Глава 14.

      Когда патрульный корабль поравнялся с «Сабриной», Матильда ненадолго понадеялась, что всё будет хорошо. Она не оставила эту надежду, даже когда энсин, возглавлявший досмотровую группу, вызвал ораву гоблинов на поводках, сопровождаемых их вождём-шаманом (этот был без поводка), сгорбившимся под десятками дикарских амулетов и ожерелий.       Вожак гоблинов, брызгая слюной, раздал приказы своим собакоголовым подчинённым. Полдюжины скрылись внизу со своими людьми-надзирателями, на палубе осталось трое вместе с десятком матросов и солдат.       Экипаж «Сабрины» превосходил их численностью втрое — но это мало что значило перед лицом пушек и магов патрульного корабля, не говоря уже о полудюжине стволов противодраконьей обороны, торчащих с пары патрульных катеров, лениво круживших сверху, словно стервятники в ожидании падали. Корабль капитана Торна был быстрым — но недостаточно быстрым, чтобы обогнать такие лёгкие суда, и вооружённым — но не настолько хорошо вооружённым, чтобы сражаться с настоящим военным кораблём, пусть даже таким маленьким. Оставалось только притворяться.       — Проблемы, сэр? — невинно спросил Торн, незаметно изобразив что-то из пальцев за своей спиной. Матильда проследила за его взглядом и увидела, как матрос у кабестана[1] небрежно облокотился на рычаг.       — Ваши документы в порядке, — недовольно признал энсин. — Но у нас есть приказ проверять каждый корабль, который кажется подозрительным.       — А мы кажемся?       — Хм. Посмотрим… Весь экипаж здесь? Кто-нибудь остается под палубой?       — Пассажиры — просто несколько детишек и их опекуны. Если хотите, я могу послать своего первого помощника.       Офицер покачал головой:       — Дети не указаны в вашей декларации.       — Просто дети-сироты… — ответил неопределенно капитан. — Можно позвать кого постарше…       — Я хочу, чтобы их проверили. — Энсин посмотрел вниз на пускающего слюни маленького монстра у своих ног. — Всех их.       Гоблин закивал, растягивая губы в дикой ухмылке.       По спине Матильды пробежал холодок — и причиной был вовсе не свежий ветер на высоте. Интуиция, рождённая многолетним опытом, заставила её перенести центр тяжести, чуть повернувшись, даже несмотря на то, что она по прежнему отчаянно надеялась, что обойдётся.       Пронзительный свист разбил надежду на осколки.       — Что там?! — Энсин выхватил свой кортик. За свистом последовал взвизг, уши вождя встали торчком:       — Нашли! — Псоглавец возбуждённо подпрыгнул.       — О чёрт! — рявкнул Торн, ткнув в затылок перворождённого выдернутый из кармана камзола пистоль. Простолюдинское оружие изрыгнуло фонтан дыма и огня вперемешку с кровью и мозгами. Практически обезглавленный гоблин рухнул — и понеслось…       Энсин резко развернулся, взмахнув кортиком примерно на уровне шеи кэпа.       — К ору!..       Но Торн был старым и опытным воздушным волком и всё ещё достаточно проворным, чтобы уйти в сторону, спасая свою жизнь и, что более важно, открывая Матильде возможность для атаки.       Маг Земли не спешила колдовать. Вместо этого она шагнула вперёд, занимая место капитана под дугой замаха, её правое предплечье встретило запястье противника. Есть немало мужчин, которые не любят бить женщин… Но Матильде такие попадались нечасто, поэтому, когда солдат поднял кулак другой руки, она уже пинала его в живот, добавив быстрый порыв ветра, кинувший его на перила палубы. Грохот — и вторая пуля отправила его в бездну.       Кэп засунул пистолеты обратно и извлёк третий — а также большой жутко выглядевший нож.       — Я так и знал, что ты маг.       — Ты знал, что я возьму его на себя?       Торн фыркнул, презрение исказило его черты:       — Я просто не хотел, чтобы эта псина что-то успела колдануть…       Вспышка пламени и жара заставила их обоих пригнуться.       Команда «Сабрины» набросилась на чужаков, как дикие собаки на охромевшего телёнка. Простолюдины и, изредка, слабые маги — их единственным преимуществом была неожиданность. Ибо кто был бы настолько безумен, чтобы вот так нападать на солдат? Подкрепление пыталось перебраться с другого корабля, там открывались орудийные порты.       Торн выпрямился, не обращая внимания на хаос, и проревел, перекрыв треск выстрелов и грохот магии:       — РУБИ КОРМОВЫЕ!!!       — Есть, капитан! Руби кормовые! — повторил приказ своего отца первый помощник.       Взлетели топоры, разрубая тросы.       — ОТПУСТИТЬ КАБЕСТАН!!!       Матрос, стоявший рядом с корабельным механизмом, навалился на спусковой рычаг. Огромное колесо содрогнулось, освобождая «Сабрину», чтобы она могла отойти от меньшего судна, с которым её всё ещё связывали несколько канатов в носу.       — Кабестан готов, кэп!       — БОРТОВОЙ ЗАЛП!!!       — Есть, капитан!       «Бортовой залп»?! Даже если бы пушки были заряжены — стрелять же некому?! Матильда ошибалась. Первый помощник опустил топорик на верёвку, свисавшую с борта корабля, на которую до сих пор никто не обращал внимания. Должно быть, там висел немалый груз, так как соседняя верёвка внезапно начала скользить, с шипением набирая скорость.       Похоже, трос был проведён к запальным концам пушек — волна огня и грохота пронеслась вдоль борта.       «Сабрина», созданная для лёгкости и скорости, затряслась, как щенок в челюстях мантикоры, и качнулась в сторону, когда её остановили передние канаты. Залп практически в упор пробил корпус патрульного корабля, посеяв хаос на палубах. Беспорядочный ответный огонь меньшего корабля косо хлестнул по борту клипера.       — БАКОВЫЕ ПУШКИ!       Другой матрос, находившийся на носу, запалил четыре длинноствольных орудия, выдвинутых вперёд. Один удачливый книппель[2] обмотался вокруг мачты патрульного корабля по правому борту, сломав тонкий рангоут, как зубочистку, и приведя в беспорядок весь такелаж правого борта.       — РУБИ КОНЦЫ!!! ПАРУСА ПОДНЯТЬ!!!       Все, кто мог, пытались выполнить приказ — а все выжившие противники пытались им помешать. Дисциплинированные (или, может быть, фанатичные) они не выказывали ни малейшего намерения сдаваться. Матильда сбила с ног одного порывом ветра, а затем небольшим огоньком подожгла просыпанный порох у ног другого, всё это время страстно желая оказаться на твёрдой почве, на ЗЕМЛЕ — где она смогла бы использовать свою магию в полную силу.       — Можешь что-то с этим сделать?! — Капитан махнул рукой в сторону неба — катеров, обстреливающих палубу «Сабрины». Одна из лодок как раз изрыгнула огонь на нос клипера.       Пока залпы ветряных стрел и мушкетные пули летали туда-сюда, Матильда искала то, что могла бы использовать. Там. Мешки с порохом лежали рядом с каждой пушкой «Сабрины». Взмах палочки собрал их в кучу, ещё один быстрый взмах катапультировал их в воздух, где они и взорвались над носом патрульного катера.       Чёрный порох, алхимическая смесь серы, угля и селитры. Она уступает магии по разрушительной силе — в разумном количестве. Но это стало прекрасным отвлекающим манёвром — и неплохой дымовой завесой. Огонь потух — и дым клубами повалил вниз, на траекторию движения катера. Его быстро разгонят, но немножко времени она выиграла. Теперь Матильде нужно было что-то более эффективное.       Пушки?       Она бросила взгляд на оружие. Бесполезно, пушки «Сабрины» никогда не смогли бы поразить такую проворную цель. Катер мог двигаться и поворачивать, набирать высоту и опускаться гораздо быстрее. Поворотные стволы противодраконьих пушек, конечно, могли прицелиться и попасть — но корпус патрульного катера был не настолько хрупким.       — У вас не найдётся ещё нескольких магов Ветра или Огня, капитан?       — Не сегодня… — Хозяин «Сабрины» выхватил шлем у одного из своих людей. — Куда вы?       — За кем-нибудь летающим! — «Надеюсь». Матильда подбежала к люку на палубе. Как будто от надежды может быть польза.       Капитан быстро всё понял.       — Ага! Самое время стребовать плату за проезд!       Холодный ветер сменился затхлым воздухом, а шум воздушного боя — звуками схватки на нижней палубе. Эхо разносилось по внутренностям корабля. Матильда двинулась вперёд, держа палочку наготове.       У подножия лестницы она наткнулась на пострадавшего — одного из матросов «Сабрины», который упал в люк. Ещё один матрос лежал прямо рядом с ним. Матильда произнесла непристойность и ускорила шаг, пытаясь проморгаться в полумраке и тыкая фокусом в каждую тень. Лучше бы фейри соответствовать своей репутации…       Шум впереди наводил на мысль, что так оно и было. За то время, что она провела с фейри, наблюдая за ними, изучая их, — она никогда на самом деле не видела, как они сражаются. До сих пор. Это было совсем не то, чего она ожидала.       Жестоко. Жёстко и эффективно.       Гоблин взвыл от боли, когда его схватила за шею и шваркнула об переборку девушка ростом не больше ребёнка. Салем использовала свою фейрийскую силу, чтобы пригвоздить монстра к стене, вонзив кинжалы в бок и грудь, затем упёрлась ногой и выдернула оружие с двумя яркими струйками крови из ран. Не бог весть какая страшная картина, воровка видала и не такое, но… выражение её лица, взгляд её глаз…       Матильда с самого начала знала, что в фейри было что-то не совсем человеческое — особенно в этих троих. Иногда им почти удавалось притворяться — но иллюзия разрушилась при одном взгляде на Салем. Её глаза были широко раскрыты и почти светились изумрудным внутренним светом, ноздри раздувались, губы растянулись в диком рычании. Она была полностью поглощена чем-то ужасным, опасным и враждебным разуму.       Нижняя палуба являла собой поле битвы, отдельное от сражения, происходящего над их головами. Груз разлетался в щепки, а огонь опалял древесину корабля, несмотря на заполошное мерцание противопожарных оберегов.       Всего их было семеро — троица фейри и четвёрка магов-абордажников сцепились в тесноте, не заботясь о безопасности или здравомыслии. «Сабрина» была загружена очищенным ветрокамнем, весьма… нервным веществом, и там же был её собственный порох — ещё более нервный. Случайное попадание — и… Пора с этим кончать. Пока тут такое творится — на борту нет безопасного места, где Тифании и детям не угрожала бы опасность.       Матильду почти сразу заметил ближайший маг, мужчина, вооружённый магическим фокусом в виде кортика. Он повернулся и встал в широкую и устойчивую дуэльную стойку. Четыре на четыре. Воровка прищёлкнула языком — она работала и с худшими шансами, хотя и не по своей воле.       Сражение на борту летучего корабля — худшего места для магии Земли придумать трудно. Маги Воды также были в невыгодном положении — если не подвернётся случайное облако, а в этих коридорах огонь был бы опасен как для друзей, так и для врагов. Таким образом можно было, особо не сомневаясь, ожидать атаку Ветром — и точно, вот вам и крепко скрученный вихрь, разносящий всё на своём пути.       Матильда повела своей волшебной палочкой. Магия вспыхнула на кончике тонкого фокуса, когда вихрь прикоснулся к нему — и был разорван на части её волей, рассыпавшись на порывы воздуха, которые хлестнули её по лицу и порвали плащ. Воровка, не теряя времени, перехватила инициативу, превратив своё парирование во встречный выпад. Останки вихря вывернулись наизнанку, усилились и отправились обратно к создателю, который… сделал то же самое!       Словно в игре, дурацкой, но смертельной, двое обменивались заклинанием, туда-сюда, каждый раз добавляя что-то к его силе, пока вращающиеся лезвия не завыли, превращая в щепки подвернувшиеся деревяшки. И первый, кто допустит ошибку, будет разорван в клочья — Матильда это знала, и флотский маг тоже это знал. Он начал наступать, сокращая расстояние между ними. Ещё один обмен, ещё, туда-сюда, туда-сюда, каждый раз быстрее предыдущего, туда…       Матильда резко упала назад и скрестила руки, закрыв лицо, рукава её плаща разорвало в клочья, а внешнюю сторону предплечий ободрало пронёсшимся над распростёртым телом заклинанием. Армеец бросился на неё с победным криком… Ну-ну.       Вихрь ударил в балку за спиной Матильды, глубоко вгрызшись в прочную древесину, и взорвался. Противника отбросило назад, протащив по палубе, и маг Земли бросила всё своё стихийное сродство к его телу. Доски палубы заскрипели, когда гвозди выдрало из них, превращая в железные дротики, пронзившие армейца. Тело выгнулось в конвульсиях, а затем безжизненно обмякло.       Матильда поднялась, не обращая внимания на боль в спине и в ободранных руках, где кожу, похоже, покромсало на ленточки. Она позаботится об этом позже, а сейчас им нужно было победить. Впрочем… Она повернула голову — фейри справлялись.       Быстрые, очень быстрые — но больше, чем скорость их движений, внимание Матильды привлекло то, КАК они двигались. Все трое, казалось, действовали как один, кружась вокруг друг-друга, защищаясь, атакуя и уклоняясь, как будто их движения были актом тщательно отрепетированного бального танца, даже несмотря на бешеный хаос насилия.       Вот маг взмахивает жезлом, короткий проблеск магии — шипящий воздух отправляется в спину Селены.       Фейри, даже не повернув головы, изгибается, пропуская маленькую смерть мимо едва на толщину ладони от тела и подняв руки в облаке мерцающих рун. Сфера света, окружавшая сгусток кромешной тьмы, вырывается из ладоней, ударив солдата в грудь и отправив его в короткий полёт, который закончился жёсткой остановкой, когда он ударился о переборку и ссыпался с неё, похоже, с множественными переломами.       Что же, теперь двое против трёх… Плюс Матильда.       Огненный шар попытался уничтожить плотно сбившуюся троицу, взорвавшись на барьере, поставленном Шиори, и Салем тут же атаковала в ответ, едва не выпотрошив человека ударом кинжала. Тот ухитрился отпрыгнуть, разрывая дистанцию, и огрызнулся огненной вспышкой, заставившей всех трёх фейри зашипеть… как кошек, а затем прыгнуть в укрытия, когда металлический змей взвизгнул в воздухе — его конец ударил с силой, способной переломить бревно.       Последний из магов был сродни Земле — и, как и Матильда, он обратился к импровизации — оживив железную цепь магией и широким взмахом фокуса превратив в смертоносный хлыст. Шиори и Селена были зажаты по обе стороны от извивающихся звеньев, их положение становилось всё хуже с каждой секундой. Цепь ударила над головой Селены, обрывая верёвки и опрокидывая ящики с провизией.       В этом хаосе тихие крики страха было бы слишком легко не заметить — но Матильда их увидела. Дети делали именно то, что им было сказано, — они с Тифанией забились в разные укрытия, казавшиеся достаточно прочными, чтобы уберечь от хаоса битвы, наблюдая расширенными от ужаса глазами, как решается их судьба.       Шиори тоже увидел их, его глаза вспыхнули, когда отступающий маг Земли случайно приблизился к укрытию. Он проследил за взглядом фейри — и в этот момент Шиори и Селена взяли его в клещи. Цепь ударила — но не попала, разрезанная ярким светом, окутавшим ладонь Селены, когда Шиори, перекатившись под стальным хлыстом, подобрался назад почти на расстояние удара клинка — с мечом в одной руке и пригоршней магии в другой.       Он что-то крикнул — Матильда не расслышала, что — ругательство, заклинание, просто дикий вопль, его глаза сияли, словно у дикой кошки. Меч упал — по тяжёлой рубящей дуге — и был остановлен звеньями цепи, со скрежетом и искрами. Затем железная змея рванулась… Куда-то вбок?       Пронзительный крик расколол воздух и, казалось, время тоже. В мгновение ока между противниками возникла перепуганная маленькая девочка — подвешенная вниз головой за ноги. Пиппин, которую выдернули из укрытия, чтобы использовать в качестве живого щита.       — А ну стоять! — рявкнул мужчина. Матильда выскочила из укрытия — Шиори едва успел остановить удар. Хуже того — он потерял равновесие. Это было всё, что нужно было магу, другой конец цепи ударил Салем в живот, а её середина обрушилась на плечи Шиори. Звенья загремели друг о друга, сжимая и поднимая фейри в воздух.       — Шиори!!!       Пиппин кричала, раскачиваясь и колотя своими маленькими кулачками по цепи. Маг не обращал на неё внимания. Он оскалился на пойманного в ловушку фейри и затянул петлю туже, перекрывая дыхание.       Матильда увидела, как на другом конце палубы в глазах её сестры промелькнула нерешительность, а затем Тифания начала подниматься, сжимая в руке волшебную палочку. Менее чем бесполезная в такой битве, как эта, она ведь всё равно попробует… Если Матильда срочно что-нибудь не придумает.       

***

             — Шиори!!!       «Шиори» услышали крик Пиппин — хотя и не через то тело, которому она кричала. «Мечник» практически оглох и ослеп, его уши были словно забиты ватой, а поле зрения быстро заполнялось чёрными пятнами. Цепь, пока безуспешно, пыталась оторвать ему голову — но вот придушить у неё вполне получалось.       И что тогда? «Шиори» не были до конца уверены, что произойдет, если кто-то из неё/их умрёт. Интуитивно они понимали, что ничего хорошего не будет. Может быть, это будет фатально для всех троих. «Кинжал»-«Салем» отчаянно искала лазейку, пока «волшебница»-«Селена» прикрывала её, отступая под атаками.       Проблема была в маге Земли, этот ублюдок мотал Пиппин, словно наживку на удочке, туда-сюда, стараясь не дать «Шиори» ни одной лазейки. Стоило «волшебнице» сделать шаг — и он тут же сдвигал свой живой щит.       Они видели это в упор глазами «волшебницы», наверно поэтому та нервничала сильнее всех. Дыхание перехватило, внутри всё сжалось. Что с ней было не так?! Она не могла позволить этому остановить её! Ведь не могла же?       — Чёрт… — Глупо. — Чёрт!!!       «Селена» сделала шаг вперёд.       — Стоять, я сказал! — Глаза волшебника горели злобой. Цепь, обвитая вокруг ног Пиппин, обмоталась и вокруг талии и своим утяжелённым концом коснулась горла маленькой девочки. «Волшебница» снова застыла, «мечник» напряг все силы, пытаясь ослабить цепь вокруг своей шеи. — Ещё одно движение — и я сверну ей головёнку!..       Края поля зрения «волшебницы» окрасились багровым, в основании её черепа возникла пульсация.       ПРЫГНУТЬ И ПОРВАТЬ!!!       Знакомое, слишком знакомое желание. Неужели он действительно думает, что это сойдет ему с рук? Она сделает куда больше, чем просто убьёт его! Так почему же… Почему она этого ещё не сделала? Её кровь кипела яростью… и страхом. Страх ей был знаком, он был привычен… Почему же сейчас она остановилась? Этот страх… Он был другим?       —Ммф… ммм! — девочка зажмурилась, пытаясь сдержать рыдания.       Пиппин!       Металл загремел, резко и быстро, дальний конец нанёс удар, задев застывшую в ступоре «волшебницу». Она успела нырнуть под быстро движущуюся цепь, но увернуться до конца не смогла. На плече, вышибая слёзы, остался болезненный рубец, — но это всё, что она смогла сделать, скованная странным ошеломлением, прокатившимся по всему объединённому разуму «Шиори».       «Салем» и «Селена» покатились по палубе, «волшебница» едва не попала под очередной удар цепи, а затем её поймали за лодыжку и сильно шмякнули об переборку. Всё равно, что получить битой в спину от профессионального питчера…       — Ня-а-а!       Над полом пронеслась струя огня, «кинжал» бросилась назад, шатаясь как пьяная, всё ещё не придя в себя.       Цепь змеёй соскользнула с ноги «волшебницы» и приподнялась, крюк на её конце хищно нацелился… Задрожал… Затрясся… Кайте не пришлось долго гадать над причиной — та как раз выпрыгнула из из тени. В одно мгновение никого — а в следующее Матильда ворвалась в драку, делая выпад палочкой, словно рапирой.       Армеец шарахнулся в сторону — но не он был её целью, кончик палочки коснулся звеньев цепи. Ни одна из пар глаз не давала в тот момент приличного обзора, но металл словно… рассыпался?       Так оно и было. Звенья почти мгновенно проржавели и осыпались на палубу, с обоих концов, освободив «волшебницу» и, что более важно, Пиппин. Девочка упала прямо в ожидающие руки Матильды, а противник попытался использовать остатки своего оружия, укоротившегося наполовину, чтобы схватить их обеих…       Не выйдет.       Зубы кайты стиснулись так сильно, что заскрипели, ярость вздёрнула её на ноги. Она выпустила заклинание Тьмы, которое готовила последние секунды, правая рука окуталась острым металлическим светом, парировала дикий взмах цепи ребром ладони, оттяпав ещё треть от оставшейся длины, а затем отступила в сторону, когда маг увидел её приближение и, наконец, ослабил хватку на едва удерживающемся в сознании «мечнике», чтобы было чем отражать атаки с двух сторон.       Двое на одного — у него не было ни единого шанса. Пиппин вырвалась из рук Матильды, и, освободившись от своей ноши, зеленоволосая снова нацелилась палочкой на цепь. «Селена» ударила с одной стороны, Матильда атаковала с другой. Проявлять милосердие настроения ни у кого из них не было, и когда атаки пересеклись…       Это было некрасиво.       Вдвоём они повернулись к последнему… Не то чтобы «Шиори» нуждались в особой помощи, потому что «кинжал» уже сорвала дистанцию, схватившись рукой за плечо огневика, подпрыгнула, оттолкнувшись от переборки ногами, а затем рухнула ему на шею. Как оказалось, шея не слишком приспособлена, чтобы на неё прыгали взбешенные кошкодевочки, пусть даже в человеческом облике. Маг рухнул как подкошенный.       Внезапное прекращение яростной свалки в каком то роде было ещё более ошеломляющим, чем начало. «Кинжал» в оцепенении поднялась, в её глазах всё плыло… Или это было в глазах «мечника»? Матильда подставила плечо. «Шиори» ждали, пока мир перестанет вращаться.       — С-сестра! — Все резко повернулись, нацелившись на Тифанию, выходящую из-за укрытия. Позади неё выглядывали дети, вероятно, пытаясь решить, действительно ли всё закончилось.       — Тифа…       Матильда замолчала — лицо её сестры было совершенно бесстрастным. Светло-голубые глаза эльфийки скользнули сначала по волшебнице, затем по крови на её руках, по тому… беспорядку, который они с «волшебницей» оставили от мага, вздумавшего поиграть с цепями, а затем по самой кайте. «Шиори» не могли прижать свои уши в человеческой форме — но они честно попытались.       — Я… могу всё объяснить… Потом… Тифа?       Матильда попыталась положить руку на плечо сестры, но Тифания схватила её за запястье. Она медленно покачала головой.       — Всё… в порядке.       Эльфийка была не очень хорошей лгуньей. На самом деле всё было настолько не в порядке, насколько это вообще возможно.       Палуба задрожала у них под ногами.       Матильда вздохнула, объясняя ситуацию «Шиори». «Сабрина» могла бы уйти от патрульного корабля — но катера были проблемой. Зеленоволосая, возможно, была самым сильным магом на борту — но небеса не были её стихией. Во всех смыслах.       — Тифа…       Матильда остановилась, чтобы ещё раз взглянуть на сестру. «Шиори» тоже оглянулись — на детей. Как тут не посмотри… Это была их вина.       — Иди, — тихо сказала Тифания. — Делай, что должно. А я займусь тем, что должна сделать я.       Когда они вышли наверх, исход рукопашной был решён в пользу команды. Палуба, залитая липкими лужами крови и усеянная мёртвыми и умирающими, была похожа на пол бойни.       В рукопашной они победили — но битва ещё не была закончена, не сейчас, когда эти катера крутятся вокруг. Вот ещё один развернулся и пошёл со снижением, подгоняемый волшебным ветром.       — Цельсь! — приказал жилистый первый помощник. — Весь экипаж, цельсь! — Мушкеты, поворотные пушки и разнообразная коллекция магических фокусов вскинулись навстречу катеру. — Огонь!       В то же мгновение раздался ответный залп, ударивший по палубе «Сабрины», дробя доски в щепки и разрывавший на части тела. Мушкетные пули и слабенькие заклинания команды лишь отскакивали от бортов катера и лохматили паруса.       Торн схватил мушкет и прицелился.       — Чёртова хрень! Какой же толщины у них корпус?       — Посмотрите на линии заклёпок. — Матильда наблюдала за происходящим. — Они явно укреплены для борьбы с фейри.       — А давайте проверим. — «Волшебница» отбросила свой маскарад, зависнув в воздухе на четырёх стреловидных крыльях кайт ши. Её левая рука онемела, наполнившись чернильной тьмой. Она швырнула эту массу во второй катер, когда решил заняться такелажем «Сабрины» по левому борту. «Подарок» описал ленивую дугу, оставляя лёгкий дымный шлейф, и расплескался по корпусу дымным облаком.       — Чёрт, — пробормотала себе под нос «кинжал». Чёрный дым распространялся — но недостаточно быстро, сдуваемый ветром. Магия погрызла паруса, как моль, и пробороздила корпус кавернами — но этого было мало.       — Не держится на ветру, — сказал «мечник» Матильде.       — Я вижу. — Матильда потёрла виски. — Нам нужно… нам нужно подрезать им крылья. Что нам нужно, так это… Ты, — она схватила первого попавшегося матроса за плечо. — На этом корабле есть запасная цепь для якоря?       — Д-да — Матрос встряхнулся. — Да, мэм!       — Тогда тащите её на палубу. Целиком. И закрепите её на кабестане!       — У тебя есть план! — обвиняюще прищурилась «кинжал».       — У меня есть набросок идеи плана… Это заклинание…        — «Миазмы Разрушения».       — Оно справится с катером?       — Если дать ему время. — Кайта прищёлкнула языком.       Оба катера кружили вокруг, усыпая палубу и паруса выстрелами каждый раз, когда проходили мимо. Урон был так себе, учитывая тот факт, что «Сабрина» всё ещё была в небе. Но это и не было их целью. За кормой патрульное судно шло полным ходом, его паруса были раскрыты, как огромный зонтик, волоча за собой корпус.       «Сабрина» была быстрее, её паруса были больше, а корпус — изящнее, её команда была ничуть не хуже, если не лучше, как и балластный двигатель, если придётся брать круче к ветру. Но она была тяжёлой, нагруженной товаром, из-за чего медленно набирала скорость и высоту. Патрульный корабль уже почти догнал их, ещё немного — и он сможет стрелять из своих передних орудий. Если катерам удастся порвать паруса «Сабрины» — то они обречены.       — А если закинуть эти «миазмы» внутрь?       — Замкнутое пространство? Да, этого будет достаточно. Наверно.       Значит, теперь они зависели от «наверно»? Просто чудесно. Лязг цепи по палубе означал, что они скоро будут готовы. Матильда посмотрела на тяжёлые железные звенья.       Она ждала, пока бока «Сабрины» были вновь подверглись обстрелу, ждала, пока команда укрывалась от шепок размером с руку взрослого мужчины. Она ждала, пока катер снова подойдёт на сотню майлов… Затем она нанесла удар.       Магия стекала по толстым звеньям, гораздо более толстым, чем та цепь, что применили против них под палубой, пробуждая к жизни мёртвое железо. Металл, изогнувшись волной, вскинул две трети своей длины над палубой. Маг взмахнула своей палочкой, как рукояткой кнута, — и цепь подчинилась, с грохотом рухнув на катер и вцепившись в него. Цепь загремела, натянувшись, весь корпус «Сабрины» вздрогнул, когда маленький кораблик дёрнулся на поводке.       — Капитан! — крикнула Матильда. — Тащите!       — ХЕЙ, НА КАБЕСТАНЕ!!!       «Сабрина» застонала, когда механизм заработал. Матильда посылала рывки по цепи, заставляя катер подпрыгивать, затем раскачиваться и, наконец, мотаться, как в шторм. На катерах не могли не заметить её — женщину, махавшую руками, как бесноватая, посреди палубы. Стволы повернулись, посохи и жезлы вскинулись, ослепительная волна оранжево-красного цвета нахлынула — и вскипела на границе, тонкой и прозрачной, как дутое стекло.       «Шиори» оказались рядом с ней в одно мгновение, глаза «мечника» горели, а черты фальшивого лица исказились в оскале боли и ярости, когда он выставил руку перед собой, удерживая барьер, как будто раздвигая пламя какой-то божественной властью… и медленно проигрывая. Всё сводилось к тому, продержится ли барьер достаточно долго. В прошлый раз… «Шиори» не хотели, чтобы им напоминали о прошлом разе.       Цепь лязгнула, рванув первый катер вверх — на путь второго. Корпуса столкнулись друг с другом, пойманное судёнышко протащилось под своим собратом, ломая такелаж как зубочистки. Проклёпанная обшивка разошлась по швам.       «Волшебница» скользнула вдоль мачт «Сабрины», широко расправленные крылья несли её вперёд на волне адреналина — прямо к столкнувшимся катерам. Шар чёрного дыма, оставляя за собой закрученный в спираль шлейф, аккуратно влетел в корпус второго судёнышка и лопнул, заполняя внутренности и выплёскиваясь наружу. На обоих катерах внезапно прекратили огонь.       Вот тогда-то и начались крики. Стоны… Ломалось дерево? Звук был похож, тем более что корпуса на самом деле разваливались. Но «стон» дерева имеет определённый характер, он начинается глубоко и поднимается, чтобы прерываться хрустом… Но это… это просто продолжалось и продолжалось.       Теперь, когда «Шиори» подумали об этом — их затошнило. Они никогда по-настоящему не задумывались о том, что «миазмы» могут сделать с живым человеком из плоти и крови. Наверное, это было к лучшему, что дым скрывал подробности.       К счастью, грохот орудий «Сабрины», которые смогли поймать потерявшие манёвренность цели, заглушил крики. Одно, два, пять, дюжина пушечных ядер описали дугу в небе. Некоторые промахнулись[3], но попавших хватило, чтобы развалить одну из лодок. Медленно, а затем с нарастающей скоростью сцепившиеся судёнышки начали падать в облака, рассыпая обломки и оставляя рассеивающийся чёрный «хвост», пока не пропали под облачным саваном под реквием ветра.       — Все… Все на такелаж! — голос первого помощника звучал хрипло. — Поднять каждый дюйм паруса, набрать высоту!       Жилистый молодой моряк задержался достаточно надолго, чтобы пробормотать короткую благодарность в направлении Матильды и фейри, а затем, похоже, полностью забыл о них.       Когда адреналин схлынул, «Шиори», все они, внезапно упали на колени. Все трое были бледны как смерть, глаза были широко раскрыты, они дрожали от изнеможения, боли и ошеломления от увиденного освободившимися от опьянения яростью глазами.       — Шиори. — Матильда нерешительно положила руку на плечо «мечника». — Шиори?       — Я в порядке.       «Мечник» был нихрена не в порядке. Он чувствовал, что его вот-вот вывернет… Вот только если стошнит его — то и остальные тела не удержат остатки завтрака.       — Я… в порядке… — всё равно повторили «Шиори».       Если они повторят это достаточное количество раз — то смогут поверить в то, что это правда… Так ведь? Это просто усталость…       Команда оставила их наедине со своими мыслями, она была слишком занята тем, чтобы поставить каждый парус, выжимая каждую каплю скорости из раненного судна… И патрульный корабль, похоже, начал отставать. К тому времени, как «Шиори» решили проверить ещё раз, — военное судно начало менять курс, похоже, плюнув на преследование.       Только после этого Матильда позволила себе соскользнуть на палубу, похоже, наконец-то убедившись, что они в безопасности. По крайней мере, настолько в безопасности, насколько это возможно. Никто из них ничего не сказал, ни вслух, ни в мыслях друг другу, в течение долгого времени.       А потом:       — Вы могли бы убежать… — сказала Матильда. — Улететь и бросить нас.       — Может быть… — «Шиори» ответили после долгого молчания, глядя в голубое небо. — А может быть и нет. Мы не можем лететь долго.       — Я знаю… И всё же… Спасибо… Я полагаю…       «Шиори» не нуждались в благодарности. И меньше всего от Матильды.       Через некоторое время они вернулись к Тифании и детям. К тому времени команда уже приступила к уборке палубы, стирая худшие следы произошедшей бойни. Тела членов экипажа сваливали в кучу, как дрова, а трупы альбионцев просто вышвыривали за борт.       Пока Матильда, отведя Тифу в сторону, объяснялась, а старшие мальчишки присматривали за малышнёй, Пиппин, оживившись, подбежала и обняла «мечника».       «Шиори» отрешённо смотрели в две пары глаз (пуговицы Лунного Лучика тоже уставились им в лицо), думая — почему это заставляет их испытывать такую вину?       ___________________________________________________       [1] Кабеста́н, он же шпиль — лебёдка с вертикальным барабаном, использующаяся для передвижения судна, баржи, грузов, подтягивания судов к берегу, подъёма якорей и тому подобного.       [2] Довольно забавный вид снаряда для флотской артиллерии, представляет собой два ядра, соединённых железной штангой или цепью, которые заряжались в одну пушку. Предназначен для разрушения парусов, мачт и прочей деревянной лабуды.       [3] Стрелять с корабля по кораблю — это та ещё рулетка. Точность морских орудий может поражать несведущего человека. Если, конечно, не в упор, то она редко превышала пять процентов.