Интерлюдия: тот, кто бродит в коридоре

      — Идёт мистер Уилли-Свирли, — пройдя мимо, Юстас задел Альберта плечом.       — Где? — Росс оглянулся.       За его спиной поток только молодых лиц.       — Здесь, — предупреждение на грани слуха.       — Я не вижу, — половина утверждения застряла в горле, когда два старческих пальца ткнулись Альберту точно под рёбра.       — Берти! — кончики указательных и средних быстро-быстро простучали свою мелодию грубой щекотки.       Раз-два.       Три-четыре, и щепок за щёку.       — Профессор, — ойкнул Росс, — Профессор Лесли!       — Доброго дня, — незамысловато кивнул профессор, и исчез в толпе.       — Сно-о-ова, — опустив голову, Альберт потёр бока.       — Подыграл бы ему, — новый виток спешащих студентов вынес Юстаса обратно.       — В чём?       — Уилли хочет, чтобы ты раскрылся, — Юстас увернулся от чужого локтя, — И перестал мямлить.       — Я не мямлю, — Росс надул губы.       — Последнее занятие по этике, — напомнил Юстас, даже для приличия не выдержав паузу, — Позапрошлое, — но загнул два пальца.       — У-у-у-у-у.       — Громче, — хмыкнул Юстас.       — Что?       — Отвечай ему громче, — подсказал Юстас, — Если покажешь результат, то старик выберет кого-то другого.       — Я не могу.       — Придётся, — Юстас поднял бровь в немом выражении: «Ты действительно мне не веришь?»       — Один раз? — Альберт с надеждой посмотрел на шумную стайку технологов, вдруг тоже утянут, — Я не могу.       — Один доклад, — переиначил Юстас, — Ты должен сам вызваться выступить первым.       — У-у-у.       — Попрошу Томаса…       — Подсказывать? — Росс в своих друзьях не сомневался.       — Плевать в тебя пережёванной бумагой — для сына пьяницы он очень меткий.       — Зачем?       — Так смешнее, — пожал плечами Юстас, — И не настолько жалкое зрелище, как щиплющий себя за руку шотландец.       — У-у-у.       — Лучше запомниться комками бумаги на пиджаке, чем скулящим психом, — Юстас прошёлся по горлу своего воспитания.       — Я не сумасшедший.       — Тогда, рискни, — улыбнулся Юстас, — Доверься.       — У-у! Хорошо, — Альберт до покраснения сжал пальцами ручку портфеля, — Я попробую.       А потом в конце коридора разгорелась драка — кто-то не смог принять своего поражения в клубном пари.       И любопытная волна разделила Росса и Юстаса.       «Я не сумасшедший», — ещё долго будет отзываться в памяти Альберта.       Особенно громко в те моменты, когда-кто шутя щекотал его — или хуже…       Когда женские губы коснулись его уха, а бледная ладонь коготками скользнула по рёбрам — ему привиделся Уилли-Свирли.       Тот, чье лицо было настолько сморщенное, что кажется — ещё несколько лет и оно свернётся так, что станет бугристой спиралью.       Тот, кто годами не выходил из списка умнейших людей массачусетса.       Тот, кто в итоге сошёл с ума.       Тот, кем можно стать.       Тот, кто лишил Росса простейшего удовольствия в жизни — радости от щекотки.