Часть 1

      Развод был тяжелым, но предсказуемым. Спирит не тешил себя иллюзиями прекрасно понимая чем всё закончится.       Они с Ками познакомились тогда, когда им было по шестнадцать. Ещё год просто общались, дружили, а ближе к восемнадцати дружба превратилась во влюбленность, затем в любовь. Они не планировали становится мужем и женой, но Ками забеременела и их родители настояли на браке.       Он до сих пор помнит как кричала мать Ками и какую пощечину отвесила ему собственная матушка. Было больно и обидно. Всё же в незапланированной беременности был виноват не только он, но и сама Ками. Впрочем, он никогда не упрекал жену в случившемся и искренне считал Маку подарком свыше. Спирит был просто стопроцентно уверен, что если бы не порвавшийся презерватив, то он и Ками никогда не решились бы завести ребенка.       Их отношения не были спокойными. Он был слишком легкомысленен и поддавался мимолетным увлечениям: казино, долги, недолгая тяга к травке — Спирит не был и не считал себя идеальным мужем и отцом. Усугублялось всё это тем, на сколько различались его и Ками характеры. Она — спокойная и серьезная, просчитывающая все ходы на несколько шагов вперёд и он — радостный обалдуй, которого так и тянуло на неприятности.       Ками не раз ставила вопрос об их браке ребром и уходила жить к своим родителями, но проходило две или три недели и всё вставало на круги свои.       Крайняя ссора отличалась. Его устраивала роль преподавателя в довольно престижном колледже, а вот Ками — нет. Она решила расти дальше и строить карьеру, не оглядываясь на тормозящего мужа. Командировка за командировкой и вот он не видел жену уже неделю, две, три, месяц. С каждым разом этот период увеличивался и Спирит понял, что на самом-то деле он даже не скучает по вечно пилящей его женщине. Любовь прошла и осталась только реальность в виде охапки обязанностей, которую нёс за собой брак.       Правду говорят, что хорошую вещь браком не назовут.       Они не долго думали, что делать с этой ситуацией. Им по тридцать два года и вся жизнь впереди. Можно было потерпеть до совершеннолетия четырнадцатилетней дочки, но ещё четыре года терять не было никакого смысла — она и так видит свою мать только по выходным и праздникам.       Но развестись тихо не получилось. Мака очень остро восприняла сменившиеся обстоятельства. Ещё больнее для неё было то, что остаётся она с отцом, а не матерью.       — Я тебе совсем не нужна что ли?! — в кой-то веки гнев дочери вылился не на уже попривыкшего к тяжелому характеру дочери отца, а на Ками, — Тогда зачем вы меня вообще рожали! — в слезах, не слушая никакие логичные доводы, Мака заперлась в туалете, откуда только и было слышно, как льется вода и шмыгает нос.       Мака всегда плакала тихо, но от этого сердцу было только больнее. Понимать, что в её слезах виноват именно ты было ещё больнее.       — Чёрт, — выругалась Ками, — Мы даже не дали ей выбора, — внутри Спирита горело желание высказаться, что это не «мы» не дали выбора, а «она», но он подавил это желание.       — У нас его тоже не было. Ты постоянно в разъездах. Нельзя чтобы девочка-подросток жила одна фактически без присмотра. Так будет лучше. Никто же не запрещает нам всем видится, когда выдаться возможность. Это развод — формальность, в большей степени.       — Ты хочешь сказать, мы не были семьей? — возмущенно уставилась на него своими зелеными глазами Ками.       — Мы в любом случае ей будем.       Он знал, что не был хорошим мужем и отцом, но одно дело принимать и понимать, а другое — столкнутся с настоящей истерикой Маки, не желающей жить с ним.       — Мака, — серьезно посмотрев на неё сказала Ками, — Если ты не хочешь жить с папой, то можешь жить с бабушкой. Хочешь? — вместо ответа дочка начала трясти головой из стороны в сторону и снова заплакала, — Я дам тебе время до конца недели. Прими решение.       В конце концов Мака решила остаться с ним, но это вынужденное согласие… Оставалось лишь надеяться, что дочь не пожалеет о собственном выборе.       Впавшая в специфическое состояние, одновременно напоминающее и не напоминающее депрессию, Мака углубилась в учебу и за год прошла программу школы. Она закончила её экстерном и в пятнадцатилетнем возрасте поступила в колледж имени Шинигами-сама.