Призрак

      Экипаж остановился на заднем дворе постоялого двора, который представлял собой просторную площадку, вымощенную булыжником и окружённую забором. Была уже глубокая ночь. Свечи, освещавшие комнаты, догорали, и окна постепенно гасли. Только редкие огоньки ещё мерцали в темноте. Кругом было тихо и спокойно. По краям располагались конюшни, здесь же находились хозяйственные постройки: сараи для хранения сена и упряжи, амбары для зерна и других припасов.       На ветру раскачивалась старая керосиновая лампа, подвешенная на крюке над входной дверью, свет едва пробивался сквозь темноту, окутавшую всё вокруг. Её стекло, покрытое слоем пыли, дребезжало от каждого движения, а фитиль внутри слабо колыхался, отбрасывая неровные тени на стены.       Кристиан и Элеонора вышли из экипажа и остановились в кругу света, отбрасываемого керосиновой лампой. Они следили за тем, как к Ларсу подбежал конюх, получил от мужчины серебряник, взобрался на облучок и хлестнул лошадей поводьями, выкатив экипаж на дорогу, чтобы доставить его на каретный двор. Обменявшись взглядами, компания вошла в дверь постоялого двора. Они осторожно поднимались по узкой, слабо освещённой лестнице, придерживаясь рукой за грубые каменные стены и стараясь не споткнуться о неровные деревянные ступени, которые скрипом отзывались на каждый шаг. На втором этаже их встретил длинный коридор с дверями по обе стороны. Из-за одной из них доносился громогласный мужской храп. Комната, в которой их ждали друзья, находилась в самом конце, возле маленького прямоугольного окошка, сквозь которое в помещение просачивался лунный свет, прокладывая товарищам серебристую дорожку.       Достигнув цели, виконт постучал четыре раза с паузой между последними двумя. Дверь медленно открылась, на пороге их встретил Тео. Компания прошла внутрь, и атмосфера вокруг них стала таинственной и загадочной. Каждый член группы смотрел на других с выражением глубокой значимости и секретности, как будто они были частью тайного общества. Воздух был пропитан загадочностью, и каждый шаг, каждое слово, казалось, имело скрытый смысл.       Кристиан вынул из кармана украденную вещь и передал её в руки Ларса. Тот довольно улыбнулся, внимательно рассматривая камешек. Он уже представлял тяжесть полученного за артефакт мешочка и приятный звон золотых, если его встряхнуть. Ларс аккуратно завернул камень в мягкую ткань, положил его в специальный футляр, который защитит ценный груз от повреждений. Утром мужчина встретится с доверенным лицом заказчика в обусловленном месте.       — Как всё прошло? — после некоторой паузы спросил Нейтан. — Даже ничего не скажете?       — Чувствую себя отмщённым, — Кристиан скинул с себя кафтан, стянул жабо и взъерошил волосы. — В ходе выполнения плана начался пожар. Не думаю, что его успели потушить до того, как огонь уничтожил большую часть дома, — пояснил он.       Нейтан не разделял восторг мужчины, и его расстраивало, что виконту, не забывшему старую обиду, принесло счастье чужое горе. Он беспокоился за своего господина, друга, в конце концов. Кристиан не был плохим человеком, но всегда искал способ отыграться. Нейтан понимал, что это ещё не конец, но надеялся на благоразумие виконта, который не успокоится, пока Арчер не узнает, кто именно виноват в его страданиях. Рыцарь так и видел картину, когда Кристан, так долго разрабатывающий план мести, склоняется над графом и шепчет, что не стоило переходить ему дорогу, всё же бывшему хускерлу никогда не прыгнуть выше благородных кровей, не стать им ровней.       — Ты что-то хочешь сказать? — Кристиан посмотрел на него, выгнув бровь. — Я не глуп, чтобы подставляться, поэтому можешь расслабиться.       Он знал о мыслях своего товарища, который всегда читал его как открытую книгу. И это раздражало.       Вновь повисло молчание, которое на этот раз прервал воодушевлённый голос Тео:       — После столь тяжёлой работы предлагаю отправиться в столицу! Надо же это дело как-то отметить, — он довольно потирал руки, представляя, сколько прекрасных женщин может встретить там.       — Ты-то устал больше всех, — усмехнулся Ларс. — Предложение мне нравится. Эдмунду как раз нужно залечить разбитое сердце, — мужчина перевел взгляд на Элеонору. — У Арчера он познакомился с пожилой дамой…       — Я не хотел с ней танцевать, — несколько раздраженно перебила девушка.       — А по тебе и не скажешь, — Ларс обнял талию воображаемой дамы одной рукой, в другую взял её ладонь и закружил невидимку по комнате, заливисто смеясь и повторяя: — И раз, два, три. И раз, два, три.       — Всё было не так, — девушка попыталась оправдаться перед мужчинами, удивлённо взиравших на неё.       «И кто бы мог подумать?», — пронеслось в голове каждого.       После того, как компания разбрелась по своим комнатам, Элеонора заперла дверь в свою, плотно зашторила окна и зажгла свечу, достав дневник Камиллы из походного мешка и устроившись с ним на полу. Открыв страницу, заложенную лентой, девушка перевернула её и углубилась в чтение. Она сама не заметила, как с каждым новым предложением её сердце начинало биться всё сильнее, воздух стал тяжёлым и густым, словно перед грозой. От страниц начало исходить слабое свечение, буквы вспыхнули фиолетовым блеском, перестраиваясь в новые слова. Элеонора чувствовала, как волосы на её теле встают дыбом, ей было страшно, она хотела прекратить, но не могла оторвать глаз, разжать пальцы, остановить это. Магия, заключенная в страницах, пробуждалась.       Элеонора пыталась сосредоточиться на чтении, но, осознав, что предложения написаны на древнем, непонятном ей языке, сдавленно простонала. Она внезапно ощутила изменение в атмосфере комнаты. Воздух стал холодным и тяжёлым, словно наполнился невидимой энергией. Девушка попыталась отогнать от себя страх, но он уже сгребал её в свои объятия.       — Чары помогут тебе найти Генри, — голос прозвучал тихо, но отчетливо. — Прошу, спаси его.       Ведьма вздрогнула, закричав, и наконец-то смогла оторваться от страниц дневника. Она медленно повернулась, глаза в ужасе расширились при виде Камиллы. Вокруг фигуры было заметное сияние, словно аура, окружающая тело. Лицо было бледным и прозрачным, глаза пустыми и безжизненными. Всё внутри Элеоноры поледенело, она замерла, отказываясь верить.       Камилла едва заметно улыбнулась, в глазах загорелся и тут же потух огонёк.       — Прости, что напугала тебя. Мне нужно было поговорить с тобой.       — Камилла… — Элеонора протянула руку к подруге, но пальцы прошли сквозь неё.       — Время уходит, — голос был серьёзным. — Слушай внимательно. Генри в большой опасности. Найди его раньше, чем это сделает его отец. Я знаю лишь то, что грядёт трагедия, вместо видений были чудовищные образы, — Камилла стала меняться на глазах. Её улыбка исчезла, во взгляде появился страх. — Смотри… — неосязаемые, но обдающие холодом ладони подруги сжали щёки ведьмы.       Призрак резко нагнулась, и в её глазах девушка увидела вихрь пестрых картинок, проносящихся друг за другом. Сквозь них, в маленьком домике на окраине деревни, Элеонора разглядела сидевшего на скамье у окна полного мужчину, чертами лица напоминавшего Камиллу.       — Самуэль, — прошептала призрак.       В дверь дома вбежала девочка, её большие серые глаза были широко раскрыты, а слегка загорелая кожа покрылась румянцем. Чёрные волосы длиной до плеч растрепались от быстрого бега, розовая ленточка съехала. Элеонора сразу узнала в девочке Генри, вынужденного теперь отзываться на другое имя и скрываться за пёстрыми платьицами. Призрачная оболочка задрожала, слух Элеоноры пронзил женский визг, ноздри втянули запах крови, и на секунду девушке показалось, что она переместилась в болезненное прошлое Камиллы, заняла её место. Тело ныло от нескончаемой боли, истерзанная, покрытая синяками и гематомами девушка лежала на каменном полу. Пахло сыростью, было холодно. Скрипнула железная дверь, в темное помещение просочилась тонкая полоса света, и она увидела тяжёлые мужские ботинки, которые ноги их владельца вывели его прочь.       Элеонора сделала резкий глубокий вдох, лёгкие обожгло, её встряхнуло, как после падения. Она с ужасом посмотрела на Камиллу, но та даже не осознавала, что пропустила ведьму глубже в себя, позволив увидеть ей то, что девушка долгое время скрывала в самых недрах своей памяти.       — Я помогу тебе, укажу дорогу, — её тело заискрилось. — Молю, будь осторожна, Элеонора. Он…       Камилла не успела, рассыпалась на миллионы сверкающих звезд, накрыв волшебной пылью Элеонору. Девушка ощутила покалывание, как частицы магии проникают под кожу, обжигая. Её глаза вспыхнули, на мгновение осветив комнату. Свеча потухла, спальня погрузилась во мрак.       Ведьма почувствовала, как её грудь сковало отчаянием. Внезапная боль и грусть охватили её, слёзы начали струиться из глаз. Вместе с остатком магии Камилла передала ей частичку своей души. Боль была настолько сильной, что Элеонора едва могла дышать. Она обхватила себя руками, пытаясь хоть как-то утешить, но это не помогало. Боль продолжала расти, заполняя каждую клеточку её тела. Всё вокруг неё казалось таким мрачным и безнадёжным, и она не видела никакого выхода из этой темноты.

***

      В комнате было довольно темно, лишь слабый свет луны пробивался сквозь шторы. Мужчина сидел в кресле у окна, его лицо было скрыто в тени. На столе рядом с ним стояла почти пустая бутылка виски и стакан. Он следил за тем, как огонь в камине жадно пожирал поленья, превращая их в кучу тлеющих углей. Треск горящего дерева наполнял воздух, смешиваясь со сладким ароматом дыма. Мужчина засыпал, когда услышал внезапный стук и вздрогнул от неожиданности. Его рука инстинктивно потянулась к бутылке виски, чтобы сделать большой глоток. Медленно поднявшись из кресла, он подошел к двери, осторожно поинтересовавшись, кто к нему пожаловал.       Сегодня мужчина никого не ждал.       — Жирный эльф.       Услышав кодовую фразу, он оживился.       Дверь скрипнула, и в комнату скользнула высокая тень. Лицо человека было полностью скрыто платком, обвязанным вокруг головы, так что открытыми оставались только глаза, капюшон прикрывал волосы. Гость прошёл в центр комнаты и опустился в кресло, жестом предлагая хозяину дома сесть напротив. Тот повиновался.       — Вы знаете, зачем я пришёл?       — Предполагаю.       — Что ж, тогда перейдём сразу к делу. Я хочу предложить вам работу.       — Какую именно? — уточнил мужчина, пытаясь сфокусировать взгляд на заказчике. От выпитого алкоголя его веки становились всё тяжелее и тяжелее, перед глазами плыло.       — Мне нужно, чтобы вы убили одного человека. Хотя нет, лучше приведите его ко мне.       Хозяин дома не изменился в лице, но в его глазах промелькнуло удивление. Он молчал, ожидая продолжения.       — Это мужчина, — добавил заказчик. — Его зовут Тео. Рыжий, конопатый деревенщина. Сейчас он скитается по Аринтею в компании мужчин. Это всё, что мне известно о нём.       — Постойте, — хозяин дома удивленно моргнул. — Вы сейчас серьёзно? Да как я найду его?!       — Мне казалось, что это для вас не проблема. С вашими-то способностями.       Мужчина напрягся всем телом, губы его нервно дрогнули, а пальцы вцепились в подлокотники кресла.       — Кто вы? — голос звучал твёрдо и громко.       Заказчик не ответил. Наёмник помедлил, что-то внутри подсказывало, что перед ним сидит не простой человек. Он неуверенно спросил:       — А если я откажусь?..       — Решать вам, — гость развёл руками, и мужчина почувствовал, как его губы разъехались в усмешке. — До сих пор у вас не было проблем с церковью, но я могу их организовать, Михаэль, — он уловил страх на лице наёмника от того, что его имя больше не тайна, и предупредительно поднял руку. — И если вы думаете, что сможете убить меня или стереть мне память, то глубоко заблуждаетесь. Я перестраховался, моим людям известно о вас. Наёмный убийца, да еще и маг, — мужчина причмокнул. — Думаю, инквизиторы оценят.       В комнате воцарилось молчание. Михаэль размышлял, понимая, что выбора у него нет. Заказчик внимательно наблюдал за ним, за тем, как в глазах мужчины сменялись сомнение, осознание и принятие неизбежного. Наконец, тот кивнул головой, подтверждая своё решение, на что незнакомец громко рассмеялся. Он добился своего. Всегда добивался.       — Почему вы хотите его смерти? — вдруг спросил Михаэль.       — Тебя это не касается, — в голосе слышалась явная угроза и нескрываемое раздражение. Каждое слово было произнесено чётко и громко, словно удар грома среди ясного неба. Это был голос человека, который привык командовать и не терпел непослушания. — После выполнения заказа получишь три тысячи золотых, и даже не пытайся скрыться.       От услышанной суммы глаза наёмника вспыхнули жадным блеском, на лице появилась хищная улыбка. Вот только…       — Мне понадобятся деньги на расходы.       Заказчик пренебрежительно швырнул увесистый мешочек Михаэлю на колени.       — Приступай утром.       — Но… Как я найду вас после выполнения заказа?       — Спросишь в кабаке у центральной дороги Пита, он всё объяснит.       Заказчик встал и, не говоря ни слова, покинул дом. Наёмник остался сидеть в своем кресле, чувствуя, как желание получить деньги любой ценой сменяются страхом и сомнениями. Он понимал, что цена ошибки будет слишком высока. Осушив бутылку виски, мужчина, полный ярости, бросил её в стену, и осколки разлетелись в разные стороны.       Остановившись, он внезапно рассмеялся, осознав, что его предали. По мере того, как реальность проникала в его сознание, наёмник начинал чувствовать злость, переходящую в ярость. Кто-то слил информацию о нём другим людям. Михаэль ходил по комнате, размахивая руками и крича. Его лицо покраснело от гнева, а глаза засверкали злобой. Он не мог поверить, что кто-то мог так поступить с ним.       Остановившись напротив окна и вцепившись в подоконник, Михаэль скрипнул зубами.       — Значит, Тео… Чёрт бы тебя побрал, рыжеволосый ублюдок!

***

      Утром на Элеоноре не было лица. Изможденная после бессонной ночи девушка сидела на кровати и тупым взглядом смотрела на гвоздь, вбитый в стену. Голова была тяжёлой, движения давались с трудом. Она догадалась, что Камилла знала о своей скорой и чудовищной гибели и, приняв это, увидела в будущем нужный момент, когда Элеонора будет готова и останется с дневником один на один. Девушка заключила частицу своей магии, остаток души в страницах дневника. Но почему Камилла не обратилась за помощью, не сбежала? Неужели не было иного выбора? Но больше всего её интересовало — от кого надо было спасти Генри?       Она опустила взгляд вниз, на дневник, лежавший на её коленях. Дотронувшись, ощутила прохладу гладкой обложки и магию, теперь ощутимо источавшуюся из него. Девушка открыла страницу, на которой вчера возникло заклинание, и удивилась, когда смогла прочитать древний язык:       — Покажи мне, — произнесла она.       В сознание ворвались образы, Элеонора шла по узким улочкам, ведущим через всю деревню, которые соединяли между собой небольшие домики. Они были украшены яркими цветами, растущими в горшках на окнах и балконах. Девушка внимательно всматривалась, пытаясь зацепиться за что-нибудь взглядом, ей нужна была подсказка. Прохожие приветливо улыбались и здоровались с ней, кто-то даже шутливо снимал шляпу, кивая головой. Проходя мимо дома, Элеонора едва не вскрикнула, увидев в отражении окна Генри. Он с хмурым лицом разглядывал розовое платье, в которое был одет. Но взгляд девушки привлекло другое — в отражении также виднелась табличка противоположного здания: «Лучшая выпечка во всем Дэмборе!».       Нашла…       Вернулась девушка в реальность также внезапно. Её будто бы пережевали и выплюнули смятым комком на кровать. Чувство усталости усилилось, тошнота подкатывала к горлу, руки дрожали. Элеонора поднялась, на мгновение в глазах потемнело, в ушах раздался звон. Она сделала глубокий вдох и выдох, пытаясь успокоить своё тело, и медленно двинулась к окну. Движения её были вялыми, дыхание тяжёлым. Открыв шторы, девушка впустила яркий солнечный свет в комнату и взяла в руку перо, лежавшее на столе. Обмакнув кончик в чернильницу, девушка записала в дневнике: «Дэмбор». Оставалось теперь только найти его.       Перед выходом из комнаты Элеонора взглянула в зеркало — на лице отразились ночные метания и расход магической энергии: под глазами проступили заметные мешки, а кожа выглядела бледной. Сейчас Элеонора напоминала высушенный, сгнивший плод винограда.       Она медленно, придерживаясь за стену, спустилась вниз и вышла на улицу, где её уже ждали. Ларс гладил Руфуса по загривку, когда конь увидел хозяйку и встрепенулся. Мужчина, улыбаясь, повернулся лицом к девушке:       — Бессонная ночь? Ты какой-то помятый. Кстати, — мужчина протянул ей мешок с золотыми, весело встряхнув его, — это твоё.       В других обстоятельствах Элеонора бы просияла, и счастье отразилось бы на её лице, но моральная и физическая усталость давала о себе знать.       — Предвкушал наши приключения в столице, — слабо улыбнулась она.       — Это хорошо! — поддержал Тео. — Надо как следует разогреть своё воображение.       — Полегче, разогреватель, — уголки губ Кристиана поднялись в ироничной усмешке. — Не то вспыхнешь раньше времени.       Тео улыбнулся и сощурился, качнув головой:       — Молодость на то и дана, чтобы пылать, сгорать, чувствовать… Я счастлив, потому что моя жизнь наполнена страстью и желанием. Даже если я буду умирать, то мне придётся подняться, выжить, и всё для того, чтобы вновь встретиться с богиней любви, повелительницей…       — Хватит уже, — Ларс отвесил Тео подзатыльник. — Тебе как слово не дай, так ты обязательно скажешь что-то такое…       — Отвратительное, — с улыбкой продолжил Кристиан.       — Ты слишком зациклен на женщинах, — вступил в разговор Нейтан.       — Ой да, — закатил глаза Тео. — Чуть что, так ты бежишь в бой, чтобы защитить беззащитную даму. И это я зациклен?       — Я действую из благородных побуждений.       — Ну так и я тоже! Ты хоть представляешь…       — Так, всё! Ещё одного откровения от тебя я не вынесу, — Кристиан окинул мужчину тяжёлым, сердитым взглядом.       Элеонора шла, погружённая в раздумья. Если отец Генри действительно страшный человек, то одной ей не защитить ребёнка. Просить о помощи отца она бы не рискнула, не хотела подвергать родителей ещё большей опасности. Ею овладевало чувство безысходности, страх всё глубже проникал в женское сознание. Элеоноре начинало казаться, что она застряла в бесконечном цикле одних и тех же мыслей, которые ни к чему не приводят.       Девушка подняла глаза на впереди идущего Нейтана, скользнула взглядом по Кристиану и Тео и остановилась на Ларсе. Мужчины были её единственным вариантом, и теперь оставалось только решить, как же именно попросить их о помощи.