины! А ее жених - темный принц Таргариен! Самый умный парень во всем Вестеросе! И самый миленький! Глазки вон какие… Обалденные! И руки! И вообще!       - Ты… - став, как вкопанный, Эйгон прошелся недоверчивым взглядом по тонкой фигурке сестры. - Правда?       - Ага! Правда-правда! - защебетала Анна, подталкивая его вперед. - Сама только недавно узнала! Узкоглазец ваш подтвердил! Уж два месяца скоро будет! Срок ровно, как у леди Люци. Не знаешь?! Правда?! Во дает… Мамочка с пузом, а ты не знаешь!!! Вместе рожать будем! Правда, мило? Ты кого хочешь? Ой, знаю! Сына, конечно, как все мужики! Трон наследовать, и все такое! Это король будет о девчонке Семерых молить! Как думаешь, смилостивятся они на этот раз?.. Ого! Вы дочитали до самого конца?! Обязательно поделитесь впечатлением! Автору будет приятно!