Глава 5

      Люмин с удивлением смотрела на поле битвы. Опасности больше не было, но в воздухе до си пор витал запах крови. Страшно представить, сколько людей погибло от клыков этих тварей. И один вампир от рук Тартальи.       — Зачем ты убил того вампира?! — выкрикнула Люмин, дёрнув Чайльда за рукав.       — Если бы я его не убил, убили бы тебя. И вообще, чего ты так волнуешься, он же наш враг?! Нас бы самих убили…       — Но к счастью, появилась я, — мелодичный голос нарушил спор, обращая всё внимание на его обладательницу. — Я рада тебя видеть, Тарталья. А это… — Нилу перевела взгляд на Люмин. — Моя младшая сестрёнка. Люмин, ты помнишь меня?       — Помню, — сухо ответила она. Внутри почему-то был странный барьер, и Люмин отторгалась от общения со старшей сестрой.       Конечно, такая умница, красавица, владеющая мощной магии в идеале, её-то Тарталья точно не назовёт хамкой, истеричкой и не станет поучать. Вон как расцвёл и сразу шёлковым стал при её появлении, с уважением обращается…       «То же мне, принцесса, — мысленно хмыкнула Люмин. — Где же ты была все эти годы, пока наше королевство было под властью вампиром и сумасшедшего старика? Небось отсиживалась в безопасности! Ей-то хорошо, никто память не стирал!»        — Ты так выросла, стала такой красавицей! Сколько лет прошло! — восклицала Нилу, не замечая скептического взгляда Люмин.       — Вы даже не представляете, какой она стала… — горько усмехнулся Тарталья, как обычно, в своём репертуаре.       — Прекрати называть меня «Величеством», не чужие люди, в конце концов. На «ты» и просто по имени, ладно?       Нилу медленно приблизилась к своей младшей сестре, которую она не видела уже целых тринадцать долгих лет. Воздух был наполнен напряжением, и каждый шаг казался каким-то непреодолимым испытанием. Она хотела обнять ее, показать, что все будет хорошо, что они, наконец, снова будут вместе. Остановившись, она протянула руки вперед, намереваясь обнять, но Люмин отступила назад, выразительно подчеркивая свое несогласие с предложением.       — Я не хочу, чтобы меня трогали, — произнесла она тихим, но решительным голосом. Нилу почувствовала горечь и разочарование в голосе Люмин, и это ранило в самое ее сердце.       — Она немного истеричка, не обращай внимания, — ухмыльнулся Чайльд, поглядывая на младшую принцессу.       Люмин так надоели эти придирки вампира по поводу её несколько вредного поведения, что она почувствовала, как возмущение и негодование наполняют её. Она крепко сжала свои маленькие кулаки, стараясь сохранить самообладание       — Да ты достал! — выкрикнула она в адрес Тартальи. — Тебе всегда всё не так! Только критиковать, только замечания можешь делать! Может, перестанешь вставать утром не с той ноги?!       Чайльд расхохотался, видя, как пылают глаза искры возмущения в глазах Люмин. Чаще всего его раздражал характер Люмин, но иногда это выглядело очень забавным и хотелось позлить её ещё, чтобы насладиться реакцией.       — Я уже не маленький ребёнок! — продолжала бушевать Люмин. — Необязательно постоянно поучать меня! Ты выполнил свою миссию перед моей матерью, так что перестань за мной таскаться! Можешь больше не выполнять роль няньки.       — Если я не буду с тобой таскаться, тебя схватят и убьют уже на следующий день. Ладно, иногда я, может быть, перегибаю палку. Но это не значит, что вся твоя вредность прощена, — добавил Тарталья, нахмурившись снова. — Твоё поведение должно соответствовать твоему возрасту и положению!       Нилу внимательно следила за перепалкой Люмин и Чайльда. Смешно было наблюдать, как они серьезно спорят друг с другом. Ее глаза сверкали от смеха, и она с трудом сдерживалась       — Ребятки, вы что, всегда так ссоритесь? — спросила она, всё же хихикнув.       Люмин бросила на Нилу обиженный взгляд, пытаясь выразить свою неприязнь к Тарталье, а вампир недовольно скривился. Их ссоры были постоянными и, казалось, никогда не заканчивались.       — Ну вы даёте, — покачала головой Нилу, наслаждаясь забавной ситуацией. — Может, прекратите спорить и найдете что-то общее?       Люмин и Чайльд провели секунду в раздумьях, а затем одновременно отвернулись друг от друга, очевидно, не слишком желая слушать советы Нилу.       — Ну ладно, как скажете, — сказала она, не ожидая, что ее совет будет принят. — Продолжайте ссориться, но знайте, что за этим очень забавно наблюдать.       После её слов оба заметно расслабились. Очевидно, продолжать спор было глупо после того, как наблюдатель со стороны указал, как это нелепо выглядит.       — Ладно, проехали. У Люмин проблемы с магией. Ты можешь научить её пользоваться ею? — Тарталья шагнул к Нилу и вопросительно на неё взглянул. Та сразу же кивнула, ее глаза заблестели от энтузиазма. — Отлично, тогда пойдёмте в мою квартиру, где никто не будет нам мешать.       Глаза вампира потемнели, и вокруг них заклубился густой черный дым, окутывая их. А когда дым рассеялся, все трое оказались в мрачной квартире Чайльда.       Нилу внимательно и придирчиво осмотрела комнату, наступив на ковёр, из которого тут же поднялось в воздух облачко пыли и проведя подушечками пальцев по чёрным исцарапанным стенам. Ее лицо выражало неодобрение, и она наконец выразила свою мысль:       — Ну и паршиво же у тебя тут…       Тарталья в ответ скривился, ощущая досаду. Он не мог понять, что именно вызывает такую реакцию что у Нилу, что у Люмин. Сразу было видно — сёстры. Для него эта комната была прекрасной: просторная и уютная. Он проговорил с ноткой обиды в голосе:       — Да что вам всем не нравится?! Нормальная квартира.       Люмин, наблюдая происходящее, улыбнулась, испытывая приятное чувство того, что между ней и Нилу хотя бы мнения по поводу жилища Тартальи совпадают. Изначальные неприязнь и напряжение немного уступили место расслаблению.       Люмин испытывала какое-то разочарование и отторжение от этой встречи с Нилу. Всё-таки они не виделись более десяти лет. А теперь между ними была словно целая пропасть. С одной стороны, Люмин радовалась возможности вновь увидеть сестру и надеялась на восстановление связи, а с другой — эта встреча имела очень горький привкус.       Нилу уже успела продемонстрировать свои великолепные таланты в магии, создавая потрясающие явления и вызывая изумление всех окружающих. Она спасла их от вампиров Дайнслейфа, которые намеревались их убить. Люмин же стояла в стороне, испытывая собственную неполноценность и бессилие. В её душе была частичка зависти к безграничным возможностям Нилу, которые не были даны Люмин. Всё что было ей дано — это придирки Тартальи.       Все её старания и попытки овладеть своей силой лишь привели к катастрофе — по её вине уничтожено половина леса. Разве можно сравнить неуклюжие и смутные попытки Люмин с мастерством и силой Нилу?       Но сейчас Люмин немного расслабилась благодаря комментарию Нилу о квартире Чайльда. Как будто было что-то, в чём они похожи… Поэтому Люмин даже осмелилась присесть на диванчик рядышком с сестрой.       — Так что там насчёт магии? — спросила Нилу, возвращая прежнее напряжение в воздухе.       Люмин инстинктивно отодвинулась от сестры, увеличивая дистанцию между ними. В её глазах отражалось смешанное чувство обиды и недоумения. Что она могла сказать про магию? Её сила, если можно было назвать её так, была бездарностью, и она даже не могла контролировать ее. Это все начинало раздражать Люмин, заставляя её чувствовать себя ничтожеством рядом с такими умелыми и мощными магами, как Нилу и Чайльд.       — Ничего… Я… Я не владею магией…       — Ага, чуть класс не взорвала, не владеет она… — вновь запричитал Тарталья. Казалось, ни одна фраза Люмин не пройдёт без его комментария.       — В смысле? — глаза Нилу округлились в испуге и изумлении. — Она знает такое мощное заклинание?!       — Что? — опешила Люмин. — Нет, никаких я заклинаний не знаю. Я сама не поняла, что произошло…       — Магия без заклинаний… — потрясенно прошептала Нилу, ненадолго задумавшись. — Так могут только тёмные маги, Люмин. Но это же невозможно! Ладно, разберемся с этим потом. Тарталья, есть место, где мы можем тренироваться?       — А меня никто не хочет спросить? — фыркнула Люмин. — Может, я не хочу тренироваться? Какой смысл, если всё равно ничего не получится?       — Эй, что за поспешные выводы?! Я верю в тебя, сестрёнка. Всё получится, — Нилу положила руку на плечо Люмин в поддерживающем жесте.       Все трое прошли в просторный зал, стены, пол и потолок переливались странным тёмным светом.       — Я наложил заклинание на эту комнату, — пояснил Чайльд. — Теперь можете не бояться, что что-то сломается или обрушится потолок. Можете начинать тренировку.

***

      В просторном зловещем тронном зале факелы слабо освещали напряженное лицо Дайнслейфа. Его черные глаза сверкали яростью, и никто не смел подойти слишком близко, опасаясь пробудить темные силы, которые овладевали его душой.       По комнате эхом разносились вхлипы Моны, ее скорбные крики наполняли воздух болью и отчаянием. Она не могла поверить, что Скарамучча был убит, не могла принять эту ужасную потерю. Не осталось ничего, кроме пустоты и большой боли, которая разрывала ее сердце.       Дайнслейф смотрел на вампиров с неприязнью, ощущая их провал в миссии как горькое позорище. От вампиров, которых он наделил частью своих сил, требовалось идеальное выполнение каждой миссии. Но всё пошло совершенно не так. Дайнслейф сдерживал гнев, который бушевал в его жилах, и удивительным образом находил в себе силы сохранять хладнокровие перед этой сворой вампиров-неудачников.       — Дотторе! — прогремел тёмный маг. — Отвечай, что пошло не так на миссии? Неужели так трудно было схватить Нилу и убить?! Мона, заткнись! Твои сопли выводят меня из себя!       — Ваше Величество, мы все думали, что источником магии была Нилу, но там была совершенно другая девчонка! Это от неё исходила мощь!       — Другая девчонка?! Кто она? Невозможно! Это она убила Скарамуччу?       — Нет… — воскликнула Мона, еле сдерживая подступающий ком в горле и новые слёзы. — Это Тарталья! Тарталья убил моего любимого!       — Тарталья?! — прокричал Дайнслейф, так внезапно вскочив с трона, что вампиры вздрогнули и попятились назад. — Этот предатель снова объявился?!       — Да! — подтвердил Дотторе. — И он защищал ту девчонку. Он убил Скарамуччу, потому что тот попытался навредить ей. А когда Мона попыталась убить Тарталью, появилась Нилу и телепортировала нас на Тэйват…       — Чёрт! Болваны, вы совсем меня запутали! С девчонками разберемся потом. Меня интересует Тарталья. Давно пора убить его, своими действиями он предписал себе смертный приговор, — глаза Дайнслейфа засветились темнотой. — Розалина!       Посреди тронного зала возникла вспышка чернее ночи, и из неё вышла элегантная вампирша с длинными светлыми волосами, закреплёнными сзади заколкой. Ее взгляд был пронзительным и холодным, она величественно присоединилась к собравшимся.       — Вы меня звали, Ваше Величество? — обратилась Розалина к Дайнслейфу. Ее голос звучал тихо, но в нем звучала нотка презрения и силы. Она владела собой и явно была уверена в своих силах.       — Да, звал, — произнес темный маг, прерывая тишину тронного зала. Его голос звучал глубоко и холодно, отражая всю суть его самого. — Мне нужна твоя помощь в деле, с которым, я уверен, ты справишься, в отличие от этих неудачников, — Дайнслейф еще раз презрительно осмотрел Дотторе и Мону.       Розалина улыбнулась едва заметной улыбкой, показывая свои острые зубы. Темная кровь текла в ее жилах, даруя ей вечную молодость и силу. Она была готова исполнить любые требования своего хозяина и заодно утолить свою жажду крови.       — Я сделаю всё, что прикажете, Ваше Величество, — ответила она с глубоким поклоном. В ее голосе звучало благоговение и преданность, готовность подчиниться всем его желаниям и приказам.       — Тарталья объявился. И я надеюсь, у него остались к тебе чувства, — с усмешкой произнёс Дайнслейф, двинув вверх-вниз бровями.