Глава 16.

Ветки деревьев, частично стволы и стены домов были покрыты ледяной коркой. От скуки Ирис игрался — пускал пар изо рта и рассматривал снежинки за окном экипажа. Он ждал Георгия, чтобы вместе поехать к семье Барнетт. Демон старался игнорировать факт того, что он караулит хозяина, в то время, как тот, в который раз совершает соитие. Надвинув капюшон балахона на лицо, Георгий вернулся и протянул горсть монет лакею. Ирис едва успел пересесть на другую половину сиденья — дверца открылась, и Георгий приземлился ровно на прежнее место демона. — Был бы Фредом — успел бы сплести пару браслетов, — подметил Ирис и протянул хозяину трость. — Стоило бы принять ванну, прежде чем ехать к законной невесте. Георгий ничего не ответил. Ударил по потолку тростью и закинул ногу на ногу. Локтем оперся о маленький подоконник под окошком в дверце транспорта. — Проткни меня еще раз, чтобы мне не приходилось за этим наблюдать, — буркнул Ирис и тоже облокотился — Ишь как заговорил! — ощетинился Георгий. — Будешь выеживаться — своим недалеким родственникам продам! Экипаж качнулся и нехотя тронулся с места. Ирис украдкой посмотрел на хозяина: в глазах того застыла смертельная усталость. За последние месяцы, в его темно-русых волосах прибавилось седых прядей. При виде них у демона начинало щемить сердце, но сегодня, он заставил себя продолжать разглядывать человека, который стал для него — всем. Впалые щеки. Белые шрамы. Морщины расчертившие лицо когда-то миловидного юнца. Несмотря на время проведенное вместе, они остались сами собой и не понимали друг друга в решении некоторых вопросов. — Я же извинился, — протянул Георгий, продолжая вглядываться в пейзажи. — Знаю, что этого мало, но Астарот впервые вселился в тебя. Я не знал, как его выгнать из твоего тела и решился на этот шаг будучи уверенным в том, что ты выживешь! Рядом был Тейлор, он бы спас тебя. Я бы заставил его сделать все возможное… Ирис сменил тему: — Как Анна? — Пока еще — Блан, — фыркнул мужчина и лег на спинку сидения. Ирис обиженно скрестил руки на груди, забросил ногу на ногу и отвернулся к окну. Георгий, как всегда в дороге, погрузился в дремоту. Сон для него давно стал роскошью, и он не терял зря время, уходившее на путь. Внезапно граф вздрогнул и выронил трость. Та с грохотом приземлилась на пол. Георгий широко раскрыл глаза. — Что-то не так? — спросил Ирис. Мужчина молча зашарил по карманам. Запутавшись в балахоне, снял его и отбросил в дальний угол экипажа. Просунул пальцы под расстегнутый ворот рубашки и достал смятый конверт. При виде печати у Ириса по телу пробежала дрожь. Множество шрамов заныли от воспоминаний. Демон выдохнул, сглотнул, нашел в себе храбрость и поднял вопрошающий взгляд на хозяина. Георгий разорвал конверт и принялся читать. Его лицо почти сразу исказилось от гнева и горечи. Письмо было коротким. Мужчина скомкал его в руке, нахмурил брови и протянул: — Линд исчез… — Может, решил вернуться? — не желая верить в произошедшее, предположил Ирис. — Он убил Владимира и пару охотников, — безжизненным голосом констатировал Георгий. — Если найдешь ушлепка или почувствуешь, приказываю — не трогать. Пора покончить с полудемонами… я сам его убью. Ирис нахмурился и, несмотря на страх и на то, что за беседу в дороге он и так подарил хозяину не самые радужные эмоции, предположил вслух: — Он ищет дочь. — Она умерла, — отрезал Георгий. — Мы отследим его путь и убьем. — Понимаю, он поступил ужасно, но… это же — Линд! Наверняка его мучили или еще что… он бы не убил человека. — Плевать. Я устал от полудемонов. Эти ошибки не должны существовать. — Он усмехнулся и Ириса ужаснула схожесть Георгия с Астаротом, когда он это сделал: — А если он приведет нас к своей дочери, то и ей пора разделить участь отца. Солнце забралось в экипаж и заставило Георгия зажмуриться. Ирис не знал, что и думать. Спрашивать напрямую, догадался ли граф, кто является дочерью Линда, было чревато. Перед особняком барона экипаж нехило тряхнуло. Георгий едва успел выставить руки, чтобы не удариться головой о потолок. Выглянул в окно, вздохнул. С кропотливой тщательностью принялся исследовать, отряхивать и ощупывать свой пиджак. Посмотрел на Ириса с немым вопросом; демон закатил глаза, фыркнул и поежился. «Если бы перестал таскаться по женщинам, не пришлось бы волноваться», — подумал он. Ириса волновало другое. Чем ближе они подъезжали к особняку Барнетт, тем отчетливее он чувствовал сильного самца вражеского клана — знакомого. Не желая заострять на этом внимание раньше времени, он попытался отвлечься: — Решили по поводу помолвки? — Пока не поздно, расторгнем договор, — ответил Георгий. — Что? — переспросил Ирис. Георгий вздрогнул. Сглотнул и с невозмутимым видом продолжил: — Ты удивлен? — Вы не можете так поступить, — процедил не на шутку разъяренный Ирис. Истерический смешок вырвался из груди Георгия: — Могу! — Он понизил голос: — И сделаю. — Смягчившимся тоном пояснил: — Она чересчур юна, чтобы становится женой такого, как я. — Ирис демонстративно сморщился в наигранном презрении: — Я слишком стар для этого! — Святая благодать, — протянул демон, — Кому ты это говоришь? — По виду ты мне во внуки годишься! — А по возрасту я тебе — в прадеды, — скептически заметил Ирис, не желая продолжать спор. Так, в молчании, они доехали до кованых ворот. Георгий отпустил лакея и в сопровождении Ириса двинулся к парадному входу особняка Барнетт. От испытываемой злости демон забылся и большую часть сада прошел впереди своего господина. Опомнился, лишь в третий раз услышав, как тот «невзначай» прочищает горло. Только тогда Ирис спрятался за широкие плечи господина. До этого всегда убранные в незамысловатую прическу волосы Анджелины теперь танцевали в свирепом ритме ветра. Она стояла на последней ступени, дожидаясь, когда гости пройдут через сад. От буйных зимних порывов подол бился о ее бедра, иногда очерчивая их контур. — Пришли попрощаться? — в благоговейной интонации поинтересовалась Анджелина, когда Георгий встал напротив нее. Вблизи Ирис молча отметил, что Анджелина донельзя затянула корсет, сжав в тиски и высоко подняв едва появившуюся грудь. — Мне жаль. Впрочем, считайте, повезло! Мы не успели друг другу кем-то стать лишь мгновением в наших длинных жизнях. — Как жаль, — протянула Анджелина и прижала сжатый кулачок к груди, тем самым стиснув ее. — Думала, предложение от самого графа должно поселить в меня чувство стабильности и уверенности в будущем. Я не смогла вам угодить? Ирис нашел на ее груди кольцо, переданное Георгием в день помолвки. Девушка повесила его на шею. Хозяин тоже его заметил. Усмехнулся, кивнул на него и спросил: — Велико? — К-кольцо? — пролепетала Анджелина и посмотрела на собственную грудь, будто впервые его увидела. Ириса бросило в жар, он отвел глаза. — Мы были незнакомы. — Она взяла Георгия за руку и положила ладонью поверх кольца. — Уверена, вы бы исправили эту оплошность. Он долго на нее смотрел, после чего взял свободной от трости рукой за талию и сказал: — Это по-прежнему в моих силах. Ирис поймал на себе его мимолетный взгляд. Прежде чем губы графа коснулись губ дочери барона, Ирис успел натянуть улыбку и отвернуться. Внутри что-то сломалось. Захотелось оказаться на месте хозяина, но пока это было невозможно. К сожалению, сбежать он тоже не мог. Проявить слабость при Георгие он бы не посмел. Годы он доказывал, что достоин стоять рядом с ним, и сейчас не мог так просто лишиться дорогого сердцу места. — Неплохо, — пролепетала Анджелина прямо в губы Георгию. — Я думала, вы уже не целуетесь, — съязвила девушка. — Считайте, что вы — эликсир молодости. — Оспорите решение моей матери? — спросила Анджелина. Георгий усмехнулся: — Поверьте, не впервой! — Он отпустил ее талию, почти поднялся по лестнице, но развернулся: — Вы изменились! — выдохнул он. — И знаете? Такой вы мне нравитесь больше. Анджелина рассмеялась и завела прядь волос за ухо. Георгий поклонился и, почти не опираясь на трость, продолжил путь. Прежде чем последовать за господином, Ирис спросил: — Госпожа, вы не зайдете? Дверь за Георгием захлопнулась. — Нет. — Она шмыгнула. — Иди за ним. Девушка отвернулась. Перед тем как войти в особняк, Ирис решился заявить: — Благодаря вам мне была дарована возможность — полюбить. Нелепое желание оказаться любимым в ответ являлось побочным свойством дара любви. Госпожа обернулась, и Ирис утонул в ее серых глазах. — Прости, — будто умоляя, прошептала она как священную мантру. — Прости, пожалуйста. Демон прикрыл глаза, чтобы хоть как-то защититься от ее искренности. Улыбнулся и кивнул: — Все в порядке. Как вы питаетесь? Молоко продолжает утолять голод? Анджелина молча достала из скрытого кармана в подоле колбу, наполненную кровью. Ирис почувствовал энергию Тейлора, вновь кивнул и процедил: — Он очень вас любит. Поклонившись, демон вошел в пустой холл. Встретить Анджелину первой сыграло ему на руку: теперь он знал, что аура полудемонессы не изменилась, продолжая не привлекать лишнее внимание. Демон прислушался к инстинктам и ринулся в столовую, из нее на кухню, а оттуда к узкой лестнице. Замер. Вверху лестницы, что вела в коридор, где располагались спальни прислуги, стоял Тейлор. Он сдавал: похудел, постарел, а во взгляде скопилось столько боли, сколько Ирис не смог бы накопить и за триста лет. Колдун оглядел демона и спросил: — Что произошло? — Что с Анджелиной? Она не должна себя так вести! — прошипел Ирис. — Мы с Сарой пришли к выводу, — начал объясняться Тейлор. Нервным движением он перебросил волосы из-за спины на плечо. — Что нужно равновесие… Уже месяц мы обучаем. Возможно, принятие самой себя повлияло на ее поведение. — Своими руками в Преисподнюю отправляете? Мое мнение узнать не желаете?! — Он ударил ладонью по стене. Прищурился и специально, на секунду, сверкнул глазами. — Должны отчитываться? — вскинул брови Тейлор и тоже, заставил свои глаза засветиться. — Линд жив! — прошипел сквозь зубы Ирис. — И он не в себе! Убил русского охотника! В последнее время убийства участились. Как думаешь, чьих рук дело? — Мир нуждается в равновесии, — раздался голос Сары. Она вышла из-за спины Тейлора. — Мы делаем лишь то, что должны! При виде нее у Ириса перехватило дыхание. Мягкой поступью бывшей охотницы она обошла колдуна и спустилась на пару ступеней ниже. Холодный свет из крохотного окна озарил половину ее лица. — И если ты не хочешь, чтобы девочка зря страдала и топталась на месте, то не станешь говорить ей о том, что отец жив, — произнесла Сара. — Ей лишь бы избавиться от приемной, но тебе, Тейлор, в чем прок? — попытался достучаться до брата Ирис. — Ты же любишь Лину! А согласился вместе с этой, — он ткнул пальцем на Сару, — растить госпожу, будто скотину на убой. — Кто бы говорил! — перешла на крик Сара. — Не ты ли точно так же поступаешь со своим контрактером, называя которого «другом» — грешишь?! — Отец жив? — прозвучал робкий голос Анджелины. Ирис обернулся: девушка вышла из-за поворота на кухню. — Почему ты мне не сказал раньше, Ирис? У демона внутренности упали на пол и разбились. Он обернулся к ней: в глазах юной девушки скопились слезы. Господа смотрела на него также, как недавно на его отца. — Прости, — пролепетал Ирис. Печальное разочарование госпожи сменилось гневом. — Как вы могли? — сощурилась она и перевела взгляд на стоящих позади Ириса. — Даже со мной не поговорили… — У вас есть выбор, госпожа, — напомнил Ирис. — Я не позволю вам стать демоном. — Выбор — без выбора? — рассмеялась миссис Барнетт. Ирис задрал подбородок, сглотнул подступивший — не принадлежавшее ему — волнение. Когда-то сам Хантер остерегался пойти против нее, не зная, как принять поражение. Однако Ирис был отдельной личностью и сейчас мог дать отпор. Госпожа приняла демонический вид: — Говоришь, как он! — процедила самка. — И «выбор» тот-же. Ирис покачал головой и опустил подбородок к груди. Мрачным, холодным тоном, каким он давно не разговаривал с людьми, ответил: — Я — не он. Госпожа усмехнулась и надломленным голосом спросила: — Чем же вы отличаетесь? Ирис шагнул к ней, но она отступила. Он сделал еще один шаг в ее сторону — и девушка сорвалась с места, забежала за угол. В сердцах Ирис пнул стену. С потолка посыпались мелкие камушки. — Ты — не он, — напомнила Сара. Она спустилась к Ирису, положила руку на его плечо и обернула лицом к себе. — Ты давно заслужил звание человека. Забытые чувства хозяина к этой женщине пробудились и затрепетали бабочками в желудке. От неожиданного облегчения Ирис дернулся и скинул с себя ее руку. — Прости, — прошептал он. — А ты… все такая же. — Он поднял на нее глаза и улыбнулся: — Необыкновенная. Он обернулся к Тейлору и с презрением выплюнул: — Как потерял Энжел, Каллена, Линда, так и ее потеряешь. Судьба у тебя, видать, такая! Он побежал за Анджелиной, но та без зазрения совести воспользовалась демоническими силами. Он вернулся за ней в холл, поднялся на второй этаж: из одного крыла особняка донесся смех Георгия и Аддисона, с другого — тихий всхлип и хлопок двери. Подойдя к ее спальне, он прислушался. Анджелина тщетно пыталась сдержать ладонью горькие всхлипы. Ирис прислонился к двери боком и признал: — Ты права. Каждый печется лишь о своих интересах. — Перед откровением он сглотнул. — Глядя на Хантера, на то, как он обрел друзей, создал первый отряд охотников на демонов и по сей день развивается в мастерстве, я стал превозносить людей и ощутил реальный вес каждой души. Правильно это или нет, никто не вправе судить. — Он хмыкнул и добавил: — Конечно, отец имеет, с ума сойти, какую важную точку зрения на этот счет! — Демон цокнул языком и закончил: — Но он тот еще подлец и лгун… Донесся тихий смешок, перешедший в шмыганье. Ирис прикоснулся пальцами к двери и продолжил: — Мне очень важно, чтобы ваша непорочная душа подольше оставалась чистой. — Она не может быть непорочной, — ответила Анджелина. — Да, — согласился Ирис. — Сейчас она обрела краски и забурлила жизнью. Но при первой нашей встрече ваша душа была чистой, как вода в нетронутом людьми источнике. Такой я ее и запомнил. Анджелина ничего не ответила. Дверь кабинета мистера Барнетт приоткрылась. Аддисон спиной вышел в коридор, но задержался и продолжил с кем-то разговаривать. Перед тем как побежать скорее к хозяину, который после беседы мог потерять свою прислугу, Ирис с тяжелым сердцем признал очередное поражение и пошел на поводу у чувств: — Я приму ваш выбор — любым. Дверь толкнулась изнутри. Ирис отступил в сторону. — Даже если он — неправильный? — уточнила Анджелина. Она уже вернула себе человеческий облик. — Любой твой выбор для меня — правильный, — исправил Ирис. — Тогда я тебя ранила, — сменила тему Анджелина и коснулась груди демона, где остался шрам от ее осколка. — «Шрамы украшают мужчин», — ухмыльнулся Ирис. Анджелина в задумчивом жесте сложила пальцы, коснулась подбородка и призналась: — Совру, если скажу, что мне жаль. Из кабинета вышел Георгий, а за ним Савьер. Продолжая беседу, они пошли по коридору. Ирис почувствовал приближение, а вскоре и увидел поднявшуюся на второй этаж Сару. Решительным шагом она подошла к Георгию. Мужчины в ожидании остановились. Женщина начала шипеть что-то невнятное. — «Договор порван?» — прошептала Анджелина, продублировала она слова Георгия. «Я поговорил с мистером Барнетт, и он не озвучил ни одной веской причины расторгать помолвку», — продублировала она Георгия, хотя его — то Ирис слышал прекрасно. Георгий не сводил с Сары завороженного взгляда. Ирис неосознанно подумал: «Любит ли Хантер Анджелину так же, как когда-то Сару?». Ее курчавые волосы тряслись от злости. Анджелина больше ничего не дублировала. На ее лице появилась довольная улыбка, а глаза засверкали от восторга. Она услышала то, на что надеялась, и Ирис не имел права показать, что он расстроен. Хотел уйти, но она остановила: — Не трогай Тейлора, ему и так тяжело. Ирис перевел на нее взгляд, но та взаимностью не ответила. — Его рана от потери Каллена никогда не затянется. Он очень боялся ко мне привязаться, а теперь — потерять. Твой брат любит меня и заботится, как умеет. Ирис ухмыльнулся: он не собирался сочувствовать брату и вины не испытывал, но то, что Анджелина вновь нашла всем оправдание, его огорчило. — До встречи на свадьбе, будущая миссис Манлей. — Ирис поклонился и побежал к хозяину, не желая более заниматься мазохизмом. Вечером Анджелина спустилась вниз, но не сразу вошла в гостиную, откуда доносились голоса членов семьи. Она осталась в тени, прижалась спиной к стене. Миссис Барнетт гремела, как гром: — Он водит нас за нос! — ее голос заставил Анджелину съежиться. — Помолвка — не детская игра! Что, ты, молчишь?! Папа пробормотал что-то невнятное. — Что она может? Киснет в своей спальне, как всегда! «Киснет». Анджелина сжала кулаки. Она была рада, что Георгий не расторг помолвку. Этот брак — был щитом. Когда она станет миссис Манлей и переедет в его холодные покои, прицел демонов сместится с семьи Барнетт на девушку. Тогда, у Аддисона появится шанс выжить, а в будущем, может и помочь выбраться из всего, что, сейчас, творилось. — Вся в твоего… меланхолика… — проворчала жена барона. Слова о том, что ее отец жив вышибли из нее воздух. Линд был тем, чья кровь текла в ней; чей образ в детских снах был смесью ужаса и тоски. Анджелина боялась его. Боялась, что он придет и заберет ее обратно в демонический ад, из которого ее и вытащил когда-то… или это была заслуга Тейлора? «Он очень сильный. Если он жив… может быть, он… спасет?». Нелепая, детская надежда. Анджелина вернулась в свою комнату и прислонилась лбом к ледяному стеклу. Снег заметал следы экипажа Манлей. Сердце билось, словно дикая птица в клетке. Страх и надежда парализовали. Закрыв глаза, она оттолкнулась от страха. Сосредоточилась на той части себя, что была от него: на крови, на связи… Она «вытягивала» из себя, что могла. Искала не имя, не образ, а энергию. Ту, что заставляла Тейлора бледнеть, а Ириса — стискивать зубы. Только холод и вой ветра в ушах. Анджелина дернулась, оторвав лоб от стекла. Дыхание перехватило. Она опустилась на пол, дрожащими руками обхватила себя. Выбора не было. Только путь вперед.