Глава 65. Новые планы после неудачи (Начало приключений Шторма)

Глава 65. Новые планы после неудачи

Три дня назад, после поражения на состязаниях. От лица Шторма «На что ты вообще рассчитывал?» — раздался голос в голове, в то время как Шторм продолжал лететь без оглядки. Его глаза заполнились слезами, и он чуть ли не врезался в деревья. В его голове все еще слышались слова радужных: — Что она пытается сделать? Она точно собирается плеваться? Выглядит так, будто ее сейчас вырвет! — Она кашляет? Она что, проглотила свой яд? А так можно было? — Это что за плевок такой? Он же похож на слюну! У нее что нет яда? — Ну и ну, какая жалкая попытка! Она даже не может нормально открыть пасть! Может, у нее зубы болят? — Ого, какая смешная! Она пытается плеваться воздухом? Она разве не знает, что яд должен быть жидким? Какая глупая! — Аха-ха, смотри, как она напрягается! Она что, хочет сорвать себе горло? Она не понимает, что яд должен идти легко? Какая напряженная! — Это что за звук такой? Он же похож на чихание! Она простудилась? Какая больная! — Ну и ну, какая неудачница! Так продолжалось на протяжении пяти минут. Если в первые несколько минут они просто смотрели и смеялись, то после они начали шутить и эти шутки выходили за грань допустимого! Они называли меня дурой и тупицей, которую не видел весь Дождевой лес. Говорили, что даже годовалые дракончики были умнее меня, ведь они и то умеют плеваться ядом! Последней каплей стало, когда они назвали меня «Что за инвалидка?». Я приземлился на траву, когда осознал, что улетел уже достаточно далеко от деревни радужных. После пережитого ужаса мне хотелось вернуть настоящего себя. Хватило одной мысли, после которой мой пол изменился на мужской, а вместе с тем вернулся мой родной облик морского дракона. С приятным чувством возврата к привычному состоянию я прижался к стволу ближайшего дерева. Мне хотелось изолироваться, потому накрывшие меня крылья стали естественной защитой от внешнего жестокого мира. Это был мой уголок уединения, где я мог скрыться от боли и унижения, которые только что пережил. «А я тебе говорила, что ты только опозоришь себя! Надо было прислушаться ко мне!» вновь послышался голос в голове. — Дракомантия — не решение проблемы, — ответил Шторм вслух, зная, что ни один дракон не способен понять его мысли. Мракокрад и Орка могли прочитать его мысли, но по какой-то причине они не могли понять их. Максимум, это увидеть образы, которыми хотел поделиться Шторм. «Ты только представь, как бы ты стал королевой! У тебя в распоряжении было бы целое племя, с которыми ты мог бы экспериментировать! К тому же, чтобы осуществить план «Единство», тебе придется использовать дракомантию. Поверь мне, ничего плохого не случится, если ты зачаруешь еще одну вещицу…» — Даже не пытайся! Я прекрасно помню, как ты начинала с малого и чем это кончилось! Не хочу продолжать. У меня сейчас совсем нет настроения… — Шторм крепче прижался спиной к дереву, продолжив тихо проливать слезы. «После всего, что ты со мной сделал, я простила тебя! Не просто простила, но и пожелала тебе добра и подала крыло помощи! А ты…» обидчиво рявкнула Орка, но Шторм ее уже не слушал. Крылья полностью скрыли меня от внешнего мира и всех проблем. Одиночество стало лечением. Где-то вдали послышался знакомый голос. Голос Голубоглазки звал меня и выкрикивал моё имя. Но сейчас мне не хотелось отвечать ей. Хотелось побыть наедине с собой. И вскоре голос становился все тише и тише, продолжая отдаляться, пока и вовсе не исчез. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мне хватило сил и храбрости вновь вернуться во внешний мир и раскрыть кокон. Что же я увидел, когда сделал это - поразило меня. Передо мной, примерно в десяти шагах, находилась изящная салатовая радужная драконесса, которая уперлась боком о корень дерева. Услышав движение, драконесса подняла ушки, а её глаза дернулись и впились в меня со смесью радости, удивления и переживания. — Ты ведь Шторм, верно? — неуверенно спросила одна из королев, вглядываясь в одновременно знакомого и незнакомого дракона. — Если это ты, то ты выглядишь совсем иначе… — Да, я Шторм, — тяжело вздохнул дракон, стараясь игнорировать чужие мысли. — Это мой настоящий облик… — Настоящий? — недоумевала Блеск. — Не пойму, ты самец или самка. И… Как ты… — чешуйки драконессы резко начали окрашиваться в цвет неловкости. — Извини, я не об этом хотела поговорить. Мне очень жаль, что произошло на соревнованиях. И… — Всё нормально… — ответил Шторм, зная по какой причине, кроме переживаний, она полетела за ним. — Я Шторм! Морской дракон и самец. Благодаря одному предмету мне под силу менять как племенную принадлежность, так и пол. Я никакая не радужная драконесса — это все обман! — Шторм удивился, заметив по мыслям, что Блеск не придала особого значения к его признанию. — Это невероятно! — воскликнула Блеск, не скрывая эмоции. — Хотелось бы и мне иметь такую способность. Значит, ты можешь стать кем захочешь? Как это работает? «Дурень, не говори ей ничего!» громко ревел голос в голове, но Шторм, будто назло, начал рассказывать, что его медальон может делать. После непродолжительного рассказа, не заметив никаких корыстных и подлых намерений, Шторм закончил со следующими словами: — Это все способности моего медальона. Пожалуйста, извини меня. Я сжульничал и мне очень стыдно! — с тяжестью в сердце признался Шторм. «Ну ты и тупица! Надеюсь, тебе хватит ума не проболтаться, что у тебя есть серьга, способная читать её мысли!» если бы Орка могла скрипеть зубами, то сейчас она бы этим и занималась. — Удивительно! Повышенные характеристики и способность менять облики… Это многое объясняет. Что касается жульничества, то мне все равно. По правде, другие королевы сами придумали, как будут жульничать, но, глядя на твои успехи, им даже не понадобилось. И все же я не пойму. Зачем тебе захотелось становиться королевой и бросать вызов всем? Быть королевой это такой тяжкий и неблагодарный труд! Приходится извечно слушать жалобы и решать глупые проблемы! — Блеск скорчила морду и недовольно взмахнула крылом. — Это так утомительно… Шторм улыбнулся, осознавая, что Блеск не злится: — Виной тому мой глупый и эгоистичный каприз. Мне хотелось помочь вам и принести перемены. Мне стоило отказаться от своих планов сразу же после отказов, а не пытаться навязывать идею, в которой сам не уверен. — Кстати… Об этом… — задумалась радужная. — А зачем ты вообще сюда прибыл? Какой у тебя был план? Чего ты хотел? — Я же тебе все рассказал еще при первой нашей встрече! — Разве? — искренне удивилась Блеск. — Ты ко мне приходил? — Да! — Шторм не мог поверить, что она действительно этого не помнит. — Извини, не заметила. Я часто задумываюсь, витаю в облаках и пропускаю все мимо ушей. Видимо я приняла тебя за очередного нытика и не стала даже слушать. Теперь я вся во внимании. — Блеск легла поудобнее брюхом на траву и подняла ушки с соответствующим переливом чешуи в синий окрас. — Хорошо… — заговорил Шторм, не зная с чего начать. — Допустим… Я хочу… Представь… Под взглядом Блеск Шторм ходил туда-сюда, пытаясь сформулировать мысль. После нескольких секунд он заговорил вновь: — Я хочу, чтобы у драконов всех племён больше не было конфликтов! Чтобы все жили дружно и понимали друг друга! И каким способом лучше всего добиться этого? — Сделать всех радужными? Мы не конфликтные! Хотя… — задумалась Блеск. — Есть у нас некоторые индивиды, которых так и хочется выгнать! — Нет! Я хочу… Представь, если бы ты могла понимать проблемы, эмоции, боль, чувства и переживания своих поданных? — У меня же голова от этого вспыхнет! У меня своих проблем достаточно, зачем мне чужие? — Блеск погладила свою голову крылом. — Да, но… — остановился Шторм. — Если… Ну… — вздохнул Шторм, не зная, как выразить свою мысль. — Моя идея заключалась в том, что если дракон причинит вред другому дракону, то в первую очередь почувствует эту боль на себе. Если дракон захочет что-то своровать, то при попытке или после совершения деяния он будет испытывать то же самое, что и жертва. Если дракон оскорбит другого, то и он ощутит ту же боль, будто это его оскорбили. Таким образом драконы будут заботиться о других как о членах семьи! — широко и искусственно улыбался Шторм, но увидел на морде Блеск недоумение. — Членах семьи? — Блеск скривила морду. — То есть, забыть о них? — Точно… — вспомнил Шторм, — Вы же складывайте яйца в одну кучу и даже не знаете, кто ваш родственник, до того как находите партнера… Очень неудобно, как по мне. — Согласна. Влюбляешься в потенциального партнера, а он оказывается родственником. С одной стороны приятно, но с другой приходится искать нового партнера. Но мы отошли от темы. Как по мне, в твоей идее есть смысл, но никак не на постоянной основе. К примеру, когда наступает моя очередь правления, постоянно приходят тупицы, которые поссорились из-за какой-то ерунды или что-то не поделили. На них так неохота тратить свое драгоценное время. Вот если бы они сами могли решить свои проблемы, благодаря твоему способу… Да, тогда у меня будет больше времени на себя! Шторм решил проигнорировать, что радужные весь день то и делают, так это ленятся и иногда занимаются какой-либо обязательной работой: — А еще! Суды станут намного честнее! Представь, если каждый мог бы читать мысли другого? Как бы всем стало легче жить, имея уникальную связь друг с другом? Никто бы не смог никого обидеть, боясь причинить боль себе! Все смогли бы понять боль, растерянность, страхи, переживания другого дракона и суметь правильно поддержать, посочувствовать и утешить. Я хочу уничтожить грань между драконами, чтобы…. — Нет! — недовольно и даже испуганно поднялась Блеск, смотря с каким одержимым энтузиазмом заговорил Шторм. — Это ужасная идея! Я не хочу, чтобы кто-то рылся в моей башке! У каждого дракона есть личное пространство и нельзя нарушать его! То, что ты хочешь… Это безумие! Во всяком случаем в том виде, в котором ты говоришь. Извини меня, но это… — Нет, это ты извини меня. — Шторм опустил голову с грустью. — Я слишком замечтался и… Гроза сказала примерно то же самое… — Гроза? Кто это? — спросила Блеск. — Моя сестра… — грустно вздохнул дракон. — Она, как и ты, в чем-то права, но… Моя мечта нуждается в серьезной доработке, и я просто… Не могу придумать ничего толкового. Нужны какие-то ограничения. Я думал о том, чтобы включать чтение мыслей при каких-то случаях наподобие суда. Или… По обоюдному согласию. Скажем, с тем, кто тебе особенно дорог. Со своим партнером. И таких мелочей больше сотни, и каждую надо учесть! — Сотня, это сколько? — недоумевала Блеск. — Много… Очень много, — Шторм устал поражаться, насколько радужные необразованные. У самого Шторма были серьезные проблемы с обучением, но даже при таких условиях он оказался грамотнее почти всех радужных королев. — Эм, хорошо… Допустим, ты все придумал и все учел. Но как ты собираешься это реализовывать? Это ведь невозможно! — Задала вопрос Блеск и начала перебирать варианты, ничего не зная о дракомантии. «Не смей! Во имя трех лун! Не смей ей говорить о дракомантии!» — своим оглушающим ревом ревела Орка. — Извини, это мой секрет. Не могу сказать. — Понимаю, у всех есть свои секреты. Насчет твоей задумки… Извини, я тебе не помощница. Мне совсем не хочется напрягать голову и думать. Вижу, тебе стало лучше. Я собираюсь вернуться в деревню, а что планируешь ты? — разминала крылья Блеск. — Я не знаю… наверное, вернусь в деревню радужных, поговорю с Голубоглазкой и Папоротником. Поговорю с другими радужными и, возможно, хотя бы один дракон заинтересуется моей идеей, — неуверенно говорил Шторм. — Тогда полетели вместе? — предложила Блеск, полностью расправив крылья. — Нет. Я лучше дам времени радужным хоть немного забыть обо мне. Наверное, вернусь через несколько дней или неделю. А до этого момента поживу где-нибудь тут… В лесу. Ты случайно не знаешь, есть ли тут река или озеро? — Шторм чувствовал себя рыбой без воды. — Да, в той стороне озеро, — Блеск указала когтем путь. — Тебе туда. Оно недалеко отсюда. — Спасибо… — Шторм посмотрел в указанное направление и решил пойти не спеша. — Тогда удачи. Я полетела. — взмахнула крыльями радужная и полетела домой. «Шторм, ты просишь помощи не у тех драконов…» — начала Орка. — Орка, пожалуйста, не начинай. Я не настолько глупый и наивный, чтобы верить тебе. Не забывай, что я все ещё читаю твои мысли и знаю, что ты хочешь на самом деле, — после слов Шторма Орка недовольно замолкла. Шторм медленно продолжил путь к озеру, но через некоторое время внезапно остановился и поднял ушки: — Ты это слышала? — Слышала что? — удивилась Орка. — Как я вообще могу слышать и видеть, если у меня нет ни глаз, ни ушей? — задумалась морская принцесса. Я прислушался вновь. Первый раз мне послышался какой-то грохот и рев, но теперь… «Больно! Вот же…» слышался странный, очень злой, недовольный, голодный и темный голос, не похожий ни на что знакомое. Только спустя несколько секунд Шторм понял, что это были чьи-то очень громкие мысли. Что-то было не так в этих разгневанных мыслях, и я поспешил к источнику, заметив, что мысли доносились со стороны, куда полетела Блеск. Я слышал ещё мысли, но они были не такими яркими, поэтому разобрать их было достаточно трудно. Вскоре голоса вовсе пропали. Я добрался до небольшого пруда, возле которого находились два огромных дерева. Мне было неизвестно, откуда именно доносились голоса, поэтому я не знал, продолжать лететь дальше или я уже перелетел это место. В первую очередь я обратил внимание на пруд. Пруд был небольшим, толщиной с хвост, поэтому в такой воде не поплаваешь. Ещё некоторое время я блуждал по местности, стараясь игнорировать мысли Орки и найти след неизвестного. Так бы и продолжалось, если бы не нашел следы битвы. В этом месте трава и кусты были помяты и сломаны, а также виднелся след от яда радужного. Тут точно была небольшая битва. После еще более тщательного расследования удалось найти несколько капель свежей крови. Что же тут могло произойти? Пока слушал мысли, мне удалось услышать такие слова, как: сказала, больно, она королева, надо, везение.