18. Молот и наковальня

У этого порога стоять страшно и стыдно. Только эти чувства теперь поменялись местами. Страх принадлежит не Чонгуку, перед самой собой признать боязно. А вот стыдом отныне владеет Чон. Что он подумает? Что она из-за грядущего брака так открылась? Что поняла, в каком положении оказалась? Да пусть все и сразу думает. Но кулак отчего-то замирает в паре сантиметров от двери. Хочется постучать. Хочется и убежать. Метаться нет времени. Если её застанут у двери - будет в разы хуже. Тэхен не может вечность отвлекать прислугу. И все же не решается. Мазаль делает шаг назад. Только вот как раз в этот момент дверь открывается. Княжна резко поднимает голову и распахивает глаза так, что они начинают слезиться. Снова эта жидкость. -Долго стоять здесь собираешься? - тихо спрашивает Чонгук, а Мазаль хочется а этот же момент прижаться к его груди и отключить голову. Впрочем, голова уже не в рабочем состоянии. Ведьма молчит. Смотрит слёзно и не решается ни на что. Говорить - сложно, убежать - глупо, обнять - опасно. -Звёздочка, - на выдохе обращается Чонгук. Два его широких шага позволяют преодолеть все расстояние между ними. Чон сгребает дрожжащую ведьму в свои руки и спешно уводит внутрь, не забывая дважды провернуть замок. - Кто? -Почему сразу кто-то? - истерически посмеивается девушка. Мазаль понимает, но все равно спрашивает. Чонгуку легче, если есть кого винить и кого наказывать за ее печаль. Так всегда было. С ранних лет. -Просто назови, - шёпотом у самого уха произносит князь. И ведьме хочется рассказать все. Про мать, про то, как отец обидел её, про то, как лишил родителей собственную дочь. Не только родителей, Мазарис лишил её истории. Держал рядом, как дурочку. Истерика накатывает новой мощной волной. Сдержать её все труднее. Плотина терпения и сдержанности даёт трещину. -Не могу, - скулит кудрявая и прижимается щекой к мужской груди. Так спокойнее. Запах Чонгука имеет успокоительный эффект, будто шалфей или валериана. И сейчас окружает её только он. - Прости. Не могу. Остальные слова будто заблокированы, их не получится произнести без слез. От этого Мазаль ощущает себя до мерзкого слабой. Ей не по статусу ни подобные реакции, ни поведение. Но не послать бы к черту этот статус? -Опять будешь кормить завтраками? - слегка посмеивается Чонгук и кладет ладонь на затылок сестры. Осторожные, почти трепетные поглаживания волос помогают снять часть напряжения, но упрямый разум Ангальт возвращает к воспоминаниям матери. - Ты обещала выдавать мне всё дозово, но, видимо, забываешь. Да. Она обещала, но не знает с чего начать и понятия не имеет: насколько безопасно раскрывать такие секреты. Как он отреагирует? Вдруг за два года что-то изменилось. -Я не виню, - продолжает полукровка и крепче прижимает к себе хрупкое тело Мазаль. На данный момент для него нет ничего важнее её состояния. - Расскажешь потом. Как захочешь. Но, пожалуйста, не тяни. Ты же знаешь, что я со всем помогу. Не усложняй себе жизнь. -Знаю, - еле слышно подтверждает Мазаль. Она кривит душой. Насчёт этого не уверенна. Чонгук может непредсказуемо отреагировать. Во вспыльчивости молодой князь не уступает своей взбалмошной сопернице, только она позволяет себе возгораться чаще. -Но все же, - на выдохе произносит мужчина и позволяет себе лёгкую улыбку. Неправильно радоваться в такой ситуации, но Чон буквально счастлив. Она сама пришла, причём за утешением. А это ли не высшая степень доверия? Лёд однозначно тронулся, либо же его и не было вовсе. - Что тебя так напугало, что ты перестала бояться меня? -Очень смешно, - недовольно бубнит княжна и чувствует, как слезы отступают. - Ты по-прежнему самый страшный кошмар, не волнуйся. -У тебя тоже несмешные шутки, Звёздочка, - поддерживает настроение разговора полукровка. - Как я могу быть твоим кошмаром, если люблю тебя? Мазаль захотелось хохотать в голос. Чей-то жених этой ночью признается ей в любви. Чей-то жених, но её мужчина. Ведьма усмехается и меняет положение головы, утыкаясь лбом в выемку между ключицами Чона. Она признает, что в ней, похоже, нет ни грамма женской солидарности, когда дело касается Чонгука. Совестно ли Мазаль? Нет. -Как любишь? Звучит слишком смело и требовательно на фоне общего настроения. Но эгоистке внутри нужна подпитка, дабы перекричать ту чувствительную особу, которая решила разрыдаться. Вместо ответа князь перекладывает обе свои ладони чуть ниже женской талии. Чонгук склоняет голову и упирается своими губами в макушку кареглазой. Он медленно и шумно вздыхает. Его вредная Звёздочка опять его испытывает. Чон бы не просто ответил, он бы показал "как он любит", но Мазаль выбрала не то время. -Пойдём, ляжешь спать, окончательно успокоишься, - уходит от ответа Чонгук. Ангальт недовольно усмехается и больно кусает нижнюю губу. -Не успокоюсь и не лягу, пока не ответишь, - будто капризный ребёнок заявляет девушка. Мужчина хрипло смеётся и, слегка отстраняясь, поднимает за подбородок лицо княжны на себя. Глаза красные, это выбивает из колеи. Хочется срочно найти виновника и предоставить Мазаль не только его извинения, но и крики от боли. Пока он может себе позволить лишь смотреть пристально в блестящие карие глаза и надеяться, что они больше не будут плакать. А ещё Чонгук может дать ответ. Взгляд князя становится жёстче, темнее. Он плотно сжимает губы и хмурится. Неужели эта дьяволица думает, что у него выйдет выразить словами? За другое он явно получит по лицу. -Жадно, Мазаль. Током пробивает. Слишком коротко и точно, прямо как она и хотела. "Жадно," - мысленно повторяет Ангальт. А ведь её чувствам это тоже подходит. Жадно, необъяснимо и безрассудно. Ничего светлого ни в нем, ни в ней нет. Да и откуда взяться? Не та кровь в обоих течёт. -Устраивает ответ? - очертив подушечкой большого пальца нижнюю губу ведьмы, спрашивает Чонгук. -Если он честный, - с придыханием произносит девушка. - Да. -Я тебе когда-то врал? -Пару раз было, - язвительно подмечает Мазаль и злобно стреляет глазками. Чон опять коротко смеётся. О её взгляд уколоться несложно, Гука же это только веселит. - И недоговаривал. -Ты права, - князь сдается без боя. - Но теперь ты спать пойдёшь? Мазаль накрывает своей ладонью, пальцы названного брата, что удерживают её подбородок. Мягким движением, она убирает его руку от себя и хочет сделать шаг назад, но Чонгук не позволяет. Прижимает к себе ближе и переплетает пальцы их рук. Ведьма смотрит завороженно на это переплетение и не верит, что он может быть таким. Точнее, что он помнит, как таким быть. -Мне стало легче, - заверяет Ангальт, считая, что после этого Чонгук её отпустит. -Не ври мне, ты знаешь, что это бесполезно, - с какой-то несвойственной нежностью упрекает Чон. - Стоит тебе выйти за порог, как нахлынет с новой силой. -Предлагаешь остаться? -Говорю, что ты останешься, - утверждает Чонгук. Вот теперь похоже на этого гада. -Такой ты привычнее, - тихо говорит княжна и опускает голову. Чон рассматривает взъерошенные волосы и путается в своих мыслях так же, как запутались кудри кареглазой. Она не протестует открыто и не выражает согласия. А ещё Мазаль стала в разы спокойнее. От неё теперь не улавливается неописуемая горечь, которой наполнилась вся комната с приходом девушки. Осталась лишь тоска и доля сметения. -Словно ты не спала раньше в этой комнате, - припоминает Чонгук. -Ты знаешь, что обстоятельства изменились. -Изменились, - не отрицает мужчина. - Но я тебя не трону. В темноте мелькает сомневающийся взгляд. -Сегодня. Едкая усмешка появляется на лице Мазаль. Она смотрит испытующе и подбирает в голове одну из колкостей. Опять ударить по её излюбленной в последние дни теме? -Может я не этого опасаюсь? - бросает не без вызова Ангальт и кладет обе ладони на плечи Чона. Полукровка одаривает взглядом взглядом обе руки и переводит его прямо на девушку. -А чего же? - щурится Чонгук. -Дурных слухов о моем любим брате, - с наигранным сочувствием говорит Мазаль и невинно хлопает ресницами. Княжна спешит дополнить. - Ему скоро связывать себя узами брака, не хочу, чтобы что-то очернило его в глазах невесты. -Меня ничто не сможет очернить в глазах невесты, - склоняется ближе и произносит прямо в губы полукровка. - Считай, что в эту ночь тебе нечего бояться. Он хотел бы сказать, что желает лишь помочь, что не хочет оставлять одну, но Мазаль в ответ на что-то такое проявит свою фирменную гордость. Откажется. Ведьма оглядывает названного брата с головы до ног. Она и так стёрла за эти минуты все маски и границы. Есть ли смысл пытаться их вернуть? -Прекращай кусаться, Звёздочка, - советует Чонгук. - Поступай так, как действительно хочешь, а я сделаю вид, что этого не было. Наивное "правда?" рвётся наружу, но выходит лишь благодарный взгляд. Мазаль движется ладонями выше, одной рукой она обвивает шею мужчины, а пальцами другой зарывается в черные жёсткие волосы. Чонгук шумно выдыхает и закрывает глаза. Ведьма добивает, утыкается носом в изгиб шеи и будто нарочно опаляет его шею горячим дыханием. -Блять, - вырывается у Чона, а руки сильнее сжимают женскую талию. -Я сплю слева, - ставит свое условие Мазаль. - И между нами лежит подушка. -Первые пару минут - согласен. -Чон, - с претензией тянет Ангальт. -Я сказал, что не трону, но не говорил, что не обниму. ------- Слишком уж довольный и бодрый Чонгук выходит на террасу, где его ожидает бывший князь. Мазарис оборачивается на племянника и приветственно кивает без единой эмоции на лице. Полукровка беззвучно усмехается, как только старший отворачивается, и проходит к креслам. -Доброе утро, дядя, - звонко произносит Чон и, сбросив пиджак на спинку плетенного кресла, опускается в него. - Замечательная погода, неправда ли? -Доброе, - соглашается Мазарис. - Не буду тянуть. Я откладываю оглашение последнего приказа. Чонгук этого ожидал, последние события не могли пройти бесследно. -И что Вас к этому решению привело? - выдавливает из себя вежливость князь. Честно говоря, ему этим утром намного проще играть в паиньку, ведь оно началось с красивого вида. Со спящей умиротворенной Мазаль на его кровати. И забавного взъерошенного Ким Тэхена под дверями. -Не догадываешься? - с некой враждебностью спрашивает Мазарис. - Или вы с сестрой оба решили поиграть на моем терпении? -Позвольте заметить, Вы несправедливо её отвергли и отчитали, - пошёл поперёк младший. - Мазаль проявила свою мудрость, как Вы и просили. Научилась первой идти на примирение. -Чонгук, - прерывает бывший князь. - Не выгораживай её. Ты лишный раз доказываешь, что я принял верное решение. -Вправду? - не сдерживает усмешки Чонгук. Он знает, что и здесь добьётся своего, но любопытство не оставляет. Хочется услышать аргументы дяди. -Ты не видишь проступков Мазаль, - на имени девушки голос Ангальт дрогнул. - Ты защищаешь, когда надо приструнить. -И? - холодно и резко перебивает младший. Чёрные глаза приобретают недобрый блеск. -И как ты собираешься контролировать свою жену, Чонгук? - таким же тоном произносит Мазарис. - В чем тогда смысл вашего союза? -А я говорил, что буду её контролировать? Договор был в другом, - расплывается в издевательской улыбке полукровка. - Я никогда не собирался ограничивать её и, как Вы сказали? Приструнивать. -Ты не понимаешь, мальчик мой, - не скрывая испуга, говорит некогда князь. -Я не мальчик. Как часто это повторять? И ещё, - строго обрывает брюнет. - Мне ничего не стоит расторгнуть нашу сделку. Мазаль и сама согласиться выйти за меня. Без Вашего приказа. Да, это займёт больше времени, но я умею ждать. -Не боишься, что правом последнего приказа я все же воспользуюсь? - отворачивается к пейзажу Мазарис. - Выдам её за другого. -Дядя, не смешите меня, - ни один мускул на лице Чонгука не дрогнул. - Эта трата приказа впустую. Вы это понимаете. Седовласый колдун поджимает губы. Правда на стороне племянника. Если и найдётся смельчак, то долго не проживёт. Слухов среди знати хватает и о нездоровой опеке со стороны Чона, и о несладком характере Мазаль. Молодой князь встаёт с места и накидывает пиджак на плечи. Он с десяток секунд молча смотрит туда же, куда и старший, а после разворачивается всем телом к собеседнику. -Вы слишком сильно любите жизнь, дядюшка, а помочь Вам ее сохранить могу только я. В голосе Чонгука не найти угрозу, он источает её на более тонком, невидимом уровне. И угроза эта настолько велика, что неловко становится даже Мазарису - бывшему князю Тёмных в собственном доме. -Жду оглашение сегодня на ужине, приближенным семьям сообщим следующим утром, остальные узнают после ритуалов, - чеканит инструкцию Чон. Ангальт не выдерживает прямой зрительный глаза. Он принимает поражение и отводит взгляд в сторону, но гордый высокомерный вид сохраняет. Эти полукровки сведут его в могилу. Чонгук самодовольно улыбается. Утро воистину замечательное. -Доброго Вам дня, дядюшка. Мазарис смотрит в спину преемнику. Мужчина не понимает: как оказался в таком положении. Где свернул не туда? На каком моменте неплохой план стал совсем зыбким? Его проклятье могли бы помочь снять двое. Мазаль и Чонгук. Поняв это, дальнозоркий князь выбрал парочку главными наследниками. У него даже был выбор. В один момент, два года назад, когда наследница затаила обиду, выбор пропал. Остался лишь Чонгук, рисковать было нельзя. Пришлось открыть часть тайны о своём проклятии и заключить сделку. -Как занятно, - сам себе говорит Мазарис. - Незавидное положение. Те, кто должны были стать его поддержкой, оказались двумя огнями. И если требования племянника предельно ясны, то интересы княжны скрыты плотным туманом. ------- Под цепким вниманием Тэхена, Мазаль маленьким карманным ножом вскрывает бледно-желтый конверт. Как же она рада письму графини, оно спасает от бесконечных упрёков Кима. -Что пишет? - скучающе подперев кулаком щеку, интересуется Мин. -Тебе это сейчас интересно?! - задыхается в возмущении Тэхен. - А не интересно: какого хуя она нас не щадит?! Совсем не думает о слабом сердце лучшего друга... -У меня не слабое сердце, - шепелявит Юнги и ждёт взрыва со стороны младшего. -Я тут лучший! -Ага, - со смертельной дозой сарказма соглашается блондин и снова переводит взгляд на подругу. - У графини все в порядке? -Она очень мило зашифровала суть, - читая письмо, отвечает Мазаль. - Пишет, что счастлива увидеться, но её волнует состояние дочери. Якобы младшая Трубецкая совсем чахнет. -И её матушка, конечно же, якобы понятия не имеет отчего? - подключается Тэхен, у которого активировался режим сплетницы. - Мило. -Люблю эту женщину, - признается Ангальт. -А ещё любишь пропадать на всю ночь в комнате князя, - обвиняет Ким. - Я переживал! -Я тоже, - поднимает руку колдун. - Могла предупредить. -Вышло спонтанно. -И очень странно, - тянет граф и начинает подкрадываться к княжне с кошачьей грацией, точь-в-точь как у его питомца. - Ты же так его избегала. -Все меняется, Тэ, - пряча взгляд в письме, отвечает Мазаль. - Раньше он был мне ближе всех. Напомню. -Я не осуждаю, если ты успела об этом подумать, - граф поднимает вверх руки. - Скорее любопытничаю. Мне радоваться воссоединению семейки? -Ким, ещё недавно ты бросался в нового княза не самыми культурными выражениями, - напоминает друг. -Но я же за спиной! - оборачивается и восклицает брюнет. Он закатывает глаза и громко цокает языком. -К слову, адресат твоих не самых культурных выражений, утром разрешил оставить вас ещё на ночь, - будто между делом сообщает кареглазая ведьма. -Говоришь о нас, как о бездомных котах, - слегка возмущается Юнги. -Мин, не тебе говорить, ты действительно похож на кота, - Ангальт наконец убирает свой щит в виде письма. -На британского, - дополняет Ким с важным видом. -Вылитый, - соглашается Мазаль. -Круто придумали, но, - вздыхает блондин. - С каких радостей твой братец такой щедрый? -Не хочет, чтобы я грустила, - наигранно улыбается княжна. -Уверена, что дело только в этом? - сеит сомнения Мин. И княжне кажется, что делает это он не зря. Все не может быть настолько прозрачно. -Всего-то передаю слова Чонгука, - пожимает плечами Мазаль. - Не хочу ничего додумывать. У меня есть дела куда занимательнее. -Например? - выгибает бровь Тэхен. Он скрещивает руки на груди и будто сканирует взглядом младшую из троицы. -Довести папеньку до безумия, узнать все подробности, выяснить причину смерти матери, - начинает загибать пальцы Ангальт. - Выполнить обещания, данные знати. Ах, да! Восстановить мою систему птичек. -Ничего не забыла? - не удивляясь азарту и амбициям подруги, спрашивает Мин. -Забыла, - кивает ведьма. - Сорвать одну свадьбу. -Чего? - кривится Тэхен и переглядывается с Юнги, который удивлён не меньше. -Остановимся пока на папеньке. -Нет, Аля, остановимся на свадьбе, - перечит граф Ким. - Чья она? -Чонгука, - слишком быстро проговаривает Мазаль и отводит глаза. -Что за бред? - хмыкает блондин и, широко раставив руки в стороны, падает на кровать подруги. - Сплетни бы уже распространились. Если не знает ваша прислуга, то явно просочилось бы от семьи, с которой есть договорённость. Мазаль будто окатывает ледяной водой. Тишина действительно кажется нелогичной. Мозг срочно начинает искать оправдания. -Так, - выставляет ладонь вперёд Мазаль. - После ситуации с госпожой Чон положение остаётся неспокойным. Во избежание лишних угроз личность могут держать в строгом секрете. Ангальт про себя подмечает, что прятать могут ещё и лично от неё. Знай она заранее: кого собираются протащить в их семью, запугала бы беднягу до смерти. -Либо, - заговорчески тянет Тэхен с слишком уж серьёзным выражением лица. Мазаль уже не нравится то, что она услышит. - Невеста ближе, чем мы думаем. -Ага, или кто-то напиздел про свадьбу, - закатывает глаза Юнги. - Тебе бы только теории строить, Ким. -Завались, любезно тебя прошу, - сквозь зубы цедит младший и переводит взгляд на Ангальт. - Что у вас по внутрисемейным бракам? -Инцеста никогда не было. -Но? - подталкивает Тэхен. -Но в ситуациях, когда не было кровного родства - случалось, - хмуро отвечает девушка. - К чему ты клонишь? -Как у вас по кровным связям среди четвёрки? - продолжил расспрос граф. -Блять, Тэхен... -Просто ответь. -Отец Намджуна был братом матери Чонгука, - на одном дыхании произносит Мазаль. - Со мной и с Шан их ничего не связывает. В памяти проблескивает фраза Чонгука. С этой ночи. Его ничего не очернит в глазах невесты? Кто тогда эта невеста, если он был серьёзен? -Шан? - Ангальт сводит брови к переносице. -Ты тупая? - не выдерживает Тэхен и всплескивает руками. -Она тупая, - подтверждает Юнги, поднимая руку. Он бы и сам поднялся, но постель слишком мягкая. -Это не могу быть я, - резко чеканит княжна. -Почему? - ухмыляется брюнет и оборачивается на развалившегося довольного друга. - Слышал? У неё окончательно с головой стало плохо. -Сука. Не издевайтесь, - шипит Мазаль. - Если бы это была я, то Чон бы первым делом сказал мне. -А может он тебя сюрпризом хочет окольцевать? - предполагает колдун. Тэхен несколько раз утвердительно кивает. Мазаль отрицательно машет головой. -Нет, не в его стиле. Ему бы особое наслаждение принес процесс маринования. -Звучишь почти убедительно, - соглашается Ким. - Но мысль не теряй. -Тебе тоже мои переживания удовольствие приносят? - искренне не понимает Мазаль. - Юнгеш, угомони его. -Но я согласен с мелким, мысль верная, - лениво тянет старший. -Ничерта она не верная. Но сомнения все же закрадываются. Появляется все больше аргументов "за" догадки Тэхена. 1. Чонгук не мог смиренно пойти на поводу дяди, если, конечно, не было серьёзных доводов со стороны старшего. 2. Серьёзные доводы не получается придумать. 3. Чон всегда добивается своего, а своей он считает Мазаль, брак бы сильно ему помешал 4. Он мог промолчать дабы не спугнуть. -О чем задумалась? - вырывает из мыслей Юнги. "О том, что надеяться зря не хочется," - думает княжна и осознает. - "Надеяться?!" Ни о каких надеждах и речи идти не может. Чонгуку в любом случае придётся столкнуться с её гневом. -Что надеть сегодня на ужин? ------- Мазаль смотрит на жёлтые розы, что стоят прямо перед ней, и не может изменить свое выражение лица. Их поставили по всей длине стола, в общей сумме вышло шесть ваз. Шесть ваз нелюбимых жёлтых роз Мазаль. Княжна переводит взгляд на невозмутимого Чонгука, что отныне сидит во главе стола. Мужчина спокойно нарезает стейк и даже не смотрит на неё. -Это шутка какая-то?! Чон поднимает голову и выпрямляется. Взгляд чёрных глаз врезается в ведьму, что сидит слева от него и не стесняется его рассматривать. -Хочешь чтобы принесли жасмины? -Хочу, чтобы убрали их. -Тэхен, - обращается Шан, нарушая тишину. - Почему в этот раз ты не взял тигра? -Бэк не любит автомобили, - мгновенно улыбается Ким. -Шан, не говори, что тебе понравился этот шерстяной тиран, - жалостливо просит Юнги. -Очень милый котик, - возражает рыжеволосая. - И достаточно миролюбивый. -Шан, он был сыт, - присоединяется к беседе Намджун. Мазаль осторожно обводит взглядом присутствующим. Самый старший притих. Ведьма кусает внутреннюю сторону щеки, только бы не улыбнуться. Старик выглядит так, словно килограмм лимонов за раз съел. -Можешь не убирать розы. Один плюс в виде понурого папеньки скрасил её недовольство выбором цветов. -Дядюшка, наша беседа тебя не утомляет? - милейшим голоском чуть ли не лепещет Ангальт. -Нисколько, девочка моя, - при гостях Мазарис сохраняет прежнюю манеру общения. -Прошу прощения, - прокашлялся Тэхен. Глаза графа блестят игривостью, но вниманием княжны завладевает другой блеск, тот, что от аметиста на его кольце. После ужина Мазаль обязательно отругает Кима за то, что он надел кольцо на это сборище. Вдруг Чон что-то почувствует? -На самом деле я рад, что сегодня на нашем семейном вечере собрались наши друзья, - поднимая бокал, произносит Ангальт старший. Кареглазую перекосило. "Наши друзья?!", - возмущённо и ревностно подмечает княжна. Это её друзья. Исключительно её. И, возможно, Шан. -Я хотел бы в первую очередь сообщить самым близким, - племянники в сметении переглядываются. Дядя подбирает слова, и подбирает он их скверно. Совершенно ему несвойственно. Непоколебим лишь Чонгук. Он словно совершенно не заинтересован в том, что происходит, его вниманием владеет отлично прожаренная говядина. Мазаль с прищуром косится в сторону братца. -Он огласит приказ? -Умница, Звёздочка. -Пришло время воспользоваться правом на последний приказ. -И тебе он известен? -Слушай, не отвлекайся. -Т-так неожиданно, - мнется Ли и откладывает приборы в стороны. У отвергнутой наследницы ёкает сердце. Какое-то странное предчувствие. -Красавица моя, раньше уходящий князь отдавал последний приказ в день передачи полномочий, - мягко напоминает Мазарис и дарит младшей племяннице сдержанную полуулыбку. -Отважусь предположить, что дело в специфике смены в последние года, - говорит Ангальт так, словно фраза не имеет кровавый оттенок. Ведьме хотелось бы прямо повторить историю последних поколений их семьи, но тема вовсе не застольная. Бывший князь недовольно и мимолетно смотрит на Мазаль. -Что-то не так? - ловит этот взгляд брюнетка. Он так и не может на неё смотреть. Девушке становится все любопытнее. Отчего образ ее матери вгоняет его в такое состояние? - Всего-то нахожу ироничным, что последний приказ действительно оказывался последним. -Дядюшка, - вклинивается Намджун во избежание очередного недопонимания. - С чем связан Ваш приказ? -С союзом, - Мазарис обращает все свое внимание на Кима, ему самому так проще. От покойной женщины его дочь отличают лишь три родинки, но их ещё надо постараться разглядеть. Двое гостей напрягаются. Шутить в комнате - одно, а слышать все больше намёков на правоту шуток - другое. -Моя последняя воля, - Ангальт делает ударение на второе слово и слегка поворачивает голову в сторону Мазаль. - Заключается в том, что двое моих наследников должны заключить брак. "Пиздец," - пролетает в мыслях ведьмы, а затем все звуки исчезают. Она смотрит сначала на Юнги, а затем на Тэхена и понимает, что над ними витает такое же слово. -Я буду спокоен за нашу семью и будущее лишь в том случае, если вы, Чонгук и Мазаль, будете идти рука об руку, - завершает свое слово Мазарис. Чонгук наконец отвлекается от ужина и поднимает взгляд на присутствующих. Его ладонь без колебаний накрывает ладонь Мазаль, что лежит недалеко от него. -Ты такая холодная. -Подожги, согреюсь. Губы слиплись, она не может ничего сказать. Даже почувствовать не может. Неожиданно? И да, и нет. Хочется метать и рвать? Нет. Протестовать? Может быть, только глупо. Она обещала убить невесту Чона, а теперь вдруг стала ею. "Самоубийство?" - нервно посмеивается ведьма. -Не можем противиться, дядюшка, - кивает Чонгук. Тэхен без всякого намёка на манеры давится вином. Выглядит слишком очевидно: они в сговоре. -Прикольно, - наконец выдаёт Мазаль. -Девочка моя, оставь этот лексикон для дружеских встреч, - с лживой нежностью просит бывший князь. -Прости, что оскорбляю тебя своей простой, дядюшка, - последнее слово кареглазая буквально выплевывает. - Но не думаешь, что я имею право не заморачиваться с выбором выражений? Все же без меня меня замуж выдали. -Ещё не выдали, - с задумчивым видом подмечает Намджун. -Спасибо, Джун, утешение слабое, - спешно проговаривает девушка и оглядывается на довольного расслабленного Чона. Князь сильнее сжимает ладонь Мазаль, за этим следит любопытный кот в лице Тэхена. -Ты почему меня за дуру держал? -Убеждался кое в чём. -Сука ты. Все смолкли. Юнги заметил, как Шан начала нервно перебирать складки на своей юбке. Младшей из сестёр как минимум неловко в сложившейся ситуации, Мин легко и почти незаметно толкает её плечом в знак поддержки. Рыжеволосая украдкой смотрит на друга сестры и с улыбкой кивает, заверяя, что в порядке. -Поздравления нужны или... Дерзость Ким Тэхена Чонгука только смешит, причём искренне. -О, Тэ, давай уже в комплекте со свадебным подарком, - подливает масло в огонь Мазаль. -Список желаемых отправь в кратчайшие сроки, - продолжает граф. -Мне тоже, - поддерживает блондин. -Список и вправду лучше составить в ближайшее время, - подтверждает Чонгук и поднимает ладонь Мазаль к своим губам. - Мы ведь не будем тянуть с исполнением воли нашего бывшего князя? Полукровка неотрывно смотрит исподлобья и оставляет лёгкий поцелуй на костяшках пальцев настороженной княжны. Мазаль ухмыляется. Он ещё ее не переиграл. Она выжмет всю выгоду. А для этого необходимо сыграть смирение. -Если того желает нынешний.