Глава I. У каждого есть грехи
31 мая 2024, 13:00«На ум приходит искупление, когда ты думаешь обо мне.»
I
— «Отвечаю на ваш вопрос. Да.» — Мадам Заунгерг посмотрела в зеркало и улыбнулась собственному отражению, продолжая монолог в голове. — «Да, теперь этим местом заправляю я. Пока, хоть и временно.» — Заунгерг легким движением руки поправила свой плисовый пиджачок и взглянула на часы. — «Отлично, время еще есть.» — В голове тут же представился новый учебный год: вступительные экзамены в разные вузы, Дни Карьеры и Заключительный Бал. — «До этого всего так далеко…» — Мыслью прокралось у нее в голове, заставляя в наслаждении воспроизводить еще не исполненные детали и моменты. — «Но от того приятнее, что впервые для меня в роли директора.» — Директриса удалилась от зеркала и прошла по своему старому кабинету, который занимала уже с новой должностью. Она не стала задерживаться ни на секунду внутри – внешне ничего не изменилось. — «Как же приятно знать, что твой главный враг повержен, а ты на вершине всего мира спустя столько лет.» — Мария остановилась в коридоре. Было пусто, вот-вот, должен был начаться новый учебный год 2017-го года. Ни учеников, ни учителей – никого не было, только ее помощница. — «Я это смогла. Я пережила читу Хепперов и теперь займусь тем, чтобы вернуть интернату прежнее величие. Как там говорят…» — Заунгерг задумалась. — «Алма Матер определяет твою судьбу. Точно!» — Женщина усмехнулась, не понимая, согласна ли с этим высказыванием, но с полной уверенностью в том, что год в «Клиффорде» станет незабываемым. Теперь, когда убийца и сумасшедшие «Клоуны» (Это название настолько прижилось в местном полицейском отделении, что весь город не мог называть их по-другому) пойманы, ученикам ничего не грозит. И Заунгерг об этом позаботится. — «Я сделаю все, чтобы это не повторилось.» — Женщина встала напротив окна одного из коридоров, наблюдая за любопытной картиной: на дереве повис большой ворон, держащий во рту не то червя, не то какую-то мелкую букашку. Заунгерг стало противно, но она видела в этом что-то знакомое, что-то похожее на все то, что происходило в прошлом году. Через секунду ворон взмахнул крыльями и улетел, заставляя дохлую ветку двигаться, а Заунгерг вздохнула. Она посмотрела по сторонам и заметила, что осень не особо жалостлива на хорошую погоду. Трудно было поверить, что только вчера все еще был август – легкий туман облачил весь интернат своим дуговым паром, а на улице пахло, словно после ночного дождя. Заунгерг вздохнула свежий воздух и закрыла окно, высматривая машины, которые уже столпились на одной из дорог, ведущей к интернату. Она задумалась. События прошлого года подкосили статус «Клиффорда» в глазах общественности – многие политики и преподаватели высшей школы до сих пор считали, что в интернате небезопасно, а его следует закрыть. Но Совет был непоколебим, а вместе с капитаном полиции и детективом Эвансом им удалось убедить, что были пойманы все «плохие парни»… Конечно, пришлось пожертвовать мисс Хеппер. Она столько раз врала Совету, что убийства не повторятся, как каждый раз появлялись новые. Убийство Одри Фернингтон и Стива Малькольма стали последней каплей в этом огромном океане лжи, поэтому мисс Хеппер оставалось доживать свои дни в роли директора до конца прошлого учебного года, когда было объявлено, что временным директором «Клиффорда» станет завуч, то есть Мария Заунгерг. Заунгерг восприняла новости спокойно, хотя внутри ликовала сильнее, чем тогда, когда узнала, что перед смерть Джеймс Хеппер страдал. Женщина в те же секунды взяла управление в свои руки и пообещала, что убийства больше никогда не повторятся под ее чутким надзором. Совет успокоился, капитан полиции тоже, только семейство Хепперов все не унималось и не унимается. — «Эти Хепперы.» — От одной только мысли, что теперь придется терпеть не одну мисс Хеппер, но и ее племянника, Заунгерг приходила в ярость, но держалась изо всех сил, надеясь, что тот в меньшей степени унаследовал «ген Хепперов». Но от Роуз ей до сих пор было не избавиться – интернатом на бумажке все еще владели Хепперы, хоть уже и в меньшем проценте. И Заунгерг знала, что просто так они это не оставят. — «Хорошо, что Джеймс – мертв.» — Подумала она, вспоминая, как правнук Клейтонов зарезал мужчину. — «С ним бы я не справилась.» — Мертвый враг – лучший враг. Женщина совсем позабыла о времени, но оно все еще было у нее в запасе. Образ Роуз Хеппер всплыл в ее голове, и она начала думать, как избавиться от женщины поскорее. — «Подлить ей яд в Бурбон? Нет, тогда меня арестуют!» — Она быстро перекидывала разные идеи в своей голове, пока спускалась вниз, мысленно вспоминая, что не готовила никакой речи для вновь прибывших учеников. — «А, если… Нет, мне надо придумать как избавиться от этой замухрышки.» — С каждой новой идеей Заунгерг становилось еще злее, но это не помогало ей, напротив, мешало. — «Ладно, у меня еще будет время. В любом случае, я дошла так далеко…» — А сейчас: добро пожаловать в «Клиффорд». — Проговорила она открывая главные двери интерната, дожидаясь, пока холл не заполнится учениками.***
Мишель ехала по дороге в интернат с родителями в последний раз. Рядом с ней сидел повзрослевший за год Майки – после второго семестра девушка едва узнала в подрастающем брате того самого мальчугана, чьи кроссовки оказались в мусоре по ее вине… Родители говорили, что весь прошлый год Майки провел в постоянном страхе за жизнь сестры –просыпался от страха на холодной и мокрой простыне, каждый день спрашивал, как она. Поэтому, вернувшись после учебного года, девушка не нашла силы, чтобы продолжать злиться на младшего брата, а напротив – их отношения очень изменились. Вот и сейчас, Мишель аккуратно толкает его локтем по загорелой руке (Говарды провели лето в Африканских саваннах), чтобы тот проснулся, а мисс Говард не прекращает горделиво улыбаться и поворачиваться, чтобы увидеть это снова и снова. «Интернат пошел на пользу Мишель» — Говорили так многие соседи и остальные знакомые, случайно встретившие семью либо в торговом центре «Кенсингтон Аркейд», либо субботним прохладным летним вечером в Кенсингтонских садах. Но только они знали, чего стоило девушке изменение. Мишель все еще не могла избавиться от страха, что за ней кто-то следит, а при выключенном свете в голове воспроизводились различные сцены смерти одноклассников и кровавых бойнях. По-началу было особенно сложно, но сейчас девушка научилась жить с бесконечным страхом в своей голове, понимая, что бояться больше нечего. — А, вот и интернат. — Питер забил руками по рулю, вставая в ежегодный трафик из машин учеников и родителей, чтобы заехать до главного входа. Он прильнул к сидению и о чем-то задумался, Мишель удалось прочитать это по его взгляду, но не спросить, так как Лорен нашла очередную тему для разговора. — В следующем году. — Она остановилась, а Мишель кажется поняла, о чем хочет поведать мать. — Майки, если хочешь, сможешь поступать в «Клиффорд». — Только что проснувшийся брат туго соображал, что Мишель находила очень смешным. — Только будь осторожней со своими желаниями. — Сладким голосом произнесла Мишель, не сдерживая улыбку. Лорен укоризненным взглядом посмотрела на дочь через маленькое зеркальце, но практически сразу же изменилась в лице, понимая, что девушка ничего такого не имела. — И только, почему вы не додумали отправить его сюда в этом году? — Поинтересовалась Мишель, хотя они обсуждали это еще дома. — Было бы весело. — Добавила девушка, а трудно подключающийся к разговору Майки сменился в лице. — Мы это уже обсуждали, Мишель. Майки только отправляется в седьмой класс. — Лорен начала говорить о том, что «этот возраст особенно трудный…», перечисляя прочую дребедень о подростках, которую начиталась в светских хрониках и книгах по психологии некоторых «умных» (Умных в теории, но не на практике) людей. За это время они успели продвинуться в очереди, а Питер улыбчиво переглянулся с девушкой несколько раз, пока Лорен не унималась. — Вот, ты и Дейв. — От упоминания парня у Мишель пошли легкие мурашки, она моментально сменилась в лице, прекращая слушать, что хотела сказать мама. С момента смерти парня прошло много месяцев, а с их последней встречи – тоже. Если это вообще можно было назвать встречей, ведь это был сон, но больше парень так и не приходил. Иногда в отрывках некоторых снов, но они были настолько неразборчивы, что было сложно сказать, был ли это Дейв или не был… — Были в идеальном возрасте, чтобы… — Лорен продолжила говорить о воспитании подростков, упомянув соседнего мальчика и первого друга Мишель. — … Все могло сложиться иначе, дорогая… — Лорен резко замолчала, наверное, вспомнила, что у дочери все еще остались чувства или трафик ускорился. Но все поняли, что разговаривать об убийце в интернате, вот-вот достигнув границы «Клиффорда», не лучшая идея. Все замолчали. Наверное, наблюдали, как Питер резко повернул в сторону, заезжая на маленькую парковку интерната и оставляя машину в первом попавшем месте. Они вышли из машины, заранее обещая, что не будут долго прощаться, ведь надо было отвести Майки обратно до начала учебы в средней школы. — Дорогая, — Лорен потянулась к девушке, сначала осмотрев ее. Мишель слегка изменилась: она избавилась от многих темных вещей, сменив стиль на чуть более элегантный и традиционный, а также остригла кончики волос. Да, короткая стрижка шла ей, делая из нее студентку Лондонского университета. — Какая ты у меня красивая. — Она снова потянулась к девушке и зажала ее три раза, прежде чем залезть в машину обратно. — Держи, — Голос Майки огрубел (Ни сколько из-за сна, сколько из-за изменений, связанных с возрастом), он достал из дутой куртки какой-то брелок и протянул Мишель. Девушка улыбнулась, принимая подарок, и обняла парня, зная, что из-за подростковых перемен у парня проблемы с проявлением эмоций, а его светлая челка на пол лица умело скрывала наличие каких-либо эмоций вообще. — «Как я понимаю.» — Задумалась девушка, прижав брата посильнее, забывая рассмотреть подарок. Через пару секунд Майки залез в машину, оставляя Мишель и мистера Говарда наедине. Он выглядел нервно, долго не знал, что сказать, держа руки на груди и опираясь задним местом на капот машины. — Пожелаешь мне хорошего года? — Без каких-либо обид в шутку произнесла Мишель, лезя обниматься к отцу. Он улыбнулся и принял объятие, не переставая сомневаться, правильно ли они поступили? Они простояли бы так долго, но Лорен начала нажимать на сигнальный знак, чтобы Питер поторопился, на что оба засмеялись. — Мы опаздываем, дорогой. — Из окна машины выкрикнула женщина, а он в ответ произнес что-то типа «Да-да, сейчас-сейчас». Питер улыбчиво взглянул на Мишель, а девушка снова уловила тревожный взгляд, как тогда в машине. — Больше никаких убийств в этом году, — Наконец произнес мистер Говард то, что было у него в голове все это время. — Никаких убийств, пап. — Ответила Мишель, понимая, что не может гарантировать то, что от нее требует отец. Но даже мысль об этом не приносила больше тревоги, почему-то Мишель спокойна на этот счет. Еще пару секунд они простояли, сверля друг друга взглядом, пытаясь понять, кто из них что-то не договаривает, пока Лорен не нажимает на кнопку сигнала еще раз. — Да, иду я. — Раздраженно проговорил мистер Говард, обнимаясь с дочерью на последний раз. — Береги себя. — Проговорил на ушко отец, на что Мишель кивнула головой. Наконец, он залезает обратно в машину. Мишель улыбается, глядя на то, как ее отец пытается выехать и не задеть вновь приезжающие и отбывающие машины, пока мама безостановочно машет рукой, будто находясь на конкурсе «Мисс Алабама». Девушка задумывается, что будет скучать, но кто-то неизвестный резко берет ее за плечи и пугает до чертиков…***
Мишель с испуганным взглядом поворачивается назад и видит перед собой… Эмму Робертс! — «Черт.» — Подумала девушка, беря пару секунд, чтобы отдышаться. — Добро пожаловать в «Клиффорд». — По голосу блондинки было непонятно, рада ли она этому или нет, но было точно ясно одно: она рада видеть Мишель! За последние месяцы девушки сблизились и больше не ненавидят друг друга, как это было раньше. Эмма не раз успела признаться Мишель, что всегда считала ее умной и самой интересной в «Клиффорде», а еще ей жаль насчет Дейва… Девушка считала, что парень мог бы преуспеть, став частным сыщиком или что-то наподобие. Мишель тоже была рада видеть Эмму, от ее прошлого образа не осталось ничего: девушка больше не закручивает волосы под стать своему острому характеру, а ее популярный парень был отправлен в другую школу из-за чего новый виток непонятного периода настиг их отношений… Но, кажется, девушка не унывает и мечтает только об одном: побыстрее свалить с «Клиффорда» прямиков в Оксфорд. — Ну, как решила, куда будешь поступать? — Они уже несколько минут шли пешком до входа в интернат, как Эмма сбила с толку Мишель. Сама девушка держала какую-то книжку по психологии, название которой Мишель не могла прочесть. — Я… Я… — Начала Мишель, а Эмма без каких-либо задних мыслей спокойно шла. На самом деле, девушка не знала, чего хочет. Последний год ее главным желанием было не умереть от ножа убийцы, поэтому Мишель понятия не имела, чем собирается заниматься в ближайшем будущем. Но у нее же есть время решить? Почему-то девушка об этом даже не задумывала. Заметив то, как поежилась подруга, Эмма решила сменить тему разговора, спрашивая Мишель, как прошли ее каникулы в саваннах. — Было просто потрясающе. — Мишель улыбнулась и достала свой телефон, чтобы показать девушке парочку видео, где она кормит жирафов или ездит на маленькой машине по сафари. — Это было… — Мишель не успевает ничего сказать, ведь сзади виднеются парни «Клиффорда», а именно Зак, Зейн и Кэмерон. — Просто «супер-афигительно»… А, крокодил чуть не откусил мне ногу, пока я делала с ним селфи. — Начал Зак, передразнивая девчачьи разговоры. — И тебе «привет», Зак. — Эмма закатила глаза, но сделала это как-то по-доброму, без раздражения к парню. Подростки поздоровались и пару минут простояли обмениваясь любезностями, кто и как провел это лето перед финальным классом. — … А я вообще не боюсь экзамены. — Уверенно сказал Зак и дал «пять» Зейну, который не переставал усмехаться над каждой фразой парня. Особенно, как тот пытался в кинотеатре подсмотреть грудь Дженнифер Лоуренс в фильме «Пассажиры». — Но от их результатов зависит поступишь ли ты в колледж или нет. — Начал умничать Кэмерон, а Мишель поймала себя на мысли, что ей нужно скорее заняться подготовкой. — А что, если я и не хочу поступать? — На парня все странно посмотрели, а Зак повел руками. — Достала учеба, хочу умереть свободным. — На слове «умереть» участники разговора поежились, вспоминая, что несколько месяцев назад в «Клиффорде» умирали люди… Хотя Зак имел ввиду не это. — … Ладно, до встречи в холле? — После этих слов парни попрощались с девушками, оставляя их наедине. — Время идет, а Зак все еще такой… — Подумала Эмма, но сказала это вслух. — Не джентельмен? — Они засмеялись. Да, кажется, никакие убийства не изменили парня… И найдется ли что-нибудь, способное изменить его? Или быть придурком у него в ДНК? — Думаю с Заунгерг нам не стоит переживать, насчет убийств. — Произнесла Эмма, загадочно оборачиваясь по сторонам. — Что ты имеешь ввиду? — Переспросила Мишель, хотя догадывалась о чем говорит Эмма. — Отец сказал, что она не намерена повторять ошибки мисс Хеппер. В этом году все будет, куда серьезнее. — Девушки прошли внутрь здания, дожидаясь, когда же начнется приветственное слово.***
— А Мишель неплохо выглядит, да? — Произнес Кэмерон, когда парни встали у главного входа, чтобы осмотреть всех учеников, таскающих тяжелые чемоданы по ступенькам. Почему-то до этого парень не обращал на девушку внимание, но Зак его вовремя остановил. — Мишель? — Парень вспомнил, какой холодный прием девушка оказала ему при их первом знакомстве, а в голове Зейна почему-то возник эпизод с танцами на «День Святого Валентина», когда девушка сбежала от Зака. Тогда Зейн думал, что делает Заку услугу, но летом парень все же рассказал лучшему другу о романе с мисс Фернингтон, зная, что, когда учительница мертва, Зейн не будет осуждать ни ее, ни его. Зак снова взглянул на девушку, пока та окончательно не зашла внутрь, и снял свои солнцезащитные очки. — «Сзади — то, что надо…» — Подумал он. — Не хочу расстраивать, но «Неформалка» довольно… — Они переглянулись с Зейном, чтобы подобрать корректное слово, чтобы описать Мишель, но не смогли. — Отстраненная? — Чуть позже сказал Зейн, хмуря лицо, а Зак подтвердил, что именно так и хотел сказать. — Ты всегда знаешь, как сказать, «Зи». — Зак похлопал друга по шевелюре, а тот молчаливо улыбнулся краем губ, не отрывая взгляда от парня следующие несколько минут. — Знаешь, Кэмерон… — Зак хотел посоветовать светловолосому что-то, но тут же забыл, ведь на парковке разворачивался настоящий скандал: у одной из дорогих машин (Парни заметили, что тачка явно не британская, как и номер) стояла эффектная и загорелая девушка вместе с огромными багажами в виде сумок и несколькими охранниками, которым до нее не было дела. Позади нее все это время до начала конфликта толпилась парочка идиотов из 10-го класса, которые имитировали с девушкой позы секса и пытались шлепнуть ее по заду. Один из «смельчаков», видимо, не рассчитав силы, шлепнул ее по-настоящему и моментально пожалел, ведь девушка не собиралась с этим так спокойно мириться. До самого главного входа было слышно, как девушка на плохом английском затирает ему о личных границах, а заметно покрасневший от стыда парень проглотил язык (Или испугался, что покосившийся в его сторону охранник сломает ему эту руку). Когда девушка не смогла подобрать подходящее слово, она начала что-то кричать на непонятном многом языке. (В «Клиффорде» не изучали испанский) Зак завороженно смотрел на девушку, изгибы на ее теле и взрывоопасный характер с перчинкой заставили парня понять, что в интернате становится интересно. Он усмехнулся, представляя горячий и знойный секс с девушкой, но его вовремя отвлек Кэмерон, который устал наблюдать за утихомирившемся скандалом. — Вы заходите? — Он протянул руку Зейну, а Зак поднялся сам, подтягивая синие джинсы «Келвин Кляйн Джинс».***
— О Боже, — Белла закатила глаза. Этот «мудак» ударил девушку при ней, а рыжеволосой стало противно, будто шлепнули и ее зад… Хотя, о чем это? Она всегда была объектом сексуальных фантазий интерната номер один. Поэтому да, ей это было знакомо. Как и знакома девушка. Вернее, она слышала про нее то, что она из Латинской Америки, а ее отец — богатый бизнесмен. Но, когда это говорилось, все забывали упомянуть, что отец КаБланды — наркобарон. Зачем отправил девушку в такую даль, Белла не знала, да, ей и было неинтересно. — «Наверное, там было опасно…» — Подумала девушка, а потом вспомнила, что в «Клиффорде» не безопаснее. В прошлом году Белла лишилась своей лучшей подруги из-за убийцы. И, хоть Ариана нарушила их традицию ежегодной встречи перед началом нового учебного года, когда еще была жива, Белле все равно было неимоверно грустно и непривычно, что подруги больше нет. Слез больше не осталось, они превратились в злость. В злость к этому месту, ко всему, что происходит в «Клиффорде» и его обитателям, поэтому в Новый год девушка вступала без особого энтузиазма, надеясь выучиться и уехать за границу. Белла вздохнула, обернувшись, чтобы убедиться, что с КаБландой все в порядке. — «В «Клиффорде» все мужчины — идиоты, пусть привыкает.» — Девушка разблокировала свой телефон и устремила взгляд, чтобы предварительно освежить в памяти, где были одноклассники этим летом, но не могла сконцентрироваться. — «Пожалуй, кроме, мистера Робердса.» Нет, ей точно будет тяжело здесь. Возможно, даже тяжелее, чем в Латинской Америке. Белла была в этом уверена.***
Том, нехотя выходил из машины, специально присланной отцом, чтобы довезти его из квартиры в Лондоне до интерната. Его не было в стране около двух лет и за это время многое изменилось. Новости о том, что интернат больше не принадлежит его большой семье Хепперов, Том воспринял спокойно — он редко бывал здесь, может, в детстве. Несмотря на это смерть деда подкосила парня, хоть они и не были особо близки… Но именно с этого началась череда, которую называл Том, «идиотских решений», в число которых входило возвращение в Британию. Он не знал, какие планы у отца, насчет интерната, но знал одно: раз отец что-то придумал — бойтесь остальные. Адам Хеппер был известным инвестором и бизнесменом, который выкупал заброшенные участки и превращал их в торговые центры или заправочные станции. В общем, был «акулой бизнеса», поэтому вернуть интернат для него «раз плюнуть». По крайней мере, Том был в этом уверен. На парковке его ждала тетя, небезызвестная Роуз Хеппер. Парню было тяжело сказать, ждет ли тетя его на самом деле, ведь окна в машине были затемнены, но Роуз, действительно, стояла и дрожала от легкого холодка (Или нет от холода) в ожидании долгожданной встречи с единственным племянником. Сам Том не знал, как относится к ней. Он много раз слышал от отца, что Роуз — безответственная и весьма инфантильная, что он все равно ее любит, как брат любит сестру… Что же, видимо, парню придется самому решать, как относиться к тети. Том вышел из машины и увидел Роуз: женщина дрожала и укрывала себя серым кардиганом. Кажется, с их последней встречи она была брюнеткой… Но это было пять лет назад, многое изменилось, а сам Том почему-то вспомнил про убийства, которые происходили в интернате, но от посторонних мыслей его вытащил голос Роуз. — Племяш! — Она двинулась к нему в объятия, а Том растеряно стоял на месте. До него едва доходили уловимые запахи алкоголя, из-за чего он начал думать, что дрожь мисс Хеппер вызвана не холодом и даже не нервами. — «Она какая-то дерганая. Неужели, уже выпила?» — В семье Хепперов уже давно известно о пристрастии Роуз к выпивке, поэтому Тому лишь приходилось слушать, что говорят родственники. Сам отец его предупреждал, что Роуз может оказаться конченой пьяницей, но парень так не считал. — Как давно вы прилетели? — Начала Роуз, взяв парня за плечи. Как только она начала говорить, парень убедился, что женщина трезва, а запах алкоголя, видимо, засел надолго в ее одежде. — Этим вечером. — Сухо произнес Том, скрывая от женщины, что они в Лондоне по меньшей мере уже три дня, пока водитель доставал его багаж. — А отец? Он появится? — Роуз пыталась говорить не дрожащим голосом, но у нее не получалось, ведь она вечно пыталась высмотреть, не выйдет ли из машины сейчас Адам Хеппер. — Нет, он на встрече, — Словно запрограммированный робот ответил Том, заметив облегчение на лице Роуз. — Обещал заехать через несколько дней. — Сам Том был не рад этому, ведь это означало, что три дня ему придется провести наедине с тетушкой. Учебный процесс его радовал, как никогда. — Ну что же, тогда прошу. — мисс Хеппер отцепилась от парня, обещая показать ему его комнату на ближайший год. Том молчаливо последовал за ней, осматривая готическое здание «Клиффорда» и радуясь, что еще с детства избегал это место. Была бы его воля — он бы не приехал и сейчас.***
Начало нового года не задалось для Дэниель еще с августа, когда ее мама, Энн Гроссман, рассказала о том, что планирует преподавать в «Клиффорде» на замену учителю истории и английского (Один из которых оказался убийцей, а другого — убили). Дэниель же с первого раза посчитала эту новость плохой затеей, и не потому что боялась за маму, ведь убийца был пойман, а потому что не хотела, чтобы ее жизнь контролировали не только в Лондоне. Сама же Энн относилась к этой идеи, как к одной из гениальных, и, будучи одной из ведущих преподавательниц в Лондонском университете, поверьте, у этой женщины их было немало. — «Я переживаю за тебя. Кто будет защищать тебя, если…» — Постоянно капала на мозги мама, а Дэниель приходилось выслушивать этот «бред». Любое возможное упоминание того, что убийца вернется в последнем учебном году приводило Дэниель в моментальное чувство тревоги, из которого девушка выбиралась все лето, пережив то, что немногие способны. Вот и сейчас, всю дорогу в интернат, Энн, которая аккуратно вела машину, не переставала говорить о важности этого решения, аргументируя всем, что «устала от работы и студентов». Дэниель же не успевала закатывать глаза, обещая себе, что этот год будет весьма «интересным». И под «интересным» девушка имела ввиду огромную стопку книг и семестровые занятия, которые позволят поступить в «университет-мечты». Только не ее. Родителей. — «К черту.» — Подумала Дэниель, доставая из багажника огромную стопку книг и размышляя о том, как круто было бы выкинуть их в соседние кусты или… — «Может, отдать их Джо?» — Девушка вспомнила о своем бывшем парне, который был еще тем «ботаником», и, если раньше девушке это нравилось, то сейчас Джо пугал ее больше, чем любой другой студент «Клиффорда». — «Нет, плохая идея.» — Дэниель снова задумалась, продолжая идти, пока не столкнулась с каким-то учеником. Книги упали с ее рук в тот же момент, как тот самый ученик сделал вид, что ничего не произошло, и ушел. Обернувшись, чтобы проверить, не видит ли это главный «книжный червь» семейства, Дэниель все таки успела взглянуть на парня, с кем толкнулась. На секунду ей показалось, что это был Стив Малькольм. Белые волосы парня блестели на солнечном свету, которое появлялось на долю секунды, а сам он носил спортивную куртку… Но только Стив мертв. — «И покажется же…» — Подумала девушка, вспоминая одноклассника, который первым начал предупреждать ее о Джо, позабыв о лежащих на земле книгах. Дэниель остановилась по середине дороги, вспоминая то, как мучительно было ждать Стива в больничном крыле, не осознавая, что в этот момент парень уже был мертв, как вывести ее из транса удалось какому-то парню. — Эй, у тебя упало. — Он произнес несколько раз до того, как Дэниель вообще поняла, что происходит, озадачившись смертью одноклассника. — Давай помогу, — Парень, облаченный в черный капюшон своей толстовки, начал поднимать книги одну за другой, а Дэниель наконец проснулась. Она не знала его и не видела ни разу в интернате, что заставило ее думать, что он новенький. Хотелось прокричать что-то типа «Беги, беги, пока можешь», но девушка не хотела слыть сумасшедшей. К тому же, незнакомец довольно симпатичный (По крайней мере, то, что смогла разглядеть Дэниель из под капюшона) Дэниель потянулась к одной из книг, но не успела ее поднять. Книга оказалась в руках парня. — «Гордость и Предубеждение»? — Он засмеялся, а Дэниель косо посмотрела на него. — Да, это моей мамы. Она любит эту книгу Джейн Остин. — Парень повернул книгу туда-сюда, осматривая заднюю часть, будто до этого не видел книг. Удивленно вздохнул и произнес то, что заставило Дэниель посмеяться (По крайней мере, у себя в голове). — Не знал, что есть книга. — Парень добавил, что смотрел фильм один раз и то под дулом пистолета, пока мать говорила про какую-то «Джейн Остин», но этой героини так и не появлялось на экране. — Да. Мама ненавидит этот фильм. — Дэниель засмущалась, скрещивая руки, пока незнакомец не отдавал книгу, а Дэниель повернулась к машине, где мать вовсю знакомилась с учителями «Клиффорда». — Знаешь, можешь оставить ее себе. — Парень удивился, а Дэниель посмотрела на мать еще раз, чувствуя неподдельное чувство раздражения. — Ты… уверена? — Парень не ожидал этого, но девушка была тверда в своем решении. — Да. — Незнакомец улыбнулся и положил книгу в свой не менее черный рюкзак, который висел на одном из его плеч и постоянно тряся в разные стороны. — Ну, тогда, спасибо… — Он сделал паузу, потому что так и не узнал имя девушки, а Дэниель поняла, что не представилась. — «Боже, что за манеры. Маме бы не понравилось.» — Мигом исправилась девушка, произнеся свое имя. Парень покачал головой, произнося свое в ответ. — Я — Дрю. — Дрю улыбнулся Дэниель и пошел дальше, трясся своим портфелем, из которого виднелась книга Джейн Остин, в разные стороны.***
За последний год это был первый раз, когда Джастин воспользовался своим мотоциклом от «Харли Дэвидсон». Сперва после неудачной попытки суицида врачи запретили кататься на нем несколько месяцев — ну и, пускай, все равно была зима. Затем после нападения в подвале и лечения от панических атак — на целое лето. И, вот, сейчас он наконец может пользоваться подарком отца, но никакого смысла в этом нет. — «Убийца.» — Продолжал думать Джастин, вспоминая подробности прошлого года. И, если бы он только убил двоих… Но нет, смерть Селены и Арианы также отпечаталась бурной кровью на его руках, отмыть которую он навряд ли сможет. Только искупившись. — «Не хочу в тюрьму…» — Подумал Джастин, вспоминая, что до совершеннолетия его поместят в «Фелтем», где спокойно себе покоился Карл. В редкие жаркие дни лета в Лондоне не было места ни для одного дня, когда Джастин бы не думал о тех людей, которых убил или мог убить. Вспоминая все в деталях, он до сих пор не мог понять, как Карл мог заставить его делать все эти ужасные вещи… Кроме того, что ему было страшно. Каждую секунду, после первого убийства, в прошлом году Джастин провел в страхе. В страхе того, что кто-то узнает его маленький грязный секрет. И такой человек нашелся. Вернее, он всегда был. Только после того, как учителя истории поймали до Джастина начало доходить, что происходило все это время. Его шантажировали, пытались подставить или даже убить. И это все делал мистер Стинман, одновременно уча подростков истории. Теперь Джастин надеятся, что учитель готов похоронить его страшную тайну, а никто другой, находящийся на свободе, об этом даже не догадывается. — Привет, — Джастин испугался. Он спокойно привязывал свой мотоцикл к парковочному месту, как прямо перед ним появился его одноклассник… Джо. Парень странно посмотрел на Джо, не скрывая свое презрение. На самом деле, он не совсем понимал, что подросток здесь делает, ведь они едва знакомы. Может, пару раз перемолвились словечками в восьмом классе, но Джастин плохо помнит. — Привет, — Сухо отрезал Джастин, ожидая, что Джо тут же уйдет и оставит его в покое, но тот оставался. — Классный байк. — Наконец сказал Джо после нескольких минут напряженного молчания. Джастин мысленно закатил глаза, но решил поддержать беседу с одноклассником… В каком-то смысле это сможет отвлечь его от постоянных мыслей… — Да, это… — Джастин не успевает ответить, ведь они одновременно произносят название марки, производящих одни из лучших мотоциклов в мире. — Харли Дэвидсон. — Джастин и забыл, что Джо — всезнайка. Он привязал свой мотоцикл, дожидаясь того, что теперь-то Джо наконец от него отстанет, но тот не подвинулся ни на метр. — «Что ему от меня нужно?» — Джастин нахмурился, стоя напротив Джо. — Я тут подумал… — Джо засунул руки в карманы теплой дубленки, а Джастин вплоть до мельчайшего движения не переставал наблюдать за парнем. — Раз у нас не осталось друзей… — Джо не спешил с мыслью, а Джастин не очень догонял, что он имеет ввиду. — И девушек. — Джо поднял брови, вспоминая, что перед расставанием с Дэниель, та обвиняла его в убийствах. Джастин же отвернулся — его девушка мертва. Причем обе. — Может, нам стоит держаться вместе? —Джастин скривил лицо, медленно догоняя то, что только что сказал Джо. Он хочет дружить?… Пару минут они странно пялились друг на дружку, а Джастин не мог понять что, но что-то в Джо пугало его, продолжая рассматривать его, словно товар в витрине. — «Держаться вместе… Что это вообще значит?» — Только друзей не хватало Джастину. И на что это намекает Джо? Убийцу же поймали! Или он что-то знает? — «Держи друзей близко, а врагов… Бред.» — Джастин не считал Джо своим врагом, ему было все равно на него. К тому же, это их последний год вместе, если только они не поступят на один факультет, но это маловероятно, ведь Джастина не интересовала химия и биология. — Ну, так что? — Словно на бизнес-встрече, терпение Джо знало собственные границы, и, кажется, оно начинало заканчиваться. Парень посмотрел на него, дожидаясь ответа, хотя Джастин и сам начал ощущать, что провел в размышлениях целую вечность… — Знаешь что, Джо. — Джастин уверенно подвинулся ближе к своему однокласснику, а лицо Джо изменилось. Он понял, что договориться с Джастином не так просто, как казалось… — Мне не нужны чертовы друзья тут, понимаешь? — Джастин прошел сквозь парня, не забывая толкнуть его в плечо, а Джо зажал губы. — Ты крупно пожалеешь об этом Джастин. — Джо произнес это тихим голосом, не звуча, как угроза, но Джастин, который недалеко ушел от него, все таки услышал это. — Заставь меня. — Джастин повернулся к нему, понимая, что Джо — обычный эгоист, который заслуживает до конца своих дней быть «изгоем», но ему все равно… Никто не знает его секрет, и некому остановить его в этом году. — «Пожалеешь здесь только ты.» — Подумал Джастин, заходя во внутрь «Клиффорда».***
Из сотни учеников, выходящих из своих машин, она была заметнее всего. Да-да, Барбара Джонсон точно не теряла времени зря, ведь, пока беспощадный маньяк, убивал учеников вокруг, она стала «королевой» 9-го класса «Клиффорда». А теперь, когда начался следующий год, Барбара перешла в 10-ый, надеясь укрепить свои позиции. Ярко-красные волосы девушки перебирались из стороны в стороны на ветру, создавая впечатление, что она в клипе Бейонсе, а сама девушка шагала, будто только что попала в A-лист звезд. Но не стоит забывать, что это не ковровая дорожка, а всего лишь начало обучения в «Клиффорде», но Барбара похоже слишком замечталась… Прямо перед интернатом ее дожидалась ее близкая, но менее популярная, подруга, Клодия Филиппс, и ее парень — Майкл Брайс, который показал триумфальное выступление в прошлом году и стал капитаном «Волков» на замену Лиаму Пейну. Девушка улыбнулась и помахала подруге, снимая с себя очки. К этому времени вокруг Барбары собралось по меньшей мере три или четыре подростка из 10-го класса, которые без особого стеснения следовали за ней. «Барбара, тебе нужна помощь?», «Барбара, может донести твою сумочку» издавалось с разных сторон, но девушка не переставала смеяться, мечтая о рыбке покрупнее. — Мальчики, брысь. — И с первой же команды девушки парни распространились по разные места, продолжая смотреть на нее, пока она не дошла до подруги с парнем. — Не перестаю смеяться. — Они обнялись с Клодией и холодно встретились взглядом с Майклом, прежде чем начать свой путь. — Я не могу поверить, что все смотрят на нас. — Восторженно произнесла Клодия, ведь это было, действительно, так: одноклассники не переставали смотреть на самых популярных ребят и перешептываться на их глазах. — Я знаю. — Покачала головой Барбара, вспоминая через что им пришлось пройти. Еще в прошлом году Барбара и Клодия были в числе непопулярных девушек. Все это время их место в свете прожектора занимали такие ученицы, как Эмма Робертс или Селена Гомес, а появившийся ниоткуда убийца только повысил популярность девушек 10-го класса, постоянно охотясь за ними. Поэтому ни у Барбары, ни у Клодии не было ни малейшего шанса, пока большинство красавиц «Клиффорда» не было убито маньяком. Теперь настало их время сиять, и никто не посмеет это забрать. Это их год. Они были рождены, чтобы быть суперзвездами, а не… — Эй, Барбара выглядишь «ослепительно». — Выкрикнул какой-то парень из толпы, а девушка залилась краской. — Клодия, ты тоже. — Следом выкрикнул другой, заставляя Майкла напрячься, но сделать вид, будто парень не придает этому особого внимания. Клодия с ним, и это навсегда… По крайней мере, до конца года, пока не объявят номинантов на звание «Короля» и «Королевы». — Я слышала в этом году все серьезнее… — Конечно, Клодия имела ввиду тот факт, что теперь «за рулем» Заунгерг. — Даже Эд Ширан будет выступать. — Майкл засмеялся, иногда Клодия смешила его совкими высказываниями, а Барбара продолжила отвечать подруге. — Конечно, они же поймали того убийцу. — На самом деле, под «тем убийцей» девушка даже не знала, кого имела ввиду, ведь их было столько, что все уже запутались и не вникали в подробности. — И не говори, — Удивленно произнесла Клодия, радуясь, что не оказалась в числе жертв маньяка. Подростки зашли внутрь, встречаясь с огромным числом учеников. Барбара все лето ожидала этого момента. Момента, когда все смотрят только на нее. — «Ну, может, еще на Клодию…» — Подумала девушка, прежде чем зайти за подругой и Майклом, которому уже порядком надоели «девчачьи» разговоры. Но тут же девушка столкнулась с реальностью — никто не обратил на них внимания. Толпа учеников состояла в основном из некоторых новеньких и учеников финального класса, обсуждающих то и дело экзамены и поступления. Барбара осмотрела толпу, шагая на своих громких шпильках и поняла, что всем совершенно плевать на нее, ее подругу и платье от Александра Маккуина, вслушиваясь в разговоры. Экзамены… Поступление… Лето… Но никто не говорил об убийце и убийствах. Клодия заметно занервничала, взглянув на подругу, когда те последовали с Майклом вглубь. — Почему никто не смотрит на нас? — Шепотом произнесла светловолосая, хотя из-за гула в главном холле можно было едва что-либо расслышать. — Не знаю… — Барбара закусила губу, скрепя зубами, пытаясь своим видом обратить внимание старшеклассников, но ничего не происходило. Изредка на них глядели остальные, когда подростки пытались занять место, но это было не то, что хотела девушка… Тогда-то она и придумала кое-что… — Подыграй мне… — Она шепнула подруге на ухо то, что нужно было сказать, а та странно на нее посмотрела, произнеся: — Ты уверена? — Барбара мигом проговорила «Да!», а Клодия неуверенно заговорила. — Как думаешь, в этом году будут продолжаться убийства? — Клодия посмотрела по сторонам, многие из подростков, услышав про убийцу, тут же повернулись к ним. — Убийца? — Барбара ехидно улыбнулась, а Клодия, несмотря на то, что отлично отыграла свою строчку, до сих пор неуверенно на все наблюдала. — Ты серьезно, Клодия? — Она сделала акцент на имени девушки, чтобы находящиеся рядом запомнили имя подруги. — Конечно, нет. — Все больше людей поворачивались к двумя девушкам, и, тогда Барбара поняла, что это их единственный шанс. — Наш курс слишком крутой, чтобы его убивать. — Крича изо всех сил, Барбаре удалось сделать это громко, несмотря на шум. Кажется, результат достигнут. В эту же секунду на девушек обратили внимание все ученики, находящиеся в радиусе пяти метров. А, может, и весь зал, ведь шум заметно притих. Старший класс продолжал смотреть за девушкой, ожидая то, что она сделает, а Барбара не могла понять: это то чего она хотела? Девушки неловко переглянулись. Майкла не было рядом, ведь он отошел к своим дружкам из команды. А Барбара больше не могла терпеть эту тишину, либо она — королева, либо — никто. Третьего не дано. — Да, наш год куда круче… — Произнесла она, но остальным было плевать. Плевать на крутость, ведь в том году они потеряли друзей и любимых. — Ты считаешь это как-то связано с крутостью? — Высказала Мишель. В борьбе с убийцей она потеряла самого близкого друга, и Дейв был самым крутым человеком, которого она знала. — Да, Лиам Пейн был самым популярным спортсменом школы. — Выкрикнул кто-то с толпы, поддерживая девушку. — А Селена Гомес? — В беседу включился Джастин, вспоминая возлюбленную. — Была самой доброй и милой девушкой, которую я знал. Барбара краем глаз посмотрела на подругу, пытаясь что-то сказать, но у нее не получилось, ведь в этот момент в зале стало совсем тихо… Все наблюдали за драмой, набирающей обороты. — Ариана Гранде могла организовать праздник из ничего, — Вышла в центр толпы Белла, вставая рядом с Джастином. Еще несколько учеников вспомнили некоторых погибших в прошлом году. — А Луис Томлинсон продавал лучшую травку в интернате. — Зак тут же заткнулся, оставаясь на месте в углу, понимая, что ляпнул лишнего. Барбара тяжело вздохнула, понимая, что настроила против себя всю толпу, а Клодия совсем поникла, вспоминая, что изначально посчитала идею глупой. — Дейв Хасскель в одиночку раскрыл личность убийцы, из-за чего поплатился своей жизнью. — Продолжила Мишель, а остальные посмотрели на нее. — И ты считаешь, что это недостаточно «круто»? — Мишель не хотелось стыдить Барбару, но она не могла позволить того, чтобы ее друга недооценивали так. Барбара хотела ответить что-то колкое, но не успела, ведь наверху послышалось три удара тростью…***
Ни у кого не было сомнений. Это была Заунгерг. Директор аккуратно встала на балкон второго этажа, придерживаясь за перила, а остальные тут же замолчали. В этот момент большинство учеников оказались внутри главного входа, а директор была готова поприветствовать их в первый раз. Барбара посмотрела на Мишель, замолкая, а все остальные повернулись для приветственного слова и начала учебного года. Женщина удержала длительную паузу, наверное, была недовольна тем, что произошло, пока она отсутствовала, ведь теперь она директор. Заунгерг быстрым взглядом осмотрела главный вход, узнав некоторых из наиболее ярких учеников, мысленно улыбаясь, что те присутствуют. На ее лице появилась едва читаемая ехидная улыбка, а хитрые глаза закрывали очки с едва затемненным эффектом, но нельзя было сказать, что Мария не наслаждается этим процессом. — Добро пожаловать. — Наконец произнесла директриса громким голосом. — Я крайне польщена тем, что вы уже нашли общий язык. — Она намекнула на стычку, произошедшую несколько минут назад, продолжая говорить. — Но впредь я не позволю, чтобы вы высказывались о тех, кто погиб в прошлом году, в таком тоне. — Она грозно посмотрела на Барбару, запоминая эту «девицу», а все остальные снова устремили на рыжеволосую свой взгляд. Наверное, девушка уже пожалела о своем высказывании… Хотя… — События прошлого года оказали непоправимый след на каждом из нас. — Заунгерг посмотрела на лица учеников, до сих пор читая в них страх. — Когда казалось, что мы справились с проблемой, появлялась другая. Это была чистая правда. — Но я не хочу, чтобы вы думали, что «Клиффорд» больше не способен защитить вас. — На этом моменте все хотели поспорить, но не могли и выдавить и слово. — Вы, я думаю, все знаете, что временно пост директора интерната занимаю я. — Ученики закатили глаза, хоть мисс Хеппер и была странной, иногда раздражающей, она хотя бы не была такой строгой сукой, как завуч. — И я обещаю вам и вашим родителям, что такое больше не повторится. — Послышался шум со стороны учеников, многие начали перешептываться, ведь это все уже говорила мисс Хеппер в прошлом семестре. Заунгерг едва удалось перекричать недовольных учеников, но те вовремя заткнулись. — Совместно с новым капитаном полиции, Джо Бэлвин, мы разработали строжайшие правила и ужесточили «Ночной Режим» на первые месяца учебы. — Послышался недовольный вопль, но Заунгерг было без разницы, она не хотела потерять это место, как мисс Хеппер. — Полицейские будут продолжать патрулировать коридоры и… — Она не закончила, ведь понадобилось несколько минут, чтобы толпа снова утихла. —, Если вы не убийца, вам не о чем переживать. — Ученики закатили глаза, а Заунгерг довольно перешла к следующей теме разговора. Несколько минут новый директор посвятила финальным экзаменам, напомнив всем, как важно будет сдать их с первого раза зимой, чтобы определиться с поступлением в университет. Ученики слушали эту часть в пол уха, понимая, что их дальнейшее будущее зависит не столько от оценки за экзамен, сколько от кошелька предков. Затем она поприветствовала новеньких: их оказалось не так много в 11-ом классе, чуть больше в 10-ом. Из наиболее ярких ученики отметили для себя племянника мисс Хеппер, которого почему-то не было в числе присутствующих. И КаБланду Йорк, которая приехала из Латинской Америки. Дэниель тут же встретилась взглядом с загадочным Дрю Таггартом, который скрывался в углу. Оставшуюся часть Заунгерг посвятила мероприятиям, которые планируются в этом году. Так ежегодное собрание Тайного Общества Эрни Стинмана заменили на бал-маскарад в связи с тем, что учитель оказался убийцей и напарником Карла. В комитете по организации также перемены: теперь им заправляет Белла Торн, которая была этим не особо довольна, но Заунгерг отметила работу девушки на Выпускном, организованным за несколько часов. В конце своей речи Заунгерг напомнила ученикам о ежегодном ужине в столовой, приноровив остальных не опаздывать, и направила всех по своим комнатам. — Ужин состоится в шесть часов вечера, не забудьте надеть форму и вести себя достойно. Учебный год официально начался! — После этих слов директор удалилась, а толпа учеников собралась по своим делам, совершенно позабыв о недавней выходке Барбары Джонсон.***
— Как тебе? — Роуз восторженно обошла комнату, которая на ближайший год теперь принадлежит Тому, а парень неуверенно зашел внутрь, боясь что-нибудь подцепить. Он обошел комнату взглядом, кидая на большую кровать свой рюкзак, пытаясь сдержать чувство презрения, но тут же ответил на вопрос тети. — Вполне… — Роуз тут же сменилась в лице — ямочки у рта упали вниз, а сама женщина почувствовала себя виноватой. Том присел на кровать, проверив взглядом, словно лазер, чистая ли она и посмотрел в сторону окна, мечтая выпрыгнуть из него и сбежать, но тетя все еще находилось здесь. Парень потянулся к рюкзаку, доставая телефон, а Роуз его тут же остановила. — Нет-нет, никаких телефонов… — Том странно посмотрел на нее, держа в руках новую модель «Айфона», а Роуз стало неловко, ведь она начала звучать, как Заунгерг. Том разочарованно засунул телефон обратно, а Роуз присела на кровать и потянулась к рюкзаку, вытаскивая оттуда телефон. — Хотя знаешь, — Ей хотелось исправить свое положение после неловкого замечания. — Это будет наш маленький секрет. — Она протянула парню его телефон обратно, а Том хотел напомнить ей, что ему не пять, но не успел — Роуз поднялась и поспешила к себе. Парень задумался, понимая, что ей, наверное, тяжело находиться здесь после… После смерти дедушки, хотя, будучи живым Джеймс был еще тем ублюдком… Тому стало жалко женщину — она явно испытывает кризис средних лет. — Тетя, — Окликнул ее парень, а Роуз тут же повернулась, на ее лице читался вопрос «Что?». — Спасибо. — Сказал Том, запуская на телефоне какую-то незамысловатую игру, то ли тв-шоу, а женщина улыбнулась, покачав головой. — Можно просто Роуз, — Она улыбнулась и еще несколько минут постояла в проеме дверей новой комнаты племянника, отчетливо видя в нем некоторые черты от лица брата, а затем удалилась, оставляя Тома наедине. — «Не такая уж она и плохая, как говорил отец.» — Парень со всей силы плюхнулся на пружинистую кровать и тут же об этом пожалел.***
«Они такие смешные… Вернее, за ними так весело наблюдать… То как из года в год они возвращаются сюда, веря что все закончилось…» — Он засмеялся, прекращая монолог в своей голове. — «… Но нет, они ничего не знают… Не знают.» Сделал несколько шагов по комнате, чувствуя прилив возбуждения от того, что он сделает это наконец. Он обязательно сделает это. Только чуть позже. «Я не могу держаться, но мне нужно время. Время, чтобы понять, кто из них виноват… Кто из них посмел… Кто из них должен искупить вину.» — Он погладил себя по подбородку и облизал губы языком. «Ведь не все такие плохие или все же…? Все?» — Было сложно ответить на этот вопрос, ведь для этого требовалось времени, которого было много, но могло не хватить до первого случая… «У них у всех есть грехи… И они все причастны… Безразличие — самое отвратное из чувств. Разве можно пройти мимо человека, которому плохо? Разве можно оставить умирать на дороге животное, которое неудачно переехал? Разве можно…? Можно, раз они смогли.» Он пошагал еще несколько минут, а затем остановился, понимая, что ищет себе оправдания. Неужели, он не должен быть здесь? Неужели, это плохая идея? Неужели, он делает то, что сделали они? Остановился и задумался. Хорошенько задумался прежде чем сделать то, зачем оказался здесь. Он ненавидел их всей душой, ведь это виноваты они… Как он уже говорил, Безразличие… Всему виной безразличие, когда мы думаем, что слишком хороши, чтобы помочь кому-то, кто недостаточно хорош. Это все заставляло закипать его кровь сильнее, а чувствовать себя еще хуже, чем тогда. Держаться было невыносимо, он хотел выйти и убить кого-нибудь уже. Но понимал, что это будет глупо, ведь… Что, если виноваты не все? Что, если он просто псих? И заслуживают ли они… Заслушивают ли они искупления? «Что же, думаю, мы узнаем об этом скоро.» — На лице появляется улыбка, а дверь в комнату открывается. — «Надо снова становиться нормальным.» — Подумал, меняясь в лице. «Искупление. Это то, что им нужно.»Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!