Часть 2

      Войдя в домик, Лида чуть не раскрыла от удивления рот. Снаружи домик выглядел плохо, если не сказать ужасно. Любой человек, увидев его, непременно подумал бы, что там живёт бездомный. Но внутри все было обставленно так уютно и красиво, что любой дизайнер, взглянув на материалы, из которых это было сделано, непременно бы пал на колени и вскричал: «Он гений!».       Стены были обиты изнутри чистой белой тканью. Помещение оказалось больше, чем выглядело снаружи. Здесь у окна стояли стол с обшарпанной белой краской, такой же стул. На столе стояла электрическая лампочка, стилизованная под свечу, лежала стопка книг, какие-то записи и стаканчик с письменными принадлежностями. На одном из окон висела полупрозрачная белая шторка. У противоположной стены стояла кровать, аккуратно застеленная, и прикроватная тумбочка. Над кроватью висел какой-то цирковой плакат. Прямо возле входа стоял шкаф с вещами, тоже не понятно, как он здесь оказался. Потолок являлся самой яркой частью интерьера. Это было полотно со звёздами и другими небесными телами, растянутое и прикрепленное в углах. Оно придавало этому месту какую-то особую магию и очарование. — Хочешь чай? — Спросил Лиду мужчина.       Лида прошлась взглядом по столу на котором лежали исписанные листы бумаги, но никакого намека на чайный сервиз не увидела. Она вопросительно посмотрела на человека. — Что? — Приподнял одну бровь тот, — Хочешь чай или нет? — Ну, допустим, хочу. — Тогда прошу вас присесть, — Он двумя руками в вежливом поклоне показал на обшарпанный стул, — И подождать меня одну минуту. — Хорошо, спасибо, — Вежливо отозвалась девочка и села на указанный стул.       Человек подошёл к шкафу, стоящему возле входа, открыл один из отсеков и стал по одному вынимать предметы чайного сервиза. Ловким движением он поставил на стол две фарфоровые, необычайной красоты, чашки. Пробурчал себе под нос что-то вроде: «Знал ведь, что пригодятся». Затем на столе оказался такой же красивый фарфоровый чайничек и сахарница. Человек аккуратно снял с сахарницы крышечку и Лида увидела внутри белые кубики сахара.       Закончив накрывать на стол, он внимательно оглядел получившуюся на столе картину. — Боже мой! — Вдруг воскликнул он и всплеснул руками, — У меня же гости, а я не прибрался!       Он схватил сахарницу и поставил ее на прикроватную тумбочку. Чашки и чайничек он сунул Лиде в руки, сказав; «Подержи-ка секунду», и одним движением смахнул со стола прямо на пол свои записи, до этого хаотично лежащие на нем. — Теперь порядок! Подождите меня одну минуту, — Сказал он и выпрыгнул на улицу.       Лида некоторое время так и сидела неподвижно с чашками в руках. Затем она аккуратно поставила их обратно на стол.       Посидев в разбавляемой только шумом дождя тишине с полминуты, девочка наклонила голову, чтобы рассмотреть листы, лежащие на полу. Интересно, о чем этот странный человек пишет в этих записях?       Лида подняла взгляд на дверной проем, чтобы удостовериться, что за ней никто не следит, прислушалась. Все чисто. Она подошла к листкам бумаги и села рядом на корточки. Сначала она просто изучала их вглядом и пыталась прочитать то, что там написано. Потом она пыталась посмотреть листы, которые были внизу, стараясь по минимуму прикасаться к ним. В конце концов, она все-таки решилась взять их в руки и уже смело принялась читать корявый подчерк их обладателя.       «… Диван был замечательного образца, но пока я тащил его до дома у него отломилась одна ножка и он пришел в негодность. Пришлось его оставить».       Так, это мне не интересно.       «… Пару дней назад у моего любимого львёнка оторвалась лапка. Я бы пришил ее обратно, но боюсь, что искать иголку в этом месте — все равно, что искать её в стоге сена. Из львёнка начал вываливаться наполнитель. Я не мог на это смотреть. Как будто это были его внутренности. Решил устроить ему достойные проводы: откопал ямку, нацарапал нежные слова прощания на камне и поставил его рядом. Когда пришло время похорон, я долго плакал. Не представляю, как я буду жить здесь без него».       «… Может меня зовут Игнат? Может Игорь? А может быть вообще Джек? Ничего не помню… В этом месте не хватает зеркал. Мне очень интересно, как я выгляжу. Ношу эти полосатые брюки и рубашку уже чёрт знает сколько, однако мне они нравятся. Даже не знаю почему… Как будто что-то родное. Они согревают мне душу».       «… Кучи мусора. Вокруг только кучи мусора. Причем, это какой-то странный мусор. Здесь немало хороших, целых, а иногда даже ценных вещей. Чего стоят только те обручальные кольца, которые я постоянно нахожу. Здесь полно старых вещей, ненужных вещей. Но они целые, их можно использовать. Про них будто просто забыли… Странно все это. Весьма странно».       «… Где солнце? Почему здесь постоянно пасмурно? Я ни разу не видел здесь солнца! Где солнце? Где солнце? Где солнце? Где солнце? Где солнце? Где солнце? Где солнце? Где солнце? Где солнце?»       Под этой запиской был неумелый рисунок солнца. Как на детских картинках, к солнцу была пририсована улыбка. В купе с записью, этот рисунок был немного жутковат. По телу Лиды пробежали мурашки, когда она снова посмотрела на жёлтую улыбающуюся физиономию.       «… Нашел книгу «Робинзон Крузо». Мне очень не хватает чтения. Как же я понимаю Робинзона. Иногда, когда я развожу костер или готовлю на нем, я представляю, как он сидит рядом и говорит со мной. Мы уже стали с ним хорошими друзьями».       «… Иногда, когда мне становится совсем тоскливо, я ставлю на стол две кружки, наливаю чай в обе и представляю, как кто-то сидит рядом и пьет со мной чай. Меня это как-то успокаивает. Как же мне хочется поделиться с кем-то своим способом приготовления чая! Он получается всегда очень крепкий, с ярким вкусом, а если кинуть туда кубик сахара, то это будет феерия вкуса! Все раньше спрашивали у меня, в чем же секрет чая… Только вот кто эти «все»? Когда «раньше»? Эх, я ничего не помню».       «Недавно я отыскал симпатичного игрушечного львёнка. Он так жалобно смотрел на меня своими глазками-пуговками, что я не выдержал и взял его домой. Благо, он был чистый. Постирать что-то здесь представляется мне весьма проблематичным. Он очень хорошо вписался в мой интерьер. Мне немного стыдно писать это, хотя я знаю, что это никто не прочтет, но я стал засыпать с ним в обнимку. Он такой мягкий и пушистый, мой единственный дру…»       Лида бросила листы обратно на пол и метнулась обратно к столу, когда за дверью послышались шаги. Буквально через секунду на пороге появился человек. У него в руках была пачка печенья. Он посмотрел на листы, лежащие на полу, затем на девочку, виновато улыбнувшуюся ему.       Ничего не сказав, он прошел, поставил свою находку на стол и сел на против Лиды. Та неловко взяла кружку и чуть отхлебнула чай.