Часть 1

      Люди каждый день пользуются множеством вещей. Каждый предмет исполнят свое предназначение. И так же каждый день люди перестают пользоваться множеством предметов. Некоторые вещи остаются в их памяти, как, например, воспоминания о любимой игрушке детства согревают, а воспоминания о балетных пуантах обжигают холодом пережитой боли. А некоторые вещи забываются навсегда, как выброшенный в мусор билетик из общественного транспорта. Никто не задумывается об их дальнейшей судьбе.       Лида лежала на холодной земле уже примерно десять минут и смотрела в пасмурное небо. Её пальцы нервно перебирали бусины ожирелья на шее. За это время её голову посетили тысячи самых страшный и тревожных мыслей. Где она? Почему она здесь? Что это за кучи мусора вокруг? Как отсюда выбраться? Обстановка потихоньку начинала давить на девочку. Прежде чем что-то сделать, ей нужен был план действий. Хоть какой-то. Сейчас она встанет и осмотрится, затем найдет самую высокую точку и попытается туда забраться. Надо будет поискать людей и попросить у них помощи. А если люди окажутся не дружелюбно настроены? А если людей вообще не будет? Лида не хотела думать, что она будет делать, если последние два предположения окажутся правдой. Наконец, тяжело вздохнув, девочка решила действовать.       Когда она поднялась, она почувствовала острую боль в коленях. Длительная неподвижность и неудобная поза давали о себе знать. Вокруг неё высились горы различных предметов различного назначения. Вот лежит старый советский телевизор, вот диван с порванной подушкой, бутылки газировки с вытсветшими этикетками, пакеты кефира, винтажная мебель. Лида пошла вперёд, продолжая разглядывать возвышавшиеся вокруг горы. Вдруг под её ногами что-то звякуло. Она посмотрела вниз. Рядом с её ботинком лежало кольцо, блестящее на грязном фоне, оно привлекло её внимание. Лида в нерешительности наклонилась и взяла его в руки. В дневном свету блеснули буквы инициалов. «Зачем кто-то выкинул обручальное кольцо?» — с грустью подумала Лида. Аккуратно положив его обратно, девочка двинулась дальше.       На горизонте Лида завидела гору вещей, которая была выше всех остальных. «То, что мне нужно!» — подумала она и направилась в ту сторону. Она уже шла довольно долго, но гора, кажется, не торопилась приближаться. Внезапно взгляд Лиды уловил на горизонте ещё один объект, которого раньше она не видела — дым. — Что? Это дым или мне кажется? — Лида уже начинала говорить сама с собой, — Ничего не понимаю.       Дым тонкой струйкой устремлялся к небу. Это не было похоже на пожар, скорее, на костёр. Раз здесь есть костер, значит есть и тот, кто этот костер разжёг. Страх снова пронзил Лиду. Будь она в других обстоятельствах, никогда бы не пошла к источнику огня неизвестного происхождения. Но она находится на непонятной свалке, неизвестно где и совершенно одна. Решение далось ей с трудом, но когда оно было принято, Лида быстро направилась к источнику дыма.       Дым, в отличае от самой высокой горы мусора, приближался гораздо охотнее. Лида, стараясь не шуметь, шла, огибая кучи хлама. Когда она достигла нужного места, она в изумлении остановилась. В основании очередной горы стоял маленький домик. Было явно видно, что это смастерил человек. Причем из подручных материалов. Причем мало смыслящий в строительном деле. Стены были сделаны из погнутых листов металла, которые подпирали несколько арматур, чтобы стены не рухнули. В импровизированных стенах было два проема, один из которых служил, по видимому, входом, а другой выполнял роль окна. Стекла́ там, конечно же, не было, но зато были закреплены две доски в виде креста — имитация оконной рамы. Крышей служила, как и положено, кровля, наклоненная под углом. Внутри домика Лида рассмотрела какие-то занавески. Во дворе, если это можно было назвать двором, горел тот самый костер, который и привлек Лиду дымом.       Пока она стояла и рассматривала жилище неизвестного обитателя свалки, из-за горы хлама показался человек. Пружинистой походкой он подошёл к домику, положил что-то рядом с костром и скрылся внутри. В отверстии, выполнявшем роль окна, показался силуэт человека и до слуха девочки донеслось тихое мелодичное мычание. Лида застыла в нерешительности. Она наблюдала за ним с полминуты, как вдруг в небе что-то сверкнуло и, Лида даже присела от неожиданности, грянул оглушительный гром, от которого содрогнулась земля. Человек в домике негромко вскрикнул и выбежал на улицу, смотря в небо. Решив больше не медлить, девочка наконец вышла из укрытия и окликнула незнакомца: — Эй! Извините! — Господи милостивый! — Подпрыгнул от неожиданности человек, — Сегодня все пытается свести меня в могилу! — Простите, я потерялась. Не могли бы вы подсказать, где мы?       Незнакомец подозрительно уставился на нее. У него был довольно потрёпанный вид: молодой, но давно не бритая, у него выступила щетина, темные волосы были засаленны, одежда, напоминавшая ту, что обычно носят циркачи, была грязной и кое-где выднелись дырки, под впавшими глазами залегли темные синяки. Однако, сам он был довольно энергичным, махал руками, говорил громко и с интонациями. — Эх, девочка, если бы я сам это знал… Однако, у меня есть пара предположений на счёт этого.       Лицо Лиды приняло жалкое выражение. Она тут же схватилась за свое ожерелье. — В каком смысле вы не знаете? — Жалобно спросила она. — В прямом. — Он пожал плечами, — Я без понятия, что это за место и как я здесь оказался. — Что, прям совсем-совсем ничего не помните? — Помню только, как я очнулся здесь и, поняв, что выхода нет, соорудил этот домик, — Он махнул рукой в сторону строения, — Там и живу. А ты разве что-то помнишь?       Лида задумалась. Она и вправду ничего не помнила. Ей показалось, что она забыла даже собственное имя. — Нет… — Опустив глаза, пробормотала она.       Тучи на небе сгущались и на землю перед Лидой упала тяжёлая капля, затем ещё одна. Девочка подняла голову и посмотрела на небо. Странный человек, обитатель этого места, тоже уставился в небо. Дождь забарабанил по крыше домика и поверхностям вещей, лежащих в кучах. — Пройдем-ка в дом, — Предложил человек. — Ну-у… — Лида неуверенно взглянула на него.       Он смотрел на нее с честным, искренним выражением, как бы говоря: «Я не собираюсь тебе вредить. Я лишь пытаюсь помочь». Похоже, у нее не было выбора. Девочка кивнула, и они двинулись внутрь.