Глава 3. Розалия

      После случившегося, Роза со всех ног забежала в свою комнату. Как назло, дверь заскрипела, даже если легонько её запираешь. Девочка прислонилась спиной к двери и начала вертеть головой. В мыслях только то, как можно исправить ситуацию. И в голову пришла идея, а что, если…       Она подошла к своей кровати и взяла в руки подушки, сделав вмятины, будто она на них лежала, затем растрясла покрывало. Достала книги из полок на стене, раскрыла их на столе, будто она их читала. Блокнот и гусиное перо — решила, что «делала» заметки. Бросила свою маленькую сумочку на пол, сделав вид, что так и должно быть. И так каждое её действие следовало к тому, что вскоре в комнате воцарился беспорядок.       А ведь в мыслях, пока она творила «творческий» беспорядок, крутилось одно и то же: почему её семейка заговорила о таких вещах, о которых она не знала. Почему её мама боится чего-то? Что за секреты скрывает бабушка? О чем говорил отец, что за «тщательная проверка» и «детектор». Кто такие важные гости, которые скоро приедут в деревню? Столько вопросов, а так мало ответов.       Но больше всего запомнилась та мелодия, которую девочка расслышала за стеной кухни. Она была такой нежной, и слышались даже некие искорки. Это было волшебство, вызванное мамой? Если так судить, по словам отца.       «Моя мама — волшебница или это обычная мелодия?» подумала про себя девочка и прикусила большой палец. Погрузившись в свои мысли, Роза сама хотела послушать эту мелодию ещё раз и увидеть собственными глазами. Подтвердить тот факт, что ей это не послышалось. Спросить? Нет, её тут же спалят. А повторить этот любопытный эксперимент вряд ли получится. Родители ведь придумают отмазку и постараются меньше обсуждать свои тайные дела.       Даже если это ошибочное заявление по поводу волшебства, но все равно, девочка была счастлива. Она бы прыгала и скакала по комнате, пока не вспомнила, что в комнату могут зайти в любое время.       Да, она очнулась вовремя, за дверью слышались шаги, как кто-то поднимается по ступенькам. Роза набрала воздух в груди и села на кровать, взяв в руки любую попавшуюся книгу со стола.       Ей нужно собраться с мыслями и сделать вид, что всего этого недоразумения не было. Не было того косяка, который она совершила зацепившись локтем об вазу, а ваза об зеркало. Ах, её неуклюжесть не дает о себе забывать.       Сердце забилось ещё сильнее, а дыхание участилось. Роза пристально смотрела на дверь, в ожидании серьезного разговора. Ей становилось страшно не от самого разговора, не от того, кто к ней зайдет, а от самого напряженного момента.       Чтобы чуть успокоиться, девочка решила открыть книгу, но все также не отрывая взгляд от двери.       Послышался стук. Затаив дыхание и выпучив глаза, она просчитала про себя пару секунд и воскликнула:       — Входите!       Дверь отварилась и в комнату зашла мама.       Ох, нет, только не она. Роза догадывалась, что к ней зайдет мама, никак не бабушка или отец. Ей придется держаться изо всех сил, чтобы не попасться с поличным. С ней будет серьезный разговор. Но по выражению лица мамы не скажешь, что она настроена «ругаться», а скорее наоборот, сама напряжена от обстановки.       Она тихонько, словно на цыпочках, подошла к краю кровати и села. Между ними было небольшое расстояние. Роза не отрывала взгляд от мамы, а та тем временем находилась в недоумении, от чего её дочь так смотрит.       Девочка услышала глубокие вздохи матери и услышала следующее:       — Интересно читать книгу вверх ногами?       Она осторожно взглянула на книгу. А ведь и правда. Перед ней красовались картинки с крыльями бабочек и к ним подробное описание вверх тормашками. Девочке оставалось придумать к этому объяснение, чтобы не засветиться своим маленьким любопытством:       — Мне захотелось внимательно рассмотреть крылья бабочек, и я загляделась…       — Я помню то, что ты никогда не открывала эту книгу, — заявила мама. — и, между прочим, эту книжку дарила бабушка. Ты ведь не интересовалась насекомыми.       В голове девочки промелькнули кусочки воспоминаний, как ей на день рождения вручала эту книгу бабушка. С того момента, да, мама не даст соврать, никогда не открывала её. Потому что девочке это было неинтересно. И теперь она понимает, что попала в серьезный тупик и надо из него как-то вырываться.       Глаза Розы пробежались по комнате, и её взгляд упал на сумку, валяющуюся на полу. А там ведь найденные новые цветки… Бинго, придумала!       — Сегодня я нашла необычный на вид цветок. Он такой хрупкий, маленький совсем. — девочка начала указывать пальцами, какого размера цветочек, — И бабушке пообещала, что распишу о нем немного. Также решила рассмотреть насекомых, которые любят опылять эти цветы. Так вышло, что я загляделась на узоры бабочек.       «Да, Роза, так держать!» — подбадривала себя девочка в мыслях. Её плечи чуть расслабились, и она могла спокойно дышать.       Мама мило улыбнулась. Она приблизилась к дочери, взяла из рук книгу и обратно положила на стол. Затем её руки нежно обхватили тело девочки, обняв её.       Затем наступило глубокое молчание. Теплые лучи закатного солнца доходили до окна и освещали всю комнату, согревали спину девочки и силуэт матери. Такой приятный, трогательный момент, который хочется запомнить на всю жизнь. А ведь все переживания и волнения в душе Розы вдруг улетучились, и тихо билось её сердце.       Рука матери поглаживала локоны волос девочки.       — Я рада, что ты занимаешься такими маленькими исследованиями. Находишь что-то необычное. — она оглядела свою дочурку с ног до головы, а затем продолжила — Не покажешь мне свой росток?       Девочка кивнула и подбежала к сумочке. Вытащив аккуратно малюсенький росточек, она поднесла его в руки матери. Та начала внимательно разглядывать такую находку.       — А ведь и правда, очень хрупкое растение. Оно ещё такое маленькое. У тебя глаз-алмаз!       — Я думаю, что с такими цветами, твои создаваемые букеты ещё в десять раз будут выглядеть лучше. — подметила Роза.       — Знаешь, я ведь об этом тоже подумала. — хихикнула мама. — Такие декоративные цветы точно впишутся к хризантемам.       — Или же к орхидеям-обезьянам.       Мама рассмеялась.       — Ты знаешь толк в выборе цветов, дочь.       — Ну так, ты всегда говорила что мы — настоящая команда. — подмигнула Розалия.       Девочка присоединилась к матери и сама начала смеяться. Ей в голову и мысль не приходила, что будет какой-то допрос о прослушке. Ей хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно.       — Хочу сказать то, что я счастлива, ведь у меня такая замечательная дочь как ты, Роза. И я всегда горжусь тем, что ты изучаешь травы, что-то исследуешь, пишешь различные заметки. Бабушка тебя всему этому научила?       Роза на секунду задумалась. А ведь точно, она начала этим интересоваться благодаря бабушке, которая вечно варила мази из различных трав. Обычная находка одуванчика, когда пригодилась помощь бабушке, превратилась в любимое занятие. Мама с отцом тоже не оставались в стороне и всячески подталкивали к находкам и расследованию местности.       — Не только бабушка меня этому научила, ведь ещё вы с папой. Ты у меня всегда просила помощь найти какой-нибудь цветок к оформлению букетов. А папа — к открытиям новой местности. Благодаря вам, мам, я полюбила собирать растения. Девочка спрятала руки за спиной и покрылась румянцем.       — А у ребят со двора привлекала интерес к такому?       Тут же наклонила голову на бок и глубоко вздохнула.       — Сама знаешь, что мне сложно завести здесь друзей. Я для них выгляжу как старшая и со мной скучно проводить время. Им только нужно бездельничать и веселиться каждый день.       Падма взяла ручонки девочки, сжав их легонько, взглянула в глаза девочки:       — Не переживай, ты найдешь спутников с которыми проведешь незабываемое время.       У девочки пробежали мурашки по всему телу. Такие слова так и подталкивали к желанию окунуться в далекие края в поисках друзей.       Последние лучи солнца вот-вот уйдут за горизонт, и в комнате наступила темнота.       Мама встала с кровати и подошла к столу, легкими движениями руки достала из фартука огниво и подожгла свечи. Спрятав огниво обратно в карман, она вернулась на свое место и взглянула в окно.       Сумерки. Проявляются маленькие огоньки на небосводе. Тусклые звезды, подаренные хранительницей Лууны. Что можно сказать на счет такой неописуемой красоты?       Но вдруг, со стороны девочки послышались нотки печали.       — Мам, на счет разговора во время ужина… — начала запинаться Роза, но вскоре продолжила. — На счет того, что я хотела поступить в Академию.       Падма обернулась к дочери и наклонила голову на бок.       — Я тебя внимательно слушаю, Роз.       — Это я так пошутила, чтобы вы перестали спорить между собой. У меня этого и в мыслях не было.       Женщина удивилась со слов дочери. И чтобы ответить, ей потребовалось немало времени.       Глубоко внутри девочки заиграла нотка волнения. А может, ей не надо было это говорить? И вся атмосфера вдруг мимолетно стухнет, как свеча. Но что теперь делать? Остается надеяться на то, как ответит ей мама.       — В шутках всегда есть доля правды, Розалия. Ты бы видела себя со стороны, в тот момент была очень серьезной, поэтому я даже поверила…       Да, в тот момент. У Розалии осталась капелька надежды на то, что мама может согласиться, хотя бы отправить заявку на поступление. Ведь столько вычитанных книг о великих рыцарях, покоривших сердца людей за свои достижения и подвиги. Но она хотела свободы, о которой так мечтала. Путешествовать по бескрайним полям и рекам, сражаться с врагами и помогать всем. Отдать честь Королю, найти свое счастье и спутников, разделяющих такие же чувства к свободе. Это мечта, которую Роза так бережно хранит глубоко в сердце.       Её большие глазки потускнели и опустели.       — Мам, прости, что раньше тебе этого не говорила. Мне всегда хотелось пойти дальше этой деревни и ощутить капельку свободы, последовать по пути дальше, глубже. Хочу быть такой же, как рыцари из Академии, которые выпускаются лучшими из лучших. И я хочу быть такой же!       — Дочурка, посмотри на меня. — Падма взяла руки дочери и продолжила, — Верить в себя — это поистине чудо, дорогая, и я знаю, как ты желаешь поступить в Академию ради своей мечты. Но я боюсь, что мы можем не потянуть оплату учебы. Ведь туда идут лучшие из лучших. Вершины Королевств, знатен и графов…       Девочка устала слушать очередную оговорку матери. Каждый раз, когда был хоть какой-то намёк на Академию, сразу получала «отказ». Ни малейшего шанса на то, чтобы уговорить маму попробовать хотя бы один раз подать документы. Сейчас Роза слушает очередную монотонную речь о том, что там плохо и сложно и лучше учиться в обычной школе.       — Ты не права, — перебила монотонный разговор матери девочка, — почему бы и не «сломать» систему поступления? Когда разговор подходит к теме обучения в Академии, я все время получаю «отказ». Почему ты каждый раз пытаешься уговорить меня не идти туда?       Роза решила дать отпор, решила стать более отважной перед мамой. Попробовать узнать причину отговорок или получить ответ на вопрос, когда подслушивала разговор семьи. Её разум осенило кое-что важное. Она поняла одну вещь.       Девочка присела на корточки, чтобы взглянуть на печальное лицо матери, и, не отпуская руки, произнесла следующее:       — Ты боишься меня отпустить туда, мамуль?       Вдруг мама вздрогнула от вопроса, и она решила ответить честно:       — Да. Боюсь бросить тебя. Ведь мне будет тяжело без тебя, потому что Академия находится очень далеко от нашей деревни. Боюсь, ты можешь там потеряться или не найти общий язык с одногруппниками. Ты моя единственная, преданная дочурка… Роза понимала, к чему идет речь. Она не стала печалиться, а скорее схватила в охапку руками тело матери и произнесла следующее:       — Ты мне всегда говорила, что чтобы чего-то добиться, нужно постепенно двигаться вперед. Ведь, для исполнения своих желаний, мам, нужно всегда прилагать множество усилий. И мой первый шаг к заметной мечте — это попасть в Академию, а затем в будущем стать рыцарем, совершать подвиги и путешествовать, помогать вам и другим жителям Королевства.       Розочка перестала обнимать и мило улыбнулась своей матери:       — Я хочу, чтобы ты в меня поверила! Хотя бы попробовать подать документы. Даже если и получу отказ, я не буду грустить. Это протолкнет нас к тому, что мы постарались, достигнув пункта к заветной мечте, — продолжила девочка. — Обещаю, я добьюсь всего и буду сильно стараться, становиться сильнее. Мне нужна твоя поддержка и теплые слова…       Падма молча слушала слова дочери. В ней накопилась буря эмоций из-за того, что она так плохо поступала с дочерью, ей стало так неловко перед ней. Женщина отвела в сторону взгляд и прикрыла лицо ладонью.       Розалия обеспокоилась и начала рассматривать маму.       — Мам, тебе плохо? Прошу, не молчи! Если я обидела, пожалуйста, извини меня!       Глубокий вздох.       — Это я должна перед тобой извиняться. — прошептала Падма, — За то, что никогда тебя не слушала до конца и вечно тебя отговаривала.       Розалии стало не по себе от таких слов, она решила не поддаваться панике. Вместо того, чтобы продолжать извиняться перед ней, девочка решила подбодрить. Снова взявшись за руки, она начала подпевать медленную мелодию.       Такая плавная, нежная, словно колыбельная перед сном. Каждая нотка включает в себя любовь, переживание и нежность. Падма пыталась всё ещё успокоиться, чтобы её плохие мысли улетучились, но благодаря этой мелодии, дочурке получилось пробиться в чувства. Ей стало намного легче, спокойней. И вдруг она вспомнила что эта за мелодия, которую нашёптывала её дочурка. Это оказалась её мелодия, которую каждую ночь она пела своей дочери, когда та была ещё совсем маленькой.       Падма взялась за руки дочери и присоединилась к пению. Их ритм, звуки, шёпот открывали неимоверные чувства, от чего потекли слезы на щеках матери. Вместо того чтобы вечно упрекать её, она решила поддаться чувствам дочери и попробовать однажды сказать «да».       Мама вновь взглянула на Розалию, а та в свою очередь подбадривала её и начала пританцовывать, махая руками то в одну сторону, то в другую. Широко улыбнувшись, мама прошептала:       — Спасибо, Розочка. Ты знаешь, как поддерживать людей в такие моменты.       Она встала с кровати и нежно обхватила руками хрупкое тельце дочери, нежно поглаживая по спинке, продолжила:       — Ты всё также помнишь эту мелодию, которую я напевала тебе?       — Ещё как, мамочка. Когда я гуляю или собираю цветы, всегда её напеваю. И когда мне очень грустно, то тоже её пою. Ведь тебе было грустно сейчас, поэтому я решила исполнить для тебя.       — Это так приятно.       Розалия не стала продолжать диалог, она уткнулась лицом к груди мамы и закрыла глаза. Ей было так приятно, спокойно на душе, что вот, наконец, она призналась в своих чувствах, стремлениях перед важным для неё человеком.       Она всегда хотела быть ближе к матери и стараться больше делиться своими чувствами ей. Порой, было тоскливо, что в некоторых моментах, девочка боялась признаваться. Боялась получать очередной отказ или отговорку, а сейчас они поняли друг друга, и девочка пообещала себе, что не будет хранить никакие секреты от мамы. Ведь любая поддержка всегда усиливает чувства.       — Розочка, я, попробую подать документы. Если ты получишь отказ, пожалуйста, сильно не расстраивайся.       Слова, произнесенные мамой, вдруг открыли бурные эмоции в душе девочки. Мурашки пробежались по всему телу, а сердце забилось быстрее. Посмотрев в глаза матери, она приоткрыла рот и завизжала от радости.       Роза оторвалась от объятий, и решилась пробежаться по комнате, выкрикивая слова счастья. В каждом слоге, букве игралась нотка эмоции. Маме было не по себе, но вскоре она поняла, вот оно — настоящее счастье, которого так не хватало дочери.       За окном блеснула вспышка света. Взглянув туда, Падма заметила яркую падающую звезду на синем небосводе. Лууна, что пробудилась ото сна, раскрыла в своих объятиях голубую яркую Луну. И вновь засверкали маленькие звездочки, освещая Королевство.

      «Мечта, что таилась глубоко в душе, наконец, расправила крылья и устремилась ввысь».

      Падма приложила руку к груди и про себя произнесла слова благодарности Хранительнице Луны. Впредь, она всегда будет слушать свою дочь до конца.       — Разговор длился недолго, но он будет самым незабываемым в наших сердцах.       Розалия остановилась посреди комнаты и начала покачивать свое тело из стороны в сторону от счастья, а затем кивнула.       Затем послышался зевок. Розалия хотела спать. Падма придала этому значение и, подойдя к кровати, расправила одеяло. Девочка тем временем, переоделась в свою ночную рубашку и вприпрыжку двинулась к кровати. Найдя удобное положение, она укутала себя одеялом и легла на бок к стороне матери.       — Мне было очень приятно провести время, мам. — закрыв глаза дочка мило засопела носом, уткнувшись в подушку.       — Мне тоже, аленький цветочек. — легонько улыбнулась Падма.       Перед тем как уйти из комнаты, женщина решила поднять с пола сумочку, которую вечно брала с собой её дочь.       Она была уже старая и в одном месте зашита заплатка совсем из другого материала. А ведь эта сумочка досталась матери от бабушки Гульзары в качестве подарка, а затем она передалась Розе. Поглаживая большим пальцем материал, в голове проскальзывали воспоминания, пройденные вместе с сумочкой.       «Ведь я была точно такой же, как Роза. Она — моя маленькая копия.»       Мелочь, но приятная. Падма повесила сумку на спинку деревянного стульчика, затем потушила свечи. В комнате стало так темно, но за окном светило лунное сияние, оставляя след на полу в форме оконной рамы. В комнате воцарилась приятная, уютная атмосфера.       Матери хотелось ещё побыть рядом с дочерью, но она не желала нарушать её сон. В душе Падма поняла, что давно не испытывала такие чувства спокойствия и легкости.       Благодаря ребёнку, она смогла вновь снять тяжесть с плеч.       Закрыв за собой дверь дочери, Падма спускалась по ступенькам и заметила, что в левой части дома, на кухне горел свет. Девушка решилась подойти и узнать, кто в такой час занимается ночными посиделками.       Перед ней стоял чистый стол, а за ним сидела бабушка Гульзара, все также занимаясь своим любимым делом — написанием на листах бумаги гусиным пером, периодически обмакивая кончик в чернильницу.       Стояла гробовая тишина на кухне, и свечи, что были расставлены по всей кухне, сверкали маленькими огоньками, то и дело пританцовывая своим пламенем в такт легкого ветра, проходящего через окно.       — Я знала, что ты согласишься. — не отрываясь от письма, начала разговор Гульзара, — Лууна тебе подсказала?       — Нет, я сама решилась рискнуть. Побороть свой страх. Благодаря ей, я набралась храбрости сказать «да». — отвечает ей Падма.       — Ха-х, спустя долгие четырнадцать лет, ты поняла, что не нужно сидеть на одном месте, а двигаться вперед — к своим целям. И даже маленькая девочка, собственная дочь, тебя, наконец-таки, подтолкнула. — бабушка чуть повысила тон в словах.       Падма виновато опустила голову, поджав свои губы.        — Мы сколько раз пытались докричаться до тебя — не докричались, а вот Роза смогла.       Гульзара отложила перо в сторону, а чернильницу закрыла крышкой, затем подняла взгляд на свою дочь.       — Иногда мы совершаем глупые ошибки, Пад. Даже в таком возрасте, мы учимся у своих собственных детей, и благодаря этому мы становимся только лучше. А самое важное в семье — это слушать.       Падма молчала, не зная, как отвечать своей матушке. Она понимала, что совершила самый ужасный поступок по отношению к Розалии. Она усвоила урок на будущее, и будет стараться меньше допускать этого.       — Я хотела сберечь её…       — Не стоит сейчас оправдываться. То, что прошло, уже никак не изменить. Нужно двигаться сейчас, маленькими шажочками. Смотри, вот так.       Падма подняла свой взгляд на Гульзару, а та тем временем встала со стула и своим большим круглым телом начала пританцовывать, шагая к дочери. Это были нелепые движения, но выполнялись очень уверенно и, порой, забавно.       Девушка улыбнулась и решила присоединиться. Танцуя на месте, сама начала двигать бёдрами из стороны в сторону, на ходу придумывая мелодию, чтобы попасть в такт.       Послышалась отдышка бабушки, и она приостановилась, держась одной рукой за бок.       — Ух, я и понятия не имела, как умудрилась устать. Знаешь, физическая нагрузка бы не помешала тебе. А то старость — не радость, как говорится.       — Чтобы не стать такой, как ты? — подшутила Падма.       — Да иди ты знаешь куда, Пад. — отвечает на шутку бабушка, — Это моя собственная лень так поступила со мной.       — Знаешь, ты права. Я пойду в сад, полить кое-какие растения.       Гульзара отвернулась и последовала к стулу, чтобы продолжить писать свои заметки, махнув рукой на прощание. Взяв в руки перо, она вдруг сказала:       — Тебе Роб передал сладкие пожелания перед сном.       Падма мило улыбнулась, от чего у неё образовались ямочки на щеках и легкий румянец. Поправив прядь волос за ухом, она двинулась к двери в сад.       По пути она захватила с собой лейку, наполненную водой, и шагала вперед по тропинке из каменных плит. Вокруг неё был необычайный сад, сотворенный из различных растений и кустарников. Возвышались деревья различных видов культур.       Дул теплый, нежный ветерок, заставляя шелестеть траву и листья, создавая некую мелодию.       Затем Падма завернула за угол и оказалась возле маленькой грядки необычных видов цветов. Они излучали тусклый свет, а их большие листья округлых форм поблескивали на лунном свету.       Женщина начала поливать цветы. Собирая каждую капельку воды, цветок, будто просыпался от неожиданного лакомства. Бутоны вдруг оживились, начали раскрываться, придавая форму пятиконечной звезды. Нектар, что был внутри бутона, заискрился, будто множество звездочек. Свет, который излучали эти цветы, засиял так, что можно было их обозвать «фонариками».       Падма присела на траву и хотела начать собирать цветы, как вдруг ветер усилился до неузнаваемости, словно шторм, решивший сломить всё на своём пути. Пыль, что собиралась в глазах девушки, не давала понять, что вообще происходит. Пучок, собранный на голове расправился, а заколка отлетела в сторону. Падма решила закрыть свое лицо локтями от пыли. Собравшись силами, она держалась на траве как могла, чтобы не улететь ввысь по бушующим волнам устрашающего ветра.       Затем этот ветер растворился, как ни в чем не бывало и снова начал легонько дуть. Падма была вне себя от ужаса, и не понимала, что только сейчас произошло. Собрав волосы в руку, она пыталась найти заколку на земле, чтобы заплести свой любимый пучок. Как только она её нашла, то услышала звон маленьких колокольчиков.       Женщине начало мерещиться или ей это показалось? Затем краем глаза Падма увидела яркое голубое сияние за маленьким забором. Вместо того чтобы поднять заколку, она поднялась во весь рост и выпученными глазами уставилась вдаль, опустив свою руку и расправив свои локоны волос.       Перед ней стояла девушка в белой ночной рубашке до земли и её длинные, пышные, волнистые волосы развивались на ветру. Её взгляд был прикован к Падме. Не было никаких зрачков, лишь белые глаза уставились на неё. Только ресницы взмахивали каждый раз.       Аура кружилась вокруг этой девушки и искры парили в воздухе, исчезая, как пепел.       Падма не смогла собраться с мыслями о том, что впервые в жизни увидела фантома Хранительницы Луны.       Она знала, что такие фантомы приземляются на землю только тогда, когда человек совершил поступок, и его сердце в этот момент было искренним, а душа — свободной, чистейшей, от груза переживаний.       Падма не смогла устоять и приоткрыла рот от увиденного. Она даже протерла глаза кулаками, чтобы убедиться. И правда, настоящий фантом. Но, девушка не знала, что делать дальше, как поступить с ней. Надо ли вообще заводить диалог с фантомом или нет? Попытаться стоит.       — Мне ведь не мерещится, ведь так? Вы ведь фантом, Лууна? — начала заикаться Падма.       В ответ послышался звон колокольчиков.       — Хм, отвечаешь, значит, настоящая… Вы можете разговаривать как я? — указала пальцем на свои губы девушка.       Фантом медленно кивнул.       — Да, Падма Де Лавуан, я могу говорить с тобой. — прозвучал нежный женский голос, словно эхо.       У фантома не двигались губы, когда он заговорил, а значит, либо это разум создавал голос девушки, либо же это магия самой Хранительницы Луны.       — Хочу сказать слова благодарности Вам за то, что смогли преодолеть свой страх. — продолжил говорить фантом.       Страх, который растворился глубоко в душе Падмы, благодаря своей дочери — это и есть визит самой копии Лууны? Но ведь это обычное обещание, которое должна выполнить девушка, значит, есть более важное событие, пройденное в этот день.       — Не важно, в какой форме должно выполняться обещание, главное, что Вы подарили девочке надежду, моя дорогая Падма. — прозвучало эхо, будто читая мысли матери, — Надежда, которая скоро раскроется перед вашими глазами. Не дайте угаснуть мечте.       Пробежали мурашки по коже после слов, сказанных фантомом. Она сжала руки на груди, не отрывая взгляд от такой милой, яркой красавицы. Падма шагнула вперед, чтобы ближе разглядеть такое мимолетное «мгновенье».       — Но ведь, это обычные слова, сказанные мной. Обещание выполню, но что будет в будущем — это ещё предстоит узнать. Почему Вы так уверены в этом? Моя дочь поступит в Академию? — спросила вдруг Падма.       — Не я должна быть уверенна, а Вы, моя дорогая Падма. Благодаря любви и поддержке, можно достичь небывалых высот. Слова, сказанные Вами, вновь расправили крылья Розалии, подарили искру надежды и храбрости, — ответил ей фантом. — Только       Вы, прилагая усилия, сможете достичь своих целей.       Фантом повис над землей, как вдруг продвинулся к Падме, а та лишь ахнула от такой неожиданности, не отрывая взгляд от него.       — Мой визит короткий, Падма, подай мне свою руку.       Та, повинуясь, протянула дрожащую руку к фантому, стараясь меньше волноваться во время такой встречи. Она боялась, что может что-то не так сделать и спугнуть фантом или разозлить. Женщина следила за медленными движениями руки, словно прекрасный танец, выполняющийся настоящим мастером.       Из-под земли потянулось ввысь маленькое зернышко, словно осколок кристалла, и нежно приземлилось в ладони девушки. Он сверкал тысячами лучами, излучая блеск при свете Луны и фантома. От такого зрелища, волосы Падмы чуть встали дыбом, она уж точно никогда не забудет такой необычный день.       — Это семечко — мой скромный подарок. Вы можете его хранить или же обменять на золото для обучения дочери. Выбирайте с умом, Де Лавуан.       — Спасибо… Спасибо, Лууна, — не отрывая взгляд от подарка, начала заикаться Падма, — Я, я не знаю, как Вас отблагодарить или сказать ещё что-то! П-правда!       С глаз начали течь слезы, а тем временем фантом приложил свою белоснежную, сверкающую руку на голову девушки.       — Не плачьте. Впереди бескрайнее будущее. Не стоит расслабляться. Прощайте.       Фантом отодвинулся от девушки, а та в свою очередь прислонила руки к груди и внимательно следила за движениями гостя.       Расправив руки в стороны, фантом закружился, и аура следовала за ним. Платье феерично драпировалось, оставляя после себя миллионы искорок. Ветер кружился вокруг Лууны, и вскоре фантом обратился в форму яркой звезды. Она сияла так ярко, что Падма прикрыла глаза рукой. Звезда, что висела воздухе, начала молниеносно кружится, и взлетела ввысь, в небосвод.       Прощаясь взглядом, Падма не смогла устоять перед такой красотой, она ахнула, и её глаза заблестели от счастья. Разве можно не устоять от такого прекрасного момента? Она помахала рукой на прощание и двинулась к выходу из сада, периодически подглядывала, как звезда летела на небо. Подойдя ко входу в дом, она заметила свою маму Гульзару. Падма, наполненная яркими впечатлениями, решила подбежать к ней, и крепко обняв, начала рассказывать все, что она видела, пересказывая точь-в-точь слова Лууны. Гульзара одобрительно кивала и сама взглянула на яркое звездное небо.       — Знаешь, мам, этот день — такой особенный для меня.       — Знаю, Пад, знаю... Этот день кажется для всех нас особенным. Ты бы видела себя сейчас со стороны, ты подбегала ко мне — как маленькая. Давно не видела тебя такой счастливой. — отвечает ей Гульзара.       — Хм, и вправду. Сама этого не заметила, само как-то вышло.       Затем Гульзара приобняла свою дочь и они вместе следили за небосводом, как ввысь летела звездочка Хранительницы.