Скелет

Раньше Изуку восхищался героями и то, что они делают. Мечтал стать таким же, как они, спасая людей и побеждая злодеев. Даже отсутствие причуды не мешало его мечтаниям, ведь он верил и надеялся. К сожалению, у Судьбы были другие планы на него. — МАМА!!! МАМА!! — кричит Мидория, пока крепкие руки держали его. Дом горел и огромный столб чёрного поднимался высоко в небо. Мальки пытался вырваться из крепких рук. Его мама осталась дома, когда было совершено нападение злодея. Почему никто не тушит огонь?! У нескольких его соседей точно была причуда связанная с водой! Почему никто не помогает его маме?! Он обессиленно падает на колени, и смотрит на огонь, который пожирал его дом. Где герои? Почему никто не помог? Мама... Мама! — Мама, — хрипит он, а крупные слёзы скатываются вниз, падая на землю. — Мама. Изуку было десять лет, когда он потерял всё. Удивительно, но его не отправили в детдом, как он думал. Его отец отправил своего сотрудника, который договорился о том, чтобы Изуку выделили маленькую квартиру, где он начнёт самостоятельно жить. Так он остался один в мире. Папа конечно отправлял деньги на его жизнь, но Мидория их редко тратил. Только самое нужное. Плюсом в этой ситуации было то, что все издевательства в школе прекратились. Бакуго отгонял от него любых, кто хочет над ним посмеяться, но и сам держался в стороне. Изуку благодарен даже за это. Каждый день стал однообразным. Школа, дом, школа, дом, школа, дом. Он даже перестал вести записи о героях. Однажды он чуть не сжёг и старые. Где были герои, когда его мама нуждалась в их помощи? Почему из соседей никто не помог? Ах да, закон о регулировании причуды. Он понимал, зачем он нужен, но разве нельзя сделать пару исключений? Он менялся не по дням, а по часам. Кожа побледнела, ведь он жил в темноте и редко выходил на улицу, синяки под глазами медленно чернели из-за недостающего сна, да и в весе он потерял. Живой мертвец, нежели человек. Дни тянулись, превращаясь во что-то одно, безобразное и скучное одновременно. Хотелось просто закрыть глаза и уснуть навсегда. Не ощущать тяжесть тела и мыслей, просто спать в бесконечном ничто. Так всё и было, до одного случая. Изуку шокировано смотрел на высокий скелет с афро, который стоял над грабителем, который хотел ограбить мальчика, что вышел в магазин вечером, когда в его доме закончилась еда, а ему внезапно захотелось есть. — Йо-хо-хо-хо, какой некультурный человек, — говорит скелет и смотрит на Изуку. — Ты как, малыш? Мидория молчит, не зная что сказать. Всё его тело парализовало. Скелет садится на его уровень. — Боже, да ты весь в синяках! — говорит он. — Твой дом близко? Я могу тебя проводить! Мидория продолжал молчать. Почему скелет хочет ему помочь? — Хотя, мой дом намного ближе, — говорит скелет задумчиво. — Да и аптечка у меня есть. Малыш, ты не против пойти со мной? Обещаю, я тебе не наврежу! Хотя это неубедительно звучит от груды костей. Мидория пытается подняться, во время его разговора, но падает обратно. В нём не было никаких сил, да и нога болела. Скелет заметил его попытку подняться. — Итак, я могу помочь тебе. Но хочешь ты этого? — спрашивает скелет. — Я..., — Изуку обрывает себя, но потом прикусывает щёку. Этот скелет первый, кто захотел ему помочь. Слёзы перекрыли обзор. — Помогите мне, пожалуйста. Скелет кивает и аккуратно берёт его на руки. Изуку немного неприятно из-за твёрдости костей, но он молчит. — Ах, я же до сих пор не представился. Эту старую кучу костей зовут Брук, — говорит скелет. — А как тебя, мой раненный друг? — Изуку. Мидория Изуку, — говорит мальчик тихо. — Приятно познакомиться Изуку-сан. — Мне тоже. Потом они шли в тишине, если не считать напевания Брука и шум улиц. Потом они заходят в тёмный переулок, где стояла тишина. Мидория немного уже успел пожалеть о своём решении. Брук останавливается возле небольшого здания. Над дверью висела табличка, где было написано Сакэ Бинкса и череп в соломенной шляпе и скрещенными костями. — Вот мой дом, ты главное не бойся. Здесь тебя никто не тронет. Он открывает дверь и заходит. Мидория очаровано осматривает помещение. Снаружи здание казалось в аварийном состоянии, но здесь всё было хорошо. Мягкий свет, барная стойка из красного дерева, несколько столиков и диванчиков. Но самое главное было пианино, что стояло в углу комнаты, где на него был направлен луч маленького прожектора. — Старикан, что это за крыса? — спрашивает незнакомый голос. Мидория поворачивает голову и видит подростка с множеством шрамов от ожога. — Даби-сан, пожалуйста, воздержитесь от таких высказываний в адрес нашего гостя, — просит скелет, садя Изуку на один из диванов. — Как хочешь, но мы его не оставляем здесь, — фыркает подросток и уходит. — Прости его. У него сейчас трудный период в жизни, — говорит Брук и идёт к барной стойке. Он достаёт контейнер и подходит к Изуку. Затем открывает его и достаёт перекись и пластыри с ватой. Брук аккуратно всё обработал и наклеил пластыри на царапины. Это напомнило мальчику, как его мама ухаживала за его ранами, которые он получал в детстве. Слёзы сами невольно собрались в глазах и скатились вниз. Он не плакал с похорон мамы. Брук удивлённо смотрел на него, если он правильно понял его эмоции. — Тебе где-то больно, Изуку-сан? — спрашивает он обеспокоено. Да, ему больно. Но это не тело болит, а душа. И Изуку думает, что Бруку точно не удастся её вылечить. Он продолжал плакать, цепляясь за свои штаны. Скелет носился вокруг него, вопрошая о том, где болит, но Мидория не мог ответить, из-за кома в горле, который мешал даже дышать. На обеспокоенные восклицания выходит обгорелый подросток и бьёт скелета по голени, чтобы тот успокоился. — Просто дай ему время, старикан! — говорит Даби. Брук замолкает. Подросток выдыхает. — Крысёныш, хочешь есть? — спрашивает тот. Живот некстати заурчал и Мидории пришлось кивнуть. Подросток ничего не говорит и просто уходит. Мальчик вытирает свои слёзы. — Простите, пожалуйста, — говорит он Бруку. — Ничего такого. Но почему ты заплакал? — Вспомнил маму, — говорит Изуку, а к горлу опять подступает ком. — Ох. Понимаю. Ну, пока Даби-сан готовит, может поиграть на фортепиано? — Я не умею играть, — говорит Мидория. — Так играть буду я. Йо-хо-хо-хо! Скелет садиться за фортепиано и его пальцы начинают играть мелодию. Довольно лёгкую, которая расслабляла мозг. Мидория закрывает глаза. В голове было пусто, но это было так хорошо. В этом месте было так хорошо. Так, слушая игру Брука, Изуку не заметил, как заснул, утомлённый сегодняшним происшествием.