Часть 3

      — Бля, а лет-то тебе сколько? — пытливо уставился уже изрядно захмелевший загорелый парень с аккуратно уложенными каштановыми волосами. Именно он позвал Маку пить пиво и именно из-за его симпатично-приличной внешности Мака согласилась.       — Почти шестнадцать, — задрав нос повыше, чтобы казаться серьезнее, что выглядело невероятно тупо из-за разбегающихся в разные стороны от выпитого алкоголя глаз, буркнула Мака.       — Пиздец, — рассмеялся Крис, тряхнув густой челкой, — Эй, Эванс, ты слышал? Даже не смей тянуть свои грязные лапы к малышке.       — Иди в очко, — отозвался Соул. В отличие от Криса Соул не выглядел приличным человеком: высветленные до почти прозрачно-белого цвета волосы, глаза с полопавшимися красными капиллярами, клыкастая улыбка и стойкий запах табака. Эванс не был похож на приличного человека, а скорее уж на бунтующего подростка в фазе панковства или торчка.       — Не называй меня малышкой, — спохватилась Мака, надув губы от чего Крис засмеялся громче прежнего, а Мей-Мей, рыжая китаянка, говорящая с явным акцентом, засюсюкала.       — Милая малышка! — чужие когтистые ручки потянулись к её щекам, на что Мака клацнула зубами прямо возле пальца, — Злая милая малышка! — с ещё большим восторгом пролепетала девушка.       — Мей болье не наливаем, — усмехнулась Блэр, которая выглядела на все двадцать со своими налитыми грудями и объемными бедрами, которые были преступно обтянуты короткой юбкой, — Да и Маке тоже, — с улыбкой оценив чужие пунцовые щеки постановила девушка.       — Скоро комендантский час, — мимолетом отметил Соул, — Расходимся? Тебе есть где переночевать? — Мака заторможенно моргнула и пожала плечами.       — Найду.       Для Маки её блестящий план ходить из магазина в магазин выглядел надежным, но её домашний вид и готовность пойти за кем угодно и куда угодно создавали определенное и довольно жалкое впечатление.       — Я заберу её к себе, а завтра решим, — вызвалась Блэр, — В конце концов только у меня есть квартира. Крис, вызови нам такси.       Дома у Блэр было уютно. Светлые стены и полы создавали атмосферу чистоты, а приятный едва уловимый сладковатый запах расслаблял.       — Красиво, — зависнув у большого полотна, изображающего черную кошку, отметила Мака.       — Моя курсовая работа, — довольно улыбнулась похвале девушка, — Пока писала её думала крышей поеду, но оно того стоило. Потрогай. Похоже на шерсть?       — Больше на щетину, — проведя кончиками пальцев по изящной лапе животного сказала Мака, — Здорово. Даже на ощупь живой.       — Живая. Это как бы я, моё альтер-эго. Если я перерожусь, то буду просить о теле кошки. А кем бы ты хотела стать?       Мака пожала плечами:       — Я пока не планирую умирать, — Блэр рассмеялась.       — Это пока. Ладно, пойдем, я найду тебе одежду и приготовлю диван.       Утром Блэр накормила Маку лапшой быстрого приготовления со смущенной улыбкой заметив, что не сильна в кулинарии, но Мака была рада и такой пище. Желудок уже не просто выл, а болел, вел крайний раз она ела ещё вчерашним утром.       Ещё пару лет назад девушка горела желанием сбросить десяток килограмм, которые откладывались на животе и делали ещё щеки больше, но потом резкий скачок роста расставил всё по местам превратив, объективно, здорового ребенка в заморенные метр-семьдесят. Теперь желания сменились и Албан хотела набрать вес, но сделать это было крайне трудно. Немалую роль играла лень и забывчивость из-за которых нередкими становились голодовки длиной день или даже больше.       Во время подготовки к экзаменам Мака вообще не помнила о том, питалась ли она. Но факт оставался фактом — неплохое летнее платье стало висеть на ней как на вешалке, а локти и коленки торчали острыми пиками.       — Мне, наверное, уже пора, — после того как помогла Блэр, Мака решила собираться домой. Время близилось к полудню и отца с новой шлюхой дома быть уже не должно было.       — Да? — будто бы действительно удивилась девушка, — Жалко — я хотела тебе прическу и макияж сделать… А приходи потом ко мне в гости! Как тебе понедельник после пяти?       — Наверное не получится, — щеки запылали от смущения, — Начало учебного года и посвящение первокурсников. Не знаю во сколько закончу.       — Первокурсников? — зацепилась за слово Блэр, — В смысле?       — А, неважно, — отмахнулась Мака, — Давай обменяемся телефонами? Я напишу, если у меня получится.       — Ла-а-адно, — прищурившись протянула старшая.       Как и ожидалось, дома было пусто. Ни отца, ни его… Интереса. Тишина, пустота и холод. Окна были открыты нараспашку, по комнатам гулял ветер. На холодильнике под магнитом висела помятая бумажка с записанным на скорую руку «Извини».       — Иди к чёрту, — брезгливо поморщилась Мака и сорвала розовый листок, скомкала, выбросила в ведро.       В её комнате, на столе лежала новая книга, обернутая подарочной бумагой с ещё одной «Извини».