Глава 15.

При лунном свете, не страшась быть увиденной из окон, стояла Анджелина. Ее стройную фигуру подчеркивал новенький костюм для тренировок. Широкий пояс на талии подчеркивал округлившуюся за последний месяц грудь. Она взмахнула рукой. Игла блеснула в воздухе и вонзилась в мишень — подвешенный на дереве, набитый сеном мешок. Тот закрутился. Аддисон подошел к сестре, старательно топая, чтобы не спугнуть. Анджелина взяла следующую, снова бросила — на этот раз оружие улетело за забор, в лес. Вскоре раздался четкий стук. Аддисон невольно замер, почувствовав, что по-прежнему боится сестру, точнее — ее невероятную силу. С другой стороны он был счастлив за рост девушки в плане физических способностей. Ее умения и сила помогут защититься и выжить. Учитывая частые вылазки сестры с командиром охотников — это было критически важно. — Вау, — выдавил он, стараясь скрыть напряжение. Анджелина вздохнула, обернулась и ответила буднично: — Не бойся, пожалуйста. Меня искал? — Аддисон сделал вид, что заинтересовался оружием в ее руках. Девушка невзначай продемонстрировала сложив веером длинные иглы. — Тренируюсь. — Вижу. — Ты — не меня искал! — расплылась в улыбке Анджелина и отвернулась от брата. — Миссис Барнетт тебя убьет. Она не любит охотников, и имеет на это полное право. — Аддисон понял без объяснений. — Смотри, чем научилась! Она отложила иглы на снег и встала в стойку, взятую из арсенала Тейлора и акружилась в замысловатом боевом стиле. С интересом юноша проследил за плавными, мягкими движениями, напоминающими те, что пару недель назад демонстрировал колдун. Теперь, без его помощи, во время «танца» Анджелина приняла демонический вид. С восторгом в глазах Аддисон наблюдал, не сводя глаз. Шаги и движения выглядели изящно выверенными, и кульминация вышла точной. Огненный шар попал в мешок. Веревка загорелась, оборвалась и мишень оказалась в снегу, отчего быстро потухла. — Очень красиво, — с легкой истерической ноткой, но с улыбкой прокомментировал Аддисон. — Не нуждаюсь в защите, — улыбнулась в ответ Анджелина. Время близилось к закату. — Ты — молодец, — скрипя зубами, заверил сестру юноша. — У меня нет выбора. — Выбор есть всегда, — упрямо напомнил Аддисон. Ветер усилился, и выбившиеся из низкой прически пряди волос Анджелины забили ее по лицу. На ее груди покоилось кольцо подаренное Георгием. Девушка продела в него цепочку и теперь носила на шее. Оба Барнетт перевели взгляды на проплывающие мимо солнца облака. Аддисон хотел выследить Кириана, но теперь не знал, как оставить сестру, не обидев ее. Анджелина прикрыла глаза, сделала глубокий вдох. Открыла их уже человеческими. Аддисон едва сдержал радостную ухмылку; в ответ Анджелина одарила его счастливой, широкой улыбкой — редкой, особенной. — Кириан направляется в деревню. Идет по главной дороге, — сказала она. — Не так давно был рядом с нашим домом, видимо, интуитивно ждал твоего появления. Поспеши за ним, пока он никуда скрылся. — Спасибо! — Аддисон хотел обнять сестру, но осекся, поклонился и помчал к забору. Не тратя время, он разбежался так, чтобы перепрыгнуть через острые наконечники кованого забора. Одной рукой потянулся придержать меч и вспомнил, что забыл его у веранды. Возвращаться не захотелось. Оказавшись по ту сторону, Аддисон вышел на проезжую часть и побежал в деревню. — Кириан! — окликнул он, когда выбежал на открытую местность и увидев знакомую спину вдали. Мужчина на долю секунды замер, но тут же продолжил идти тем же стремительным шагом, не оборачиваясь. Не останавливаясь, Аддисон окликнул вновь: — Кириан! Было впустую. Аддисону пришлось догонять охотника. Подбежав, он заметил, что руки мужчины были сжаты в кулаки. Молча юноша перешел на шаг и последовал за ним, не смея обогнать или сравняться. Внезапно мужчина остановился. Аддисон врезался в него, но тут же отскочил на безопасное расстояние. Кириан обернулся, посмотрел с неприязнью, горечью и даже страхом. Он выглядел помятым и опухшим, он явно не просыхал несколько суток. Аддисон закусил щеку и огляделся. Никого поблизости не было. — Пойдем, — сказал охотник. Он махнул в сторону паба на окраине деревне. — Познакомимся поближе. — Куда? — глупо уточнил Аддисон. — За кружкой бухла, которое в вашем пабе называют пивом! — рявкнул Кириан, отвернулся и продолжил идти. — Хорошо! — чуть ли не вприпрыжку сравнялся с Кирианом. Он — так и хотел! Он знал, что это — его путь! Стыдно было признавать, но он бы и без опасности грозящей Анджелине пошел бы в охотники, рано или поздно. — Ханс погиб, ты в курсе? — спросил тот бесцветным голосом. — К-как? — Аддисон остановился, но вспомнив о зыбкой возможности стать охотником, сглотнул панику и продолжил идти, поникнув. Он знал, что произошло, но слепо надеялся, что Ханса смогли спасти. Кириан не ответил. До паба было рукой подать. Чем ближе к нему, тем чаще попадались пьяницы. Редко кто говорил внятно. Некоторые, покачиваясь, упорно шли домой, пара человек падали прямо на дорогу и засыпали. В пабе они прошмыгнули мимо кружившихся в танце людей и устроились у барной стойки. Звуки бьющейся посуды, гвалт и живая, но второсортная музыка напрягли Аддисона, но не опытного охотника. Местные встретили Кириана как родного, немедля всунув ему в руку кружку с пойлом. Сам Аддисон явился в паб впервые. От неловкости он нахмурился, понурил голову и попытался продышаться. Внутри было очень тепло. Закрепленные на стенах факела придавали ощущение опасности, паники, грязи и холода. — Даяна! — окликнул Кириан. — Налей юнцу! Аддисон машинально поднял голову. С обратной стороны стойки мелькнула фигура. Девушка, которую он раньше не видел. Простое, но с акцентом на декольте платье подчеркивало наливные груди. Аддисон почувствовал как кровь приливает к лицу. Он никак не ожидал увидеть здесь, среди грязи и пьяного угара, кого-то… такого. У него перехватило дыхание. Девушка даже не взглянула в их сторону, но в одно мгновение оказалась перед юношей, с полной кружкой мутного пойла в руках. Ее быстрый, оценивающий взгляд скользнул по лицу Аддисона. Он поймал мимолетное выражение — смущение. Сквозь грохот музыки и крики, она произнесла: — Держите, сын барона. И она растворилась в работе и других клиентах так же быстро, как появилась. — Как у тебя дела? — спросил Кириан, не глядя на Аддисона. Юноша предположил, что мужчина бредит и общается со своей кружкой. — Хорошо, — ответил Аддисон. Спрашивать в ответ казалось — лишним. — Прекрасно, — кивнул Кириан. — Как… — протянул Аддисон. — Хантер? — Шляется с твоей сестрой, как молодой, а у самого… — мужчина пожал плечами, — Сменил кучу проституток и охотниц, на одну с которой даже не спит. — У него есть кто-то еще? — опешил Аддисон. — Ну, жена… — протянул Кириан, закатил глаза, а после отмахнулся: — Сболтнул лишнего, не задумывайся. Аддисон решил воспользоваться ситуацией: — В каких отношения лорд Манлей и Хантер? Они дружат? Кириан расхохотался: — Не представляешь, как ты ошибаешься! Первый обеспечивает нас и отвечает за нас перед королевой, и все. — А кем является Хантер, когда не носит маску? — шепотом спросил Аддисон, надеясь на честный ответ. В душе он ликовал — давно подозревал, что Манлей покровительствует охотникам. Догадывался, что те не смогли бы существовать так долго без защиты «важной шишки». Кириан поднял палец и покачал им. Однако на пьяном лице растянулась улыбка: — А мне нельзя говорить! Меня казнят, не задумываясь. — Он помолчал и добавил: — Хоть и надеюсь на милость. Обычно мне прощают то, за что я сам не прощаю себя… Надеюсь, что так и будет продолжаться. Юноша попробовал пойло. На вкус оказалось ужаснее, чем пахло. Аддисон никогда не пробовал мочу, но был уверен, что в кружке была именно она. Смакуя каждый глоток, Аддисон убедился, что ему не нравится, и отставил напиток. Кириана это не задело. По крайней мере, он не обратил внимания. — Хотел спросить, — начал Аддисон. — На днях вычитал о гибридах… Что-то слышно об их существовании? — Юноша с опаской огляделся, но пьяницам было не до их разговора. Кириан вздохнул, оперся локтями на стойку: — Был такой. Даже среди нас успел поработать. Не помню, как его звали, но у него точно была дочь. В одну ночь оба умерли. — Он замолчал и насупился. Очередной глоток пойла вернул ему легкость и улыбку. — Хоть Хантер и ненавидел их, но жалел, что не получилось спасти ребенка. Уверен, если бы смог спасти, то приютил бы сиротку. — Кириан цокнул языком и добавил: — Я бы и сам так поступил. Сколько бы ненависти не испытывал по отношению к демонам, девочка была не такой — в ней была душа. У Аддисона сперло дыхание. Он натянуто улыбнулся, посмотрел на Кириана свежим взглядом и перевел тему: — Сам Хантер — сирота? — Когда он был младенцем, его мать убили демоны. Отца — позже, когда тот подрос. Убил Астарот. С того убийства началась их война и одержимость Хантера, — зловеще закончил Кириан и мрачно протанцевал пальцами по воздуху, будто по клавишам. У Аддисона это вызвало улыбку. Взрослый мужчина пытался его запугать, словно малыша. — Как погиб Ханс? — наконец спросил Аддисон. Задор с лица Кириана исчез. Он взял кружку и уставился задумчивым, печальным взглядом на разошедшуюся в танце официантку. Она будто отошла в иной мир, полный похоти. — Не досидел в засаде, — вздохнул Кириан. — В его духе, — отозвался Аддисон. Едва оторвав взгляд от Даяны. — Вы успели так близко познакомиться? — изумился Кириан. — Он не говорил. — Было дело, — ответил Аддисон. Кириан цокнул языком, покачал головой: — Даже за этим не уследил. Аддисон подумал, что Ханс, услышав это, почувствовал бы гордость. Постепенно разговор раскачался. Аддисон боялся наскучить, отчего прыгал с темы на тему, пока грязный палец Кириана не коснулся его разомкнутых губ. — Тараторишь, — подметил он. — Успокойся, у нас много времени. Мне интересно, и я — слушаю. У Аддисона сперло дыхание. Тепло пробежалось по венам. Подобные слова он бы хотел услышать от матери, но и от охотника они прозвучали не менее приятно. — Ханс был единственным учеником? — Хантер считает, — Кириан покачал кружкой, — Я — не командный игрок. Ханс сам напросился ко мне, а с ним и Андерс. Так я обрел свой первый крохотный отряд. Посреди разговора чья-то рука грубо легла на плечо юноши и вдавила его в стул. Он обернулся, и если бы не Кириан, оттолкнувший пьяницу, Аддисону пришлось бы отмываться от чужой рвоты, смешанной с алкоголем и желчью. Юноша уставился на развалившегося в нечистотах мужика. Синхронно с Кирианом закусил губу. — Гнида! — крикнул другой мужик. Он смотрел на Кириана, попытался помочь первому встать, но его тоже скрутил приступ рвоты. Мужчина перешагнул через товарища, приблизился к охотнику, замахнулся, но другие завсегдатаи успели перехватить его и оттащить. Не спеша, Кириан осушил кружку. Стукнул ею о стойку. Поднялся со стула и бросился на неудавшегося противника. Куча мужиком повалила его на пол. Подскочил Аддисон. Его попытались остановить, но он ударил наотмашь и угодил кому-то в лицо. Кисть отозвалась болью, прошлась по предплечью. Тем временем Кириан поднялся на ноги и снова окунулся в драку. Его окружили, и Аддисону пришлось пнуть одного под колено. В ответ тут же получил удар в лицо и пинок в бедро. Ему скрутили руки, приложили лбом к барной стойке, за которой спрятались чьи-то жены. Стали шарить по пустым карманам. Кириан уже не поднимался с пола. Завсегдатаи выиграли численностью и агрессией, разбуженной алкоголя. После очередного удара об столешницу Аддисон скатился на пол и поднял застланные слезами глаза к потолку. Вскоре кто-то схватил его за подмышки и потащил в сторону выхода. Ноздри Аддисона заполнились кровью, пришлось дышать ртом. Он расслабился и закрыл глаза. Открыл, когда сугробы обожгли холодом свежие раны. Поморщился, обнаружив себя в снегу. Кириан лежал рядом и смотрел не мигая. Юноша испугался, помахал рукой перед лицом охотника. Тот улыбнулся. Аддисон выдохнул и отзеркалил блаженное выражение лица, возможно, будущего наставника. Из разбитой губы вытекла струйка крови. По дороге домой Аддисон почти весь путь тащил Кириана на себе. Из-за боли и груза приходилось часто останавливаться. Ближе к дому, на середину дорогу перед ним вышла фигура в накидке, с капюшоном на лице. В маленькой фигуре Аддисон узнал сестру: — Кажется, мне сейчас попадет, — вздохнул Аддисон. Кириан оттолкнулся от плеча Аддисона и подозрительно смело встал на ноги: — Ну, тогда пошли обратно! — с невозмутимым видом заявил охотник, развернулся, но поскользнулся. Аддисон успел его подхватить под локоть, но тут же выронил, обнаружив за их спинами еще один силуэт. В нем узнал командира. — Что ж, — протянул Кириан. Поднялся и отряхнулся от снега: — По мордам получим оба, значит. Стоило перенести ударение во втором слове на первый слог, но Аддисон не стал исправлять. Оглядел свою грязную одежду и тяжко вздохнул. Кириан похлопал его по плечу: — Иди, утешь сеструху. — Аддисон не сдвинулся с места, он планировал поговорить с командиром и набирался смелости. Тогда охотник толкнул его в плечо: — Утешь, сказал! — Чуть тише пояснил: — Я поговорю о тебе с Хантером. Только не уходите домой! Мы проводим. В замешательстве Аддисон уставился на сестру. Робкими шагами преодолел расстояние между ними и натянуто улыбнулся. Воспоминания отозвались болью в ожогах. — Он не виноват! — крикнул внезапно Кириан. — Юный Манлей пытался меня отговорить! «Манлей» — эхом раздалось в голове Аддисона. — Кстати, о нем… — продолжил Кириан. Ноги Аддисона задрожали. Он оцепенел. Анджелина сняла капюшон, ее губы были растянуты в улыбке. Аддисон не смог искренне не улыбнуться в ответ, ему внезапно захотелось с щенячьим восторгом опрокинуть ее в снег: — Так и знал, что не просто так вечером на тренировку вышла! Анджелина сорвалась с места и прыгнула на Аддисона, забыв о его ожогах, руками обвила его шею. Юноша приобнял ее и, несмотря на боль, обернулся вокруг оси. Остаток дороги до особняка они преодолели вчетвером. Сестра и Хантер переглядывались; в их глазах было что-то, понятное только им. Мужчина так ничего и не сказал Аддисону, и тот находился в предвкушении, остерегаясь разочароваться. Перед калиткой Анджелина подошла к командиру и приложилась лбом к его плечу. Подняла глаза — в них Аддисон заметил зачатки слез. Хантер с лаской посмотрел на нее, губы под маской дрогнули. В полумраке их силуэты выглядели сказочно. Мужчина провел пальцами по ее плечу, дошел до запястья… замер. Охотник тихо усмехнулся: — С каждым днем влюбляюсь все сильнее… в ночи, когда не прихожу — не сплю, жду следующей, чтобы повидаться. Аддисон нахмурился, но Анджелина улыбалась пусть и с горечью. Юноша поднял глаза на прояснившиеся небо. Звезды нависали и казалось, вот-вот отпадут. Голос Кириана отвлек от запутавшихся мыслей: — Щас заметят! — Давно заметили, — невозмутимо ответил Хантер, не сводя глаз с Анджелины. — Особняк Барнетт не спит по ночам. «С недавних пор», — добавил про себя Аддисон. Он понял сестру без слов. Он тоже не любил Рэйчел, но ее верная любовь подкупала и льстила. И чем дольше это продолжалось, тем сильнее хотелось, чтобы девушка зависела от его внимания: просила, умоляла, стонала… Они попрощались и вошли в сад. С каждым шагом мечта Аддисона стать охотником втаптывалась в грязь. От нее почти ничего не осталось, но когда он встал ногой на первую ступень лестницы крыльца, вдруг услышал: — Послезавтра в полдень, у реки! — прокричал Кириан. — Я буду рад стать твоим наставником! Аддисон чуть не подскочил от радости. Он задержал дыхание, чтобы не завопить, но вместо этого повернулся лицом к охотникам и глубоко поклонился. Дома их никто не встретил. Юноша удивился, когда сестра нырнула под его руку и первая переступила порог его комнаты. Она подвела юношу к кровати, усадила и погладила его избитые предплечья. Наклонилась, посмотрела прямо в глаза с сочувствием и легкой снисходительностью. В дверь постучали. Анджелина отошла открыть, послышался ропот Рэйчел. У Аддисона упало настроение. Он так устал, он хотел побыть наедине с сестрой. В последнее время, юноша не узнавал ее, а ведь не так давно, она была его лучшим и единственным другом. — Все в порядке. Принеси чистые салфетки и тазик с водой, пожалуйста, — попросила Анджелина. — Конечно! — с искренним желанием помочь ответила горничная. Вскоре обе девушки приводили лицо Аддисона в порядок. Несмотря на грязную одежду, он лежал на кровати. Анджелина прикладывала обернутый в полотенца снег к шишкам на лбу, а Рэйчел стирала кровь. Когда он морщился от боли, обе девушки заливисто смеялись и продолжали «издеваться» с еще большей заинтересованностью и усердием. — Закончила! — объявила Рэйчел. — Я солью воду, постираю салфетки и, наверное, лягу спать? — Она замолчала ожидая ответа, уставившись на Анджелину. Та на нее не смотрела, и Аддисону пришлось едва заметно дернуть ее за прядь волос. Девушка вздрогнула, обернулась: — Да, конечно. Полотенца я отнесу сама. Завтра. Рэйчел бросила использованные салфетки в таз, сходила, подняла вещи и вышла, захлопнув дверь ногой. Анджелина опустилась к Аддисону на кровать. Тот глупо рассмеялся и без опаски притянул к себе. — После заявления матушки о расторжении помолвки мистер Манлей будто исчез… — протянул он. — Он мне снится, — призналась Анджелина. — Мы сидим у меня в комнате и он что-то говорит… голосом Хантера. — Она вздохнула: — Надеюсь, граф лично приедет расторгнуть помолвку. — Поговори с ним, — предложил Аддисон. — Он все еще может не подписать документ о расторжении. — Он не откажется, — смутилась Анджелина. — Ему не нужна жена… Пришедшая зима нарисовала на стеклах завитки. Брат и сестра засмотрелись, погрузившись в мысли. Вскоре юноша не заметил, как уснул. Проснулся от боли. Тело гудело. Причиной пробуждения оказались всхлипы Анджелины. Она обняла его, надавила на свежие синяки, ссадины, ожоги, но боль не помешала наслаждению сестринской лаской. На мгновение, они как будто вернулись в прошлое, где были детьми. От умиротворения, он вновь прикрыл глаза. — Мне кажется, — прошептала Анджелина, — Что этой прогулкой Хантер со мной попрощался. Аддисон открыл глаза. Ладонью прижал непослушные пряди волос сестры к ее макушке, открыв ее лицо: — Почему? Аддисон попытался привстать, но тело отозвалось болью. Пришлось упасть обратно. — Он взрослый и не собирается тратить время на открывание кому-то сердца, а я свое распахиваю всем подряд! — прошипел она со злостью. Несмотря на тяжесть в руках, Аддисон обнял сестру. Говорить за взрослого человека, а тем более оправдывать его, действия, не мог и не собирался. Напоминать об опасности, исходящей от Хантера так же, как от Георгия, он посчитал неуместным. Аддисон решил промолчать и тем самым поддержать свою бедную, влюбленную сестру.