3) Загадка, обёрнутая в головоломку/A riddle wrapped in a conundrum

      Воин и Свобода пролетали прямо над деревней, направляясь к маленькому дому Мраксов. Гарри, как и Северус, приблизительно знал, где он находится. Дамблдор сказал, что дом Мраксов, небольшой и полуразрушенный, спрятан около водосточной трубы, рядом с тем, что раньше было тропой для верховой езды. Так сложно ли было найти этот дом?       Но даже с острым, как у ястреба, зрением анимаги не смогли обнаружить дом Мраксов так быстро, как планировали. Они несколько раз облетали деревню, осматривая все возможные водосточные трубы и заросшие заброшенные здания, которых было немного, и ни одно из них не было тем, что они искали.       Наконец, где-то спустя час неудачного полёта Свобода громко спросил: — Может, этот дом снесли? Ну ты знаешь, что магглы иногда так делают со старыми зданиями.       Но Воин был не согласен: — Нет, директор говорил, что дом Мраксов всё ещё стоит. Это резиденция волшебников, пусть и плохо выглядящая, но всё же. Скорее всего, на ней есть какие-то заклинания. Да, и у Мраксов была сомнительная репутация, поэтому вряд ли магглы захотят даже приблизиться к нему. Он ДОЛЖЕН БЫТЬ где-то здесь.       Свобода нетерпеливо вскрикнул: — Может быть, он как-то спрятан? С помощью магии?       — Возможно, — Воин щёлкнул клювом. — Потребуется много энергии, чтобы установить настолько сильные маскирующие чары. Нам следует вернуться назад. Уже темнеет, мы можем просто не увидеть дом. К тому же больше часа мы летаем над деревней, где ястребы — не самое обычное явление.       Итак, два анимага приземлились на каком-то большом заросшем поле за деревней и приняли свой обычный облик.       — Что теперь? — спросил Гарри.       Северус бросил на него строгий взгляд. Гриффиндорец понял, что помешал ему. Ещё год назад он вряд ли бы мог определить по взгляду профессора его настроение, но теперь всё было по-другому. Не то чтобы мальчик стал абсолютным экспертом в понимании Снейпа. Всё-таки как-никак он был шпионом и не показывал все свои эмоции.       Гарри наблюдал, как Северус немного опустил голову, и хотя выражение лица мужчины не изменилось, мальчик почувствовал, как невидимая магическая энергия собралась вокруг него. Она слегка покалывала кожу. Его наставник как-то сказал, что из-за того, что Гарри чуть не умер из-за магии, он теперь очень чувствителен к ней. Например, тёмное заклинание мальчик чувствовал, как холод, а иногда и сильную тошноту. Иногда гриффиндорец использовал окклюменционные щиты, чтобы снизить чувствительность, но в случае со Снейпом в этом не было необходимости.       Северус снова попытался использовать беспалочковое заклинание обнаружения, одно из самых сильнейших заклинаний в его арсенале. Будучи шпионом, он выучил несколько подобных чар. Учитывая то, что Снейп знал безумный характер Волдеморта, мужчина догадывался, что найти крестраж будет ой как нелегко.       Вдруг он почувствовал лёгкий толчок где-то справа и начал медленно идти в том направлении. Это было так странно. Искать вещь, ориентируясь только на свои ощущения.       Вдруг Северус понял, что слева было подозрительно пустое место. Да, там была живая изгородь и заросли ежевики, но за ней ничего.       «Должно быть, дом там», — подумал бывший Пожиратель Смерти и пошёл в ту сторону, пока не достиг зарослей ежевики.       — Здесь? Но мы ведь пролетали над этим местом несколько раз, — спросил Гарри.       — Уже тогда у него была способность к чарам сокрытия, — повторил Северус. — Посмотри не как обычный маггл и скажи, что видишь.       Гриффиндорец так и поступил и увидел ярко-зелёное свечение вокруг кустов.       — Вижу… кусты светятся зелёным и… — подросток прищурился и пристально всмотрелся. — Оно почти… невидимое… словно… дым…       — Так, а теперь отведи взгляд немного в сторону.       — Я ничего не вижу. Просто чёрное пятно.       — Именно.       — И что же в этом хорошего?       — Если ты ничего не видишь, значит, там что-то скрыто. Особенно, когда там должна быть изгородь, — сказал подопечному Северус. — Заклинание сокрытия обычно искажает ауру предмета или прячет его, а тут просто дыра в энергетической ткани.       — Так вот… как ты определил, где дом. Просто потому что там ничего нет?       — Да, — Северус одобрительно кивнул своему подопечному. — А теперь мне нужно понять, как развеять эти чары.       — Разве ты не можешь просто произнести финита инкантатем?       — Оно хорошо работает, только когда заклинание одно. У нас же их много, — поучал ученика профессор зельеварения. — К тому же ты должен знать, какое именно заклинание использовано, чтобы отменить его. В обратном случае просто ничего не получится.       Гарри застонал.       — Но ведь это может занять вечность.       — Да, именно поэтому вы отойдёте в сторону и не будете мне мешать, мистер Поттер.       Гарри осмотрелся и увидел небольшой расчищенный участок земли под деревом. Отлично, то, что надо! Гриффиндорец решил: если что, будет отвлекать мимо проходящих людей, чтобы у них не появились вопросы, почему взрослый мужчина просто долгое время смотрит на кусты ежевики.       Снейп произнёс ещё одно заклинание, предназначенное для пробивания завесы. Она медленно отодвинулась, как занавеска с окна. Но под ней оказался ещё один слой заклинаний. «Слой за слоем, как паутина», — мрачно подумал профессор зельеварения и принялся уничтожать вторую завесу.       Для Гарри, казалось, время замедлилось. Солнце скрылось за горизонтом, наступила ночь, а профессор всё ещё оставался стоять на месте, пытаясь избавиться от паутины заклинаний. Мальчик несколько раз попробовал рассмотреть завесу, но понял, что такое количество магии на небольшом участке сильно сбивает его с толку, словно он смотрел на палящее солнце. Гриффиндорец моргнул и потёр слезящиеся глаза.       Он не знал, как Снейпу удавалось так долго сохранять такое пристальное внимание. Казалось, будто прошёл час или два с тех пор, как они нашли это место. Гарри удивился, что можно так долго оставаться сосредоточенным, но с другой стороны профессор долгое время был шпионом. Возможно, когда гриффиндорец будет таким как Северус, у него так же будет получаться.       Где-то в деревне засигналила машина. Мальчик услышал, как хлопнула дверь и кто-то что-то крикнул. Ревело радио, а где-то на улице плакал ребёнок. Ночь была тихой, поэтому все звуки были хорошо слышны. Гарри стало интересно, проснулась ли уже Хедвиг и сможет ли она их найти. Затем он вспомнил, что у неё никогда не было с этим проблем. Возможно, это из-за их связи.       Северус со всей силы потянул за последний слой паутины, направляя все свои силы в заклинание раскрытия. Постепенно оно начало проникать сквозь густо сплетённую сеть паутины и растворять её.       Гарри поднял голову и увидел дом Мраксов. Он широко улыбнулся.       — Так держать, Сев! — тихо подбадривал его мальчик. — Ты сделал это.       Профессор зельеварения обернулся, чтобы посмотреть на своего ученика. В глазах светился триумф, но сам мужчина выглядел бледным и измученным.       — Наконец-то удалось пробиться через последний слой, — устало сказал профессор. — Дом Мраксов, птенец. Надеюсь, нас там ждёт ещё одна спрятанная вещь.       — Ты имеешь в виду крест…       — Не произноси это слово вслух, — упрекнул его опекун. — Слишком много упоминаний о запрещённых предметах могут привлечь ненужное внимание со стороны ненужных людей.       — Как? Я не понимаю, Сев. Как простое упоминание предмета может привлечь внимание каких-то людей?       Северус потёр переносицу.       — Поттер, когда кто-то зовёт вас по имени, вы реагируете как-то?       — Ну, да, конечно.       — Любые названия предметов в волшебном мире обладают силой. Раньше считалось, что называя любое слово, ты будто лично обращаешься к этому предмету, поэтому будет лучше, если мы не будем говорить о том, что ищем, чтобы на Другой стороне не услышали это. Неважно, живой или мёртвый. Помни, тише едешь — дальше будешь.       — Окей, понял. Итак, ты думаешь, что… там какая-то хреновина?       Брови поползли вверх.       — Хреновина?       — Ну, ты сказал не называть его настоящим именем, — начал защищаться Гарри.       — Судя по использованным заклинаниям, да, он здесь, — Снейп указал на дом.       Дом Мраксов оказался таким же, как его и описывали: ветхим и заброшенным. Краска облупилась по бокам, дверь, раньше выкрашенная в приглушённый зелёный цвет, теперь же была отвратительно выгоревшего багрового цвета, наверху был вырезан полумесяц. Черепица была побита, а в некоторых местах и вовсе отсутствовала, а дымоход разваливался. Дорожка и лужайка заросли сорняками, несколько окон треснули, а одна ставня сиротливо свисала.       — Похоже, ещё немного и дело в шляпе, — заявил Гарри. — Там безопасно?       — Нет, но войти мы должны, — Снейп вздохнул, указал палочкой на дверь и быстро произнёс открывающее заклинание.       Дверь распахнулась, и Гарри шагнул вперёд. Вдруг он остановился на пороге, вспоминая лекции Северуса о специальных заклинаниях на входе, срабатывающих на волшебников, пришедших без приглашения. К счастью, их здесь не оказалось, так что гриффиндорец спокойно зашёл, зажигая при этом свою палочку.       Спустя мгновение Северус последовал за ним, выпив перед этим зелье от головной боли.       Внутри воняло плесенью, а на деревянных полах лежала пыль в несколько сантиметров, несколько ковриков изъела моль. С правой стороны стояла пузатая плита со старой кастрюлей на ней. Над камином с золой и сажей висел портрет Салазара Слизерина. Наверх, скорее всего, на чердак, вела шаткая лестница. Справа была раковина и приоткрытая дверь, ведущая в ванную. В остальном дом был пуст.       Не успел Северус сказать о том, чтобы его подопечный был аккуратен и внимателен и думал, прежде чем что-то взять в руки или куда-то пойти, как Гарри подошёл к ветхой лестнице. Вдруг мальчик споткнулся обо что-то невидимое и упал на колени.       — Чёрт возьми, Поттер, смотри, куда идёшь!       Раздался звук, похожий на чирканье спички, и внезапно лестницу охватил огонь.       Испуганно вскрикнув, Северус прыгнул вперёд, схватил Гарри и оттолкнул его назад.       — Северус! — заорал мальчик.       Языки пламени жадно окружили высокую фигуру в чёрном. Вдруг гриффиндорец услышал голос профессора: — Агуаменти майорис!       Из палочки профессора вырвалась вода, начав тушить бушующий огонь. Поднялись облака пара, скрыв Снейпа.       Мальчик начал задыхаться, дым был ужасным, из глаз текли слёзы. Он, пошатываясь, подошёл к окну, ударил по нему ладонью и выбил стекло. Кашляя, он глотнул немного прохладного воздуха, а затем вызвал освежающий ветерок.       Что-то побудило его сменить форму. Как только он превратился в Свободу, рыжевато-чёрная собака, чем-то похожая на немецкую овчарку, но намного крупнее, с горящими жёлтыми глазами и языками пламени, вылетающими из пасти, появилась из дыма и бросилась на юного анимага.       Свобода взмыл в воздух в самый последний момент, чудом избежав пасти адского пса. Брызги огненной слюны прожгли дыры в половицах, огненная гончая свирепо зарычала.       Поднялась взрывная волна, и краснохвостый ястреб чуть не упал на землю, его слух немного пострадал. Когда Свобода начал спускаться, гончая подпрыгнула и слегка задела хвост птицы.       Она проглотила два пера и зарычала.       «Мерлинова борода, как страшно!» — подумал Свобода и сделал ещё круг над разъярённым псом.       Адская гончая посмотрела на ястреба, но она была умна и не стала снова нападать на птицу. Вместо этого гончая развернулась и прыгнула через огненное кольцо на Северуса. У него получилось потушить огонь, но из-за дыма и пара он очень плохо себя чувствовал.       Снейп как раз пытался рассеять немного дыма заклинанием «Свежий воздух», как вдруг адская гончая прыгнула на него сверху, пригвоздив его к полу. К счастью, Северус упал туда, где огонь был потушен.       Он вскинул руку, широко раскрыв глаза от ужаса, когда гончая попыталась перегрызть ему горло.       Клыки пса сомкнулись на палочке волшебника. Внезапно Северус превратился в Воина, сменив плоть на крылья.       Теперь в лапах собаки был не человек, а небольшой ястреб-тетеревятник. Он взлетел и вонзил клюв в уязвимые глаза и нос гончей, разрывая нежную кожу. Пёс взвизгнул, словно побитая дворняжка, и отступил, давая Воину времени расправить крылья и взлететь.       Ястреб почувствовал, как начинают болеть мышцы плеча, так как гончая немного поцарапала его, а огонь подпалил несколько перьев. Он полетел ещё выше, пытаясь выбраться из этого ада.       Свобода чуть не врезался в другого ястреба. Шипя и кашляя, он произнёс: — Не могу… нормально дышать! Воин, это ты?       Воин резко укусил младшего ястреба.       — Лети к окну, глупый птенец!       — Ой! Но что будет с адской гончей? И дом весь сгорит дотла! — запищал Свобода.       — И мы тоже, если ты не пошевелишь своей задницей! — пронзительно закричал Воин и загнал испуганного краснохвостого ястреба в разбитое окно с помощью клюва и когтей.       Свобода нырнул в окно и вылетел на улицу, а затем взмыл в небо, задыхаясь. Как ни странно, бушующий огонь внутри дома был едва виден снаружи.       Немного позже вылетел из дома и ястреб-тетеревятник. Он приземлился на крышу и превратился обратно в Северуса Снейпа. Прежде чем Свобода успел спросить, что собирается делать его наставник, профессор пробежал по крыше и просунул руку в дымоход.       Один порыв заклинания ветра погасил остатки пламени и развеял большую часть дыма. Снейп снова превратился в Воина и влетел в дымоход, а спустя несколько секунд за ним последовал и Свобода.       Два ястреба влетели в дымоход и обнаружили, что адская гончая всё ещё жива, сбита с толку и бродит кругами, пуская слюни и поскуливая.       — Будь осторожен, птенец! — взвизгнул Воин, взлетая так высоко, как только мог, на самый верх потолка.       Он сложил крылья и нырнул, вытянув когти. Ястреб сильно ударил адскую гончую в спину. Когти вонзились в уязвимые селезёнку и почки, находившиеся справа от спинного мозга. Несмотря на то, что она выглядела, как самая настоящая собака, устроена была по-другому.       — Крии-а!       Свобода обрушился с воздуха, как вспышка божественной молнии, чуть меньше и быстрее, чем его спутник-хищник.       Гончая взревела, из пасти вырвалось пламя, когти ястреба-тетеревятника пронзили ее жизненно важные органы. Она уже собиралась развернуться и поджарить Воина, но Свобода ударил её по голове, сильно поранив глаза.       Юный анимаг крепко вцепился когтями в гончую. Она билась и выла, бегая кругами, пытаясь сбросить обеих птиц, но всё было бесполезно. По всему полу текла зеленоватая кровь, сильно пахнущая серой.       Внезапно адская гончая кинулась на землю, пытаясь из последних сил сбросить ястребов.       — Отпусти! Быстро! — закричал Свобода Воину.       Но обычно хладнокровный и собранный Воин был охвачен убийственной яростью и не осознавал грозящей ему опасности, пока Свобода резко не укусил его за плечо.       — Воин, быстрее, двигайся!       Ястреб-тетервятник отпустил адскую гончую и взлетел вверх как раз в тот момент, когда собака упала, корчась и шипя, а затем исчезла в багровой вспышке адского пламени, оставив на полу почерневшее пятно.       Свобода приземлился и превратился в Гарри, а спустя мгновение это сделал и Воин.       — Сев, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Гарри, поскольку профессор казался потрясённым.       — Я… думаю, да, — Снейп недоуменно оглядел себя. Чёрная мантия была покрыта сажей, а ладони были красные из-за борьбы с пламенем. Он резко закашлялся, так как часть дыма попала в лёгкие, несмотря на заклинания призыва воды и воздуха.       Спустя несколько секунд закашлялся и Гарри, и в течение следующих нескольких минут эти двое только и делали, что яростно кашляли.       Первым прекратил кашлять Гарри, он поставил свой набор зелий на землю и побежал помогать Северусу, который чувствовал себя намного хуже.       — Выпей, Сев, — призвал мальчик, поднося флакон зелья «Дыши легко» к губам профессора зельеварения.       Снейп пытался убрать руку, но гриффиндорец оставался непреклонен.       — Нет! Пей! Тебе придётся выпить его. Давай, — он наклонил пузырёк и сумел уговорить волшебника проглотить немного.       Кашель начал понемногу проходить, и Гарри убедил своего наставника сделать ещё глоток.       Затем профессор взял флакон и допил зелье.       Северус пришёл в себя. Вдруг он резко спросил: — Почему вы не полетели, когда я сказал, мистер Поттер?       Гарри пожал плечами.       — Не знаю. Я… растерялся. Ты в порядке? Я думал… ты умер.       — Со мной всё в порядке, если не считать нескольких незначительных ожогов. Спасибо за то, что спас меня, птенец. Иногда форма ястреба-тетеревятника… ведёт себя по-другому, — с сожалением признал профессор зельеварения. Затем протянул руку и дал подзатыльник молодому волшебнику.       — Ой! За что? — спросил подросток.       — За то, что ты в своей типичной гриффиндорской манере ввалился в дом, предварительно не проверив, есть ли что-то внутри.       — Но я, правда, проверял вход, — запротестовал гриффиндорец, потирая голову. — Откуда мне было знать, что на полу была какая-то чёртова огненная ловушка?       — Используйте свою голову, молодой человек. Думайте, прежде чем что-то делать, — пожурил его наставник. — Если бы ты подождал, я бы смог обнаружить эту ловушку, но нет, ты умудрился попасть прямо в неё.       Гарри покраснел, зная, что Снейп был прав. Из-за его глупости они чуть не погибли вдвоём.       — Прости, Северус. Это больше не повторится. Только, пожалуйста, можешь надрать мне задницу позже, хорошо?       — Не переживай, я не собираюсь пока этого делать, птенец. Ты ранен?       — Нет. Чёртов пёс только вырвал несколько перьев из хвоста, но в остальном я в порядке.       — Ты уверен? — Северус нахмурился, достал палочку и произнёс заклинание быстрой диагностики.       Всё было в норме, за исключением нескольких царапин и синяков на заднице. Снейп достал личный набор зелий и протянул юному анимагу небольшую глиняную банку.       — Вот, вотри это в свой зад. Оно уберёт царапины и ушибы.       Гарри покраснел.       — Эм.? Я правда должен это сделать?       — Да, быстро, мистер. Даже небольшая царапина от этой собаки может быть смертельна. Поэтому поживее, или это сделаю я.       — Не надо! — взвизгнул Гарри, хватая банку и убегая в кусты.       Пока Гарри делал то, что сказал ему его наставник, Северус обработал свои царапины ещё одной мазью. Он закончил натягивать рубашку, когда мальчик вернулся, всё ещё красный и возмущённый.       — Знаешь, Сев, ты тоже не должен рисковать своей жизнью, — пожурил он, возвращая банку. — А ещё не стоило меня швырять в стену.       — Во-первых, я делал всё для того, чтобы ты не сгорел дотла, а во-вторых, я не швырял тебя в стену, а всего лишь слегка оттолкнул.       — И чуть не поджарился, — возразил Гарри.       — Конечно, это бы не случилось. Я был готов сразиться с огненной ловушкой, — настаивал Снейп.       — Ты чуть не умер, — воскликнул его ученик. — Посмотри на свои руки, — мальчик указал на тонкие руки, обожжённые и в волдырях.       Северус поморщился.       — Возможно… я немного просчитался и не рассчитал время.       — Не делай этого больше, слышишь? — Гарри погрозил пальцем своему наставнику. — Если ты умрёшь…       — Тогда пророчество не сбылось бы…       — Нет! Ну, да, это правда, но… если бы ты умер, Сев… я бы никогда себе этого не простил… Никогда.       — Глупости, дитя, — грубо сказал Северус. — Будь уверен, что если и умру, то это только потому, что я сам этого захочу. И тебе не нужно будет чувствовать себя виноватым, Гарри Джеймс Поттер.       — Тогда я тоже умру, — прошипел мальчик, глядя в землю. — Потому что ты отправился сюда из-за меня… и вообще я должен был пойти один…       — Зачем? Чтобы поиграть в героя и умереть в одиночестве? — огрызнулся профессор зельеварения. — Гарри, в пророчестве чётко сказано, что нужны мы оба, тем более я сам решил пойти, по собственной воле. Ты не несёшь ответственности за выбор, который делаю я, сколько раз я должен это повторять, ты, упрямый мальчишка?       — Я знаю, но…       — Никаких но! Я знал о рисках, и это был мой выбор. Мой, а не твой. И только я буду решать, что мне делать, а что нет. Я хочу уничтожить Риддла так же сильно, как и ты, а может, даже сильнее.       — Твои руки, Сев, — гриффиндорец указал на них. — Могу я их обработать?       Северус уже хотел отказаться, но потом подумал, что если мальчик поможет ему, то будет чувствовать себя менее виноватым.       — Ладно, в наборе зелий есть пузырёк с родниковой водой. Сначала используй его, а затем мазь от ожогов. Не забудь про чистые бинты.       Он протянул одну руку, Гарри осторожно взял её и положил себе на колени, а затем начал осторожно обрабатывать.       Северус посмотрел на свою обожжённую руку и содрогнулся.       — Ненавижу огонь, — прошёптал он почти шёпотом. Глаза потемнели, казалось, что он что-то вспомнил.       Гарри отвлёкся от обработки ладони Снейпа и тихо спросил: — Ты о чём, Сев? Я хотел сказать, что тоже ненавижу огонь, но… ты говоришь так, будто имеешь в виду что-то другое…       Северус пробормотал, словно находясь в трансе.       — Да… давно…       — Что ты видел?       Северус резко покачал головой.       — Нет смысла говорить об этом, Гарри.       Гриффиндорец наклонил голову, аккуратно перевязывая сначала одну руку своего преподавателя, затем другую.       — Северус, помнишь, как ты сказал мне, что очень полезно выговариваться? Что я не должен держать всё в себе? Что же, возможно, вам следует последовать собственному совету, сэр.       — Мистер Поттер, вы пытаетесь быть моим наставником?       Гарри ободряюще улыбнулся.       — Я пытаюсь помочь тебе, Сев. Потому что ты мой друг. И мой опекун. Ты помог мне, когда я в этом нуждался, — мальчик наклонил голову и продолжил обрабатывать левую руку Северуса.       Мужчина долго молчал, его взгляд был устремлён куда-то вдаль. Снейп переживал одно из самых ужасных воспоминаний о том времени, когда он был ещё шпионом. Гарри уже подумал, что его наставник больше ничего не скажет, но вдруг он резко заговорил. Голос был грубым и хриплым.       — Это произошло через несколько месяцев после твоего рождения, в октябре. Я запомнил этот месяц, потому что он был необычно сухим. Тогда я был секретным агентом уже в течение нескольких лет, и Волдеморт начал постепенно давать мне всё больше и больше свободы действий. Моим главным заданием было, конечно, шпионить за Дамблдором, но иногда он вызывал меня и по другим причинам. В тот раз… он решил, что некоторым магглорожденным нужно напомнить об их месте, что им нельзя позволять размножаться, как кроликам, — Северус вздрогнул и поморщился.       — Прости, я что-то задел?       — Нет, — мужчина облизал губы и продолжил. — Мы отправились в дом семьи магглорождённых в Сомерсете. Мы – это Люциус, я, Беллатриса и ещё несколько людей. Мы окружили дом, оглушили родителей и забрали четверых детей. Волдеморт завёл их в водопропускную трубу в лесу, разбудил родителей и обездвижил их. Дети были напуганы, самому старшему было всего девять, младший был совсем малышом. Они хныкали и плакали. Волдеморт улыбался. Я никогда не забуду эту улыбку. Он подошёл к самому старшему и погладил его по голове.       — Не плачь, дитя. Скоро ты больше никогда не узнаешь, что такое боль и страх.       — Он рассмеялся. Дети не понимали, что происходит. Всё, чего они хотели, — свободы. Он сказал им, что они не заслуживают жизни, что мир без них будет лучше, — профессор зельеварения закрыл глаза. — Затем он наложил на них заклинание и сжёг их дотла. Всех… даже маленького ребёнка… он сжёг заживо, пока мы просто стояли и смотрели. Родители ничего не могли сделать… а потом Волдеморт убил и их… Я ничего не мог сделать… иначе моё прикрытие было бы уничтожено… а Ордену нужно было знать его планы… поэтому я просто наблюдал… Теперь иногда во снах я слышу их плач… мольбы о спасении… но я ничего не могу сделать и просто смотрю, как они умирают в огне…       Гарри поднял глаза и посмотрел на опекуна, в его глазах виднелась горькая боль. Слова Северуса удивили его. Гриффиндорец понял, что профессор зельеварения перенёс нечто худшее, чем непростительное Круциатус от Волдеморта.       — Господи, Сев. Это… — мальчик замолчал, не в силах сформулировать то, что чувствовал. — Никогда не знал, на что именно идут шпионы.       — Никто не знает, пока не сталкивается с этим лично, — тихо ответил бывший шпион. — Быть секретным агентом — не круто, тут нет никакого героизма. Это неблагодарная и опасная работа. Я видел вещи, которые будут теперь преследовать меня вечно. Я никогда не буду рекомендовать это, как карьеру, — сказал Снейп. В голосе послышались нотки юмора. — Просто стоять и позволять этому ублюдку убивать детей — худшая вещь, которую я делал за всю свою жизнь, — теперь в обсидиановых глазах была ужасная ярость, смешанная с не менее ужасной печалью. — Тогда я поклялся, что однажды он поплатится своей кровью за смерть этих детей. Но время расплаты пришло не только для него, но и для меня.       «И время твоего искупления», — внезапно подумал Гарри. Только сейчас он понял, что так безжалостно двигало профессором зельеварения.       — Ты не виноват, — резко сказал Гарри. — Ты не мог знать, что будет делать Волдеморт.       — Но я должен был предвидеть это…       — Даже если и так, какова вероятность, что ты смог бы их спасти, или, что тебя не раскрыли бы и не убили? Сев, ты не убивал их, так что перестань винить себя.       Северус фыркнул, слегка раздражённый, слегка позабавленный текущей ситуацией.       «Какая ирония, Снейп. Ученик стал учителем».       — Я… попытаюсь.       — Хорошо. Виноват Волдеморт, но не ты, — серьёзно сказал гриффиндорец, а затем слегка обнял другого волшебника.       — Зачем ты это сделал?       — Я просто подумал, что тебе это нужно, — ответил мальчик, смущённо пожимая плечами. Он встал и посмотрел в сторону лестницы. — Итак… как насчёт того, чтобы посмотреть, что охраняла эта адская гончая, а затем отправить Риддла в ад с билетом в один конец?       — Великолепная идея, птенец, — сказал Северус, осматривая лестницу на наличие тёмной магии, а затем начал подниматься.       Они поднялись на что-то, похожее на чердак. Там было очень душно и темно. Гарри сразу же применил Люмос, потому что из-за фобии тесных помещений у него появлялась дрожь и перехватывало дыхание. Под карнизом стоял книжный шкаф. В основном, большинство книг было убрано, но несколько потрёпанных экземпляров валялись рядом. В дальнем углу стоял письменный стол с тремя выдвижными ящиками с левой стороны.       Северус быстро проверил, нет ли ещё каких-нибудь ловушек, а затем жестом позвал подопечного к себе. Профессор направился исследовать книжную полку, Гарри — письменный стол.       К его разочарованию, стол был пуст за исключением нескольких сломанных перьев, обрывков пергамента и разбитой чернильницы.       — Мусор! Один только мусор! — мальчик разозлился из-за того, что они рисковали своими жизнями ради ненужной ерунды. Злой, он со всей силы пнул ящики стола. Нижний случайно выдвинулся. Гарри попытался его задвинуть, но понял, что почему-то это не получается.       «Чёрт бы его побрал!»       Он сильно ударил по ящику, тот слегка пошатнулся и чуть не упал подростку на ноги.       Северус оторвался от чтения старых школьных книг и резко сказал: — Мистер Поттер, нет необходимости впадать в истерику. Почему вы решили избить мебель?       «Потому что я, чёрт побери, этого хочу», — вертелось на кончике языка у подростка, но вместо этого он ответил: — Этот чёртов ящик застрял и теперь не закрывается, — Гарри опустился на колени и потянулся к задней стенке ящика, думая, что там застрял кусок пергамента.       Вдруг он нащупал что-то другое.       Юный анимаг осторожно достал небольшую записную книжку в кожаном переплёте.       «Записная книжка! Может, в ней есть что-то о Волдеморте».       Он открыл её, надеясь, что там будет какая-то информация, которая поможет им в поисках.       Но к его сожалению, первые страницы были пусты, а на остальных были странные руны, которые мальчик не знал. Расстроенный, гриффиндорец чуть не швырнул его в стену, но подумал, что логичнее показать её своему опекуну.       «Может, у него получится прочитать текст. Просто надеюсь, что это не список продуктов или адресная таблица».       — Сев, кажется, я что-то нашёл.       Северус поднялся.       — Что? Здесь нет ничего важного. Все эти книги — старые школьные учебники, и ни одна из них не выглядит странно.       Гарри протянул наставнику записную книжку.       — Я нашёл её в ящике стола, но там вообще ничего не понятно.       Северус взял её и открыл её.       — Это потому, что ты никогда не учился читать древние руны.       — Ты сможешь перевести?       — Да, могу, — Снейп нахмурился. — Странно, — мужчина продолжил читать.       — Что там написано? Там есть заклинания?       — Нет. Здесь есть небольшой текст, но в нём нет никакой логики. Предложения не связаны друг с другом. По крайней мере те, которые я смог перевести.       — Но зачем хранить блокнот с текстом, не имеющим смысла?       — Мраксы и Волдеморт страдали безумием… — профессор зельеварения нахмурился и перевернул страницу. Вдруг он резко остановился. — Подожди. Здесь есть закономерность. Конечно, тупица!       — А?       — Оно зашифровано, Гарри.       — Ты хочешь сказать, что Волдеморт использовал древний рунический код?       — Может, да, а может, и нет. Узнаем, когда я начну расшифровку.       — А у тебя получится?       — Не знаю, — зевнул Северус.       — Бьюсь об заклад, что именно его охраняли огонь и адская гончая, — взволнованно сказал Гарри. — Может быть, там есть какие-то подсказки, которые помогут нам в поисках крест… запрещённых предметов.       — Возможно, но я слишком устал, чтобы заниматься этим сейчас. Волдеморт умён и силён, раз смог оставить настолько сложную загадку.       — Может, лучше уйти и вернуться позже, — предложил гриффиндорец.       — Лучше не стоит.       — Почему?       — Замолчи и скажи мне, что ты слышишь, — резко приказал профессор зельеварения.       Гарри услышал резкий стук дождя по крыше, а затем резкий раскат грома. Снаружи была гроза, довольно сильная, если судить по звуку ветра.       — Чёрт возьми, начинается гроза.       — Да, мы не можем сейчас лететь. Слишком опасно. Предлагаю остаться здесь на ночь, не сильно хочется рисковать. Есть шанс сломать крыло, а это — вещь не из приятных.       Гарри застонал. Он не хотел проводить здесь всю ночь.       — А как же Хедвиг? И наши вещи?       — Уверен, что Хедвиг достаточно умна, чтобы не летать в такую погоду, — успокоил его Северус. — Что касается наших вещей… — мужчина быстро призвал их небрежным взмахом руки.       — Когда-нибудь тебе придётся объяснить мне, как ты это делаешь.       — Большинству волшебников тяжело даётся беспалочковая магия, но, учитывая твой талант, думаю, можно попробовать. Но сейчас не то время, чтобы учить тебя. Давай, пора поесть и ложиться спать.       В этот раз Гарри приготовил им небольшой ужин: суп и сэндвич, и они с жадностью съели его. Затем Северус заставил подопечного выпить успокаивающее зелье перед сном, а сам выпил снотворное. Они уснули в спальных мешках быстро, под шум дождя и раскаты грома.