«Ты старше» Юра Смирнов\ОЖП

      Кофе — единственное, что может помочь Саше справиться с ранним пробуждением. У неё в квартире есть миниатюрная удобная кофеварка, а та, что сейчас в её руках, — тяжёлая и неуправляемая.       «Навороченная», — подумала девушка в десятый раз, прокручивая её в руках.       Ей не хотелось будить хозяина квартиры только для того, чтобы насладиться горьким, бодрящим напитком. В планах было выпить чашку или две, оставив на столе записку, и умчаться к себе домой, чтобы со спокойной совестью собраться на работу. Но, видимо, у судьбы были другие планы.       — Чёрт, — хныкает Саша. Кофе не случилось, поэтому придётся довольствоваться тем, что есть в ассортименте — крепким чёрным чаем. Его-то она сможет приготовить.       За спиной раздаются тяжелые шаги. Она знает, кому они принадлежат, поэтому не оборачивается, ждёт, пока хозяин станет с ней вровень.       — Утро не задалось? — с мужских уст слетает ядовитая усмешка, и Саша готова поклясться, что чай её хмурого настроения не исправит, здесь нужна тяжелая артиллерия.       Юра прижимается к девичьей спине, утыкаясь носом в макушку. Он, как никто другой, знает, что Дёминой не угодить утром. Тут либо избегать её до более позднего времени, либо лезть на рожон и получить сразу.       Легкий поцелуй, оставленный за ушком, — как лучшее лекарство от всех болезней. Саша поддаётся порыву и слегка улыбается.       — Ну вот, так намного лучше.       Крепкие руки блуждают по юному телу, оставляя легкие щипки на бёдрах. Одно лишнее движение, и Саша падает ему на грудь, томно вздыхая, целует в щёку.       — Сделаешь мне кофе? Хочу заскочить домой, чтобы переодеться, а с твоей кофеваркой я не справлюсь за такое короткое время.       На свои оправдания девушка получает лёгкий кивок и нежный поцелуй в шею, отчего в её мысли закрадывается идея опоздать на работу и пойти в неглаженой форме. Она стоит посреди кухни в его футболке, наслаждаясь дурманящими прикосновениями, размышляет о том, что было бы неплохо повторить вчерашний вечер. Юра будто прочитывает её мысли и томным полушепотом произносит:       — Оставайся.       «Оставайся». Как долго Саша ждала и в тот же момент боялась услышать это слово. Ей хотелось стать для Смирнова не просто подружкой на ночь, а кем-то большим. Стать той самой и единственной, ради которой он будет бежать домой, ради которой наплюет на принципы и обзаведется семьей. Ей двадцать три, ему тридцать пять. Небольшая разница, если вы два абсолютно равных человека, но не так, если он — начальник, а она — его подчиненная.       Саша — стажёр в Ленинградском отделении милиции, и то попала туда далеко не за красивые глазки, а за приличную сумму из отцовского кошелька. И вместо того, чтобы получить опыт, Дёмина завела интрижку с майором.       — Остаться? В плане…       — Насовсем.       — Юр, — девушка отстраняется, выставляя руку вперёд и создавая между ними определенную дистанцию, — ты не пойми меня неправильно, но мне это не нужно. Между нами только хороший секс, и всё.       Она выдавливает улыбку, а нежные касание тонких пальчиков по щетинистому подбородку заводят Смирнова в тупик. Он издает смешок и делает шаг вперёд, отчего Саша полностью оказывается в его власти, в коконе его рук.       — Поверь мне, — шепчет на ухо, — я достаточно хорошо знаю женщин, чтобы понять, когда они лгут.       Теперь кофе не нужен — Саша и без того окончательно проснулась, да ещё и взбодрилась. Она действительно врала, только потому, что не могла представить их парой. А что будет, если прознают на работе? Уволят. Не только её, но и Смирнова в придачу. Такого Дёмина допустить не могла, по крайней мере, по отношению к своим родителям.       — Юр, мне двадцать три, тебе почти сорок…       — По минному полю ходишь.       — Тебе тридцать пять. Что нас ждёт впереди? Счастливая семья и дети? Не смеши.       Хмурость в его взгляде обескураживает, что заставляет Сашу задуматься. А каким бы Юра был бы отцом? Она не могла представить его в этой роли, но почему-то образ мужчины со свёрточком на руках грел сердце, а в груди зарождалось новое, необъяснимое чувство.       — Почему бы и нет. Я не предлагаю тебе выходить за меня замуж, но если, — он замолчал на секунду, поднимая девичье лицо вровень со своим, чтобы заглянуть в голубые глаза, — если у нас получится, то почему нет?       — Много нюансов.       Саша вырывается из объятий, чтобы подойти к холодильнику, вытаскивает яйца, чтобы приготовить завтрак, но не потому, что хочет — желудок протестовал и ещё не изголодался после плотного ужина. Девушка хотела занять руки и всецело отгородиться от мысли об отношениях.       — Возраст? Сань, двенадцать лет не тридцать. Скажи, на сколько твой отец старше матери, напомнить? Тебя волнует работа? У нас пол-участка переженилось, — он делает несколько шагов ей навстречу, чтобы получить согласие. Юре было достаточно и еле уловимого кивка головой.       — Почему тебя не устраивают наши нынешние отношения? — Саша будто и не замечает появившегося Смирнова, беззаботно разбивает яйца в раскаленную сковороду.       — Потому что я хочу большего. Хочу просыпаться с тобой в обнимку, зная, что ты не убежишь рано утром, дарить тебе цветы просто так, без повода и получать за это простой поцелуй в щёку, смотреть с тобой телевизор вечером, как…       — Это называется семья. Юр, я не готова к такому.       Девушка отходит от плиты, а после и вовсе выходит из кухни. Через пять минут хлопает входная дверь.       В участке Саша так и не появляется, даже к вечеру, чтобы сдать Хмуровой отчет. Только уходя домой, Юра узнает от начальницы, что Дёмина «заболела» и не появится раньше начала следующей недели.       В квартире одиноко и тихо, так было всегда, но сегодня по-особенному чувствовалось это удушающее одиночество. Он предложил Саше съехаться, и в его грудной клетке зародилось чувство надежды на новое, непохожее на прошлое, будущее. Получив отказ, Смирнов снова чувствует себя шестнадцатилетним школьником, которого бросила соседская девчонка.       Он редко пил пиво, но не только потому, что его не устраивал вкус, Смирнов не хотел топить свои чувства в алкоголе. Боялся, что не проявит самообладание и «подсядет» как его отец. Но сегодня повод был особенным, и без бутылки холодненького не обойтись, по крайней мере, это желание можно было спустить на только что начавшийся матч по футболу.       Юра терпеть не мог футбол.       Мужчина чувствует, как голова немного кружится, а телевизионные шумы уже не доходят до его расслабленного ума. Всё, на что его хватает, — это нажать на красную кнопку, а после зайти в спальню и зарыться носом в её подушку, что хранила утренний запах сладких духов.       Ему снится сон. Саша совсем рядом, накрывает его одеялом и оставляет лёгкий поцелуй на лбу, не уходит до тех самых пор, пока его не забирает глубокий сон. Ни на секунду девушка не выходит из его головы. Всю ночь он ворочается, а просыпается рано утром от назойливых солнечных лучей, падающих на его лицо.       Перевернувшись на другой бок, замечает спящую на краю Дёмину. Она тихо посапывала, укрывшись краем одеяла.       Юра облегченно выдыхает — это был не сон. Встаёт с постели, бережно укутав девушку в плед, и медленной поступью направляется на кухню.       Саша любит кофе по утрам, а Юра любит Сашу и поэтому не может отказать ей в таком простом желании.       — Доброе утро, — девушка садится на стул, поправляя растрепавшиеся волосы после тревожного сна.       — Доброе.       Мужчина ставит перед Дёминой кружку с напитком, и та с жадностью делает первый глоток.       — Твоё предложение в силе?       — А ты передумала? — Юра хмыкает, отпивая из своей кружки чай. Дать Саше вторую пару ключей было неплохой идеей — если бы тогда не пересилил себя, то сейчас не сидел бы на кухне и не пытался вытащить из неё нужных слов.       — Передумала.       Она переводит взгляд на часы и невольно морщится, увидев цифры на циферблате. Нащупывает мужскую ладонь, слегка сжимает, ждёт ответного прикосновения.       — И каков твой вердикт?       Юра тянет на себя, отчего девушка соскальзывает со стула и направляется в его сторону. Он понимает, что все это значит, но не торопится, хочет, чтобы Саша сказала всё сама.       — Насчет нас… я не против попробовать, но только у меня есть условие, — она дожидается, пока мужчина кивнёт, а после продолжает, — обещай, что, что бы ни произошло, это никак не скажется на работе.       — Обещаю.       Юра не выставляет никаких ответных условий, оно ему не нужно. Сама девушка — вот чем заняты все мысли. Им столько нужно друг о друге узнать, столько пройти вместе, и от этого кружится голова.       — Предлагаю вечером устроить ужин. Я куплю вина, красного. Отыщем свечи.       — Я приготовлю что-нибудь, — Саша зарывается носом в отросшие волосы, рисуя пальцами незамысловатые узоры на щетинистой щеке. Тихонько улыбается, заслышав новое предложение, и понимает, как была глупа. Этот мужчина — её будущее, а без него вряд ли что-то получится.