Бомба 1\2

      Трус. Убийца. Предатель.       Три слова слились в один звон корабельного колокола; кажется, взмахни Альберт веслом сильнее, то шум вырвется из его головы и загремит над морем.       Чтобы все узнали.       — Мы не можем, — Росс гребёт неумело, чудом толкая лодку вперёд, — Нам жаль, — раскачивая ящики с припасами.       Обвинитель молчал — старший брат сидел бы на другом конце лодки и, свесив ноги, собирал бы мысками пену с низких волн.       Адвоката не было; Альберту нечего было сказать в свою защиту, «ну-у-у», кроме простых «Мы не хотели» и «Мы должны признаться».       А присяжных чаек больше интересовала рыба.       — Мы, — слёзы скопились в уголках глаз Альберта, — Я не останусь там.       — Потеряешься, — предупредил бы старший брат.       — Лучше потеряться, чем, — Росс заикнулся.       — Чем что? — старший брат обернулся бы через плечо.       — Чем ты…продолжишь нести за меня вину, — Альберт на него не смотрит, — Я-я оказался на острове с маяком из-за смерти отца Галлахера, да?       — Берти…       — Нет, послушай нас! — вёсла ударили по воде, — Мы…видели…видели, как из него выползли моллюски… Я убил его из-за того, что мне привиделись слизни! — Росс налёг сильнее, — Я такой же…как Уилли-Свирли! Нет-нет, как профессор Лесли! Мне нужна помощь! Доктор! Если я сдамся, то никто больше не пострадает! Мне-мне, нам помогут и я вернусь! Буду следить за маяком! Сколько понадобится! И даже-даже…       — Берти, у тебя истерика, — старший брат был бы спокоен, легко бы подошёл к нему, — Вдохни-выдохни, — и ударил по щеке.       Глубокий красный след сразу расползся по розовеющей от жара солнца коже.       — Ричи-и-и, — выпустив весло, Альберт тронул отпечаток кончиками пальцев.       Больно.       По-настоящему больно.       — Ещё есть возможность повернуть назад, — старший брат навис над Россом.       — Ты ударил меня, — колкий холод прошёлся по позвоночнику Альберта.       — Ох, Берти…       — Ударил, — вырвав второе весло из крепления, Росс направил его на брата.       — Помнишь, что говорила матушка? — старший брат легко отодвинул от себя лопасть, схватил ниже за древко, — Нужно слушаться…       Толчок.       От удара в челюсть зубы старшего брата щёлкнули.       Воспользовавшись моментом, Альберт перекатился на бок и с несвойственной ему скоростью перевалился на бок.       Море не приняло его, вытолкнуло на поверхность — в нём, Росс начал вязнуть.       — Берти-и-и, — старший брат разочарован, — Снова ты бежишь от простейшего решения, — он трёт подбородок.       Так сильно, что в уголках его глаз собрались морщины.       Но Альберт ничего не замечает, барахтается, и плывёт спиной вперёд.       Дальше и дальше.       — Хватит упрямиться, — советует старший брат, — Ты обещал, что будешь учиться на своих ошибках.       До тех пор, пока что-то не всплыло под ним и не подняло его выше — что-то неудобное, неровное.       Но круглое.       — Оставь меня! — задыхаясь, Росс пробует встать на ноги, но тут же замирает.       Ему хватило одного взгляда вниз, чтобы узнать в «чём-то» морскую мину — а в жесте старшего брата шутливое прощание.       Если бы он был ближе, то заметил бы и усталую усмешку — если был бы ещё ближе, то смог бы прочитать короткое «бум» в движении губ.       — Плохой мальчик, — покачал головой старший брат.       А Альберт загнанно обернулся.       Позади него всё новые и новые морские мины поднимались из воды; качаясь на цепях, они сталкивались, но не взрывались.       Воздух наполнился гулом.       — Ри-и-и-ичи, — Росс всхлипнул, — Всё…всё здесь ненастоящее, да?       — Плохой сон, — сказал бы старший брат.       — Трата моего времени, — сказал старший брат, щёлкнул пальцами.       В белом грохоте небо смешалось с морем, обратившись в пустоту укрыло испуганный разум.       Остаточный звон в ушах скрыл шорох, раскачивающих обломки лодки волн и ощущение песка под спиной и даже запах мёртвой рыбы.       И ничего не стало для Альберта.       — Пора просыпаться.