Глава 4. Гостья

      После стольких жарких дней, вновь местность окутала густая облачность. Тучи мрачнели с каждым разом, не давая солнечным лучам пробиться на землю. Душно. Ветер не гулял по цветочным полям, не выглядывали из норок звери. Лишь вороны взмахивали своими крыльями и зловеще выкрикивали, в след несущейся карете по тропе.       Словно тень мелькает по бескрайним полям. Вела её благородная чёрная лошадь, а сама карета была помпезно украшена золотыми кантом, лепниной и абажурными цветами, роскошно выполненными мастерами своего дела. Но если заглянуть внутрь этой повозки, то взору не видать ни живой души. Пуста, как коробка, и лишь окошко тускло освещало маленький столик с хрустальным кувшином и чашками и окутывает силуэты.       Напротив друг друга расселись по мягким сидениями пассажиры этой кареты. На одной сидела благородная дама, украшенная золотыми украшениями с драгоценными камнями и полностью одета в чёрное. Приталенное платье подчеркивало талию женщины, а открытая горловина — подтянутую грудь. Её локоны волос цвета вороньего крыла закрывали часть лица, лишь красная помада на лукавой улыбке рассматривалась в темном углу кареты.       На другой стороне кареты расположились двое невысоких парней. Один из них выглядел очень старо, но жилет, рубашка и брюки на нём выполнены из роскошных тканей тёмных оттенков. Его седые волосы заплетены в небольшой хвост. Взгляд мужчины был неживым. Словно мертвец среди пассажиров. Сидел, облокотившись об мягкую спинку сидения. Что можно сказать про его руки — костлявые, бледные и его синие вены вырисовывались в кривые линии. На безымянном пальце надето золотое роскошное кольцо с большим зелёным камнем.       У окна, рядом со стариком, сидел молодой парень, который внимательно читал свою очередную книгу, изучая содержимое. Его глаза — два маленьких уголька, двигались вправо-влево, вычитывая каждый абзац, каждое предложение, каждое слово… Темные волосы щекотали его щеки и шею, но это юношу не останавливало от чтения. Его тонкие пальцы периодически перелистывали страницу. Завораживающе.       Всю молчаливую идиллию разрушило хриплое мычание мужчины, его дрожащая рука тянулась к хрустальному кувшину с водой. Скорее всего, старик просил выпить.       — Дорогой, дай ему чашечку. — из-за угла прозвучал низкий голос дамы.       Ритм и звучание этого голоса может многое объяснить. Такой холодный, беззвучный и властный, в нем не чувствуется даже нотки счастья.       Юноша, что неустанно читал свою книгу, не издал ни единого звука, послушался даму. Не отрывая свой взор от страниц, он легким взмахом руки призвал кувшин взлететь в воздух. Фиолетовая аура кружилась вокруг посуды. Силой мысли, кувшин налил кристальной воды в чашечку, затем эта чашечка сама подлетела к губам мужчины и легонько начала хаотично поить.       Вновь посуда перестала левитировать. Как только старик допил воду, аура рассеялась, и парень продолжил свое чтение.       Из-за угла проявился кошачий глаз женщины, и её улыбка не спадала с лица. Она решила продолжить диалог:       — Даниэль, расскажи своей маме, что ты сейчас читаешь?       Снова прозвучал плавный голос с ноткой повиновения. Мальчик понимал, что игнорировать её не стоит, моментально закрыл книгу и отложил на столик. Его взгляд был пристальным, и по лицу было видно, как он не хотел разговаривать с кем-либо, даже со своей матерью. Хотел снова открыть книгу и воплотиться в вымышленный мир рассказчика.       — Да, матушка. Игнатий Больцман. Знаменитый на всё Королевство писатель, который рассказывает о своих героических подвигах. Эту книгу купил года два назад, когда считалась признанной во всём Мистерии.       — Зачем ты это старьё читаешь? — скользко спрашивает мать. — Есть другие книги, которые вот вышли на свет. Например от Георгия Штильца. В книге есть руководство к духовному пробуждению и как стать частью настоящего, а ты лишь читаешь сказки для детей.       Женщине не понравилось то, что он читает. Какое предвзятое отношение к сыну.       Даниэль сделал глубокий вдох и решил аргументировать свой ответ более подробно.       — Эта книга наполнена не только сказками для детей, там также присутствует философия. Пробуждение главного героя, решение пойти на риск и спасти жителей от гибели, а в заключении даны помыслы для тех, кто желает…       Он сглотнул комок в горле и прошептал:       — Свободы…       Мальчик вмиг потрясся от собственных слов и задумался о том, как будет в дальнейшем отвечать его матушка. Боялся, что она не поймёт ответ и начнет спорить. Боялся угрызения.       — Похвально. — коротко кивнула мальчику дама. — Ведь у каждого свои взгляды и интересы к литературе. Кому-то нравятся драмы или поэзии. Я не стану настаивать на том, чтобы ты прочёл моего любимого писателя.       Её пальцы выскользнули из темноты. Такие тонкие, длинные и ухоженные, обвивались кольцами и на блеклом свету сверкали тысячами искорками. Она нежно поглаживала кончиками пальцев свои скулы. Даниэль решил понаблюдать за ней и выяснить, что матушка скажет следующим.       — Ты сказал, дорогой, в твоей книге присутствует философия. — хмыкнула дама и затем продолжила. — Как дочитаешь, дашь мне эту книгу?       — Как скажете.       Даниэль был уверен в том, что его мать даже и не откроет эту книгу. Подозревает в том, что она собирает стопки прочитанных книг, купленные за счет мальчика, и сжигает. А в свое оправдание, когда мальчик искал их, мать вечно говорит: «Во время поездки потеряла» или что-то подобное.       Как мальчик об этом узнал? Однажды увидел в камине сожженных дров и пепла уголок страницы со знакомыми диалогами персонажей. Даниэль ни капли не расстраивался, а скорее, привык к подобным выходкам матери.       Наступила всё та же гробовая тишина. Женщина вновь спряталась в темном углу, а старик мило сопел. Вместо того, чтобы продолжить чтение, Даниэль решил взглянуть в окошко.       Всё также пасмурно. Вся растительность приобрела холодные и серые оттенки. Ни капли яркости и насыщенности. Так тоскливо, что в какой-то момент начался дождь. Капли стекали по окну, оставляя мокрые длинные следы. Затем всё сильнее и интенсивнее. Вот и ливень.       Было в мыслях то, зачем Даниэль ехал куда-то так далеко, и какой цели должна достигнуть эта поездка? Все это произошло так спонтанно, когда матушка заявила о том, что они покидают Королевство Мистерия. А спросить не особо-то и хотелось, с матерью не контактировал. Скорее, если уж заходит разговор, то ни с чего начинается допрос матери.       Поэтому, чтобы меньше было подобных случаев, мальчик увлекался книгами. С ранних лет научился написанию и чтению сложных произведений. Не только потому, чтобы погрузиться в вымышленный мир рассказчиков и спрятаться ото всех контактов, а лишь потому, что ему это нравилось. И, конечно же, сама мать играла важную роль. Она была как толчок к источникам знаний. За что благодарил мальчишка свою мать, но и в то же время боялся её.       Даниэль описывает мать как хищницу, которая выслеживает свою добычу. Подозревает, что она за ним пристально смотрит из-за угла… как сейчас, спрятавшись в тени.       Но также ему было интересно, всегда ли она была такой? Или же были последствия того, что с ней стало? Может, всё это юноше кажется, но матушка всегда заботилась о нем и о старике. Или же она играет в красивую ложь ради наследства? Пытается мило улыбаться, больше уделять время семье и найти общий язык к своему сыну, а также следить за здоровьем старика.       Даниэль краем глаза взглянул на старика и глубоко вздохнул. «Мой отец никогда не был таким… ужасным».       Почему отец стал именно таким? Почему он внезапно изменился? Ведь он был таким здоровым, понимающим и любящим отцом. Единственный человек, который ценил все в этой семье, любил по-настоящему. Он был влиятельным человеком в Королевстве и занимал должность графа Короля Александра, а также унаследовал часть территории и служил своему народу, участвовал в бою во времена нападения Порциона и помогал нуждающимся. Его любовь была так крепка и верна.       Но потом… он стал таким жалким, беспомощным, и так состарился внезапно, как и проявилась у него инвалидность. Все ужасное сокрушило тело мужчины. Доктора не сумели описать данную болезнь и даже не смогли спасти высшей магией исцеления, будто бы он наделен проклятием завистника. Он не может видеть свою любимую семью, слышать все чудесные звуки и любящий голос жены.       Разве такой человек заслуживает подобного наказания? Или же сама Судьба вознаградила его таким даром?       К сожалению, мальчику было одиноко. Он не может наладить отношения с матерью, когда она вытворяет частые допросы, хотя она считает, что это — её такой стиль общения. Вечно попадает под руку. Он не может разговаривать с отцом, потому что не слышит сына…       Но Даниэль верит в то, что мужчина выздоровеет, и сможет уладить напряженную обстановку семьи.       Каждый раз, когда Даниэль смотрит на своего отца — его сердце вновь и вновь разбивалось.       — Скучаешь по своей старшей сестре? — снова из-за угла прозвучал хитрый голосок.       Будто она слушала его мысли, чувствовала, о чем думает мальчишка. Даниэль представлял себе в голове, как это выглядело со стороны матери, когда она намеренно читает чьи-то мысли. Это выглядит ужасно и некрасиво со стороны дамы. Понимая, что выбора у него нет, оставалось лишь отвечать:       — Да, матушка. Скучаю.       — Можешь обрадоваться, дорогой, мы как раз отправляемся в глухоту Королевства, чтобы вновь встретиться с нашей любимой Констейшон. Ради неё мы отправились в такой далекий путь. — начала заигрываться мать.       Её интонация была похожа на то, будто она пыталась играть в несчастную — и это не удалось, слишком наигранно.       Вот он, шанс того, чтобы узнать ответ, так куда же семья отправляется в такое долгое путешествие?       — Матушка, куда нас ведёт путь? — поинтересовался мальчишка.       — В деревню Цветочную. — последовал ответ ему.       И, правда, глухота. Он ни разу не слышал и не видал такой местности, но судя по названию, там, наверное, растут различные цветы.       Но потом в его голове промелькнула фигура сестры. Он помнил её ещё подростком, когда Констейшон отправили в Академию и больше не видел девушку. Она была всё такой же наивной, но доброй и прелестной девочкой, настолько доброй, что мальчишку раздражала её тёплая улыбка. Очень странно, что такая яркая и невинная девушка родилась в странной семейке, как сейчас считает Даниэль.       «Предательница, бросила меня одного на произвол судьбы этой странной матери.» — каждый раз думал мальчишка, когда вспоминал о ней, но всё также крепко любил её, как самую лучшую сестру.       Глянув в окошко, он заметил большую мельницу, а вокруг неё посаженые пшеничные поля, а затем одинокие небольшие жилые домики, обросшие лозой и мхом.       Проехав достаточной долгий путь, карета подъезжала к воротам деревни и по пути встретились стражи. Они открыли врата и выкрикивали в след благословения королевской знати.       Доехав до центра деревни Цветочной, встречал не только сам Роб Де Лавуан, но и обычные жители. Из-за неблагоприятной погоды они хотели устроить пир ради встречи гостей, но решили его перенести на другой день.       Многие закрылись зонтиками от дождя, с волнением на глазах выглядывали на изысканную карету. Кучер мигом спустился с сидения и отворил маленькую дверцу. Он подал руку даме в черном платье, та с радостью приняла его помощь, затем, она расправила свой элегантный зонтик, оглянула дверцу, в ожидании, когда выйдет следующий пассажир.       Выглянул на свежий воздух Даниэль, словно выпрыгивал с кареты, волшебным взмахом руки призвал зонтик. Жители мигом ахнули от подобного. Мальчишка тут же понял, что его представление казалось для них настоящим шоу, он чуть согнулся и спрятался, закрыв своё лицо зонтом, чтобы его никто не замечал. Также он мигом ощутил на себе шепот жителей и старался не обращать особого внимания.       Затем прибежали сами помощники Роба Де Лавуана и те помогли старику сесть на инвалидное кресло.       — Ливия, Даниэль и Юлий Фильченковы! Наши гости прибыли! Давайте им поаплодируем! — произнёс свою речь глава, обращаясь к жителям. — Для вас, дорогие гости, сделаем все, чтобы остались прекрасные впечатления и воспоминания о наших маленьких краях.       Затем пошли аплодисменты от жителей. Молодые, старики и даже дети прибыли на такое значимое событие, однако дождь приглушал звонкие хлопки.       — Добро пожаловать в наши края, — продолжил Роб.       Женщина мило улыбнулась и протянула свою тонкую бледную руку главе, а тот нежно поцеловал.       — Спасибо, что встретили нас, в столь неприятную погоду. — благодарила всех Ливия, — Даже в такой ливень, я чувствую теплоту в сердце. Очень приятно. И, пожалуйста, Роб Де Лавуан, позаботьтесь о том, чтобы мы прибыли в свой дом целыми и невредимыми.       — Как прикажите, графиня. — сделал легкий поклон глава.       — Ох, пока мы не ушли, мне бы очень хотелось встретиться со своей доченькой, я её так давно не видела. — приложила пальцы ко лбу, изображая настоящее горе.       — Вы говорите про Констейшон Фильченкову? Она как раз прибыла к вам. Подойди сюда, Констейшон!       Ливия захлопала ресницами от счастья, что вот она — минута воссоединения с родным человеком, которого так долго не видела. Когда Роб пригласил её на площадь, из толпы вышла высокая на вид девушка в примечательных доспехах. Её шаги звенели, когда броня соприкасалась со стальными деталями.       Лицо девушки было закрыто шлемом, и когда она увидела своих родственников, её ладонь тут же отодвинула его на лоб, яркие изумрудные глаза засверкали.       — Дорогая моя! — всплакнула женщина, подходя к рыцарю. — Ты даже не представляешь, через что мне пришлось пройти! Через горы и реки, ради встречи с тобой!       Взгляд Констейшон упал на бедолагу, что сидел на инвалидном кресле, даже ни капли внимания не уделила своей матери. Девушка снова шагнула и уже можно заметить, что она была выше Ливии на две головы. Настолько высокая, что можно сравнить её с мужчиной.       — Папа… — из шлема донесся звонкий встревоженный голос девушки. — Что с ним произошло?       Игнорируя свою мать, она решила присесть к отцу, разглядывая его бледное морщинистое лицо. Его глаза приобрели тусклый цвет, а зрачки вовсе пропали. Жители не понимали, что вообще происходит и первые начали шептаться между собой, задавая вопросы, а вторые решили уже покинуть эту встречу, продолжая заниматься своими делами.       Глава деревни сообразил, что разговор пойдет о личном, поблагодарил всех, кто решил прийти на встречу к королевской семье. Затем народ распустился, и на площади остались лишь Роб и его новые гости.       — Я тебе всё подробно расскажу, как будем дома. — заговорила мать. — Об этом не разглашается публично.       Констейшон коротко кивнула и затем встала в стойку. Её взгляд начал разыскивать знакомую фигуру, которую так давно не видела, мечтая встретиться с взглядом своего близкого человека. Затем она поняла, что маленький силуэт прячется за большим черным зонтиком и решила к нему подойти.       Легким движением руки, она отодвинула зонтик вверх, чтобы разглядеть Даниэля. Для неё этот мальчишка казался таким маленьким по росту, что пришлось ей смотреть свысока. Их взгляды встретились. Так мимолетно. Души, которые были, как не разлей вода, вновь воссоединились.       Она специально улыбнулась, чтобы спровоцировать Даниэля, а тот, молча, уставился на неё, нахмурив брови.       — По тебе и не скажешь, что ты вырос спустя многие года. Всё такой же мелкий.       — Для начала, добрый день. — сухо поприветствовал свою сестру Даниэль. — Если начать присматриваться, то тебя славно помотали в Академии.       — Тебя тоже ждет та же учесть. — широко улыбнулась девушка.       Она пыталась рассмешить его, но не получилось. Даниэль сухо уставился на неё и молчал, понимая, как ему было тяжело проводить время в одиночестве. Девушка хотела его подбодрить теплыми словами, но заметила руку матери на плече мальчика. Ливия им сообщила, что пора выдвигаться к дому, который выделил глава деревни.       К сожалению, Констейшон не пошла за ними, объясняя это тем, что она не сможет просто так разгуливаться по улицам. Её ждёт практика и пообещала, что заскочит к ним на ужин.       Даниэль распрощался со своей сестрой взглядом и шагал следом за взрослыми. Не обращая внимания на их разговоры, он изучал местность, которая окружала его.       Разглядывал различные лавки с обычными товарами, фруктами и овощами. Также там продавали необыкновенные на вид цветы и травы. В основном, около магазинчиков висели вывески на цепях, вырисованы в них различные рисунки. Даже есть маленькое подполье с табличкой «Астрология». Скорее всего, там происходит гадание или навещают на всю деревню прогноз погоды на последующие дни.       Шагая по тропинке из каменных плит, Даниэль заметил книжный магазин. Он даже приостановился, чтобы точно запомнить месторасположение этого здания, а затем последовал дальше за взрослыми.       Капли стекали с крыш и листвы деревьев, проигрывая барабанную мелодию, а воздух был освежающим. Мальчишка на секунду решил закрыть глаза и глубоко вздохнуть. Ему в какой-то мере даже полегчало, и Даниэль легонько улыбнулся.       Вскоре семья подошла к дому, где они будут проводить эти летние каникулы. Напоминает маленький замок, построенный из каменных кирпичей, по стенам росла лоза, и вылез свежий мох. Роб, отворив дверь, пригласил зайти вовнутрь.       Их встречал длинный, узкий, темный коридор.       Ливия была под впечатлением и приложила руки к груди.       — Ах, Роб Де Лавуан, вы прочли моё письмо с пожеланиями. То, что я хотела.       — Всё для Вас, графиня. Будьте как дома. — засмеялся в полголоса Роб и затем поцеловал её протянутую руку.       — Я надеюсь моя спальня будет самых больших размеров. — мечтала женщина. — Ах, и конечно место для моего мужа.       — Разумеется, графиня. Давайте я Вас туда проведу.       Ливия красивой грациозной походкой последовала за главой. Тем временем, Даниэль, молча, глядел, как помощники Роба затаскивали внутрь багаж. Затем прокатали кресло Юлия вслед за женщиной, и когда всё утихло, мальчишка остался один в коридоре.       Он решил сам осмотреть весь дом. На цыпочках, словно мышонок, выглядывал в комнаты и тихо открывал двери. Гостиная, чьи-то комнаты, гардеробная и ванная. Все выполнено со вкусом. Просторные светлые небольшие комнатки для большой семьи. Окна все имели одну форму арки, и тускло освещали комнаты.       Вскоре он заглянул в одну небольшую комнатку. Это была библиотека. Пол, как назло скрипел под ногами мальчишки, но не придавал этому значение. Его разум погрузился в исследовании чего-то интересного. Книжные шкафы, выполнены из темного дерева умелыми руками мастеров, а на полках даже валялись некоторые старые книги.       Даниэль решил взять одну из них. Большая, увесистая книга в кожаном переплете покрыта толстым слоем пыли. Он махнул рукой по обложке и затем увидел необычную картинку с необычным зайцем с надписей «Аура иллюзиониста».       Отличная находка, но из-за пыли, которая разлетелась, мальчишка случайно вдохнул носом и чихнул. — Хорошая находка. Надо себе её забрать. — под нос произнес Даниэль.       Он перелистывал страницы этой чудотворной книги, внимательно рассматривая рисунки в них. Мальчишка даже заметил некоторые пометки, написанные чернилами, кто-то до него уже читал и даже изучал материал. Заклинания, призывы, действия. Вот оно — настоящее волшебство.       Краем уха услышал то, чего он точно не ожидал. Перед ним, чудотворным образом, опустилась к полу деревянная лестница. Поднимая свой взор, юноша заметил небольшой люк на потолке.       В душе заиграло любопытство. Что же такое ему подкинуло на этот раз? Даниэль обернулся к выходу из комнаты, чтобы убедиться в том, что за ним никто не следит, тихо закрыл дверь. Он подбежал к лестнице и начал забираться. Легким движением руки отомкнул накладную щеколду. Щёлк.       Из-за щелей посыпался песок, и мальчик решил открыть люк. Ему это удалось не с первого раза, потому что что-то преграждало. Разлетелась годовалая пыль вокруг Даниэля, от чего он снова чихнул и встряхнул головой.       «Я скорее получу дозу удовольствия от чиха, чем отчего-то интересного», — подумал про себя юноша и выглянул вовнутрь крыши.       Пахло сыростью и плесенью, гниющими остатками вещей, разбросанных по полу. Всюду мелькали тараканы, и пробежала к углу, пища, серая мышь. Для него показался очередной чердак, хранящий всякий ненужный хлам.       Разбросаны также осколки стекла, зеркала, валялась на полу заржавевшая птичья клетка, рамы, посуда и листы бумаги, доски, гниющие от сырости, разломанные на части.       — Чувствую, что в этом чердаке никто не убирался…       Даниэль, испытывая отвращение после того, как случайно задавил таракана, шагал дальше в крыше дома. Перед собой увидел кучу тряпья и заинтересовался в нём. Скорее, во многих сказках, всегда прятали под кучами чьи-то забытые сокровища.       — Хоть как-то убью время до ужина. — проболтался мальчишка и начал действовать. Он аккуратно брал каждую тряпку и откладывал в сторону, стараясь не испачкать свою темную рубашку. С каждой убранной тканью, кучка становилась всё мельче и мельче. Даже замечал, порой, интересные на вид тряпки, в которых расписан чудотворный рапорт цветов и узоров. Странно, как материал мог сохраниться после стольких лет? Даниэль удивился тому, что нашёл. Перед ним стоял маленький деревянный сундучок с серебристой окантовкой. Взяв в руки маленькое сокровище, решил прислонить к уху и чуть потрясти. Что-то там да есть, такое маленькое и скорее необычное для взора. Затем он осторожно встал на ноги и стряхнул с себя пыль, в надежде, что снова не чихнёт. Прихватив с собой сундучок, чтобы при свете открыть и узнать маленький секрет. Даниэль решил спуститься обратно в библиотеку, как за его спиной тут же лестница собралась и повесилась на потолок, а люк сам закрылся на щеколду.       «Интересно. Этот чердак просто так приглашает к себе в гости или у него чуйка такая магическая?».       Мальчишка отворил дверь и решил уйти с библиотеки, но вскоре прислонился к стене, потому что услышал голоса взрослых, особенно голос своей матери.       Сердцебиение участилось, но он не подавался панике. Решил, что переждёт этот момент и спрячет где-нибудь найденный сундучок внутри дома.       — Просторный, чудесный домик! Мне он так по душе. Я даже выделила специально комнату для моего сынули. Ему понравится.       Прозвучал смешок матери. Даниэль скривился от услышанного из уст Ливии.       «Сынуля, ну и мерзость…» и продолжает прислушиваться Даниэль.       — Для меня честь, графиня, быть вашим спутником на сегодняшний день. — обрадовался Роб. — Мой долг заключался в том, чтобы вас сопроводить до дома. И я бы хотел…       — Приглашаю вас на чаепитие. — перебила разговор счастливая мать Даниэля. — На улице сейчас непогода, льёт дождь как из ведра, переждите его у нас за чашечкой ароматного чая.       Послышался хохот мужчины и согласие на приглашение. Даниэль старался прислушиваться к каждому слову, чтобы быть уверенным в том, что они, в надежде, уйдут поскорее в другую комнату.       — … Где же мой Даниэль, я всё никак не могу найти. — возмутилась Ливия, с ноткой печали.       Вот он, настиг момент, когда долгое время не находился под взором контролируемой матери. Ему стало не по себе, от чего заболел живот. Он старался меньше создавать шороха, затаив дыхание. Даниэль почувствовал, как Ливия торопливо шагала к каждой комнате и выискивала своего «сынулю».       Наступил момент, когда женщина решила заглянуть в библиотеку, но на порог вступил Роб. Пробежал холодок по спине, бурлящие эмоции, накопившиеся после напряжения, хотели вырваться на свободу, но Даниэль держался до последнего. Он не хотел показываться маме с такой необычной находкой. Боялся, что Ливия отберет у него сундучок и больше не увидит спрятанное сокровище, и, считай, что всё коту под хвост.       Мальчишка смотрел в окно, как за ним шёл дождь. Так сыро, серо, как и вся его жизнь. Он никогда не испытывал ничего подобного, после всего, что нашёл на чердаке.       Это был единственный шанс на то, чтобы получить хоть капельку любопытства, капельку счастья, даже если в сундучке окажется очередное барахло.       Его брови нахмурились, представляя себе фрагмент, как он выйдет из библиотеки и начнет отвечать на очередной допрос матери. Как нахмурится Роб, что поступил неправильно по отношению к нему, не последовал за ним, вместе разглядывая расположение комнат. Его лоб запотел, и мальчишка поджал губы, готовясь показаться ей, но вдруг.       — Его здесь нет, графиня, можете не беспокоиться. — оборачиваясь к Ливии, сказал глава. — Скорее всего, он находится в гостиной и разглядывает мебель. Не нужно так беспокоиться, он никуда не денется.       Его руки сложены за спиной и одна из них подкинула мальчишке комочек бумаги, спрятав Даниэля своей крепкой спиной, Роб отвёл женщину по коридору, предлагая ей обсудить что-нибудь.       Шаги затихли, и ноги сами по себе расслабились. Скользя спиной по стене, он сел на колени. Вытерев стекающий пот со лба тыльной стороной руки, решил развернуть клочок бумаги.       Он удивился с записки. В ней — короткое описание маршрута от библиотеки и до комнаты Даниэля, выбранной самой Ливией. Его руки дрожали от того, что испытал неимоверные чувства напряженности и запомнит этот день надолго. Кем Роб себя представляет и как он догадался, что в комнате находится мальчишка? Неужели он предугадал все наперед?       Даниэлю стало интересно, и он пообещал себе, что обязательно встретится с ним лично, поблагодарив его.       Чтобы не терять время, юноша встал с колен и двинулся по маршруту, указанному в маленькой бумажке, чтобы вскоре встретиться в гостиной со своей матерью. ***       После того, как Даниэль нашел свою комнату и спрятал там найденный сундучок, он прибрался, оттряхнул с себя пыль и двинулся в гостиную. Выглянув в комнату, он не заметил свою мать и решился пойти на поиски. Ему не пришлось долго искать, он тут же понял, откуда доносились голоса взрослых. Подойдя к кухне чуть ближе, он увидел, как левитировала хрустальная посуда, направляясь к гостиной. Стараясь не соприкасаться с ними, он обошел их стороной и заглянул на кухню.       Ливия чесала язык о чем угодно главе деревни. Пересказала о всех новостях в Королевстве, рассказала слухи о каких-то знатных людях. Роб то и дело кивал ей, или комментировал, но Даниэль понимал, что эта болтовня скоро надоест ему и тот свихнется с ума. Но он держался молодцом, похвально.       — Ох, Даниэль! А вот и ты! — вздохнула с облегчение женщина, прижав рукой грудь. — Мы тебя всюду искали, где ты пропадал?       Даниэль, вспоминая слова Роба, и чтобы его не подводить, ответил с уверенностью:       — Был в гостиной.       — И что ты там делал? — последовал следующий вопрос.       Даниэля начинает раздражать подобный очередной допрос, который с каждым разом душил настрой. Чтобы, не палиться, решил также отвечать:       — Разглядывал обстановку, ведь для меня это всё в новинку. Я, ведь, своим приходом не оборвал ваш разговор?       — Ох, нет-нет, что ты, милый. — отмахивалась рукой женщина. — Иди лучше обратно в гостиную, скоро с господином Де Лавуан будем чай пить.       Даниэль молча кивнул и последовал словам матери. Он шагал обратно в гостиную и такими выходками он быстро запомнит расположение всех комнат. Зайдя в гостиную, юноша наблюдал, как посуда раскладывалась по столу. Он был уверен в том, что чаепитие пройдет спокойно и без каких-либо личных разборок.       Вскоре подошли взрослые и уселись за стол. Ливия села посередине стола, а по бокам Роб и Даниэль.       Перед ними возникли волшебным образом десерты различного вида и формы. Пирожные, кусочки тортов, фрукты, закуски, а серебряный сервиз сверкал от блеска. Ливия легким взмахом руки направила чайник разливать напиток в чашечки. Она подняла подбородок перед Робом, хвастаясь тем, что она умеет такое делать.       — Благодаря сыну, я обрела такое волшебство. Разве это не чудесно, Де Лавуан?       — Впечатляет, графиня. — похлопал в ладоши мужчина. — В деревне мало кто изучал магию гравитации, и мне, как жителю, очень редко встречались такие талантливые люди.       Ливия хихикнула и продолжила разговор про магию, а тем временем Даниэль смотрел в окно.       Дождь неожиданным образом прекратился, и солнце выглянуло из туч. Свет, что преломляется и отражается капельками воды, парящих в воздухе, создаёт яркую радугу. Ветер, что дул в комнату, наполнял свежестью и сыростью.       Так мимолетно и прекрасно. Солнечный, яркий миг этого дня наполнил сердце Даниэля теплом. Ему хочется взлететь и парить, как пушистое перышко, сиять от счастья, как солнце, и быть любимым в такой момент.       Он никогда не слышал искренние слова поддержки от матери. И в такой момент, ему хотелось, чтобы Ливия тоже почувствовала легкость и тепло, но вместо этого… лишь полная противоположность, скрывшая истинное лицо за маской.       — Графиня, а ваш муж не будет ужинать? — прозвучал голос Роба.       Даниэль очнулся от своих погруженных мыслей, когда услышал вопрос про отца и мигом вернулся в реальный мир. Он внимательно следил за диалогами между матерью и главы, и даже как-то не хотелось присоединяться к ним. Ему стало интересно, где же сейчас находится Юлий.       — У него сейчас терапия глубокого сна, господин Де Лавуан. — хлопала глазками и прикрывала ладошкой смешок Ливия, — Она позволяет больному погрузиться в сны, чтобы там, как Вам объяснить, внутри этого сна, больной узнавал причины появления серьезной болезни. И я верю, что он вновь очнется и его вылечит госпожа Диана.       — Ох, Диана настоящий мастер своего дела. — подметил Роб.       «Госпожа Диана» задумался о словах Даниэль и решил запомнить имя доктора.       Послышался звон колокольчиков за входной дверью. Ливия широко улыбнулась и начала кивать головой в разные стороны, выкрикивала то, что вот она — самый важный гость этого застолья. Мать попросила Даниэля открыть дверь, а тот послушно согласился и ускоренным шагом двинулся встречать гостя.       Ему натерпелось встретиться с ней и услышать вновь её голос. Он так ждал этот момент истины, вновь увидеться со своей старшей сестрой.       Он отворил замок и открыл входную дверь. Перед ним стояла высокая девушка в легком, шелковистом платье лавандового цвета и в руках она держала коробку с тортом.       Её глаза изумрудного цвета заблестели от счастья:       — Та-дам! — воскликнула Констейшон.       — Констейшон! Я… рад тебя видеть снова. Проходи, у нас как раз намечается чаепитие.       Мальчик покрылся легким румянцем, он указал рукой войти вовнутрь, приглашая её.       Та мило улыбнулась и зашла в дом.       Даниэль вёл её в гостиную и отвечал с удовольствием на интересующиеся вопросы Констейшон, ведь он вновь воссоединился с ней.