Эпилог

Драко и Джинни стояли у самого края каменной набережной Темзы, тесно прижавшись друг к другу. Они держались за руки, и тепло ладоней казалось единственным спасением от пронизывающего лондонского ветра. Снежинки, всё так же тихо кружась, опускались на воротник чёрного пальто Драко и мгновенно таяли в фамильных рыжих волосах Джинни. Они молча смотрели вниз, туда, где тяжело и лениво катила свои темные воды река. Огромная, могучая Темза отражала в себе янтарный свет городских фонарей и неоновые вывески современного Лондона, но оставалась тёмной и подвижной. – Подумать только, – тихо произнесла Джинни, и её дыхание превратилось в маленькое белое облачко пара. – Она не замерзает зимой уже почти двести лет. С тех самых пор, как разобрали старый Лондонский мост с его огромными арками, которые задерживали лёд. Магглы изменили течение реки, сами того не ведая. Малфой слегка повернул голову, разглядывая её профиль, припорошенный белыми хлопьями. На его губах появилась сдержанная, едва заметная улыбка. Сейчас, глядя на этот живой, пульсирующий поток воды посреди скованного морозом мегаполиса, он чувствовал странное уважение к человеческой воле. – Значит, почти два века сопротивления холоду, – негромко отозвался Драко, сильнее сжимая её руку. – В этом есть какая-то своя, мрачная красота. Всё вокруг заносит снегом, город засыпает, а река продолжает жить. Наперекор зиме. – Прямо как мы, – Джинни повернулась к нему и заглянула в его серые, сейчас удивительно тёплые глаза. – Слизерин и Гриффиндор. Малфой и Уизли. Вокруг нас тоже всё должно было замёрзнуть из-за старых обид и предрассудков. А мы стоим здесь. Драко ничего не ответил. Вместо слов он притянул её к себе, обнимая за талию и укрывая от ветра полами своего тяжелого пальто. Он уткнулся носом в её макушку, вдыхая знакомый аромат духов. Мимо них, тихо шурша шинами по свежему снегу, проехал багровый двухэтажный автобус. Машины замедляли ход на скользкой дороге, а Темза всё так же несла свои незамерзающие воды сквозь сердце Лондона. Мир был прекрасен. Когда любишь, то всё вокруг прекрасно и мило. Особенно заснеженный город, который огибает река. Оба понимали, что такой снег – только в этом году, а потом будут опять обычные лондонские зимы: сырость, слякоть, туманы. И что эта зима скоро закончится. А после неё придёт весна. И что-то может измениться. Джинни осознавала это и волновалась. Драко как-то странно смотрел на неё. Будучи разговорчивым по своей натуре, сегодня он первым не начинал разговор, и это настораживало. Ещё с вечера, когда филин принёс какое-то письмо, он вёл себя тихо, немного отчуждённо. Был неестественно молчаливым. Джинни стала говорить о всякой ерунде, планируя завтрашний день. Она забивала эту подозрительную и тяжёлую тишину, повисшую между ними, подозревая, что ни драккла всё не хорошо. Драко просто имитирует счастье, когда общается с ней, но на деле это не так. Может, он ищет способ уйти, какие-то варианты? – Нам точно надо попробовать новый цвет штор, вместе выбрать для них ткань... Ты что думаешь по этому поводу? – Голос Джинни вырвал Малфоя из раздумий, и он поднял взгляд на девушку. – Ты согласен со мной? Парень пришёл в легкое замешательство: – Слушай, Джинни, в моей жизни и так столько всего нового. Мы живём вместе. Я отыскал Фреда. Твоя семья меня приняла и общается с моей. Мои родители внезапно решили сделать меня старшим братом. А твой отец ввиду этого домогается для моего отца права посещать Британию. А ещё... Драко умолк, прервавшись на полуслове. Он долго молча наблюдал за Темзой, о чем-то размышляя. Его молчание затянулось, и Джинни решила узнать, что он хотел ей сообщить. – Драко, – негромко позвала она его. – Ты хотел мне о чём-то сказать? Малфой замялся, будто подбирая слова, а потом радостно и немного смущённо ответил: – Джин, меня отправляют на стажировку в Королевство Норвегия. Для последующего повышения! Представляешь? Как я мечтал! Рыжеволосая девушка вздрогнула, но всё же набралась смелости и задала самый тревожный вопрос: – И когда? – Послезавтра, у меня действующая виза, поэтому мне просто купили билет на маггловский самолёт, оформили командировку, и всё. Я ещё никогда не летал самолётом, и очень хочу. – Надолго ты улетишь? – всё так же тихо спросила она. Её голос показался ей самой не грустным и не весёлым, а каким-то бесцветным, совсем без эмоций. – Всё будет зависеть от результатов стажировки, скорее всего, на три месяца... Джинни вся сжалась. Если он уедет, то море новых впечатлений может там нахлынуть на него и смыть маленький песчаный замок их отношений. Он может приехать совсем другим, чужим. На мгновение ей захотелось сказать Драко, что тот даже не представляет, как она будет тосковать без него, что без него не сможет. Но ведь это серьёзно удручит его и омрачит пусть небольшое, но долгожданное достижение в продвижении по службе, показав, что она этому не рада! И Джинни сделала усилие над собой. – Чудесно, – деланно засмеялась она. – Немного поскучаем друг по другу, это полезно для отношений. Там носят свитера! Значит, мамин свитер тебе пригодится. – Да, и твой тебе тоже! Ты же летишь вместе со мной! Брови девушки поднялись от удивления: – То есть как это – вместе с тобой? – А так, со мной, это решено, не спорь! – безапелляционно заявил Драко. – Зачем тебе это? – Затем, что ты мне нужна. Ты – моя любовь. Ты – мой главный источник вдохновения. Ты даже охраняешь мой сон. Я не могу тебя покинуть, не могу так долго быть без тебя. А ты – без меня. Мистер Мисслторп три месяца подождёт. Он договорился, что ты побудешь практикантом в норвежской газете для магов. Посмотришь, как они работают. Будешь связываться с ним по почте. Джинни обняла его и прижалась к груди, чувствуя, как колотится её сердце. Ей даже было всё равно, что Драко опять, по своему обыкновению, всё решил за неё. – Я правда не могу без тебя, ни есть, ни пить, ни дышать. Моя вселенная – это ты, – выпалила она. – А моя – ты. Но так и должно быть, – заметил Малфой с неповторимой беззаботной улыбкой. – Мы же предназначены друг другу! Даже наши имена свидетельствуют об этом. Я – Драко, то есть Дракон. А ты – Джиневра, королева, супруга Артура. Артура Пендрагона, то есть Главного Дракона. Это определённо знамение свыше. Чуть наклонив голову, он заглянул ей в лицо. Драко был немного ошарашен. У него и в мыслях не было, что она с таким испугом воспринимет его отъезд, будет переживать, что не сможет сохранить их отношения, бояться неизвестности и перемен. Он погладил плечо девушки. Джинни благодарно всхлипнула. – Драко, что мы будем там делать, помимо стажировок? Где жить? Белокурый парень решительно посмотрел на неё: – Я давно уже всё обдумал и снял под Осло дом. Что будем делать? Всё, что нам захочется. Мы будем так же заботиться друг о друге, как делаем это здесь. Будем проводить вечера за бокальчиком вина, жарить маршмеллоу в камине, читать книги, кататься на горных лыжах. Ты откроешь для себя это ощущение, когда летишь с горы и на поворотах скорость бьет адреналином, ноги в напряжении, в ушах гремит музыка из наушников, ветер свистит, а если выехать на дикую трассу – это вообще только успевай от веток уклоняться. А когда снежок выпадет, то по снежному пуховику так забавно спускаться, разрезать его лыжами. И такие виды там невероятные. Будем гулять по набережным, дышать морским воздухом. Встретим там северную весну. Вместе мы преодолеем все страхи, потому что они придуманы только... – Перестань, – замахала руками Джинни. – Ты опять всё решаешь один... Драко обхватил руками её голову и притянул к себе, прикоснувшись своими губами к её сомкнутыми губами. Девушка сопротивлялась недолго: от его поцелуя вскружилась голова и переплелись между собой последние мысли. Он целовал Джинни так настойчиво и страстно, что не давал ей вздохнуть. Едва Малфой оторвал свои губы от её зацелованных уст, то, дав ей сделать глубокий вдох, тихо и серьёзно произнёс, не отпуская её: – Я украл тебя. Украл у судьбы. В каком-то из других миров ты вышла замуж за Гарри и была вынуждена быть маленькой, чтобы он казался больше, а твой брат женился на Гермионе. Или замуж за Невилла. А я взял в жёны Асторию, нелюбимую, но моего круга. Но в этом мире – ты моя. Навсегда. Пока они стояли, обнявшись, на площади пошёл снег. Он целовал щёки прохожих и не таял. Сильного ветра не было. Большие белые снежинки, всё новые и новые, соткались из морозного воздуха и, тихо кружась в каком-то своем, понятном лишь им одним завораживающем танце, медленно падали с неба. Каждая из них была крошечным чудом – хрупкой серебряной геометрией, которая не спешила разбиваться о суету огромного города. Они опускались на чёрные кованые ограды Вестминстера, ложились на плечи гранитных львов на Трафальгарской площади и таяли на темно-красных крышах двухэтажных автобусов. Шаг за шагом, дюйм за дюймом, неутомимый снегопад делал свое дело. Он укрывал старый, пропахший углем и вечными дождями Лондон ровным, тяжёлым покровом первозданной чистоты. Белое полотно легло на грязные тротуары Сохо, спрятало под собой серый асфальт набережной Темзы и превратил Гайд-парк в сказочный, девственный лес, где не ступала нога человека. Чёрные контуры зданий смягчились под пушистыми шапками, и даже строгий силуэт Биг-Бена сквозь белую вуаль выглядел теперь не грозным стражем времени, а волшебным замком из старой английской сказки. Миллионы кружащихся звезд продолжали свой тихий полёт, смывая с лица британской столицы усталость, копоть и заботы прошлого года, даруя ей взамен покой и безупречную, ослепительную белизну. И Джинни показалось, что они сами внутри волшебного снежного шара, укрытые от всех невзгод и опасностей. Ведь зима закончится, а их любовь – нет.