Глава 83. На пути в Небесное королевство

Глава 83. На пути в Небесное королевство — А-аргх! Пронзительный вопль, раздавшийся неподалёку, стал одной из причин моего пробуждения. Крик был мучительным и оглушающим, словно острым лезвием впиваясь в мой мозг. Голова и без того раскалывалась от боли! Даже простое движение век требовало неимоверных усилий, но я всё же заставила себя открыть глаза. Поначалу всё расплывалось перед глазами — присутствующие драконы казались размытыми красно-оранжевыми силуэтами. Лишь после нескольких мгновений, часто моргая, мне удалось сфокусировать взгляд. В просторном лечебном шатре находились преимущественно небесные драконы, а также несколько земляных, все под присмотром целителей. Судя по обстановке, это был полевой госпиталь для раненых драконов. Осмотревшись внимательнее, я насчитала около семи раненых — все они выглядели измождёнными, но ни у кого не было неестественно светящихся зелёных глаз, кроме одного дракона. Мой взгляд остановился на крупном небесном драконе с тускло-оранжевой чешуёй. Его глаза горели зловещим зелёным светом. Закованный в цепи, он явно страдал от сильной ломки — его тело содрогалось в конвульсиях, а из груди вырывались хриплые стоны. Несколько драконов пытались удержать его. Его морда была плотно перевязана, но даже нескольким крепким драконам с трудом удавалось удерживать его от попыток навредить себе. Внезапно одна из охранниц, заметив, что я проснулась, повернула голову в мою сторону. Небесная драконесса с чешуёй медного оттенка направилась ко мне, пристально глядя своими необычными алыми глазами. Она была примерно моего возраста или чуть старше, обладала крепким телосложением. Её тело покрывали многочисленные шрамы, но она шагала твёрдой походкой. Воспользовавшись всеобщей суматохой вокруг буйного пациента, медночешуйчатая драконесса приблизилась ко мне вплотную. Её дыхание едва ощутимо коснулось моего уха, когда она заговорила — тихо, почти неслышно. — Слушай внимательно и запоминай. Смерч нашёл тебя во время разведки. Ты согласилась присоединиться, но вы угодили в болото безумцев и попали в плен к маньяку-алхимику. О местных вы ничего не знаете. Повторишь это, когда спросят, иначе будут серьёзные проблемы. Не успела я осмыслить услышанное, как она уже отстранилась и растворилась среди других драконов, будто призрак. Никто, казалось, не заметил этого короткого разговора — все были слишком увлечены усмирением буйного пациента. Однако моё пробуждение не осталось незамеченным. Как только целитель закончил с одним пациентом, он сразу же направился ко мне. Он был невысокого роста и очень худой, а его чешуя сверкала ярким красным цветом. Особенно выделялся один необычный момент — у него не было левого рога, а на его месте виднелся старый шрам. — Как ты себя чувствуешь? — спросил он, подавляя зевок. В его голосе слышалась неприкрытая усталость, словно он не спал уже несколько дней. — В целом… нормально, — ответила Пик неуверенно, пытаясь приподняться. Внезапная боль пронзила тело, заставив меня резко вдохнуть сквозь стиснутые зубы. Только сейчас я заметила, что моя чешуя была содрана во многих местах, а следы от когтей покрывали бока, грудь и крылья. Эти раны были обработаны какими-то пахучими травами и перевязаны. — Не напрягайся, — целитель мягко, но твёрдо придержал драконессу лапой. — Твои раны ещё слишком свежие. Но мне нужно задать тебе несколько вопросов, — он снова зевнул, прикрывая пасть краем крыла. Я нервно осмотрелась по сторонам, пытаясь найти знакомый силуэт среди раненых драконов. — Где Смерч? — Тот дракон, с которым тебя нашли, сейчас в другом месте. Но сейчас куда важнее ты, — он внимательно посмотрел в глаза Пик. — Как тебя зовут? Из какого ты отряда или крыла? Кто твой командир? Я на мгновение замешкалась, вспоминая слова медночешуйчатой драконессы. Нужно было действовать осторожно. — Меня зовут Пик, — ответила небесная. — Я… я не из Небесного королевства. Могу ли я увидеть Смерча? В его взгляде промелькнуло что-то похожее на сочувствие, но он лишь покачал головой: — Сейчас это невозможно. Тебе нужен покой и лечение. А теперь расскажи мне, что последнее ты помнишь? — Мы со Смерчем остановились у болот, после на нас напали и схватили. Мне удалось выбраться и дать бой одному безумному дракону, который был причастен к нашему похищению, а после взрыва помню плохо. Но очнулась я уже здесь. — Говорила Пик, обдумывая ложь и слова той незнакомки. Целитель устало хмыкнул и открыл пасть, собираясь задать следующий вопрос, но его прервал властный женский голос: — Дальше я сама задам необходимые вопросы раненой. Лекарь обернулся и тут же склонил голову в почтительном поклоне — в проходе стояла сама принцесса Турмалин в сопровождении огромного здоровяка и той самой медночешуйчатой незнакомки. — Ваше высочество, — проговорил целитель почтительно, но твёрдо. — Пациентка ещё очень слаба и едва ли может самостоятельно передвигаться… — Я понимаю вашу заботу, — кивнула Турмалин. — Позовите кого-нибудь помочь перенести её в другую палатку. Пик попыталась встать сама, отказываясь от помощи: — Я могу идти. Мой решительный тон и недобрый оскал заставили нескольких драконов нервно переглянуться, но всё же они осторожно поддержали меня под крыльями, когда я неуверенно поднялась на лапы. — Мне нужно лично побеседовать с тобой, — произнесла Турмалин, пристально глядя на раненую. — И решить, что делать дальше. С трудом передвигая лапы, неохотно принимая крылья помощи, я добралась до другой палаты. Помещение оказалось пустым, если не считать нескольких подушек на полу. Драконы, помогавшие мне идти, сразу же удалились, оставив меня наедине с принцессой, её массивным телохранителем и той самой медночешуйчатой драконессой. Принцесса Турмалин держалась с природным достоинством — каждое её движение излучало силу и грацию, смешанную с непоколебимой уверенностью. Она сделала шаг вперёд. — Позволь представиться официально: я генерал и принцесса Турмалин, — она указала крылом на огромного дракона со шрамом, пересекающим всю морду. — Это генерал Обвал, мой телохранитель. А это, — она кивнула в сторону медночешуйчатой, — командир крыла Комета, моя помощница. Её голос звучал властно, но без высокомерия, словно она говорила с равной. Впрочем, в интонациях отчётливо слышалось недоверие. — Теперь твоя очередь представиться. И я хочу услышать правду. — Я Пик. — небесная задумалась. — Мои родители покинули Небесное королевство ещё до моего рождения. Я вылупилась за его пределами и большую часть жизни провела сама по себе. Комета едва заметно кивнула, и я продолжила. — Так было до встречи со Смерчем. И если возможно… я очень хотела бы его увидеть. — Это можно устроить, — медленно проговорила Турмалин. — Однако ситуация несколько… проблематична. Ты не являешься частью Небесного королевства и не имеешь никаких обязательств перед нами. — Я готова присоединиться к королевству, — поспешно ответила Пик. — Но сейчас меня больше всего беспокоит Смерч. Принцесса склонила голову набок: — Прежде чем мы продолжим этот разговор, мне нужны ответы на несколько вопросов, — она сделала паузу. — Какова твоя связь с местными болотными драконами? И что тебе известно о пещере, где вас нашли? Пик покачала головой: — Я не знаю никаких болотных драконов и понятия не имею, о ком вы говорите. А в той пещере… — Вспомнился Тритон и Пик стало не по себе. — Там нас держал в плену какой-то безумный дракон. Он постоянно возился с какими-то растворами и собирался использовать нас для своих экспериментов. Комета едва заметно кивнула, а затем обратилась к принцессе: — Ваше высочество, нам потребовалось два дня, чтобы разобрать завал в той пещере. Но если там и находился кто-то ещё, он успел скрыться. Все возможные улики были уничтожены — там не осталось ничего, что могло бы нам помочь, только разрушенные склянки и сожженные свитки. Принцесса Турмалин тяжело вздохнула, её крылья поникли: — Всё это крайне прискорбно. Я не питаю особых надежд, но… возможно, ты знаешь способ нейтрализовать яд, которым отравили похищенных драконов? Это было бы неоценимой помощью, и мы щедро вознаградили бы тебя за такие сведения. Пик покачала головой: — Простите, но я совершенно не разбираюсь в этом. Даже не представляю, какие именно вещества он использовал, — Но если вы ищете виновного, то это гибрид — наполовину морской, наполовину земляной дракон. Он носит странный шлем. Его зовут Тритон, и он точно знает всё об этих ядах. — Опиши его подробнее, — прогремел Обвал, способный с легкостью напугать неподготовленного дракона. Я описала всё, что помнила. — В точности то же самое рассказал Смерч, — пробормотал телохранитель, обращаясь к принцессе. — А можно мне теперь увидеть Смерча? — с надеждой спросила Пик. Турмалин посмотрела прямо в глаза: — Нет, это невозможно. И послушай — ты не обязана вступать в наше королевство под давлением или шантажом. Мы скоро возвращаемся домой, — она помедлила. — Смерч полетит с нами как преступник. Его будут судить во дворце. — Преступник? — воскликнула Пик от удивления, поднявшись, но раны быстро дали о себе знать. — Что он сделал? — Ничего настолько серьёзного, чтобы его казнили, — махнула крылом принцесса. — Я бы проигнорировала эту мелочь, если бы не ОНА. — О ком вы говорите? — недоумённо спросила Пик. — О чём речь? Турмалин смотрела на Пик с неожиданным сочувствием: — Я вижу по твоему взгляду, что ты чувствуешь к Смерчу. И поверь — лучше тебе оставить его и лететь под своим потоком ветра. Это будет правильнее для всех. Ты свободна, и никто тебя не держит, — она расправила крылья. — Но, если ты действительно хочешь за него бороться — тебе придётся лететь с нами в Небесное королевство, вступить в армию и иметь дело с НЕЙ. С этими словами принцесса развернулась и вышла из комнаты, сопровождаемая Обвалом и Кометой. У входа встали на караул несколько драконов-стражников, оставив меня наедине с моими мыслями. В моей голове кружили всевозможные мысли, и эта ночь была для меня по-настоящему проблемной по отношению ко сну. Что же произошло в Грязнолистье после? За что Смерча объявили преступником? И что мне делать дальше?

***

На рассвете в палатку вошла Комета. Её чешуя тускло поблёскивала в утреннем свете, а глаза были полузакрыты от недосыпа. Она явно была не в восторге от раннего подъёма. — О, ты уже не спишь, — проворчала она, заметив внимательный взгляд Пик. — Хоть не придётся тебя будить. У меня и так голова раскалывается. — Она потёрла виски когтем: — Слушай, я пришла узнать твой ответ. И давай побыстрее — у меня куча дел, а мы скоро улетаем. — Я полечу с вами, — твёрдо ответила Пик. — За Смерчем. Комета вздохнула, словно ожидала именно такого ответа: — Если хочешь его оправдать, придётся драться с НЕЙ на арене. И должна предупредить — эта драконесса здоровая как гора и ни за что не отпустит Смерча по-хорошему, — она смерила меня оценивающим взглядом. — Это может стать твоим последним боем. Ты точно готова? — Мой ответ не изменится. Мне плевать, с кем придётся драться — хоть с самим Мракокрадом. — Три луны, ещё одна безнадёжно влюблённая, — пробормотала Комета, закатывая глаза. — Ладно, подожди здесь. Она вернулась через некоторое время и помогла мне выйти наружу. Там уже собрался целый отряд драконов, готовых к отлёту. Среди них я заметила нескольких с неестественно зелёными глаза. — А что с ними? — тихо спросила Пик. — Отравленные, — она поморщилась. — Вылечить их не удалось. Продержатся недели две-три, может месяц — это зависит от того, сколько яда они получили. А потом… Повезет — выживут, не повезет… — она не договорила. — Ясно… — ответила Пик, стараясь поддержать беседу. — Остальные местные попрятались в болотах, — продолжила она, явно желая сменить тему. — Мы обсудили ситуацию и решили не задерживаться. Принцесса Турмалин и так вылетела без разрешения королевы, собрала нас всех для спасательной операции. Если останемся дольше, ей здорово достанется. — Вот значит как… — Так, поскольку ты летать пока не можешь, придётся мне тебя нести, — она слегка поморщилась, но в её голосе не было недовольства. — Как предпочитаешь — сверху или снизу? Я поняла, о чём она говорит, но меня одолели сомнения. Комета, хоть и была крупной для своего возраста — возможно, на год старше меня — всё же казалась примерно такого же телосложения, как и я сама, если даже не меньше. — Ты уверена, что справишься одна? — осторожно спросила Пик. Комета фыркнула, словно её задел сам факт такого вопроса: — Я и потяжелее драконов таскала, — она расправила крылья. — К тому же, будет неплохая тренировка для мышц. Я решила не спорить. С небольшой помощью мне удалось устроиться у неё на спине. К моему удивлению, когда остальные взлетели, Комета поднялась в воздух без видимых усилий, словно дополнительный вес был для неё не более чем лёгким неудобством. — Ты действительно очень сильная, — не удержалась Пик от комментария. — А то, — в её голосе прозвучала нотка гордости. — Когда учишься сражаться, каждый день приходится поднимать предметы своего веса. Со временем привыкаешь. Мы набрали высоту, и Комета, подстроившись под общий строй: — Путь предстоит неблизкий, — она зевнула. — Если есть вопросы — спрашивай. Всё равно нужно как-то убить время в полёте, — последние слова прозвучали с привычной ворчливостью. Я размышляла, как бы аккуратнее спросить о Смерче, но Комета опередила меня. — Я удивлена, как быстро ты идёшь на поправку, — она обернулась, внимательно глядя на пассажирку на спине. — Я расспросила целителя о твоём состоянии. Он сказал, что поражён тем, что ты вообще выжила. Она немного помолчала, прежде чем продолжить: — Раны хоть и глубокие, и явно видно, что напавший на тебя дракон обладал либо очень острыми когтями, либо невероятной силой… — Комета покачала головой. — Но у тебя какая-то невероятно прочная и толстая чешуя. Да ещё и регенерация удивительная. Целитель сказал, что через пару недель уже сможешь бегать, — последние слова она произнесла шепотом, почти про себя, с легкой досадой в голосе. — Почему не все мои друзья такие как ты? — Наверное, просто повезло, — ответила Пик призадумавшись. Неужели брат солгал насчёт амулета? Может быть, он оставил некоторые зачарования активными? Вопросы множились: мог ли он управлять амулетом на расстоянии, включать и выключать его способности по таймеру? Или же он изначально скрыл от меня правду о том, какие именно возможности амулета деактивировал? Я не знаю, на что еще амулет зачарован. Он чрезвычайно опасен, но в то же время я не могу без него. Я не знала ответов на эти вопросы, да и, честно говоря, сейчас они меня не слишком волновали. Все мои мысли были о Смерче. — А что всё-таки случилось со Смерчем? — решилась наконец задать вопрос Пик. — Мне так и не объяснили, почему его считают преступником. Я оглянулась назад, где вдали в окружении стражи летел Смерч. Комета заметно напряглась, она на мгновение сбилась с ритма полёта. Она явно старалась подобрать слова повежливее, но быстро оставила эти попытки и вернулась к своей привычной манере общения. — Ох, три луны, даже не знаю, с чего начать, — проворчала она, качая головой. — Думаю, для начала тебе придётся выслушать краткий курс о законах Небесного королевства, раз уж ты не местная и не знакома с нашими порядками. — Конечно, — согласилась Пик, отметив про себя, как быстро Комета перешла на более ворчливый тон, который, казалось, был для неё комфортнее. — Так вот, — начала Комета, немного помедлив. — В Небесном королевстве пары создаются двумя способами, — она поморщилась, словно от головной боли. — Первый — это когда два дракона находят друг друга по любви и взаимному согласию. Обычно предложение делается во время совместного полёта, потом их имена вносятся в специальный свиток, и… — она проворчала, — свадьба. Ничего особенного — простая церемония, несколько друзей или родственников, не больше шести драконов. Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями: — Такие пары обычно крепче всего держатся вместе. Для них семья — это всё. Смерч как раз вылупился в такой семье, — её голос стал тише. — Точнее, была у него семья… — Такие пары как родители Смерча — это скорее редкое исключение, чем правило. Обычно всё происходит совсем иначе, по второму сценарию. В её голосе появились нотки раздражения: — В Небесном королевстве существует специальная программа подбора партнёров. Любой желающий может принять в ней участие, — она поморщилась. — Когда пары подобраны, они просто вносят свои имена в особый свиток и… женятся. Естественно, без гостей и церемоний. Она фыркнула: — Встречаются один раз, делают своё дело и разлетаются. Ни о какой любви или обязательствах и речи нет, особенно у самцов. Они часто участвуют во втором и третьем подборе, если жена не против. Хотя шансы попасть в новый подбор с каждым разом всё меньше. Да им, самкам, честно говоря, и плевать на всё это, самец сделал своё дело, а больше от него ничего и не надо, — её голос стал язвительным. — А свиток? Он просто нужен, чтобы знать, кто кому родственник, чтобы… не было проблем. Комета помолчала немного, прежде чем продолжить более тихим голосом: — Я сама появилась из-за второго. Отца знаю, но мы настолько чужие друг другу, что можно сказать — никто мы друг для друга, — в её голосе появилась горечь. — А мать… она хотела убить нас с братом, потому что мы, видите ли, вылупились «неправильными» и «аномальными». Её голос дрогнул: — Если бы не дядя Сталагмит, я бы не дожила до этого дня. И знаешь, что самое ужасное? Моей матери ничего бы за это не было. В её словах звучала глубокая благодарность при упоминании дяди. — Дядя Сталагмит? — переспросила Пик, услышав знакомое имя. Мордочка Кометы смягчилось, когда она заговорила о Сталагмите. В её голосе появились тёплые нотки: — Мы с ним даже не родственники, просто я привыкла называть его дядей, — она улыбнулась своим воспоминаниям. — Он стал учителем, тренером и воспитателем в яслях, когда был… — она задумалась, прищурившись, — примерно, как мы сейчас, может на год или два постарше. — Примерно, как мы сейчас… — промычала про себя Пик. Комета вдруг осеклась: — Ой, ты, наверное, не хочешь слушать все мои жалобы и… — Нет-нет, мне наоборот очень интересно! — поспешно перебила её Пик. — Правда? — она явно обрадовалась возможности продолжить. — Сталагмит… он всех нас искренне любил, не только меня — всех дракончиков. Его брат Сталактит был совсем другим — весёлым, озорным, всегда на одном ветру с малышнёй. А Сталагмит… — она помолчала, подбирая слова. — Он стал нам всем как отец. В её голосе зазвучала уверенность: — И я не преувеличиваю! Обычные воспитатели и няньки никогда не проявляли столько заботы, скорее наоборот. А те, кто пытался показать любовь… это всегда было видно, что они притворяются. Но Сталагмит… — она покачала головой. — Он заботился о каждом, учил нас, тратил своё свободное время, хотя не обязан был. Всегда переживал за нас. Его забота была такой искренней, что ни с чем не спутаешь. — Я слышала немного о нём от Смерча, — призналась Пик. — Очень интересно узнать больше. — Конечно, это была его работа, — продолжила Комета, — но он выполнял её с такой любовью… — она задумалась. — Может быть, он сам всегда хотел иметь дракончика. — А почему бы ему не…? — начала пассажирка. — Без разрешения королевы нельзя, — быстро оборвала она и тут же сменила тему: — Знаешь, когда я была маленькой, Смерч был очень популярен. Нас тогда по приказу королевы учили как солдат… или как подчинённых Сталагмита, приходилось… — она запнулась, — убивать. И лучше всех себя проявили Смерч и мой брат Метеор. — Об успехах Смерча я наслышана. — прокомментировала Пик. Комета неожиданно рассмеялась: — Эти двое сначала были заклятыми врагами, вечно соперничали. А потом так резко подружились, что даже я не поняла, как это произошло! Я слушала её, и в голове словно щёлкнуло — так вот кто были те друзья Смерча, о которых он рассказывал! Я совершенно забыла их имена, и, если бы не Комета, вряд ли бы вспомнила. — Метеор был таким же — самоуверенным, дерзким. Но он был моим братом. Он был исключением, — она фыркнула. — А вот Смерч… О, этот самовлюблённый хвастун! Все вокруг только и делали, что восхищались им, называли героем. А он? — Комета издала звук, похожий на саркастический смешок. — Вечно жаловался: «О, целая неделя прошла, а я никого не убил! Мои когти жаждут крови врагов!» — передразнила она его, кривляясь. — На него это совсем не похоже… — Пик задумчиво покачала головой, пытаясь представить Смерча таким. — Я его терпеть не могла. Общалась с ним только из-за брата. Но потом… — она замолчала, словно погружаясь в воспоминания. — Как-то так вышло, что мы подружились. Сама не пойму, как это случилось. Её голос внезапно стал тише, почти шёпотом: — А после того, как погибли его мать и брат… Он изменился. Стал совсем другим драконом. — Видимо, я знаю его именно таким, — драконесса помедлила, — но, похоже, мы немного отошли от темы. — И правда, — проворчала Комета, возвращаясь к своему обычному ворчливому тону. — Так вот, о чём я… Раньше эта дурацкая программа поиска партнёра не была обязательной. Но война всё изменила. Теперь каждый дракон до 11 лет должен записать своё имя. Если не сделаешь сам — запишут за тебя. Она раздражённо взмахнула хвостом: — Самцы обычно торопятся записаться пораньше, а вот мы, самки, тянем до последнего. По понятным причинам. Я вот тоже ещё не записалась. — Она сделала паузу. — А Смерч записал своё имя. У него есть жена. — ЖЕНА?! — Пик едва сдержала крик ярости, отделавшись лишь громким воскликом. Комета дёрнулась — должно быть, почувствовала, как раненая напряглась у неё на спине. — Да-да, есть жена, — она говорила теперь осторожнее. — Всё должно было случиться в брачный период, через два месяца. Но он… — Комета сделала паузу. — Просто отказался. Начал избегать и жену, и возвращения в Небесное королевство. Его сестра, Ярость, прикрывала его. Хотя там делов-то на несколько толчков, не найдёшь самца, кто бы отказался. Это ты, да? Из-за тебя он отказался? — Я… Я ничего об этом не знала, — внутри всё клокотало от гнева. — Кто она? Где эта… шалава? Комета молча указала головой куда-то вдаль. Среди летящих драконов я заметила крупную тёмно-красную драконессу. Её золотистые глаза хищно поблёскивали, а многочисленные шрамы, особенно один — на лбу, — делали её похожей на закалённого воина. Она была немного крупнее Смерча. — Она на год старше меня и Смерча, — пояснила Комета, понизив голос. — И характер у неё… скажем так, противный. Согласилась на эту миссию потому, что любит убивать. Просто так. Мерзкая личность, если честно — никому не нравится. Но драться умеет, это да. Выбрала Смерча, потому что он был лучшим. А он тогда согласился. Не встреть она его здесь, проблем бы не было. Но не повезло… — она помедлила. — Видимо, это было до встречи с тобой. Ты уверена, что хочешь продолжить? Ещё можешь отказаться, мы не долетели до дворца. Когти выпускались сами собой. Ярость затуманила разум: — Теперь у меня тем более нет причин отказываться. Не могу дождаться, когда сделаю эту уродливую морду ещё уродливее. И мертвее!