Глава II. Тайная Вечеря
7 июня 2024, 13:00II
Том находился в своей новой комнате и совсем не хотел идти на общий ужин. Кто вообще придумал этот бред? Зачем парню было приезжать сюда? Вопросов было куда больше, чем ответов, а единственный, кто бы мог ответить на них, находился в апартаментах в Лондоне. С момента, как отец спокойным тоном рассказал о смерти дедушки, именитого Джеймса Хеппера, и их приезда Том часто задумывался, почему до сих ничего не чувствует? Нет, он любил дедушку и тот, хоть редко, но баловал его всякими игрушками, а после переезда в Италию арендовал целый Колизей на пятнадцатилетие парня. Но он знал: Джеймс Хеппер — опасный человек. По крайней мере, им был. Том громко вздохнул и закинул маленький шарик над собой, раздумывая о том, как оказался здесь, когда неожиданно зазвонил телефон. Он знал, что это был отец. По крайней мере, не мог проигнорировать его двадцать три пропущенных звонка. — Я пытался тебе дозвониться… — Быстро проговорил Том, приподнимаясь с кровати, но затем плюхнувшись обратно от очередных «отмазок» отца. — Когда я могу уехать отсюда?! — Резко перебил его Том, потому что не видел смысла слушать отца дальше — еще с пяти лет парень привык, что его отец — «очень занятой человек». Поэтому с ним нужно кратко и по делу! Адам Хеппер чуть не поперхнулся сыну в трубку, но сдержался, ведь перед ним стоял один из его давних знакомых по колледжу инвестиций. Том подождал, а затем протяженно заныл, надеясь, что отец сжалится над ним, но тот не унимался. — «Совсем, как дед…» — Мигом подумал парень, но тут же избавился от навязчивых мыслей, слушая очередную лекцию о том, что «в Британии есть дела, которые нужно исправить», хотя какие именно дела с Томом никто не делился. — «Может спросить у тети… Ой, Роуз?» — Быстро исправился парень. За последние часы, которые она провела с ним, Тому показалась Роуз не такой «акулой бизнеса», как отец и дед. Она казалась более человечной… В этот момент старший Хеппер, будто прочитав мысли парня, спросил у парня про Роуз. Том не ожидал этого, но не стал врать о том, что тетя встретила его ужасно, хотя мог, чтобы «слинять» побыстрее с этого места. Напротив, Том начал защищать ее, выставляя в наилучшем свете. — … Кажется, мы поладили. — Парень сел в позу Лотоса, не снимая белые конверсы, пока Адам встревожился. — Ты уверен? Роуз… — Адам не успел договорить, ведь его перебил Том, который знал, что отец скажет все то же самое, что говорил на протяжении последних месяцев со смерти дедушки. — «Безответственная. Несерьезная..» — Перебирал в голове парень, пытаясь угадать, какое слово отец использует сейчас. — Непостоянная. — «Точно, непостоянная.» — Усмехнулся Том. — Пап, Роуз не такая. — Можно было с уверенностью сказать, что лицо мистера Хеппера на противоположной трубке приняло ошарашенный вид после того, как парень назвал тетю по имени, учуяв влияние Роуз, но вовремя остановился, ведь его ждали незаконченные дела! Том не удивился и почти не обиделся, он лишь попрощался с отцом, увидев, что дверь в его комнату приоткрылась. Внутрь зашла Роуз. Наверное, чтобы пойти вместе на ужин… Женщина выглядела обескуражено, что заставило Тома думать, что она, должно быть, слышала разговор. По крайней мере, он был мил к ней… — Я тут проходила мимо и подумала, — По голосу и неуверенной походке парень понял, что женщина тоже не горит желанием идти на вечерний ужин. Что же, ни она одна! — Сегодня намечается ужин. Традиционный. — На уголках ее губ появилась моментальная улыбка, а Том подумал, как, наверное, это унизительно — ужинать совместно со всеми, кто тебя ненавидит. — Да… Насчет ужина. — Том замялся, он не хотел говорить ей, что не собирается идти, просидев весь день у себя в комнате. Парень попинал кровать своими конверсами и наконец сказал… — Я думаю не идти. — На лице Роуз появилась моментальная грусть из-за отказа парня, но затем она сменилась на смирение. Действительно, они с Томом никогда и не были близки. Иногда тетя забывала поздравить племянника с Днём Рождения, хотя Том не держал обиды на нее, но на что она только надеялась? — Да, ты прав. Располагайся. — Произнесла женщина, улыбаясь и направляясь к двери. Как только дверь в комнату закрылась, Том почувствовал себя еще хуже: парень облокотился головой на кровать, ударившись от злобы. Он, мать его, Хеппер! И в такой трудный для его семьи момент он должен быть вместе с ней. Разве это не те «дела», о которых говорил отец? Разве он не должен быть здесь ради фамилии Хепперов?! — «Решено.» — Угрюмо встал Том с кровати, почувствовав, что голова больше не болит. — «Иду на этот чертов вечер!» Парень быстро поднялся с кровати и открыл дверь, надеявшись увидеть тетю Роуз, едва ушедшую далеко, но в коридоре никого не было, а это означало, что парень должен найти ее сам. Как и подобает настоящему Хепперу.***
Зайти в свою комнату было сложнее всего. Прежде, чем повернуть ручку вниз, Мишель задумалась над тем, стоит ли? После того, что произошло, девушка не переставала спрашивать себя этот вопрос, заранее зная ответ. — «Не сдавайся…» — Каждый раз повторяла себе девушка, и это работало! Работало, словно собственная мантра. Когда Мишель открыла дверь в комнату, то почувствовала горячий запах осени, одеколона Элисон и парочку немытых вещей, оставленных самой девушкой. Она не сразу зашла, ведь внутри сжимало какое-то чувство, не позволяющее переступить порог, сося под лопаткой. — «Наверное, не привычно.» — Подумала девушка. И это было так: впервые ей не придется с кем-либо делить комнату. Из-за смертей учеников многие комнаты опустели, а оставшихся учеников заселили в раздельные, надеясь, что хоть это предотвратит случайные убийства или ненависть. Мишель часто вспоминала своих соседок: милую и застенчивую девушку Сару, которая была готова провалиться сквозь землю, лишь бы ее не трогали, и Элисон, скрытную и безжалостную. После того, как Мишель узнала, что девушка причастна к убийствам, поначалу ей было непривычно находиться в своей комнате. Она даже перемолвилась парочкой слов с Заком, который оказался в похожей ситуации. Но на этом все: девушка лишь благодарила, что Элисон не придушила ее подушкой, пока она спала. — Чего стоишь? — Погрузившись в свои мысли, девушка и не заметила, что простояла так несколько минут. Напротив нее стоял Зак, который уже во всю разбирал новые вещи, хаотично валяющие в бумажной коробке. Он подошел к ней ближе и посмотрел из-за ее спины, чтобы убедиться, что в комнате нет ни призраков, ни клоунов… Почему-то это рассмешило Мишель. — Вроде, никого! — Отчитался Зак и пошел по своим делам. Мишель усмехнулась, наконец заходя внутрь. Внутри было еще душнее, чем снаружи. Мишель закашляла от стоячей пыли, но через пару минут привыкла (Благо, можно было открыть окно). Девушка почувствовала, как холодный осенний ветер подул ей в лицо и засмеялась. Ей показалось, будто она в лесу, который находился поблизости. Мишель посмотрела по сторонам, увидев садовника Эда. Мужчина стоял у домика с инструментами и с кем-то разговаривал. Второго человека Мишель не могла увидеть, но ей было все равно. Все знают, что садовник и мухи не обидит, мало ли, с кем он общается. Мишель повернулась и осмотрела свою комнату. На свободной кровати оставалась пара вещей Элисон, в том числе, та самая игрушка, из-за которой все поняли причастность девушки к убийствам. Мишель одарила ее взглядом, стараясь лишний раз не прикасаться к ее вещам. Насколько ей известно, девушка отбывает наказание в тюрьме, но не для несовершеннолетних, ведь она и Эндрю врали о своем возрасте… И, возможно, имени… Мишель повернулась обратно, но садовника уже не было. Наверное, готовится к вечеру… Девушка помахала плечами, понимая, что и ей самой пора. Мишель пододвинулась к своему чемодану и достала оттуда маленькое серое платье. Выглядело оно элегантно. Специально для первого вечера в «Клиффорде» вместе с мамой, Лорен, прошли все торговые центры близь района Кенсингтон, поэтому Мишель была уверена в себе. Она посмотрела на себя в последний раз, собираясь идти на вечер. Внутри было спокойно, она впервые чувствовала себя комфортно и приятно, находясь в «Клиффорде». И ничто: ни воспоминания об убийце, ни приближающиеся экзамены не могли испортить это.***
С момента, как Том попытался найти кабинет директора, то есть бывшего директора, прошло пару минут. Скорее всего, он уже опоздал на этот дурацкий ужин, но, увидев, пару подростков, которые только собирались туда идти, он успокоился. Парень не стал спрашивать у них, где может находиться кабинет мисс Хеппер, ведь пару минут его уже успели послать. — «Идиоты.» — Вздохнул Том, вспоминая школу в Италии и своих друзей. Он ходил по третьему этажу, надеясь, что кабинет Роуз где-то поблизости. Если бы он не был таким кретином — вот о чем думал парень, — ему бы не пришлось еще и выглядеть дебилом, шагающим по интернату, который по праву принадлежит ему. — «Необязательно это показывать.» — Подумал парень, распуская руки и сжимаясь в менее комфортной позе. В голове появились воспоминания, как отец изредка брал его сюда, а он бегал по коридорам и лесу… Да, парню часто приходилось бывать здесь одному, пока отец и дед обсуждали разные «семейные» дела, поэтому Том и удивился в прошлом году, что не он первый, кто обнаружил потайной ход. Хотя, может, оно так и было, просто он не помнит. Воспоминания смутно мелькали в его голове, но даже так найти кабинет тети ему бы не удалось: последний раз он был здесь, пока директором был Джеймс. Том вздохнул и уже решил идти к себе в комнату, согласившись, что он какой-то «не такой» Хеппер, как из угла вышла девушка. Вот, его шанс! — Эй, привет, — Том быстро подошел к ней, а рыжеволосая посмотрела на него с некой предосторожностью. — Ты не знаешь, где кабинет директора. — «Черт. Снова перепутал.» — Сразу подумал парень, заметив изменения в лице девушки. — В смысле, Роуз. Мисс Хеппер. — Том сглотнул, заметно занервничав, назвав тетю по имени, озадачив девушку. — Она моя тетя и я… — Он хотел исправить ситуацию, но, кажется, все поняла. — А, — Она скрестила руки на груди, а Том быстро посмотрел туда и обратно. — Ты тот самый племянник мисс Хеппер. — Рыжеволосая зажмурила глаза, а Том закусил губу. Он знал, что о нем половина интерната говорит, желая «съесть», но не думал, что настолько… — Да, только ты никому об этом не говори… — Наклонился и прошептал парень. Девушка усмехнулась, но по выражению своего лица явно дала понять, что хранить тайну не собирается. Впрочем, Тому без разницы, он все равно не планирует долго здесь задерживаться. — Так покажешь? — Они перестали сверлить друг друга взглядом, когда девушка позвала его пальцем, чтобы он шел за ней. Совсем глупо вышло, когда кабинет Роуз оказался в нескольких шагах. Тогда Том почувствовал себя полным идиотом, но поблагодарил девушку. — Я — Барбара, если что. — Произнесла она, хотя он не спрашивал, собираясь, наверное, на ужин. Красное атласное платье подчеркивало фигуру и, возможно, Тому бы она понравилась, если бы он не спешил. Парень кивнул Барбаре головой, в ту же секунду забывая, как ее зовут, и открыл дверцу. Внутри было громко: было слышно, как двое человек о чем-то смеялись, что заставило Тома усомниться в том, что тетя чувствует себя одиноко. Открывая дверь полностью, он обнаружил не только Роуз, но и не знакомого ранее ему мужчину. — Том! — Роуз быстро выбралась с объятий мужчины и встала с дивана, не ожидав увидеть здесь племянника. Том нахмурился: он знал, что у тети кто-то был, но не мог додуматься, что этот мужчина находится здесь. По тому, что он слышал от отца и бабушки, у Роуз роман с шведским бизнесменом. В этот момент парень почувствовал себя неловко, будто его никто не ждал. Ему стало некомфортно, и он захотел уже было уйти, но Роуз остановила его, представляя светловолосому мужчине. Филипп Нельсон выглядел, словно с обложки. На него можно смотреть с разных углов и удивляться его красотой, несмотря на явные мешки под глазами и морщины на лбу. Светловолосый мужчина выглядел, как Скандинавский Бог. Роуз на его фоне явно проигрывала со своим неаккуратным носом и отсутствием любого спорта в жизни, но, возможно, это то за что Филипп полюбил ее. Так же? Том устремил свой взгляд на ухажера Роуз, а тот резко встал с дивана, подтвердив версию Тома о принадлежности к высшей касте, — его телосложение было божественным. Он потянулся и прошел через Роуз, чтобы пожать парню руку. Не сразу, но Том ответил на его рукопожатие, оставаясь в маленьком шоке. — Филипп, это Том, я много говорила тебе о нем. — Том пропустил это мимо ушей, естественно, она не могла его не упомянуть его, раз они все живут «под одной крышей». — Том, это Филипп, мой… — Роуз смутилась, и парень не мог не заметить этого, а сам Филипп решил превратить неловкую паузу в шутку. — Жених… — Он посмотрел на парня своими призрачно-голубыми глазами, а тот слегка испугался. — Ах, да, а когда было предложение? — Засмеялась Роуз, а Филипп обнял ее сзади, смущая Тома еще сильнее. Они простояли так еще несколько секунд, не переставая улыбаться, когда Том вспомнил, зачем пришел. — «Точно, ужин!» — Он не успел ничего сказать, как тетя спросила его, зачем он пожаловал, испугавшись, что что-то произошло. — … Я… Я… — Начал заикаться Том, отвлекаясь на то, как руки Филиппа жадно хватали Роуз, но все таки продолжил. — Хотел позвать тебя на ужин, тетя. — Замечательно! Разве, нет? — Лицо Роуз засияло, она обернулась на Филиппа, и мужчина опустил губы и показал большой палец парню, отдавая «респект». — Пойдем все вместе! — Загорелась Роуз, но ее тут же быстро остановил Филипп. — Дорогая, раз уж так… — Филипп посмотрел на нее, заговаривая своим чудесным голосом. Только сейчас Том заметил, что у него практически отсутствует акцент, что говорит о том, что он, возможно, родом отсюда. — Я не могу мешать вам с Томом провести вечер… — Он посмотрел на парня, который молчал. — Что ты такое говоришь? — Роуз прикоснулась своей рукой к щеке мужчины, гладя его по легкой щетине, а он закачал головой. — Не-не, не буду вас отвлекать… — Тетя мигом скривила лицо, а Том нахмурился. — Поеду в отель, хорошенько отосплюсь… — То каким мелодичным голосом Филипп говорил, убаюкивало и Тома, и Роуз, которая все таки согласилась, что это может привлечь как можно больше внимания, которое итак Тому было не нужно. Решено: они идут вдвоем. Парень выдохнул, кажется, все складывается так, как и он планировал. По крайней мере, теперь он может гордо носить звание «Хеппера» хотя бы до конца недели… А, что будет потом, неизвестно… Том задумался, поэтому слегка проигнорировал прощание Филиппа, который продолжал держать перед ним руку. — Приятно было познакомиться, мистер Хеппер-младший. — Мужчина пожал руку подростку и удалился, пока Том сладко повторял в голове: «мистер Хеппер-младший».***
— Ты не поверишь, — Запыхаясь, сказала Барбара. Она подбежала к Клодии, чуть не столкнув ее с Майклом, который хоть и твердо стоял, но слегка пошатнулся в сторону. Клодия мигом повернулась, чтобы узнать, чему так удивлена подруга, а Майкл закатил глаза — из всех подруг Клодии Барбара казалось самой мерзкой. И не только из-за недавней выходки, но и из-за ощущения, что все вокруг ей должны. По закону жанра, будучи самым популярным парнем, он должен был встречаться с ней, но, скорее, быстрее бы прибил ее... Или себя. — И что это, Барбара… — Раздраженно промычал спортсмен, а девушка принялась игнорировать его. Признаться, ей Майкл самой не очень нравился, и она не раз отговаривала Клодию встречаться с ним. — «Такие, как он, быстро перестают быть популярными.» — Отчеканила, как-то рыжеволосая на совместном шоппинге с подругой, но Клодия не приняла это близко к сердцу, ведь она любила Майкла… По крайней мере, так считала. — Я только что видела племянника мисс Хеппер. — Она отчеканила каждое слово, стараясь отдышаться, но у нее не получалось. Глаза Клодии были готовы вылезти из орбит, и тут же девушка начала расспрашивать Барбару о том, какой он. Признаться, такая реакция со стороны подружки разозлила Майкла, но он понимал, что об этом парне сейчас говорит весь интернат, хотя никто его толком не видел. Может, Барбара вообще врет… — «Ей не привыкать…» — Подумал Майкл, пропуская важную часть разговора о росте и приятном запахе Хеппера-младшего. Он тяжело вздохнул и попытался нивелировать с толпой, пока они не дойдут до столовой, где собрались уже все. — … Вообще, мне показалось, он довольно застенчивый… — Барбара стала говорить, что они точно «наладили контакт», несмотря на то, что парень в выпускном классе, по ее мнению он перепутал ее ученицей 11-го класса. — … Встречаться с тем, кто на год старше тебя, класс или отстой? — Задумалась рыжеволосая, а подруга даже не знала, что ей ответить. Зато знал Майкл. — Боже, Барбара, — Он закатил глаза и был готов ударить себя по лицу, лишь бы не слышать «бредни» девушки. — Тебе не надоело это обсуждать? — В толпе послышалась парочка смешков, что не понравилось Барбаре, и она просверлила Майкла взглядом. Они зашли внутрь. Действительно, в столовой собралась добрая половина интерната, пока остальные, наверное, думали, что надеть, или сомневались, стоит ли вообще идти. Барбара аккуратно взяла Клодию за руку и прошла чуть подальше, пока Майкл здоровался с теми членами команды «Волков», с которыми не успел увидеться. — Что это ним? Выглядит так, будто не в духе… — Барбара уже хотела сказать подруге, что, наверное, ревнует к Тому, но вспомнила, что имеет на парня собственные планы. — Ты же знаешь, — Тихо ответила Клодия. — Ненавидит все эти «девчачьи» штуки. — Барбара презрительно посмотрела на свои красные ногти, а затем на во всю радовавшегося Майкла. — Как тупо. — Она закатила глаза, пока Клодия молчала. В такие моменты блондинка чувствовала себя ужасно: она понимала, что теряет доверие подруги, но в то же время ей не хочется терять связь с Майклом. Выбирать между любовью и дружбой всегда было тяжело, но сейчас достигло совершенно нового уровня: Клодия на распутье. — Чего задумалась? Пойдем! — Произнесла Барбара, потянув подругу за руку, присаживаясь за свободные места.***
Впервые за несколько лет обучения в «Клиффорде» Дэниель Гроссман не разобрала свои вещи: головой она была совсем в другом месте. Девушка все не могла привыкнуть к присутствию матери, Энн Гроссман. Она посмотрела в зеркало, держа в руках вечернее платье. В голове было много мыслей на этот счет, но одна из них превышала с огромной разницей: она не рада, что мама здесь. И нет. Дэниель любила свою мать. Наверное, поэтому так и считает, ведь в «Клиффорде» до сих пор небезопасно, несмотря на утверждения со стороны полиции. Переживать о себе, когда по интернату гуляет убийца, это одно, а переживать о любимом человеке — другое. И второе было куда невыносимее для девушки. — «Так… Убийцу поймали…» — Дэниель закрыла глаза и начала проговаривать некоторые из слов, которые ей, без сомнений, помогали справиться с накатывающей паникой. — «Его больше нет… Никого не убьют…» — Пока помогало плохо — в голове у девушки вспылывали воспоминания о том дне, когда она застряла в подземелье… — «Темно… Сыро… Еще крысы…» — Дэниель тут же поняла, что пошла не по тому направлению, пытаясь исправиться, но становилось сложнее… — «Арлекин… Удар… Мистер Стинман…» — В ее голове повторялся тот день, когда она узнала, что ее любимый учитель причастен к убийствам, и ее мир никогда не стал прежним. Это был удар, но большим ударом стало предательство со стороны Джо. — «Джо…» — Девушка вспомнила о парне, с которым еще не успела увидеться. Да, расстались они на ужасной ноте… Обвинения в убийствах, травля со стороны Джо каждый раз, когда она проходила по коридору или заходила в класс. Все это девушка просто не могла забыть. А потом в голове появилась ночь, когда они узнали, кто убийца… — Дэниель? — Девушка вздрогнула и резко открыла глаза. В отражении зеркала Дэниель увидела свою мать, которая уже была готова идти на ужин, и, наверное, перед тем, как зайти ждала ее в коридоре. В голове у девушки не укладывалось, как мама зашла без стука, но потом вспомнила, что в состоянии тревоги попусту могла не расслышать. — Прости, я задумалась. — Миссис Гроссман посмотрела на платье, которое ее дочь сжимала в руках со всей силой. — Давай, — Она подтянулась к Дэниель и взяла платье, чтобы прогладить ту часть, которую девушка успела помять. Дэниель же плюхнулась на кровать, демонстрируя свое настроение. — Что-то случилось? — Не отрываясь от платья и от утюга спросила Энн, а Дэниель тяжело вздохнула. Вот, он, момент, когда можно признаться и рассказать обо всем маме. О том, что ее переезд в «Клиффорд» только заставил нервничать девушку еще больше, а также страх из-за возвращения убийцы никуда не исчез… Но почему тогда она молчит? Дэниель встряхнула руками в воздухе, но Энн даже этого не увидела. Объясняться для нее было трудно, да, и что это изменит? Мама не купит билеты обратно до Лондона и не найдет новую работу так быстро. А, если Дэниель все таки хочет поступить, то деньги будут им нужны. Посчитав, что раз ответа не последовало, то с Дэниель все в порядке, Энн подняла блестящее темное платье и взглянула на него снова. — Вот, и все. Все готово. — Она улыбнулась и слегка размазала красную помаду по своей щеке. — Собирайся, дорогая. — Она погладила Дэниель теплой рукой и удалилась. — Будешь самой неотразимой! — «Да, конечно…» — Словно снова превращаясь в марионетку, подумала Дэниель и потянулась к своему платью, от которого до сих пор разило теплом утюга.***
Ужин должен был начаться в восемь часов вечера, и он спешил изо всех сил, чтобы наконец встретиться со всеми. С момента, как мистер Робердс «отдыхал» от «Клиффорда» прошло пять или более месяцев. И он соскучился. Да, безумные ужасы, которые творились здесь на протяжении последнего года здорово подкосили эмоциональное здоровье мужчины. Но он просто не мог сказать «прощай» всем тем ученикам, которые боготворили его за все время работы. Не в этот раз! Оставалось совсем немного до того, как мужчина повернет и заедет через главные ворота, которые были, как всегда, открыты. Александр повернул руль новой машины направо, заворачивая в сторону, узнавая «родные» места. Да, интернат оставил в его сердце особенное место, несмотря на то, что произошло. Изредка он вспоминает, как кровь Одри попадает на его тело, а затем убийца забирает ее куда-то с собой. Когда мужчина узнал о том, кто был главным Арлекином, и о мотиве убийств, он не мог в это поверить. Все время он был обычной приманкой для мисс Фернингтон, которая попала в ловушку. И не винить себя в произошедшем все это время он просто не мог. Но это в прошлом — сейчас Александр Робердс едет на любимую работу и предвкушает начало нового и незабываемого учебного года, слушая какие-то старые песни со своего iPod. Все замечательно! На улице уже было темно, когда он вышел из машины и закрыл дверцу со всей силы, не жалея машину. На лице появилась мимолетная улыбка, которую было трудно скрыть, но никого поблизости не было, чтобы счесть это странным. Хотя… Мистер Робердс поднял голову и увидел на ступеньках у главного входа темный силуэт, оперевший на огромные колонны и явно курящий сигары. Дым легко поднимался вверх, над зданием «Клиффорда», а мистер Робердс нахмурил лоб, не припоминая, никого похожего телосложения. В любом случае, это, может быть, новый учитель или ученики так вымахали… Все же пять месяцев он их не видел, а подростки растут, как бешеные сейчас! Алекс без особого возмущения поднялся по ступенькам и смог увидеть лицо незнакомца. Действительно, такого он еще не видел здесь. Маленькие еле заметные морщины и слегка небритое лицо давали понять, что перед ним не новый ученик, а, скорее всего, новый учитель… Или чей-то родитель. Они встретились взглядами, недоверчиво оглянув друг друга, когда мистер Робердс поздоровался. — Добрый вечер, сэр. — Сказал Александр, держа в руках свой портфель. Если это новый учитель, то к нему стоит относиться с уважением, а, если чей-то родитель, то лишняя любезность только сыграет на лицо интернату. — Добрый вечер, — Мужчина закончил курить, кинул окурок на ступени и потушил огромной ногой, заслужив повторный недоверчивый взгляд мистера Робердса. Он спустился на несколько ступенек вниз, попутно надев на себя легкую кожаную куртку, и поздоровался с мужчиной рукопожатием. — Филипп. Филипп Нельсон. — Это имя было неизвестно Александру, окончательно подтвердив его догадки, насчет учительской должности. — Я так понимаю, вы — Александр Робердс. Мистер Робердс растерялся, хотев уже спросить, откуда его знает мужчина, но Филипп быстро добавил. — Извините, на вашем рюкзаке написано. — Он засмеялся, а мистер Робердс подумал, что получилось довольно глупо, стараясь быстро выбросить это из головы. — К тому же, Роуз много о вас рассказывала… — Филипп облизал губы, а мистер Робердс все больше не мог понять, что происходит. — «Роуз?» — В последний раз он слышал, чтобы кто-то называл так бывшего директора, была мисс Фернингтон. Осмотрев мужчину под желтым освещением фонаря, он уже начал думать, что это ее брат. Но услышав отчетливый акцент, решил, что нет. — Мисс Хеппер? — Несмотря на то, что она больше не его «босс», мистер Робердс, будучи истинным английским джентельменом, не мог назвать учительницу по имени… Только раз. И то они оба пожелали бы позабыть об этом. — Да, она самая. — Филипп засунул руки в карманы джинс и улыбнулся. — «Самый сексуальный учитель Великобритании». — В шутку произнес он, но мистер Робердс ее не оценил, продолжая недовольно смотреть на него. — До скорого, профессор. — Филипп снова улыбнулся, а его акцент сделался еще более заметным для мистера Робердса. Мистер Робердс провел Филиппа взглядом до самой машины, которая, к слову, находилась недалеко от его. Тот снова помахал рукой, а Александр сделал это не слишком уверенно, до сих пор не понимая, какого черта этот мужчина забыл здесь. — «Роуз… Значит, ее какой-нибудь друг или…» — Тут у мистера Робердса все сложилось в голове, и он вспомнил о слухах, которые разводила одна ученица в начале прошлого семестра о новом возлюбленном Роуз Хеппер. — «Что же, не мое дело…» — Он медленно поднялся, продолжая твердо держать сумку со своими инициалами, вспоминая то к чему приводят романы на работе... — «Нет, я же дал себе обещание.»***
Официально ужин должен был начаться в восемь вечера, но, естественно, этого не произошло, как только мистер Робердс появился в столовой часть учеников тут же окружила «любимчика», задавая разные вопросы. В то числе и по физике… Мужчина старался ответить на каждый, но тут же почувствовал усталость после третьего, поэтому извинился, чтобы поздороваться с коллегами. Остальные ходили туда-сюда, здороваясь снова и снова с друг другом, как будто летние каникулы длились не два с половиной месяца, а целый год. Многие не верили, что именно они были удостоены чести выжить до финального класса, не упуская шанс сказать о том, как страдали на протяжении прошлого года. Естественно, не многим такое «кощунство» понравилось, но приходилось помалчивать в тряпочку, ведь отчасти Вечер был посвящен не только погибшем, но и выжившем, хоть в это и отказывались верить. Постепенно в столовой собиралось все больше и больше народа, а это означало, что пришло время сесть по своим местам и начать званый ужин. В этом году новый директор отказалась от концепции «ученики за одним столом, а учителя — за другим», усаживая всех за огромный и длинный общий стол, как в «Тайной Вечере». Это было сделано, чтобы показать равенство между учениками и учителями (Особенно теми, кто достиг финального класса), но во главе стола сидела сама Заунгерг, как бы напоминая, что она здесь главная. Женщина оценила взглядом всех присутствующих, не приступая к объявлению, заметив, что, как минимум, двоих нет. Что не так? Неужели, чита Хепперов не удостоит никого своим обществом? Или все еще скорбят из-за скряги мистера Хеппера? Заунгерг была не права — практически сразу у входа в столовую появились эти двое. И, если мисс Хеппер все итак знали, то Тома осматривал каждый: в такие моменты парень чувствовал себя, словно пришельцем, но понимал, что быть Хеппером — тяжелый путь. Они зашли внутрь, не произнося ни слова, на самом деле, Роуз уже давно смирилась с тем, что потеряла должность директора, поэтому прятать глаза ото всех, не собиралась. Напротив, женщина с гордо поднятой головой зашла внутрь, чувствуя поддержку племянника, который не ожидал, что в «Клиффорде» учатся до сих пор столько учеников. Он быстрым взглядом оценил всех остальных, как и они его, а затем его взгляд остановился на Заунгерг, о которой он мало чего знал, только то, что она люто ненавидела Джеймса Хеппера и даже не скрывала это. — «Что же, наверное, она радуется…» — Подумал Том, заходя внутрь вместе с тетей. Когда ажиотаж перед Хепперами утих, а они сели в крайнем углу стола, Заунгерг потрясла вилкой по стакану, чтобы все внимание перешло к ней. Она сделал так несколько раз, чтобы спортсмены наконец замолчали, одарив их своим фирменным презрительным взглядом, а затем посмотрела по обе стороны от себя: с права от нее сидел мистер Робердс, а рядом — кто-то из учителей. — Когда мы все собрались здесь, хочу объявить, что Вечерний Ужин можно считать открытым. — Послышался гул (По большей части, учителей), а Заунгерг даже улыбнулась, не припоминая подобные овации раньше. — Как вы все знаете, этот ужин я хотела посвятить всем тем, кто погиб от рук убийц в прошлом году… — Стало куда тише, все задумались о ценности жизни и том, сколько боли пришлось им перенести, чтобы сейчас сидеть здесь. — Мы не должны забывать их и надеяться, что подобное никогда не произойдет в стенах «Клиффорда» снова. Дальше она начала говорить о том, что часть каждого убитого живет внутри них, и это то, что стоит сохранить в себе, чтобы остаться человеком до окончания своих дней. Одни почувствовали укол в сторону мистера Хеппера, а другие даже не думали об этом, ведь рядом стоящий пудинг выглядел очень аппетитно. Каждый думал о своем, пока Заунгерг чтила память погибших, но точно все оставались небезразличны к тому, что происходило в прошлом году, и могло произойти снова. — … На этой ноте, мне бы хотелось начать наш Ужин. И помните, мы празднуем, ведь смеемся Смерти в лицо. — Она подняла стакан с шампанским наверх, намекая на то, чтобы все осушили свои и начали ужин.***
— Не могу поверить… Это пир на костях. — Эмма не стала притрагиваться к еде, но от бокала с шампанским не отказалась. На нее посмотрела Мишель, но принялась молчать: последнее время девушка грустная, и это связано с тем, что Гарри здесь нет. И нет, он жив. Правда теперь учится в частной школе для мальчиков недалеко отсюда. Обычно Эмма об этом не говорит, ведь у них и раньше были трудности в отношениях, но после прошлого года девушка думала, что они их преодолели. Теперь же Стайлс охладел, а она во всю занята поступлением в университет… Кажется, им все таки не суждено быть вместе. Единственный человек, который был в этом виноват, Рэйф Стайлс, который настоял на том, чтобы перевести младшего сына в интернат без подорванной репутацией. Что же, кажется, это было не единственной причиной. — Не могу поверить. — Продолжила Эмма, наливая себе все больше и больше шампанского. — Несколько месяцев назад мы сидели здесь с Дейвом. — Услышав имя друга, Мишель почувствовала, как сердце застучало быстрее. Эмма совсем теряла контроль и настроение, но Мишель знала, что та безмерно уважала Дейва и в тайне восхищалась им. — Обсуждали о напарнике Карла… — Она вновь осушила бокал, а Мишель принялась считать, какой это почёту, чтобы если что остановить подругу от казуса. Эмма вздохнула, немного притупив на несколько секунд, чему была рада Мишель: ей не хотелось обсуждать Дейва. Не самое подходящее время. Но на ее несчастье соседи рядом подхватили эту тему. — Да, и из-за этого он – мертв. — Сказал какой-то парень, имя которого Мишель точно не помнила, ведь до объединения он учился в другом классе. — Напрасно было говорить об убийце в его присутствие. Эмма закатила глаза, явно не сдерживаясь, чтобы не влезть в полемику с парнем, но ее одернула Мишель. — Позволь мне. — Тихо произнесла девушка, на что Эмма покачала головой и замолчала, опираясь на стенку стула. — А что мешает тебе говорить об убийце сейчас, когда он пойман? — Уже громче сказала Мишель. Ей не хотелось ни с кем спорить, просто напомнить всем о том, каким смелым был Дейв. Парень заулыбался, поворачивая голову к другим одноклассникам, которые хоть и не присоединялись к разговору, но внимательно слушали. Все равно ничего интересного не происходило. — А кто сказал, что были пойманы все? — Мишель не поняла, что он имеет ввиду, нахмуривая лоб, а парень начал раскладывать некоторые довольно достоверные факты, говорящие за эту теорию. — … Ты серьезно думаешь, что пухляк «Потные Ладошки» убил всех этих людей? — Он засмеялся и глотнул что-то из своего бокала прежде, чем договорить. — Единственное до чего бы он успел добежать — бургер. — Рядом подростки засмеялись, но не девушки. — Все знают, что убийц было несколько. Некоторых могли убить Элисон и Эндрю… — Присоединилась Эмма, немного успокоившись. — Да ладно?! — Не уставал униматься парень. — Разве это не они убивали из-за какой-то долбанной «семейной традиции»? — Аргумент был силен, но Мишель сразу же вспомнила, как Элисон и Эндрю напали на нее со Стивом, которые не имели ничего общего со смертью Клейтонов. — Не забывай, что именно они убили Стива. — Раздраженно процедила Мишель, а парень усмехнулся. — Из-за того, что он был еще тем мудаком… Кто бы не убил Стива?! — Продолжать дальше не было смысла, но парень не собирался прекращать, дополняя свои подозрения о том, что напарник Карла и мисс Холд все еще на свободе. И, возможно, где-то здесь. — ... К тому же, как ты объяснишь то, откуда появилось видео с камер, доказывающее причастность мистера Стинмана в похищении той семьи? — На самом деле, на этот вопрос не было ответа даже у местного отделения полиции, детектива Эванса и копов из Лондона… Сначала детектив предположил, что Коллин Сеттер, журналист, который отправлял эти видео Дейву, восстановил пострадавшие файлы, но тот сказал, что не причастен к этому. После, во неимении никаких доказательств, полицейские решили, что видео было отправлено Дейвом, но с задержкой в несколько недель, на случай, если парень погибнет… В этот бред никто не поверил. Вопрос так и оставался нерешенным, и полицейские клялись, что до сих пор ведут расследование, хотя всем казалось, что уже давно нет. Мишель молчала. Она и сама об этом думала, но гадать было глупо… А верить в то, что призрак Дейва отправил на кнопку «Отправить», рассылая всем контактам, ей не хотелось. — Видишь, — Продолжил одноклассник, собирая на себе все больше и больше чужих взглядов. — Никто не может быть уверен. А я пожить еще хочу. — Девушка задумалась над тем, как алкоголь пробудил в парне смелость, что тот раскрыл свои мысли, но тут же отвлеклась на Заунгерг, которая спешила сделать следующее объявление.***
— Дорогие ученики, — Она снова постучала по стакану, раздражая остальных, но дождалась, пока не станет максимально тихо. — Тише, — Строгим голосом произнесла женщина рядом сидящим подросткам, которые игнорировали ее просьбы, находясь в метре от нее. Когда они заткнулись, она была готова объявить то, что хотела сказать еще давно, но из-за вкуса волнения в перемешку с восторгом продолжала держать в себе, словно монетку на языке. К тому же, не было более идеального времени, чтобы объявить, что со следующей недели в «Клиффорд» приезжает… Психолог! Услышав это, толпа моментально заныла, понимая к чему клонит Заунгерг. Теперь они станут «подопытными кроликами» в ее руках, пока полностью не вылечатся от страха и тревожности. Захотелось выкрикнуть, что это бред, как во времена поста директора Хеппер, но ученики вовремя вспомнили, что перед ними Заунгерг. Когда гул утих (А это продержалось, поверьте, не долго), Заунгерг продолжила говорить, рассказывая все больше и больше подробностей о новой гостье: — Марго Синклер. — Немногие знали, кто это, но те, кто хоть раз слышал о ней, были осведомлены, что Марго — лучший молодой психоаналитик Лондона. — Она проведет с вами несколько недель. — Продолжила Заунгерг, закончив со всеми регалиями, которыми обладала девушка. — Каждый ученик обязан посетить, как минимум, пять тридцатиминутных секций совместно с доктором Синклер. По истечению сеанса Марго даст картину о вашей готовности к плотному учебному процессу. — Грозно произнесла Заунгерг, напомнив всем, что не далеко экзамены. — Не беспокойтесь, она — профи. — Ехидно улыбнулась и села обратно, не принимая никакие возгласы на этот счет. Ученики последовали примеру. — Как думаешь, она секси? — Заметил Зак, пока Зейн поедал куропатку. Зейн чуть не поперхнулся едой, мысленно закатывая глаза: еще несколько месяцев назад Зак крутил тайный роман с учительницей, а теперь раздумывает спать с психологом… Ну, уж нет? — Ты уверен? Помнишь, мисс Фернингтон? — На самом деле, Зейн не знал играет ли в нем чувство ревности или заботы, но он понимал, что это идея запредельно глупа! Впрочем, как и все идеи Зака. — Да, ты прав… — Задумчиво произнес Зак, а Зейн был готов поперхнуться во второй раз, не ожидав, что парень послушает его так быстро. — Со старыми покончено… — Хотел бы Зейн услышать «С женщинами», но хоть какой-то прогресс! Не так ли? — … К тому же, — Зак облокотился на стул и защурил глаза, выискивая кого-то. Зейн нахмурился. — Не тогда, когда в «Клиффорде» появилась горячая мексиканка! — Он начал искать глазами КаБланду, а Зейн хотел поправить его, но не стал. Разве он заслуживает такого? Хотя чего ему еще ожидать, когда безответно влюблен в своего лучшего друга, который перетрахал большую женскую часть интерната… Даже учительницу! — А, вот же, где она. — Кажется, пока Зейн думал о своем, Зак нашел КаБланду: девушка одиноко сидела возле парочки «ботанов» и разочарованно наматывала еду на вилку, наверное, мечтая о буррито. — Как я выгляжу? — Зак облизал ладонь и зачесал волосы назад, двигаясь вплотную к Зейну. — Как всегда, прекрасно… — Устало говорит Зейн, мечтая, коснуться слегка обветренных из-за холодов Лондона губ Зака, на что получает дружеский удар по плечу и последние слова Зака перед тем, как тот уходит. — Спасибо, друг. — «Друг…» — Зейну становится моментально плохо, а еда больше не лезет в рот, но он не может винить Зака за то, что тот просто является собой… По крайней мере, это будет эгоистично, учитывая, что Зак принимает своего друга-гея. — «Эх…» — Зейну остается только мрачно сидеть и надеяться, что КаБланда отошьет Эфрона. И она, будто слышит парня! Как только Зак оказался у места, где расположилась девушка, она одарила его презрительным взглядом, а затем и вовсе игнорируя, как бы намекая, что она не собирается на него вешаться. — Привет, красотка. — Начинает Зак на ломанном испанском, предварительно загуглив несколько фраз в переводчике. КаБланда закатывает глаза и тяжело вздыхает. — Я понимаю английский, идиот. — Она надула пухлые губы и скрестила руки у груди. Зак засмеялся, но не растерялся. — А, знаешь, какой язык понимаю я? — Даже издалека Зейн увидел, как девушка закатывает глаза, хотя, стоп… Он пялится на них? Она поворачивается, давая Заку договорить, но не ожидает от него чего-то умного, будто раскусив парня сразу же, как он появился. — Язык любви. — Зак сомкнул губы, словно пытаясь поцеловать девушку, а она скривила лицо и «случайно» уронила тарелку с салатом ему на брюки. — Ой, а я такая неуклюжая! — Девушка встала из-за стола, пытаясь делать это не так драматично и демонстративно. На самом деле, внимание ее не интересовало, ведь она получала его достаточно еще с детства. — Не переживай, — Зак попробовал двинуться за ней, но ее быстрая походка дала понять, что она не в настроении разговаривать. — Я люблю этот салат. — Зак остановился и облизал соус со своих брюк, а КаБланда лишь закатила глаза. — Что же, она моя… — Растворился в улыбке парень через пару минут, присаживаясь к Зейну. — Да… Да… — Отрешенно кивает головой Зейн, понимая, что КаБланда ни за что не «замутит» с Заком, из-за чего на душе становится легче.***
— Черт, — Произнес Кэмерон, когда заметил, что его вечерняя рубашка была испачкана каким-то незамысловатым десертом. Парень обернулся, чтобы посмотреть, никто ли не наблюдает за случившемся конфузом, но все были заняты поеданием подобных сладостей. — «Фух.» — Облегченно вздохнул парень. С тех времен, когда он стал капитаном команды «Тигров» ему-то и приходится смотреть в оба, ведь любой неосторожный шаг — ты законченный лузер. А, учитывая, что «Тигры» не приносили победы уже несколько лет, так вообще. Он аккуратно встал, придерживая место, где была грязь, и удалился, не переставая проговаривать «Извините» каждый раз, когда протискивал свой спортивный зад через стулья. Но никто не обращал внимания — еще один мяч в корзине побед Кэмерона Уайта. Парень вышел внутрь, заметив, что многим ученикам наскучило сидеть на ужине, поэтому они приняли решение побродить по интернату, собираясь в различные кучки и обсуждая наряды одноклассников. — «В коридоре не так уж светло, никто не заметит пятнышко.» — Подумал Кэмерон, заворачивая в сторону туалета, но сталкивается с кем-то. — Ух, — Испугался парень, убирая руки со своей грязной рубашки «Келвин Кляйн» и вскакивая от неожиданности, хотя перед ним оказывается всего лишь Белла Торн. Его глаза моментально становятся больше, не ожидав увидеть девушку. С Беллой Кэмерона связывали некоторые приятные и не приятные моменты, спорить о том, кто их создавал было бессмысленно, ведь оба постарались! Хоть ему и казалось, что они сошлись, как хорошие знакомые. Белла увидела парня и тоже растерялась. Выглядела она изумительно, впрочем, как и всегда: девушка обладала эффектной фигурой и отменным стилем, за что сейчас поплатилась из-за рассматривающего ее с ног до головы Кэмерона. Хотя, скорее всего, он просто был напуган от такой неожиданности. — Что-то стряслось? — Девушка одарила его заботливым взглядом, напоминая, что они все еще друзья вообще-то! И посмотрела на пятно на его рубашке. — «Черт, заметно.» — На лице Кэмерона появилась смущенная рожица, как будто он в чем-то провинился. — Давай помогу, — Она потянула Кэмерона за руку и повела в женский туалет, из которого только вышла. Парень не стал сопротивляться, ведь и сам понятия не имел, что делать с этим пятном. Благо, никого не было внутри. Кэмерон уже хотел предложить пойти хотя бы в мужской, потому что думал, что там меньше народу, на что Белла косо на него взглянула. Возражений она не принимала, к тому же, «это просто пятно и грязная рубашка». Хотелось и Кэмерону так просто к этому относиться, но, если так говорит сама Белла, то, наверное, это так и есть. Они встали у раковины и пару минут Белла растирала жирное пятно парня теплой водой, а затем проходила феном, который висел на стене рядом. Так прошло пять минут, но пятно не исчезало, а парень начал чувствовать себя еще и мокрым. Белла старательно растирала его рубашку, пытаясь отвлечь Кэмерона, который с каждым движением все больше нервничал, что кто-то зайдет внутрь. — Ну, и как прошли твои летние каникулы? — Кэмерон резко перевел взгляд с двери на Беллу, отвечая на вопрос, а затем из вежливости спросил то же самое. Беседа не клеилась. — Слышала, ты стал новым капитаном «Тигров». — Девушка посмотрела на него взглядом, полным гордости, а Кэмерон даже засмущался. — Да, такое напряжение… — Подумал парень. Наверное, Стив по этому и был таким злым, хотя, он не особо его знал… — Я понимаю, что мы не выиграем, но… — Парень решил поделиться с ней своими переживаниями, ведь раз Белла ему помогает сейчас, она — точно друг. — Так хочется победить?! — Закончила за него девушка, на что Кэмерон улыбнулся, заприметив, насколько Белла красивая. — Да, именно так. — Тихо сказал он, а Белла отошла к фену, подзывая его ближе, что дотянуться. — Чтобы ты знал, я в тебя верю. — Кэмерон нахмурился. Ему хотелось поцеловать Беллу, но это казалось так глупо. Он не мог придти в себя, даже, если Белла говорит об этом из-за вежливости, ему безумно приятно. А, учитывая, интимную обстановку между ними, почему бы не попробовать… А вдруг ей не понравится? Кэмерон мигом передумал, поймав себя, на том, что пододвинулся чуть ближе к Белле. Не хотелось портить такой момент, к тому же, они просто друзья… — Вот, и все. Готово. — Улыбнулась Белла, а парень заметил, что пятно, действительно, стало менее заметным. — Только не благодари… — Белла засмеялась, увидев, как Кэмерон был готов преклониться перед ней, но остановила его. — Нет, поблагодарю. — Поднял взгляд с пятна Кэмерон на девушку, а Белла мигом смутилась. Пару минут они простояли, сверля друг друга взглядами, боясь сделать первый шаг, но, возможно, никто так и не хотел. Время длилось вечно, не так быстро, как девушка избавилась от этого пятна, а Кэмерон уже был готов поцеловать ее. Но резко открывшаяся дверь помешала этому. Из нее показалась какая-то девица, скорее всего, из класса поменьше, она недоверчиво посмотрела на пару и встряхнула руками, намекая, чтобы они вышли. Как только она скрылась в одной из кабин, парень и девушка перестали тупо стоять на месте и присоединились ко всем, кто все еще изволил ужинать, изредка встречаясь взглядами.***
Джастин подошел попить воды из фонтанчика в столовой, собираясь уже наконец уйти с этого дурацкого вечера. Ему совсем не хотелось отпевать тех, кого убили, потому что это напоминало ему о том, что он совершил, но и оказаться среди выживших, ему было неприятно. — «Лучше бы меня убили…» — Подумал парень, опуская голову к фонтану. — «Не пришлось бы это терпеть.» — Дальше поток гнусных мыслей прервался, так как парень наполнил рот водой. Затем снова. Делая какие-то монотонные действия, Джастин мог хотя бы на время позабыть о своем главном страхе, что кто-нибудь узнает о его страшном секрете. Если не знает… — «Джо.» — Он отодвинулся от фонтанчика, стирая с лица капли воды. Встал напротив, посмотрев на всех издалека. — «Этот тип подозрительный. Не стоит ему доверять.» — Он не знал, откуда Джо мог догадаться, да и ломать голову над этим казалось ему глупой затеей, если только он не подслушал их разговор с Арианой в ночь Святого Валентина. — «Как? Прятался в шкафу?.» — Джастин поперхнулся водой от смеха, а затем потянулся, чтобы напиться снова. Глоток. Кажется, все не так уж и плохо. Глоток. И кажется, что жизнь идет своим чередом. Глоток… Стоп, кто-то стоит прямо перед ним. Из-за брызг воды было сложно сказать, кто это, но Джастин, сложив «1+1», сразу же понял, что перед ним Джо. — «Наверное, опять хочет предложить дружить…» — Знал такую «дружбу» Джастин, подписывая договор с самим Дьяволом. — Чего тебе? — Резко оттянулся от фонтана Джастин и взглянул на одноклассника. — Я уже сказал… — Он не успел договорить, ведь улыбка Джо его настораживала… Чего этот парень хочет? — Хотел поздравить с тем, что ты выжил, Джастин. — На лице Джастина появилась гримаса, на которой читалось «Ты издеваешься?», но, оглянувшись, по сторонам, он увидел, что все одноклассники делают то же самое. — Тебе удалось сделать это тяжелее всех… В голове Джастина появилась идея, что это очередная тупая затея Заунгерг, чтобы выжившие поздравили других выживших с тем, что те по счастливым обстоятельствам живы и здоровы. Он нахмуримся, прислушиваясь к чужим разговором, но Джо, в отличии от своих одноклассников, от него не отставал, оставаясь до последнего. — Я имею ввиду, когда тебя похитили… — Джо начал перечислять некоторые вещи, которые происходили с Джастином в прошлом году, но тот его не слушал. Какая разница? Джастин уже не переживал по этому поводу, единственное, о чем он мог переживать было… О, нет, неужели, Джо об этом скажет всем? — Джо, Джо… — Резко перебил его Джастин, выпучивая глаза. На удивление, Джо сразу же заткнулся. — Я… Я… — Джастин взял паузу и решил последовать совету Заунгерг и поздравить одноклассника с тем, что он выжил, пока тот не рассказал все его грязные секреты. — Я хотел бы… — Джастину было сложно сделать вид, что он рад, что Джо жив. На самом деле, он бы предпочел видеть парня мертвым, но он больше не убивает. Никогда. Джо стоял в недоумении, ему явно было приятно, что Джастин захотел поздравить его, но его реакция была странная, будто… Не важно. — Я очень рад, что ты выжил. — Выдавил из себя парень, чуть не выплюнув всю воду, которую пил до этого, а Джо улыбнулся, принимая слова Джастина. Для пущего эффекта Джастин решил притянуться к Джо и обнять его, но сделал это так резко, что парень даже не понял, хочет ли Джастин убить его или обнять. — Я согласен. Согласен быть друзьями. — Прошептал Джастин на ухо Джо с толикой страха в голосе. — Ладно. — Безразлично произнес Джо, на что Джастин похлопал его по спине. На лице Джо красовалась довольная ухмылка, но в глазах читалось что-то типа «Что это на него нашло?», но Джастин знал, что он врет. — Договорились. — Уже громче произнес он, а Джо покачал головой, удаляясь дальше поздравлять одноклассников. Тогда на лице Джастина появилась коварная ухмылка, а он подумал: — «Друзей держи близко, а врагов еще ближе.»***
Дэниель потянулась к еще одной порции, но есть уже не хотелось, как и весь вечер. Она обернулась к столу, увидев, как мать во всю общается с учителями. Кажется, она нашла общий язык с мистером Робердсом, который не особо ладил с учителями обычно. Дэниель вздохнула и добавила в тарелку еще одну порцию салата, стараясь не слушать, как ее мать рассказывает про свою статью об «Алисе в Стране Чудес». Оказывается, мистер Робердс тоже любит детскую сказку. — «Оно-то и было понятно, он же нарядился Шляпником на Хэллоуин.» — Подумала Дэниель. Эти наблюдения и мысли помогали девушке не сойти с ума от осознания, что ее жизнь разрушена из-за убийцы и… мамы. — Не нравится салат? — Девушка не сразу поняла, что это посвящено ей, а, как повернулась, то увидела перед собой… Дрю! Вот, какая неожиданность, Дэниель и забыла, что учится с ним в одной школе. Точно, по крайней мере, парень казался неплохим… Она посмотрела на свою тарелку, на которой было достаточно салата, к которому девушка даже не притрагивалась, и улыбнулась. Дрю тем временем доставал жареные сосиски щипчиками. — Просто… — Она не знала, что и сказать. Объяснять все было слишком сложно, да и времени у них не было. — Вот, попробуй вот это. — Как будто понял, парень положил ей на тарелку одну из сосисок, а Дэниель усмехнулась. — Прости, я — вегетарианка. — Дрю удивленно на ее посмотрел, Дэниель стало некомфортно. — Да? — Переспросил Дрю, не спеша убирать с тарелки девушки блюдо мясного происхождения. — Да, — Дэниель покачала плечами вверх-вниз, держа тарелку в руках. — Мама говорит, так мы можем сократить число убитых животных. — Словно заученную методичку, произнесла девушка. — Какой бред… А что говоришь ты? — Быстро оттяпал Дрю. Ему не хотелось обижать девушку, особенно, если это ее выбор, но он не считал, что от двух людей, отказывающихся от мяса, умрет меньше коров. Дэниель задумалась. Этот вопрос, действительно, выбил ее из колеи. Что думает она? Да, она сама и не знала. Вегетарианство Дэниель практикует с двенадцати, когда, по мнению ее мамы и папы, девушка достаточно нарастила мышечную массу, а обилие белка и витаминов, получаемых из мяса, ей больше не понадобятся. Но, что считала она? Было ли это честно со стороны родителей ограничивать ее? Девушка не знала. — Я… Я… — Дэниель засмущалась. Впервые она не знала, что и ответить на такой простой вопрос. — Я тоже поддерживаю… — Неуверенно начала она, а Дрю кажется все понял. — На держи, — Он положил вторую сосиску ей на тарелку, а Дэниель безумно посмотрела на нее. С одной стороны, сосиска выглядела аппетитно, а сама Дэниель так давно не ела мяса, что уже позабыла, каково оно на вкус. Даже глупая сосиска. С другой же, это, может, быть чей-то маленький ребенок или… Нет, нельзя! — Я не могу. — Тут же начала открещиваться девушка, но парень не понимал, о чем она. — Да? Потому что так сказала мама? — Он усмехнулся, а Дэниель почувствовала обидный укол в свою сторону, будто парень брал ее на «слабо». — «С одной стороны, Дрю прав. Мама слишком сильно контролирует мою жизнь.» — Подумала Дэниель, соглашаясь откусить кусочек от сосиски, даже, если ее потом вырвет. — «Это моя жизнь, и только я…» — Дэниель хотела повторить это вслух, чтобы произвести на Дрю впечатление, но не успела, ведь позади нее появилась мисс Гроссман. — Дорогая, что здесь происходит? — Она нежно взяла Дэниель за спину и посмотрела сначала на нее, а потом на незнакомого ей парня. — Мы с Мистером Робердсом заждались тебя… — Она опешила, когда увидела тарелку Дэниель, точнее, ее содержимое. — Что это, дорогая? Дэниель закусила губу, убирая тут же сосиски обратно, а Дрю скривил лицо… Ее мама здесь преподает? Парень вздохнул, но сделал вид, будто ему без разницы, чтобы не навлечь себе проблем с «училкой». — Это произошло случайно… — Дэниель начала рассказывать, как случайно потянулась за сосиской, подумав, что это… Не придумала. В такие моменты, она чувствовала себя настоящей идиоткой, а это ощущение ей не нравилось, но вдруг вмешался Дрю, который не стал молчать. — Нет, миссис. — Он перебил Дэниель, на что миссис Гроссман впервые его заметила. — Это я виноват. Перепутал тарелки, извините. — Энн посмотрела сначала на парня, а потом на дочь, затем снова, пока не произнесла. — Это правда, дорогая? — Дэниель закивала головой, но миссис Гроссман вновь недоверчиво посмотрела на парня. — Хорошо, — Она взяла Дэниель за плечи и собралась обратно вместе с дочкой. Дэниель обернулась, чтобы тихо поблагодарить Дрю, но получилось сделать это паршиво, поэтому губами она проговорила слово «спасибо», а парень закивал головой, принимая благодарность.***
— Как думаешь, он прав? — Ужин уже закончился, большинство отправилось по своим комнатам, когда Эмма и Мишель стояли прямо перед комнатой первой. Эмма все не унималась, после слов одноклассника всем стало страшно. Что, если он прав, и существует еще один напарник? Кто им может быть? И почему все так запутано? Мишель и не знала, но, вспоминая любовь убийцы к представлениям, радовалась, что сегодня все обошлось. — Не знаю, — В коридоре было темно, и, если до ужина, было не так страшно, то сейчас по телу девушек бежали едва уловимые мурашки. — Все слишком… — Девушка не закончила, ведь за нее продолжила Эмма. — Запутано. — С некой раздражительность продолжила блондинка, а Мишель закивала головой. За последний год все, что происходило в «Клиффорде», можно было описать одним словом. «Запутано» — идеально подходило для этого. — Ладно, я иду спать. — Эмма обняла Мишель, погладив ее по спине, и зашла внутрь комнаты, аргументируя это тем, что вряд ли уснет. Ее соседкой была Белла, которая уже давно находилась внутри и спала, поэтому приход девушки не пробудит ее. Мишель постояла еще пару секунд, задумываясь над словами одноклассника… «Никто не может быть уверен». Даже Мишель уже запуталась в том, кто мог быть причастен к убийствам. Ей казалось, что дальше уже некуда: мисс Холд придумала план, чтобы отомстить интернату, подговорив Карла убивать других, а мистер Стинман был обычной «пешкой» в их руках… Мысль о том, что кто-то еще причастен к хладнокровным убийствам одноклассников заставила Мишель почувствовать себя отвратительно, ей хотелось побыстрее убраться отсюда в свою комнату и проснуться в следующем дне, где нет убийцы. Девушка повернулась, но заметила на другой стороне коридора чью-то тень. Она пару минут простояла так, продолжая смотреть, как тень становится меньше и меньше. Кто это? Наверное, такой же ученик, как и она, который собирается к себе? Но почему-то ноги девушки без каких-либо сомнений поплелись за тенью. Она старалась идти, как можно тише, но из-за шпилек на каблуках это не получалось, поэтому пришлось их снять, а тень становилась еще меньше и меньше, пока Мишель стояла на месте. Освободившись от туфель, она прижала их к груди, но затем надумала использовать, как оружие. К тому моменту, как она подошла к повороту, тень все дальше уходила и уходила, становясь призрачной. Мишель повернула голову в сторону, стараясь не высовываться, но никого не увидела. Кажется, что она не успела. Либо никого не было, а ей просто показалось. Девушка встала на месте и прижала каблуки. — «Я точно видела кого-то.» — Мишель нахмурилась. Не хотелось признавать, что она медленно сходит с ума. Но это мог быть, кто угодно: от учеников до учителей. Тогда к чему такие переживания? Она снова высунула голову, но ничего не изменилось: никого по-прежнему не было. Значит, этот человек зашел в одну из комнат или завернул в сторону… Мишель спокойно вздохнула и решила идти к себе, чтобы отдохнуть. Из занавески на нее продолжал смотреть незнакомец и усмехаться, пока она не завернула за поворот и полностью не раствориласьПока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!