Глава 63

      — Ни для кого не секрет, что в последнее время наша компания прошла через много трудностей. Неожиданный уход господина Кима… кончина его невесты… — Голос Дженни дрожал, но она не останавливалась, продолжая говорить перед всеми собравшимися сотрудниками, которые не меньше ее нуждались в поддержке сейчас. — Оба оставили после себя завещания и передали свои дела, и как бы тяжело мне ни было, но я должна продолжать их дело, они вложили в него душу и всего себя. Поэтому… — Она старалась сдерживать слезы, чтобы не заплакать перед всей толпой, и чувствовала, что вот-вот сдастся, ее силы на исходе. — Поэтому давайте все вместе приложим максимум усилий для сохранения нашей компании… Я сделаю всё, чтобы стать достойным руководителем и приемником.       Она отошла от трибуны и прошла чуть в сторону, делая поклон на девяносто градусов, подтверждая искренность своих слов, чтобы ни у кого не осталось сомнений и ей не задавали сейчас лишних вопросов. Дженни сама держалась из последних сил, чтобы не зарыдать в голос перед ними, потратила последние несколько дней, чтобы собраться, хватаясь за Тэхёна, как за спасательный круг. Она потеряла всех, кто был ей дорог, все они ушли, постепенно покинули её, оставляя одну на произвол судьбы, решать абсолютно новые проблемы. Больше всего её подкосил поступок Лисы, после падения с моста последняя клетка Дженни оборвалась и перестала функционировать, она стала похожа на куклу, которая просто выполняет поручения. Она полностью разрушилась за последние дни, что плакала в подушку, сменяя её на плечо Тэ, которое он подставлял.       Он подошел к ней и обнял за плечи, помогая выпрямиться, а после начал уводить в комнату, где их никто не увидит и она сможет вдоволь наплакаться, потому что видел уже, что она на пределе. Дженни так и не смогла полностью собраться, и ее хватило только на то, чтобы собрать работников компании, выйти к ним и преподнести последние новости. Она ухватилась за его руку и последовала за ним в каком-то неизвестном направлении, лишь бы спрятаться от чужих глаз и не позволять никому видеть ее слабость. Джен сейчас было плевать на абсолютно всё, что происходило вокруг, но другие требовали от нее серьезных решений, соответствующих ее новому статусу. Намджун и Лиса ушли на покой, оставляя ее наедине со всем бардаком, что сейчас творился вокруг, будто она была в силах с ним разобраться, хотя явно разрушалась изнутри.       Тэхён обнимал её за плечи и уводил в кабинет, следя, чтобы за ними никто не пошёл, чтобы никто не видел Дженни такой и не испортил взгляд на нового директора, который точно не уйдёт так же быстро, как чета Ким. Она хваталась за него с каждым шагом всё сильнее, показывая, насколько нуждается в его поддержке сейчас, и ему это прекрасно известно, поэтому он не отходил ни на секунду. Тэ даже при ней звонил Чонгуку, чтобы выяснить, не оставил ли он попыток найти Лису, ведь он просто сошёл с ума, в то время как Джен плакала. Тэхён остался один среди двух огней, не зная, как помочь обоим, и в то же время понимал, что ничего не может сделать, потому что умерших не вернуть обратно. Если бы он мог, то обязательно вернулся в прошлое и всё исправил, и начал бы с самой главной ошибки — появления Гука в жизни Лисы, потому что именно оттуда всё и началось.       Дженни винила во всем себя, ведь совершенно не помогала Лисе и просто наплевала на их планы после появления Тэхёна, влюбилась по уши и сбежала играть в парочку. Она вспомнила про их планы только тогда, когда узнала, что Чонгук начал вмешиваться в ее отношения с Намджуном, что начал пытаться уводить ее, но тогда уже было поздно что-то делать. Дженни даже представить не могла, что у нее настолько мало времени, чтобы пообщаться с подругой и извиниться за всё, она даже не думала, что вот так потеряет ее. А Лиса взяла и нагло наказала их всех за всю причиненную боль, припомнила каждый грех и заставила сполна расплатиться, всаживая самый болезненный нож в спину. Джен осуждала ее поступок, но при этом понимала и принимала, ее мнение раздвоилось, делая только хуже, и кажется, что у нее тоже начало появляться биполярное расстройство.       Тэхён поглаживал её по волосам, нашептывая что-то на ухо, но ей было совершенно все равно, потому что все мысли были заняты Лисой и ее неожиданной смертью. Она все еще пыталась понять, что могла исправить и изменить, чтобы избежать такого исхода, чтобы этот спектакль закончился не настолько трагично, а все-таки пришел к свадьбе, и не важно, с каким мужчиной. Ее душа стонала, прося помощи и внимания, и Тэ давал ей все это, но ей мало, нужно что-то совершенно другое, что-то утраченное навсегда. Она все еще не смирилась с утратой и не признавалась себе, что это на самом деле случилось, она потеряла всех и теперь осталась одна, против всего мира, против Косуна. Дженни будто видела кошмар, в котором случилось все, чего она так боялась, и она совсем не хотела верить в то, что это не сон, а реальность, убеждала себя, что в действительности этого не могло произойти.       Они вошли в кабинет, и Тэхён закрыл за ними дверь, осматривая шторы, чтобы они тоже были закрыты и ничей любопытный взгляд не проникнет к ним, чтобы подсмотреть и найти что-нибудь интересное. Дженни облокотилась на стену и начала медленно сказываться вниз, чувствуя, как слезы стекают по щекам, обнажая ее беззащитность перед этим кошмаром. Она совершенно беспомощна, не может ничего изменить, никого воскресить и хотя бы попытаться исправить ситуацию, ей просто хотелось, чтобы Лиса сейчас вошла в кабинет и сказала, что это была простая шутка, а после обняла и успокоила. Но этого не случится, потому что все маски сброшены, всем известно то, что они так долго скрывали, и факт ее смерти настоящий, пускай тело так и не удалось найти.       Дженни зарылась лицом в колени, тихо всхлипывая, больше не в силах сдерживаться и делать вид, что с ней всё хорошо, она полностью разбита и сломлена, как снаружи, так и внутри. Она была готова к смерти Намджуна, но не к смерти Лисы, для нее это стало настоящей неожиданностью, которая выбила из привычной колеи и ввела в ступор. Тэхён сел рядом с ней и аккуратно обнял за плечи, притягивая к себе, чтобы разделить боль, что терзала ее душу и не могла оставить в покое, напоминая всё, что произошло в последнее время. Она тихо плакала, опираясь на него, и не могла успокоиться, чувствуя, как медленно разрушается, маленькие кусочки, что от нее остались, разрушались на еще более мелкие.       Лиса ушла настолько тихо, что никто не ожидал и до сих пор не понимал, как так получилось, ведь они тщательно следили за ней, не упускали ни единой секунды, но она все равно смогла это сделать. Тихо упала с моста, с облегченной улыбкой на губах погрузилась в холодную воду реки, словно уже давно приняла решение и вот наконец осуществила его. Она даже не дала им шанса на то, чтобы поймать ее, остановить, попытаться отговорить и решить все проблемы и недопонимания, она просто взяла и разрушилась по кускам. Она куда-то отчаянно бежала, страдала от разъедающей боли и молчала об этом, и в итоге ушла тихо, молча, счастливо… Не позволила никому встать у нее на пути, все как обычно.       Дженни уткнулась в плечо Тэхёна, тихо крича от безысходности, разочарования и боли, она просто пыталась облегчить свою собственную душу, пока она не разрушилась окончательно, но почему-то она трескалась больше, создавая новые раны и шрамы. Он крепко обнимал её, прижимал, чтобы спрятать её слёзы, он пытался вытереть их, но они вытекали из её глаз всё быстрее и сильнее. Тихий плач медленно переходил в истерику, а он ничего не мог сделать с этим, потому что уже наклеил пластыри на все раны, перебинтовал всю душу, но они не переставали кровоточить. Тэ боялся, что она разрушится из-за суровой реальности и потерь, которые пережила, находился рядом с ней, утешал, успокаивал, но понимал одну простую истину: так просто это не получится пережить.       Тэхён надеялся, что Чонгук позвонит с хорошими новостями и расскажет, что Лисе удалось спастись, пускай она потеряет память и её придётся восстанавливать, пускай с ней случится что-то ещё, но она будет жива. Дженни просто не сможет пережить, если она на самом деле умрёт, и Тэ это понимал, как никто другой, но так и понимал, что из реки Хан никого не вытаскивали живым. Это конец… Больной… Мучительный… Безвозвратный, который заканчивает эту главу жизни и начинает новую, более тёплую, трепетную и жизнерадостную.       Тэхён почувствовал, как в кармане начал звонить телефон, и мысленно он начал молиться на то, что это хорошие новости, что сейчас скажут про живую Лису, но Дженни сильнее ухватилась за него. Она тоже чувствовала это, чувствовала, что ему кто-то звонил, и начала плакать еще сильнее, обнимая его настолько крепко, насколько это было возможно. Тэ еле как удалось достать телефон и увидеть имя Чонгука на экране, его сердце на секунду замерло, а Дженни замолчала у него на руках, только тихо всхлипывая, словно пришла в себя. Она тихо прислушивалась к дальнейшим действиям, но Тэхён не хотел отвечать, подозревая, что услышит, ему не хотелось еще ранить её, поэтому он медлил, однако на второй звонок сдался.        — Гук, извини, но ты немного не вовремя, Дженни сейчас…        — Я нашел ее тело. — Голос Гука дрогнул, озвучивая трагичную новость, которую они все ждали последние несколько дней, и вот этот момент наконец настал, забирая шанс на то, что она осталась жива. — Тело только что вытащили из воды.       Тэхён молчал, Дженни находилась слишком близко к его телефону, поэтому наверняка слышала всё, что сказал Чонгук, поэтому и притихла, теряя последние надежды на лучшее. Она прижалась ближе к нему, почти переставая дышать, будто это как-то могло помочь и вернуть Лису к жизни, хотя воскрешать мёртвых ещё никто не научился, и ей это прекрасно известно. Её сердце громко билось в груди, и Тэ прекрасно это слышал, прижимая ближе к себе и стараясь не отпускать, чувствовал, что если позволит отстраниться — она окончательно сломается. Он пытался быть для неё опорой и поддерживать сейчас во всём, давать то, в чём она нуждалась больше всего, и в то же время отговорить от плохого.       — Это точно? Ты проверял? — Тэхён не меньше Дженни хотел верить в шутку друга, но всё больше и больше понимал, что такого быть не может, ведь он как никто лучше знает тело той, за кого так отчаянно боролся.        — Точно, ошибки быть не может.       Тэхён откинулся на стену, усиливая хватку на плече Дженни и прижимая её ближе к себе, в надежде, что это поможет и хотя бы немного уменьшит её боль от утраты близкого человека. На душе было очень неспокойно, всё переворачивалось внутри настолько, что казалось, будто внутренности выворачивались наружу. Он положил трубку и убрал телефон в сторону, обнимая Джен второй рукой, чувствуя, что она начала соскальзывать куда-то вниз. Дженни медленно разрушалась, потеряв последнюю надежду на лучшее, и окончательно лишилась хорошего конца этой истории, занавес опущен, актёры мертвы.       Дженни сидела безвольной куклой со стеклянными глазами, в очередной раз пытаясь убедить себя в реальности происходящего, потому что отказывалась верить на слово. Она потеряла лучшую подругу, с которой они прошли слишком многое, которая однажды спасла ее, и теперь не понимала, как ей быть дальше, что делать и куда идти, чтобы стало легче. Дженни закрыла свою душу от всех, чтобы позволить ей окончательно разрушиться, и не позволяла никому подойти ближе, собрать кусочки воедино и восстановить все. Тэхён чувствовал, как она успокаивалась, но понимал, что это совсем не то, к чему они шли, потому что такое спокойствие может значить только одно — она сломалась.       Она молчала и не шевелилась, не подавая вообще никаких признаков жизни, но точно дышала, что выдавало в ней малые признаки живого человека, поэтому Тэ был чуть более спокоен. Он понимал, что Дженни не такая безрассудная, как Лиса, поэтому можно было не переживать слишком сильно, но ее моральное состояние заставляло задумываться. Тэхён переместил руку на ее волосы и аккуратно поглаживал по ним, слушая размеренное дыхание, пока она спокойна, он тоже, пускай все равно будет переживать, правда, по другим аспектам. Пока не наступит тот день, когда она полностью примет смерть Лисы и Намджуна, пока полностью не восстановится после этого, Тэ всегда будет переживать за нее, даже если не будет возможности показать это.       Он молча ждал, когда она будет готова сказать хотя бы что-то, поедут они домой или к Чонгуку, чтобы поговорить с ним, или же что-то еще, он не торопил и не заставлял принимать поспешных решений. Ей нужно время, и он давал его, Тэ готов ждать сколько угодно, если это сделает Дженни лучше и поможет прийти в чувства, принять факт случившихся смертей. Ему было не менее больно из-за того, в каком Дженни находилась состоянии, но и сделать он ничего не в силах, потому что она огородилась ото всех. Пока ей не вернут Лису, она будет сидеть в таком состоянии и тихо умирать, пока не увидит, что ее уже точно не вернуть, просто не сможет сдвинуться с места и двигаться дальше.       Она обнимала его, лежа на груди, и слушала сердцебиение его и свое собственное, убеждаясь, что они бьются в унисон, как и полагается для тех, кто предназначен друг другу. Ей не хотелось вставать и что-либо делать, но пока она не убедится, что Лису больше нет в живых, у нее и не появится желания что-то делать, поэтому для начала ей нужно убедиться, что все действительно подошло к концу. Дженни все еще прокручивала в голове слова Лисы про конец спектакля и не могла поверить, что это действительно именно то, к чему они шли. Неужели именно такой конец она задумывала?       — Поехали. — Дженни подняла на него заплаканные глаза и смотрела, полная решимости посмотреть на ее тело, чтобы убедиться, что Чонгук не лжет, что из воды действительно достали именно ее тело, а не чье-то чужое.       Тэхён молча кивнул и начал помогать ей подняться, пускай и не был уверен в том, что это действительно нужно сделать, но если это именно то, что ей так необходимо прямо сейчас, у него нет причин отказывать. Лучше они сразу убедятся во всём, и всем наконец станет легче и спокойнее, Дженни хотя бы немного перестанет переживать и начнет восстанавливаться. По крайней мере, Тэ верил, что все будет именно так, как только они прояснят всё с трупом Лисы и Джен получит подтверждение всем своим опасениям. Без этого она просто не будет идти дальше и остановится там, где сейчас находится, у нее нет стимула двигаться вперед, хотя бы потому что здесь ее держат нерешенные проблемы.       Тэхён аккуратно помогал ей спускаться, следил за каждым шагом, чтобы она не оступилась и случайно не ушиблась, прекрасно зная, что сейчас она очень рассеяна и совершенно не смотрит на происходящее вокруг. Он не желал повторять ошибку Чонгука, поэтому не сводил с Дженни взгляда, всегда придерживал за руку, убеждаясь, что она точно находится рядом. Как минимум, он будет для неё опорой в трудную минуту, сможет помочь и защитить, а в случае необходимости ещё и отговорит от каких-нибудь поспешных решений.       Они доехали до реки Хан и медленно шли к мосту, где их ждал Чонгук, уже предупрежденный обо всем, и следил, чтобы тело не увезли до их приезда и Дженни смогла во всем убедиться сама. Тэ не мог даже представить, в каком состоянии сейчас находился Гук, ведь потерял любимую девушку почти сразу же после того, как смог заполучить ее. По голосу ему не удалось ничего понять, кроме потерянности и раздраженности, что последние два дня преследовали его на постоянной основе и не оставляли ни на секунду. Тэхён боялся, что он может наделать глупостей и наломать дров, а еще хуже — пойти за Лисой и совершить самоубийство, чтобы их души всегда были вместе, как он и мечтает.       Гук стоял на берегу, окруженный людьми, которые раньше служили Намджуну, а теперь подчиняются приказам Дженни, которые приложили массу усилий, чтобы найти тело Лисы в реке, и сейчас скрывали его в специальном пакете, чтобы не пугать народ. Все еще складывается ощущение, что происходящее — это какая-то шутка, что уж слишком сильно затянулась, но при этом не хотела останавливаться, и, видимо, впереди их ожидало что-то еще более интересное. Тэхён впервые за долгое время видел, как Чонгук курит, и это могло значить только то, что его слова полностью оказались правдой, в реке действительно нашли тело Лисы. Как бы им всем сейчас не хотелось верить в противоположное, но в специальном пакете лежит именно ее тело, ошибки быть не может.        Все находились в сильном напряжении, чувствовали себя раздавленными и разбитыми, и просто не представляли, как быть дальше, ведь случилось самое страшное, чего все боялись. Мало того, что умер Намджун, так теперь еще и его жена, и компания теперь остается под руководством одной только Дженни, пускай ей все доверяют и считают хорошей, но это все равно очень большой груз и большая ответственность. Все понимают, что на нее сейчас свалилось слишком много всего, поэтому готовы помочь в любую секунду, однако есть и те, кто задаются вопросом, сможет ли она все это выдержать. Ответа не знал никто, но все надеялись, что теперь все же все будет хорошо, и совсем скоро окончательно наладится, а они начнут снова работать в стабильности без потери руководства.       Дженни замедлила шаг, боясь подходить к Чонгуку ближе, потому что наконец начала понимать, что совершает самую настоящую ошибку, ведь просто может не выдержать такого напряжения. У нее перед глазами до сих пор находилась картина того, как Лиса падает с моста, медленно летит в реку, а никто уже не в силах ее поймать, потому что слишком поздно. Гук с того самого дня заставил Джен вызвать всех людей и начать масштабные поиски, и вот прошло несколько дней, а им только сейчас удалось найти тело. Она медленно шла к нему, оставляя парней позади, и при этом оставалась под пристальным наблюдением всех остальных людей, ей никто не позволит бездумно броситься в реку.       — Как ты? — Тэхён окинул его взглядом, отмечая сильную усталость, что буквально сводила Чонгука с ума, но до нынешнего момента у него не было возможности отдохнуть и расслабиться хотя бы на минуту.       — Лучше, чем она. — Он кивнул на Дженни, которая сидела возле трупа Лисы и рассматривала его со всех сторон, пытаясь найти хотя бы один шанс, что это может быть не она, а кто-то очень похожий на нее. — Знаешь… Я никакими словами не могу описать, что чувствую, но… — Гук закончил курить одну сигарету, выкинул ее и закурил следующую, не в силах другими путями снять стресс и напряжение, которые накопились за последние дни, что он провел на реке Хан, — я проиграл ей. Теперь я понимаю, что значит фраза «поймай меня, если сможешь». Так вот, я не смог.       Он говорил хрипло, отстраненно, словно в никуда, но при этом говорил с Тэхёном, который стоит рядом и внимательно слушает его, прощупывая почву, чтобы понимать, как он себя чувствует. Гук чувствовал себя не лучше, чем Дженни, просто не показывал этого никому и прикладывал максимум усилий, чтобы действительно не стать Данте Алигьери и не пойти за ней в Ад. Он ведь достанет ее оттуда и отчитает по полной программе за такое безрассудное поведение, она же не ребенок, чтобы настолько бездумно кидаться в реку. Но в итоге она спрыгнула туда, воспользовавшись секундным замешательством, оставила их всех и, скорее всего, сейчас ощущала себя самой счастливой девушкой в мире.       Гук выдохнул дым от сигареты и поднял голову, смотря на пасмурное небо, наконец весна начала становиться теплой, погода улучшилась, но из его жизни солнце навсегда ушло. Он размышлял на эту тему и понимал, что уже просто нет смысла жить, продолжать эти пытки, ведь все факты налицо, труп лежит недалеко от них, подтверждая все самые плохие теории. Чонгук с самого начала говорил, что ему нет смысла существовать без Лисы, и вот именно так и получалось, потому что даже пытаясь посмотреть на будущее без нее, так ничего не видел. Он не видел без нее своего будущего, все больше и больше приходя к одному единственному выводу, вот только если озвучит сейчас свои мысли, его ведь обязательно начнут отговаривать, объяснять, что так делать не нужно.       Тэхён стоял и тихо слушал его, делая выводы, что всё это может закончиться отнюдь не самым лучшим исходом, раз уж его безумный друг начал вести такого рода диалоги. Раньше он видел его в разбитом состоянии после расставания с девушками и когда что-то в жизни не получалось, однако сейчас это не было ни на что похоже, как будто в нём и правда резко оборвалось всё. Чонгук для него выглядел сейчас внешне как человек, однако складывалось ощущение, что внутри осталась только одна пустота, которую нечем заполнить. Тэ словно смотрел на пустую оболочку, которую заполняли лишь воспоминания о Лисе, и ни для чего другого там места просто-напросто не осталось.       — Что планируешь делать дальше? — Тэ очень хотел услышать хотя бы что-то позитивное от этих двоих и следил за Дженни, которая все еще не отходила от тела Лисы и тщательно осматривала его. — Там точно она?        — Сказал же, точнее быть не может, или ты мне не доверяешь? — Он начинал не на шутку злиться из-за этих тупых вопросов, словно Тэ не видел, что ему из этого тошно, поэтому подливал еще больше масла в огонь, распаляя его. — Думаешь, я из-за любви совсем голову потерял, а вместе с ней и навыки?       — Да нет же, я за Дженни переживаю. — Он сложил руки на груди, немного удивленный таким поведением, но списал его на чрезмерные нервы и предпочел сделать вид, что ничего не замечает. — Боюсь, она не выдержит потери, и компания полностью перешла к ней. Для нее сейчас все это очень большой стресс.       Гук хмыкнул, не совсем понимая, как расценивать такое отношение, но предпочел не грузить сейчас свой мозг еще больше, тот и без того пытался переварить поступок Лисы, который не поддавался никаким логическим объяснениям. Сначала она соглашается стать его женой, а затем прыгает с моста, видимо, чтобы избежать этой участи или же… Неожиданно для Тэхёна Чонгук начал усмехаться и тихо смеяться истерическим смехом, наконец получая ответ на самый главный вопрос, Лиса сделала это, чтобы проучить его.       С самого начала она была холодной, крайне редко показывала ему даже малейшую толику тепла, а если погрузиться в еще более ранние времена, когда они только начали пересекаться, она и вовсе ненавидела его. Чонгук вмешался в ее жизнь, с самого начала разоблачил и разрушил все планы, которые она строила столько лет, она влюбила его в себя, а теперь взяла и полностью исчезла из его жизни, разбивая вдребезги. Он закрыл рукой глаза, не понимая, как сразу не понял этот прекрасный план и не вычислил его, ведь она в какой-то момент очень резко изменила свое отношение к нему. Гук был так рад, что Лиса наконец начала отвечать ему взаимностью, протягивать руки, что даже не обратил внимания на то, что это был всего лишь план мести.       Его плечи содрогались от беззвучного смеха, который одолевал его всё сильнее с каждой секундой, Чонгук медленно начинал истерически смеяться из-за собственной глупости, которую совершил. Кто бы мог подумать, что Лиса на самом деле окажется настолько расчетливой, еще и с таким холодом бросит его в пучину отчаяния, всадив самый настоящий нож в спину. Месть — это действительно блюдо, которое подается холодным, но Лиса смогла подать его ледяным и при этом с очень едким вкусом стеклянной боли. Она полностью покорила его сердце, забрала себе, забралась в вены и сделала так, чтобы его тело полностью состояло из зависимости от нее, Гук теперь жить без нее не может, не видит будущего, где ее нет.        — Расчетливо. — Прошептал он себе под нос, выкидывая докуренную сигарету, а глаза краснели из-за соленых слез, что скапливались там в очередной раз за последнее время. — Какая же ты расчетливая, черт.       Он закурил очередную сигарету и снова посмотрел на небо в надежде, что там будут ответы на его вопросы, как он мог поверить каждому ее слову и позволить обвести себя вокруг пальца. Чонгук много лет был тем, с кем не хотели сталкиваться другие полицейские и детективы, потому что у них не получалось обойти его, и даже с Лисой, ведь он с самого начала понял, что преступница именно она. Однако ее этот образ невинной овечки, который она поддерживала до последнего, свел его с ума, влюбил и заставил забыть про все подозрения. Гук потерял бдительность и угодил в ловушку, которую она создала вокруг него, а теперь сам же не знал, как из нее выйти, им определенно было в чем потягаться, но она предпочла показать это забавным способом, покончив с собой.       Дженни вернулась к ним на ватных ногах, еле шагая, и сразу же облокотилась на Тэхёна, смотря на то, как Чонгук медленно сходит с ума, наконец просчитав весь план Лисы. Они оба смотрели на него и не совсем понимали, в какой момент он окончательно начал сходить с ума из-за потери любимой девушки, но Тэ был занят Джен, поэтому не трогал друга. Он с самого начала предполагал, что тот может потерять рассудок окончательно, выйти из состояния более-менее адекватного человека и вернуться к тому, каким был до встречи с Лисой, но принял для себя решение, что будет действовать только после того, как всё зайдет слишком далеко. Сейчас Гук все еще контролировал себя, поэтому у Тэхёна не было причин для беспокойства, главное, что он не прыгает в реку, не глотает таблетки и не стремится какими-нибудь еще путями покончить с собой.       Тэ только сейчас понял, как ему повезло оказаться окруженным двумя людьми, которые переживают из-за смерти Лисы и могут наложить на себя руки в любую секунду, а ему нужно сделать всё, чтобы их остановить. Ему нужно следить за ними, убеждаться, что они ничего не сделают с собой, и при этом держать обоих рядом с собой, что казалось невозможным. Лиса подкинула ему очень непростую задачку, которую просто так решить не получалось, и нужно очень сильно напрягаться, чтобы получить хотя бы какой-то результат. Дженни обнимала его, прижимаясь к груди, а Чонгук стоял рядом и истерически смеялся, как сумасшедший, который окончательно выжил из ума.       — Гук… — Тэхён начинал не на шутку пугаться из-за поведения друга и всё больше переживал, ведь он очень неожиданно начал вести себя, как умалишённый, словно что-то понял, а с остальными делиться не хотел.       — Тэхён, я такой идиот. — Чонгук провел руками по лицу, пытаясь успокоиться и не смеяться настолько истошно, но просто не мог этого сделать, осознавая свою собственную глупость.       Единственное, что сейчас его успокаивало, — это новости о том, что Дженни ничего не знала, хотя находилась рядом с Лисой долгое время, и сама оказалась жертвой этого коварного плана. Если бы она была посвящена во все это, Чонгук бы не оставил это так просто и вытряс из нее все данные, что у нее есть, но Джен не знала ни о чем, даже о том, что Лиса им играла. У нее не было смысла узнавать что-то, пытаться выяснить, потому что у нее нет никаких данных, ей известны только основные моменты, но в детали никто и никогда не посвящал. С одной стороны, это забавно, а с другой — драматично, потому что Гук остался абсолютно ни с чем, у него забрали все возможности узнать хотя бы что-то. Лиса расчетливо сделала все это и, скорее всего, избавилась от Джису специально, чтобы та ничего и никому не рассказала, видимо, у нее информации было значительно больше. Холодный расчет, а самое главное, что очень точный, как с точки зрения подчиненных, которых не осталось в живых, так и с точки зрения отношений: влюбленного телохранителя убила, жениха убила, остался в живых только тот, кому она и не собиралась отвечать взаимностью, а всего лишь поиграла на его чувствах и оставила ни с чем.