Глава 1. В которой мы знакомимся с Линусом Марчем.

      Пришла пора, друзья, познакомиться с нашим героем. Не будем более называть его Читателем, ведь теперь он не Читатель, а участник истории. Итак, человек по имени Линус Марч приехал в Хогсмид. Что ждало его там? Что бы его ни ждало, Линуса, похоже, это мало волновало – он крепко спал. За окном порхали снежинки, деревья мерно скрипели на ветру. Внизу в баре что-то грохотало, жарилось, пеклось. Запах булочек с корицей был таким устойчивым и аппетитным, что Линус проснулся. Сначала он по привычке потянулся к будильнику, обычно стоявшему на тумбочке, и с удивлением обнаружил, что будильника на тумбочке нет. Впрочем, как и тумбочки. Линус сел на кровати, оглядываясь. Он вспомнил свою вчерашнюю поездку, пустой вагон и даже склочного вида старушку на перроне. Это был не сон, Линус действительно был в Хогсмиде. Камин в комнате был жарко растоплен и распространял по небольшому помещению живительное тепло. Линус легко, будто ему было не тридцать пять, а двенадцать, спрыгнул с кровати и подбежал к окну босиком. Деревня походила на рисунок с Рождественской открытки: острые крыши домов, усыпанные снегом, казались глазированными пряниками. Ещё было раннее утро, и окна домов в серой утренней тиши были освещены, на снег падали клетчатые полосы тёплого света. Снег, видимо, шёл всю ночь, и улочка, утопавшая в сугробах, была ещё чиста, нехожена. Тишина в Хогсмиде стояла такая, что у Линуса, привыкшего к бодрой суете Лондона, слегка заложило уши.       Он открыл чемодан и достал оттуда костюм потеплее – не хватало простыть. Одевшись, Линус подошёл к зеркалу. Из зеркала на него смотрел средних лет мужчина, в русых волосах которого уже встречались седые волосинки. Худое лицо его было весьма обычным. Встретишь такого человека на улице и через минуту забудешь. Лишь глаза, ярко-синие, выделялись на его лице и хоть как-то запоминались.  — Причешись, неряха! — вдруг осудило его зеркало. Линус вздрогнул, но послушался, причесавшись. Наконец, умытый и причёсанный, он спустился  в бар. Хозяйки не было, видимо, суетилась на кухне. Услышав его шаги на лестнице, она вышла в зал с полотенцем в руках. - Уже проснулись, мистер Марч? Прекрасно. Присаживайтесь, я принесу вам завтрак. - Доброе утро, мадам… Розмерта? – чуть несмело предположил он, и женщина, улыбаясь, кивнула. - Верно, мистер Марч. Минуточку, я сейчас. Из кухни, где что-то продолжало грохотать и жариться, появилось блюдо с булочками и поднос. Они церемонно проплыли в воздухе, остановившись у столика с оторопевшим Линусом, который присел за него минуту назад. На подносе дымилась, слегка стреляя маслом, яичница с беконом, румянились жареные тосты, также стоял чайник с пустой чашкой. Убедившись, что ни поднос, ни блюдо с булочками более перемещаться не собираются, Линус подвинул их ближе. Он вдруг понял, что очень голоден. Всё оказалось очень вкусным, и Линус съел почти всё, что стояло на подносе. — Люблю, когда у людей хороший аппетит, — улыбнулась мадам Розмерта, забирая пустую посуду, — может, что-то ещё хотите? — Нет, спасибо большое — еле дыша, ответил Линус. — Клянусь, раньше с аппетитом у меня было неважно. — Так откуда вы меня знаете, мистер Марч? — спросила мадам Розмерта, вернувшись с пустыми руками. — Мне-то ваше имя сказал мистер Бруствер. Он забронировал вам комнату и велел послать за вами Тэдди. — Тэдди, мадам? — Парня, что вас встретил на станции. Это мой племянник, помогает мне в лавке. Способный парнишка, хоть с виду и не скажешь. Окончил школу и … — Погодите-ка, — прервал мистер Марч мадам Розмерту. Её племянник не слишком занимал его, — кто такой мистер Бруствер? — Директор школы Хогвартс, — пожала плечами мадам Розмерта, протирая за стойкой стаканы, — раньше он был министром магии, а ещё раньше – мракоборцем. — Кингсли Бруствер, — понял Линус, — он теперь директор школы? Это он написал мне письмо с просьбой приехать? Но зачем? — Этого я не знаю, мистер Марч, — расстроила его мадам Розмерта, — мне лишь велено разместить вас у себя. Об остальном директор сам вам расскажет. Ну что за безобразие? Линус Марч разозлился. Он срывается с места, успев лишь написать начальнику об отпуске за свой счёт, едет неведомо куда, а ему так и не удосужились ничего объяснить. — Так откуда вам известно моё имя? — прервала его мрачные размышления мадам Розмерта. Она бойко перемещалась по бару, сметая со столов невидимые крошки. — Я книгу читал, — недоумевая, ответил мистер Марч. — Вернее, книги. О Гарри Поттере. — О. хм. Ну да, — настроение мадам Розмерты заметно испортилось. Она отвернулась от мистера Марча, будто он сказал что-то неприличное, и начала протирать столы чуть более энергично. За окнами, наконец, рассвело. Линус видел, как улица стала оживлённее: распахивались ставни, жители деревни шли по своим делам, здороваясь, где-то вдалеке лаяли собаки. Из лавки напротив кто-то выпустил на улицу чёрного кота. Тот, осторожно ступая по снегу, смешно тряс лапами. — Я сказал что-то не то, мадам? — спросил Линус, прервав неуютную тишину. — О нет, что вы, мистер Марч, — улыбнулась мадам Розмерта, — просто…Ну хорошо, я вам расскажу. Она присела рядом за соседним столиком. — Мисс Роулинг училась в Хогвартсе, сэр. Она чуть младше меня, училась на факультете Когтевран. Умная была девчонка, вечно пропадала в библиотеке. Мы были мало знакомы. После школы я занялась семейным делом, помогала отцу в этом баре. А Джоан работала в газете «Ежедневный пророк». И что-то у неё с главным редактором не заладилось, вышел какой-то спор. Вобщем, что там и как у них произошло,  не знаю. Возможно, мистер Кафф задел Джоан её маггловским происхождением… Я знаю лишь то, что она уволилась и ушла в маггловский мир. Устроилась на обычную работу, вроде бы секретарём. И написала книги о нашем мире. Магглы воспринимают это как сказку, занимательную историю. Но факт налицо, сэр – о нашем мире узнали магглы. Им известны наши имена, наша история. Немногим волшебникам это нравится, сэр. — О, ясно. Спасибо за пояснение, мадам Розмерта, — Линус смутился так, словно это он написал книги о Волшебном мире. — Вы меня извините, дела, — подскочила вдруг мадам Розмерта. — Тэдди привёз продукты. Как же ругала я его, когда он притащил в дом это чудовище, мопед. Ох и шуму от него. Но, надо сказать, вещь полезная. С этими словами мадам Розмерта устремилась на задний двор, откуда и впрямь доносился рёв мотора. Линус подумал о том, что неплохо было бы расплатиться за ночлег и за вкусный завтрак, но деньги у него с собой были лишь обычные, маггловские. Линус вернулся в комнату, взял пальто и вышел на улицу. Несмотря на снег и ветер, несущий с гор ледяную крошку, было довольно тепло. Следующие два часа Линус с упоением бродил по лавочкам Хогсмида и чувствовал себя ребёнком. Предлагать маггловские деньги он стеснялся, поэтому просто разглядывал витрины с волшебным товаром. Все магазинчики, упоминаемые в книгах, до сих пор работали. Он заглянул в «Зонко», «Дэрвиш и Бэнкс», «Сладкое королевство» , посетил много других небольших заведений. Нашёл стоящую вдали Визжащую хижину, увидел замок Хогвартс, темнеющий вдали, словно замерший великан. Наконец, совсем замёрзнув, Линус вернулся в бар «Три метлы». В баре было многолюдно. За стойкой работал Тэдди, мадам Розмерту не было видно. Линус поднялся в комнату. Усталость вдруг одолела его, и он тяжело опустился в кресло. Линусу перестало казаться, что в Волшебном мире ему не место. Напротив, он с грустью думал о дне отъезда, который, несомненно, скоро наступит, какое бы дело ни было к нему у мистера Бруствера. У него есть свой дом, работа. Пусть она не приносила ему удовлетворение в должной мере, но Линусу всё равно нравилось преподавать. В школе он чувствовал себя на своём месте, мистер Марч считал, что приносит пользу. В других местах этого чувства у него не было. С грустью, смешанной с радостью, он думал об авторе книг. Волшебница маггловского происхождения усомнилась в своём месте в этом Волшебном мире и ушла в обычный мир, маггловский. Очень хорошо, что она это сделала, рассказала о мальчике по имени Гарри Поттер и его мире, ведь иначе такие люди, как Линус, никогда бы не узнали о нём. Но будет ли место в этом мире ему, обычному магглу Линусу Марчу? Ему нигде не было места, ни в обычном мире, ни в Волшебном, в этом Линус был уверен. И пусть ему было уже тридцать шесть, внутри него всё ещё жил тот растерянный шестилетний мальчик, которого нашли на вокзале Кингс-Кросс тридцать лет назад и привезли в приют Святого Марка. Если уж его родителям не было до него дела, то что уж говорить об остальных... И тут в дверь постучали.