Часть 31 А на что ты готов пойти ради победы?

Этим утром в Большом зале было значительно оживленнее и многолюднее, чем обычно. Сегодняшний финальный матч Гриффиндор — Слизерин не оставлял равнодушным не одного ученика Хогвартса, даже студенты Когтеврана и Пуффиндуя активно обсуждали предстоящую игру. Что уж говорить о соперниках! В тот момент, когда команды вошли в Большой зал на завтрак, оба стола разразились криками и аплодисментами, поддерживая каждый своих фаворитов. Акела уселась между немного волнующимся Джеймсом и решительно настроенным Сириусом, и бодренько подтянула к себе графин с соком. — Может, хотя бы тост возьмешь? — пытался уговорить Игнис Люпин. — Не. — та отрицательна покачала головой и отпила из стакана. — Кусок в горло не лезет. Сидящий рядом Джеймс был похоже того же мнения, и наконец перестав мучить вилкой не в чем неповинную яичницу, отодвинул тарелку подальше от себя. — Народ, капитан зовет! — окликнул их Блэк, и вся троица, выслушав последние слова поддержки от Римуса и Питера, выскочили из-за стола и в окружении всей команды направились на поле для квиддича. Погода на улице стояла ужасная. Ливень хлестал как из ведра. Раскаты грома перекрывали даже шум болельщиков, спешащих под десятками зонтов на трибуны. Зайдя в теплую сухую раздевалку Акела скинула дождевик и натянув на себя алую форму, начала старательно колдовать над своим накидкой. И через минуту, весьма удовлетворенная результатом, повернула к друзьям. — Давай сюда свои! — сказала она им. Сириус с Джеймсом недоуменно переглянулись, но протянули красные с золотом накидки. Акела тут же направила на них свою волшебную палочку и трижды стукнув по ним, произнесла: — Импервиус! И вернула им. — Что ты сделала? — полюбопытствовал Джеймс, натягивая на себя накидку. — Это — водоотталкивающее заклинание. Я понимаю, что от такого ливня не сильно спасет, но хоть что-то. — пояснила Акела и обратилась с этой находкой к другим игрокам по команде. — А это не плохая идея. — одобрительно кивнул головой капитал, наложив заклинания на собственную форму и благодарно похлопал девушку по плечу. — Молодец! Игнис довольно улыбнулась и покрепче затянула ремни на ботинках. *** Как бы не старался Регулус скрыть свое волнение, даже сейчас, сидя в слизеринской раздевалки и слушая последние указания капитана, внутри у него как будто бы сжимались стальные тиски. Ведь это был его первый финальный матч. У меня нет право облажаться! — повторял он себе, крепче сжимая в руке свою метлу. Но вот, приготовление окончены, последние инструкции даны, и команда змеев вышла на поле под грохот ливня и едва различимые крики поддержки зеленого отсека трибун, и, свист и улюлюканье красной части. Напротив них выстроилась команда соперников. Взгляд Регулуса мгновенно остановился на ловце львов. Акела и так не сказать, что была высокого роста, но теперь казалась почти крошечной, на фоне остальной части команды. Девушка даже не взглянула на слизеринского ловца и целенаправленно направила взгляд на игроков чуть праве от него. Блэка вновь кольнуло противное чувство вины. А ведь они так и не поговорили с ней после той злополучной встречи на балу. Может, стоит подойти после матча и попробовать объясниться? Или оправдаться? — подумал Регулус и тут же грустно усмехнулся. — Ну да, конечно. Два месяца она показательно игнорировала мое существование в принципе, а тут, хоп и сразу станет слушать! Пошлет еще куда подальше. Это в лучшем случаи. — вспомнив непростой характер Игнис, невесело заключил он. Прозвучал свисток, оглашающий о начале матча и юноша, очнувшись, вскочил на метлу и оттолкнувшись, взмыл в серое пасмурное весеннее небо. Игроки обеих команд совершили такие же маневры. Спустя всего десять минут Блэк, в полной мере осознал, насколько тяжелым выйдет сегодняшний матч. Голос комментатора утопал в раскатах грома, игроков было почти невозможно разглядеть из-за плотной стены дождя, тело продрогло от мелких ледяных капель, не смотря на капюшон, закрывавший большую часть обзора. Даже счет игры Регулус скорее слышал по шуму болельщиков, чем видел напрямую. Снитча до сих пор нигде не видно. Казалось, что он вообще испарился, растаял под проливным дождем. Обстановка на поле и без того не сильно дружелюбная, накалялась с каждой минутой. Слизеринцы играли довольно грубо, зачастую в очень жестких формах. Эван Розье на полном ходу врезался в Фабиана Пруэтта, и объяснил это разъяренной судье, как просто неудачная попытка затормозить. Эммелина Вэнс едва не отправилась в больничное крыло с переломом из-за «неловкого» движения битой капитана змеев. Но и Гриффиндор отвечал на выпады слизеринцев ничуть не с меньшей агрессией и жестокостью. С переломом руки к целительнице, стараниями Сириуса, уже отправился Родольфус Лестрейндж. Так же от рук Гидеона Пруэтта пострадал их вратарь, в которого гриффиндорец с близкого расстояния со всей силы запустил коффлом. Пока счет вели львы, но разница была всего в двадцать очков. Регулус нарезал по полю уже девятый круг, но золотого шарика так и не заметил. Чуть выше него парила Акела, тоже пока безрезультатно. Но вот на семьдесят четвертой минуте матча Регулус все же заметил тусклый золотой блик возле одной из трибун. Проблема заключалась в том, что и Акела тоже быстро приметила снитч и рванула в его сторону. Небольшое преимущество во времени оставалось у Блэка, так как он находился ближе к данной трибуне, но в пяти метрах от желанной цели Игнис стала его нагонять. Загвоздка ситуации была в том, что хитрый золотой шарик парил практически в плотную к нижней части трибуны и на высокой скорости была большая вероятность не успеть затормозить и элементарно протаранить ее. Вот они в трех метрах от трибуны. В двух они с Акелой поравнялись. Скорость была бешенная и буквально в метре от возвышающейся деревянной конструкции Регулус понял, что, если продолжит, не успеет остановиться. Он повернул голову влево и прокричав сквозь гул ветра, — Бери выше! Выше! Мы не успеем затормозить! — резким движением потянул метлу вверх. А вот в зеленых очах гриффиндорки горело желание биться до победного конца. И, похоже, любой ценой. Спустя всего пару мгновений крылатый шарик оказался сжатым в холодной мокрой ладони девушки. А еще через секунду Регулус услышал оглушительный звук удара и треск досок. Акела, схватив снитч, в последний момент все же попыталась развернуть метлу, но предсказуемо не успела и на высокой скорости врезалась боком в деревянную стенку трибуну. Когда слизеринец обернулся, она уже лежала на залитом дождем поле. Самое страшное, что она лежала совершенно неподвижно, не шелохнувшись. У Блэка упало сердце. Он резко развернул и направил метлу вниз. С другого конца поля к ним спешила вся гриффидорская команда и целительница. Первым места падения достиг его брат и от души зачерпнув при приземлении ботинками лужи грязи, опустился рядом с другом. Джеймс с Регулусом оказали рядом с ним почти одновременно. — Черт, как она? — трогать Игнис Поттер не решался, опасаясь нанести ей еще больший вред. — Она дышит? — испуганно спросил Регулус. — Живая. — облегченно выдохнул Сириус, нащупав слабый пульс на правом запястье Акелы, и потом мрачно добавил. — Но, похоже, у нее вывихнуто плечо и сломана левая рука. Рядом с ними стали опускаться остальные львы. — А ну, разошлись! — подоспевшая целительница присела рядом с девушкой и быстро осознав степень тяжести повреждений, мгновенно, при помощи заклинания, положила, находящуюся в отключке, гриффиндорку на заколдованные носилки и поспешила с ними в сторону школы, по пути на минуту задержавшись около выхода, сообщив что-то взволнованному Дамблдору и бледной МакГонагалл. — С ней все будет хорошо. В больничном крыле ее быстро поставят на ноги. — попытался поддержать мрачного друга Поттер. — Хотелось в это вериться. — отозвался Сириус и встретился взглядом, с все еще стоящем напротив них, Регулусом. — Мне жаль. — с грустью в голосе ответил на взгляд брата слизеринец и оседлав метлу, влетел и направился в сторону своей раздевалки. А ведь мне и правда жаль. — горько подумал Регулус, уходя за недовольно бурчащей командой в слизеринский отсек.