Часть 3

Ребенок залез на чужую кровать, легонько толкает плечо мужчины. — Паап, просыпайся. — мальчишка сильнее тряс плечо родителя. Сонные красные глаза приоткрываются, и смотрят на нарушителя покоя. Черные брови хмурятся, а сам мужчина отворачивается, с головой укрываясь одеялом. Последующие попытки разбудить не увенчались успехом. Спустя полчаса таких тормошений, терпение у Цианового кончилось. — Иди подоставай своего второго «отца», — выглянув из-под одеяла, злобно смотрел на ребенка. И обратно отвернулся. За окном были бесконечные сумерки, поэтому определить время было невозможно. В комнате эхом раздавалось механический тик часов. Мальчик спрыгнул с чужой кровати, и направился к раскладушке. Олеандр спал на правом боку, отчего распущенные волосы пшеничного цвета падали на глаза. Ребенок аккуратно, не задевая пальцами чужое лицо, поправил русые волосы. — Пап, — тихо сказал малец. — Мне скучно. Парень спал как убитый, лишь тихое дыхание выдавало его. На все последующие попытки разбудить он никак не реагировал. Но в один момент закрытые глаза забегали из стороны в сторону, отчего ребенок запереживал и начал еще активнее будить механика.

***

      Теплый ветер поднимал русые пряди. Майское солнце озаряло нежную зелень деревьев. Детские голоса раздавались со школьной территории, превращаясь в радостный гомон. Прищурившись от солнечного света, Олеандр вглядывался в парадные двери школы. Твердая обложка аттестата служила отличным веером, охлаждая воздух. Отвлекшись на телефон, парень пропустил момент, когда скрипнули двери.        Замученный школьник в оранжевой рубашке с лентой наперекосяк вышел из прохладного заведения. Сгорбленная спина в миг выпрямилась, завидев друга. Черноволосый с забавной завитушкой из челки спрыгнул, пропустив несколько ступеней крыльца. Забавно подбежав к ничему не ожидающему другу, и прыгнул, цепляясь за чужие плечи. От неожиданности русоволосый выронил телефон, но в последний момент обладатель голубых глаз поймал чужую вещь. — Чертёныш, напугал же, — с нахмуренным взглядом улыбнулся русый. — Ха, Олеж, бояться надо не меня, а моего красного аттестата, — показывая темную, почти кровавую обложку, прищурился брюнет. Олежа карикатурно изобразил смесь шока и страха, отчего двое посмеялись. Выпускники, окрыленные свободой, направились гулять. В парке не так много было людей, преимущественно это были мамочки с колясками или бабушки. Свет проникал сквозь листву, создавая островки теплоты, а в воздухе витало множество цветочных запахов. Парни неспешно шли по тропинке, бродя между деревьями. — Так, получается, ты сейчас поступишь в медицинский колледж, а потом поступишь в вуз на специализированного космонавт-исследователя? — уточнил Олежа. Черноволосый активно закивал, растрепав все недавно уложенные волосы. Русый выдал немое восхищение «Ооо» Дойдя до озера под различные разговоры, бывшие школьники играли в блинчики. Проиграв в который раз, парень в оранжевой рубашке начал возмущаться. — Да как так, ты постоянно выигрываешь?! — гневался брюнет. Друг же рассмеялся, кулаком вытирая слезинки смеха. — Все потому что я иду на физика, сама вселенная меня благословила. Вот когда ты вырастишь помидор на другой планете, я может быть поддамся тебе. — брюнет же агрессивно сжал кулаки, с силой кидая очередной камушек в воду. Брызги разлетелись во все стороны. — Да какие помидоры, когда в космосе так много всего неизведанного?! — шуточно обиделся брюнет. Говорящий раскинул руки, но даже это не могло описать масштаба его заинтересованности. Солнце касалось рыжими лучами поверхности воды. Облака медленно плыли по закатному небу. Олежа смотрел в бесконечное небо, запрокинув голову вверх, пока ветер колыхал листья кустарников. — Ага, смотри чтобы это «неизведанное» тебя не поглотило, — со слабой улыбкой перевел взгляд на друга. Продолжая завороженно смотреть в облака, Олежа не заметил изменений. Тихий шелест листвы сменился на чьи-то крики, а когда русый вновь вернул взгляд на землю, то обнаружил что находится в совершенно другом месте. Вокруг него была типичная обстановка космического корабля: кафетерий, железные двери, сменяющийся с железного на линолеум пол. Только тело было не его. На серых руках было шесть пальцев с когтями, как из камня. На тыльной стороне какие-то непонятные бирюзовые линии. В воздухе была какая-то примесь, от которой все исследователи потеряли сознание. Подняв взгляд от пола, он встретился с голубыми глазами, в которых терялось понимание происходящего, но присутствовал страх. — Пиздец, ну ты и накаркал конечно, Олежа, — куда то в пустоту произнес молодая версия Цианового. Пустота заполнила собой все пространство, сжимая легкие парня в панической атаке. Окружение закрутилось, а среди темноты начали появляться глаза. Их было раз, два…три…десять.четырнадцать? Он сбился от того что все постоянно кружится и некоторые были посчитаны по несколько раз, или действительно так много? От страха руки крепко сжали рукоять ножа. Пальцы нервно перебирали, готовясь к защите. Олежа поворачивал голову из стороны в сторону, пытаясь найти источник страха. Звук послышался слева. Повернувшись туда, русый увидел над собой когти, и молниеносно вонзил нож, останавливая врага.

***

Чрезмерно громкий скрежет металла резал слух, отчего Циановый резко вскочил с кровати, оборачиваясь на происходящее. Нож. Ребенок. Предатель. Именно так проснувшийся мозг интерпретировал происходящее. Мальчик шокировано сидел рядом с раскладушкой, откинувшись от неожиданности назад, опирался на расставленные сзади руки. Нож был крепко сжат в мужской руке, на которой молниями шли фиолетовые гематомы, а лезвие воткнуто насквозь в матрас, отчего соприкоснулся с металлическими перекладинами каркаса. Сам Олеандр неспокойно, нахмурив брови, спал. Что. Черт. Возьми. Это. Такое?! Циановый не знал, смеяться ему или плакать от произошедшего, но оставлять это нельзя было. Он резко встал с кровати, сразу же пожалев об этом до темноты в глазах, оттащил ребенка, и принялся будить Оранжевого. Подняв его за плечи, усадил на матрас, но тот по прежнему спал. Даже на тряску тот не реагировал. Ладно. Звонкий хлопок раздался по комнате. На левой щеке механика остался красный след. О чудо, это сработало. Карие глаза неохотно открывались, пытаясь понять где он находится. Перед глазами всё плыло, но Олеандр смог распознать ребенка, что стоял в углу комнаты. И так же машущую руку Цианового перед собой. Мельтешение перед глазами раздражало, поэтому в один момент механик схватил чужую руку, не позволяя продолжать движение. Этим и воспользовался исследователь, перевернув схваченную руку. — Умудрился получить ток в ладонь? — сухо спросил Аконит, рассматривая гематомы. Механик лишь выдернул руку. — Не хочешь отвечать — как хочешь. У тебя огромный список дел, так что советую начать делать. Дефар даже толком проснуться не успел, а ему уже что-то важное сообщают. Потерев глаза, он разблокировал планшет, щурясь от яркого экрана. — В смысле «Нянчить отродье?!» — увидев первую задачу возмутился. — Ээ, нет, от ответа не убежишь. Завидев, что Циановый поспешно начал удаляться из комнаты, механик заблокировал дверь прям перед носом исследователя. Тот медленно обернулся с коварной ухмылкой. — То оно и значит. А у тебя уже доступ ко всем системам есть, не так ли? — нажав на пульт управления, Аконит разблокировал дверь. Ну…это выглядело логично, что у главы исследователей есть эта кнопка. — Хорошо, я буду следить за ребенком. Но за условие. На лице красноглазого отразилось недовольство, будто за раз лимон съел. — Какое. — Имя ребенку. Циановый стремительно подошел к ребенку, нависнув коршуном над ним. Немного посмотрев на чадо, ответил: — Будет Цианидом. — Схуяли? Твоя фамилия наоборот, не ахуел ли? — скрестив руки, нахмурил брови Олеандр. — Раз я его воспитываю, то он будет Рицином. Ребенок поочередно смотрел на перепалку взрослых. Они так и не пришли к единому мнению, продолжая огрызаться друг на друга. — Дельфиниум, — звонко произнес мальчик. Оранж и Циан прекратили спор, одновременно посмотрев на ребенка. — Дельфа! — первым поддержал Олеандр, тихонько хлопнув ладонями. — Вот и славно. Пока механик всячески хвалил ребенка, зажмурив глаза, Аконит встал в раздумывающую позу. Живокость. «Блять, походу правда мой» — проскочила мысль в голове. Смотря на то, как его товарищ сладил с ребенком, Циановый без лишних слов покинул комнату. У него еще много задач перед отбытием.

***

Олеандр и Дельфиниум выполняли задания. Ну, точнее основную часть заданий делал механик, а мальчик подавал разные инструменты. За это время много разных слов было выучено, в основном по техническим названиям. — А это что? — Дельфа ткнул пальцем в кусачки. — А, это плоскогубцы, они нужны для перекусывания и манипулирования проволоки, — не отвлекаясь от задания ответил Дефар. — О! — воскликнул ребенок. — Папа говорил, что один его товарищей кинул в него эту штуку, поэтому у него такой шрам на щеке! Мальчик активно что-то рассказывал, а Олеандр внимательно слушая, пытаясь выцепить нужную информацию. Так он узнал, что Аконит всем говорит, что ребенок от Джессики, хотя того никогда не привлекали брюнетки. Но за десять лет могло всё измениться?.. — Кстати, не мог бы ты рассказать о моей кулоне? — между заданиями спросил Оранжевый. Ребенок, что шел впереди, обернулся, дожидаясь родителя. — Ну, механизм открытия у всех разный, но в основном этот кулон носит цел- — Оранж! Ты что, не видел сообщения в общем чате? Бегом на экстренное собрание! — прервал ребенка Зеленый, который вместе с Красной бежали к администрации, где должно было проходить собрание. Олеандр тяжко вздохнул. Ребенок особо не побегает, а значит они придут сильно поздно. Парень приостановился и спустился на одно колено. — Залезай, покатаю на спине, — больше слов не нужно было. Дельфиниум аккуратно залез на спину, а механик подхватил ноги мальчика, чтобы тот не упал при передвижении. Восстановив равновесие при вставании, Олеандр побежал к месту собрания. В это время Дельфа впервые ощутил такую легкость, а стремительный ветер, что дул в лицо, только способствовал воображениям ребенка. Легонько хихикнув, мальчик крепче обхватил плечи механика. К собранию они действительно пришли чуть раньше, чем бы шли по отдельности, но все равно опоздали. Опустив ребенка, запыхавшийся Олеандр прошел к свободному месту за круглым столом. Единственным, кто стоял был Циановый — инициатор собрания. Он привлек кашлем внимание присутствующих, и убедившись, что все на месте, сообщил: — Розовый был найден мертвым в генераторах.