Жесткость серых и мягкость синих глаз

момент, когда сердце замирает перед тем как заново забиться, но бешено, слишком часто, резко и болезненно. Оно нарывается на острые, сломанные ребра, вновь и вновь болезненно сжимаясь.

Солнце потихоньку скрывалось за горизонтом, окрашивая небо в оранжевые оттенки, оставляя лишь мягкие лучи. Оттенки осени. Под ногами хрустели, недавно опавшие с деревьев, листья. А прохладный ветер обдувал и покалывал кожу, задувал под мантию, покрывая кожу мурашками. Гермиона зажмурилась от ярких лучей солнца, стараясь защититься от них ладонью. Уголки губ приподнялись в мягкой, расслабленной улыбке. Спокойствие, которое Гермиона ждала так долго, но сердце все ещё ныло от воспоминаний, которые приходят к ней посреди тьмы и тишины ночи, а ещё от любви к серым бесстрастным глазам. Она тяжело вздохнула, наблюдая как Рон и Гарри, словно первокурсники, собрали кучку разноцветных и хрустящих листьев, поочередно прыгая в эту кучу, заставляя Гермиону рассмеяться в голос. Их присутствие спасало от поглощающей тьмы, заставляя сердце снова свободно биться, а теплу разливаться по телу, не смотря на прохладу осени. -вы как дети! — возмутилась, сквозь смех девушка. -прыгай с нами, а не ворчи! — крикнул Гарри, зарываясь с головой в листья, позабыв о очках, которые спали куда-то вбок, впиваясь в кожу. Грейнджер закатила глаза и цокнула, явно показывая, что участвовать в этом она не собирается, и зажмурилась от яркого, но все ещё осеннего солнца, погружая руки в карманы мантии. Она выглядела забавно, но мило, сморщила аккуратный носик, зажмурила глаза, а когда пыталась открыть то быстро хлопала ресничками, прежде чем снова закрыть, пока непослушные кудри спадали на аккуратные плечи. Рон любовался ею минуту, прежде чем толкнуть в кучку листьев. Девушка вскрикнула, ощутив заметный толчок в спину, ноги подкосились, а защитный рефлекс заставил выставить пред собой руки. Она упала в кучу листьев и издала протяженный и отчаянный стон. Перевернувшись на спину, она снова зажмурилась, сжав губы в тонкую линию. -никогда нельзя терять бдительность, пора бы запомнить! — сказал Рон, прежде чем усесться среди этих двоих, сам того не поняв, он упомянул тяжёлую войну, это заставило Гермиону грустно хмыкнуть и уйти в мысли. Она поудобнее легла в листья, совсем забыв о том, что множество листьев уже попали в лапки к непослушным кудрям на голове Грейнджер. Она ушла в свои мысли, совсем не заметив, как подползли змеёныши. — грязнокровка как всегда в грязи- усмехнулась пенси, пока её темные волосы развивал лёгкий ветер, но поддержки в одобрительных смешках и шуток не получила, Теодор и Драко просто остановились, Драко, чтобы приобнять пенси и улыбнуться, а нотт просто смотрел на эту картину .Теодор нотт-подумала девушка, взглянув на него. Несмотря на злость, что разливалась по венам, заставляя бурлить кровь. Она считала его симпатичным, но вспоминая о Драко её пожирал стыд, словно она изменяла тому с кем не встречалась. Гермиона мигом встала, попутно распутывая кудри. Она нахмурилась и бросила несчастные маггловские попытки распутать волосы и сделала это с помощью палочки. Как никак самая выдающаяся ведьма своих лет должна знать такое глупое заклинание. -не стоит говорить о чистоте крови, когда внутри ты прогнившая и ничего не стоящая девушка! — со злостью в голосе и в глазах ответила Гермиона, пока её голос подрагивал от пристального взгляда серых глаз. Упоминание крови всегда заставляло её злиться и чувствовать обиду и грусть. — закрой рот- предупреждающе гавкнул и сам Малфой. С губ Гермиона сорвался грустный, отчаянный и злой выдох. Эти серые глаза, в которые она была влюблена безответно, сияли холодной сталью даже под лучами теплого солнца, защищая свою пассию. -не указывай мне- уже не так громко, но так же яростно ответила Грейнджер, так и не взглянув в серые глаза, ведь они поглотили бы её с головой. Тело подрагивало от злости, а щеки загорелись в стыду и злости. -а то что? — ответил Малфой грозно приближаясь к хрупкой, но стойкой фигуре Гермионы. -а то мне придется использовать свою палочку- Глаза намокли, щеки покраснели, а карие глаза сверкали злостью, яростью и болью, когда рука с палочкой поднялась на уровень горла парня, в кого была безответно влюблена. В бледную кожу аристократа впивалась палочка. Рон и Гарри уже подскочили, активно пытаясь огрызнуться на слизеринцев, но Гермиона затыкала их, не позволяя вымолвить ни слова. Неоднократно они пытались решить дело кулаками, маггловским способом, но встречаясь с гневом карих глаз оставались стоять на месте.Гермиона защищала его. Того, кто её не любил. Того, кто сейчас доводил её ради другой. Теодор схватил друга за мантию и оттянул назад — пошли уже- процедил сквозь зубы Тео, а пенси высокомерно вздернула нос, отправляясь следом за парнями. Напоследок Нотт обернулся, и улыбнувшись, подмигнул девушке, заставляя Рона краснеть от злости пуще прежнего, а Гермиону опустить взгляд. Она обречённо вздохнула, сложив руки на груди и опустив плечи. — Гермиона, почему ты не дала сказать ни слова?! — возмущался Рон, обнимая её за плечи, дабы успокоить. Она грубо убрала его руки, пытаясь уйти из его хватки, в каждом её движении читалась злость и неаккуратность. — да потому что вы не умеете держать себя в руках! — Ресницы слиплись от нахлынувших слез, она взяла сумку в руки, сжимая ремешок до боли в ладони. Развернувшись на каблуках, она быстрым шагом ушла в противоположную сторону, не желая никого видеть. Счастье не вечно и краткосрочно.- повторяла про себя Грейнджер, задыхалась от злости и поступивших слез усталости. Сколько она не плакала? год? два? это было невыносимо, но каждая слезинка отдавалась болью в лёгких, которые быстро сжимались. -подожди.- грустно вымолвил Рон, скорее для себя, ведь возлюбленная уже скрылась за поворотом Гарри утешающе похлопал явно поникшего друга по плечу.