Часть 45 Вечер в змеином логове

Начало августа началось намного хуже, чем предполагал Сириус. Да, июль был тоже не подарок, но та ночная вылазка с друзьями и улучшение отношений с Регулусом вносили свои яркие краски в эту непроглядную тьму, клубившуюся и заполняющую, казалось, каждый закоулок дома рода Блэков. Но сейчас, эта тьма казалась пыталась заползти в саму душу, скрежетала, душила, не давала спокойно жить. А началось все, когда в обычное скучное утро, спустившись на завтрак, ожидавшая их за столом Вальбурга оповестила их приближающемся важном событии. В эти выходные в их поместье должен был пройти торжественный вечер. Когда Сириус поинтересовался у матери, в честь чего, а точнее кого, намечается данное торжество, леди Вальбурга лишь сухо ответила, что на вечер прибудет очень, она выделила это слова, очень важный и влиятельный волшебник, так что сыновья должны вести себя как подобает наследникам их рода. Регулус послушно кивнул, что же до Сириуса, данное условие вызывало у него лишь презрительное фырканье и язвительную усмешку. Понятие подобающее поведение у самого Сириуса и матери сильно разнились. Поднявшись к себе наверх, гриффиндорец с удовольствие порывшись в шкафу, достал оттуда красный пиджак и того же тона галстук, которые еще на прошлый день на позапрошлый день рождения подарил ему Джеймс. Пиджак был умело пошит, дорогой материал тускло переливался в свете канделября, а галстук выполнен из атласа высшего качества. Но не это то самое, что привлекало Бродягу в нем, а цвет. Цвет граненного рубина словно ждал этого момента. С одной стороны, мадам просила одеться прилично, юноша, как и полагается, выйдет к гостям с строгом, подобающем фасону и пошиву данному мероприятию, костюме. С другой стороны, цвет сие костюма уточнен не был, так что… Как только стрелка на часах стукнула ровно восемь вечера, снизу послышался гневный возглас матери с приказом поторопиться и сию же минуту спуститься вниз к гостям. — Сию же, так сию же. — фыркнул Сириус, проходя мимо стоящего в его спальни высокого резного зеркала, смахнул с плеча невидимую пылинку, подмигнул своему отражению и неспеша направился к лестнице. Коридор был пуст, все гости были в главном зале. Сириус хотел было уже сделать шаг в направлении шумящего зала, как сверху послышался легкий стук каблуков и через секунду, слева от него, на лестнице замер Регулус. Он окинул Сириуса взглядом ошарашенных глаз, и тихо прошептал: — Сириус, ты же не собираешься в этом… — Собираюсь. — с стальным спокойствием в голосе перебил его Бродяга. После окинул юношу изучающим взглядом и вполне себе беззлобно хмыкнул: — Тебе прекрасно идет этот костюм, братишка. — после чего не оборачиваясь направился ко входу в зал. Регулус, печально вздохнув, и явно в предвиденье предстоящего скандала, последовал следом. Так сложилось, что в главный зал братья зашли одновременно. Наполнившие просторное помещение громкие голоса сразу же смолкли и десятки оценивающих глаз устремились на вошедших юношей. Стоя рядом, они еще больше контрастировали на фоне друг друга. Старший в завораживающем рубиновом, младший в прекрасном изумрудном. Каштановые, почти черные волосы Сириуса доходили ему почти до плеч и изящными волнами обрамляли красивое лицо. Смоленные, едва закрывающие шею, волосы Регулуса вились тугими кольцами. Оба бледны кожей, но Сириус выделялся легким загаром лица и шеи. У обоих серые глаза, только у Регулуса они темны, почти черные, как безлунная ночь, у Сириуса же светлы, как пасмурное осеннее утреннее небо. Оба высокие, но Регулус выглядит более тонким, чем статный гриффиндорец. У слизеринца на лице выражение показного спокойствия и величия, за которым прячется совсем юный, чистый, немного наивный и взволнованный юноша. На лице Сириуса же читает явный азарт, его скорее забавляет данный прием, на его губах играет уверенная улыбка, за которой скрывается тонна неприязни к эти людям, к их высокомерным и циническим идеалам, призрения к этому специально выставленному на показ величию, важности, которую он ненавидел и призирал с самого детства. Сириус первым двинулся вперед, на его губах расцветает обворожительная, сквозящая уверенность, улыбка, и ловя по дороге на свой персоне взгляды, полные негодования, плохо скрытого восхищения, или возмущения, подошел к стоящим у камина родителей. Орион что-то обсуждал с высоким тяжело сколоченным темноволосым мужчиной, Вальбурга же беседовала с худенькой угловатой черноволосой дамой. Регулус, идущий вслед за братом, сразу узнал их. Это были родители Андромеды, Белллатрисы, и Нарциссы Блэк. Друэлла Блэк приходилась троюродной сестрой со стороны отца, а Лебедь Блэк был двоюродным братом Ориона. Да и большинство окружающих их гостей были так или иначе дальними или очень дальними родственниками. Чистокровные волшебники за редким исключением, которым, например, служила семья Поттеров, создавали браки исключительно из чистокровных волшебников, именующие себя элитой магического мира, и выбор для предстоящих супругов был весьма ограничен. — Регулус, Сириус, мы заждались вас! — Друэлла окинула подошедших юношей весьма приветливым взглядом, в тот момент пока стоящая за ее спиной Вальбурга прожигала гневным взглядом старшего сына. А матери-то костюмчик понравился. — в мыслях с довольной усмешкой отметил Сириус, совершив легкий элегантный поклон на приветствие женщины. Регулус так же изящно склонился. — Как выросли твои сыновья. — вновь повернулась к Вальбурге Друэлла. — Повзрослели. Стали настоящими принцами! — Благодарю, дорогая Друэлла. — в словах Вальбурги звучали заметные нотки гордости и самодовольства. — Твои дочери так же стали по истине достойными представительницами благородной и древнейшей фамилии Блэк. — добавила женщина, как раз в тот момент, когда к ним подошли две молодые девушки. У обеих изящное телосложение и высокий рост, но у одной из девушек волосы были каштанового оттенка, и другой же угольного. — Белла, а где же Нарцисса? — Друэлла чуть обеспокоено окунула взглядом зал в поисках младшей дочери. — Не стоит волноваться, мам. Цисси вместе с Люциусом стоят неподалеку от фужерного стола. — в голосе Беллатрисы звучала явно скрытая насмешка. Черноволосая девушка доброжелательно кивнула Регулусу и окинула презрительным взглядом Сириус. Тот ответил леденящим кровь взором стальных глаз. Андромеда же дружелюбно подмигнула обоим юношам и получила в ответ две теплые улыбки. Вдруг разговоры вокруг резко смолкли и стоящая лицом ко входу в зал Вальбульга изменилась в лице и схватила мужа за руку. — Он здесь. — взволнованно прошептала она и грозно сверкнула глазами на братьев. — Немедленно идите сюда и ведете себя достойно! Регулус тут направился к матери, а Сириус с любопытством обернулся и проследовал вслед за взглядами остальных гостей, устремленных к парадному входу. А точнее к вошедшему в него мгновение назад гостью. Это был высокий красивый молодой волшебник в черной дорогой мантии с тонкими чертами лица, впалыми щеками и черными волосами. Он вальяжно обвел притихший зал взглядом темных глаз и неспеша двинулся в сторону хозяев дома. Гости, мимо которых проходил, льстиво кланялись и шептали приветствие. Тот волшебник при этом вел себя так, словно подобное подобострастное отношения было для него полной обыденностью. — Лорд Волан-де-Морт. Для нас большая честь, что вы почтили наш скромный вечер своим присутствием. — Вальбурга с Орионом склонились в легком поклоне. Стоящий рядом с ними Сириус еще раз окинул гостья внимательным изучающим взглядом. Этот волшебника вызывал у него весьма недоброе предчувствие и отчетливую неприязнь. Вблизи внешность этого человека приобретала другие черты: смертельная бледность кожи, нос как будто немного впал, темно-карие глаза отливались кровавым, а зрачки больше напоминали змеиные. — Орион. Вальбурга. Рад видеть вас в добром здравии. — голос волшебника был негромкий, с легким шипением, но звучал отчетливо. Лорд Волан-де-Морт пожал руку отца, совершил легкий поклон матери и покровительски улыбнувшись, окинул взглядом обоих юношей. — Ваши сыновья? — обратился он к Вальбурге. — Да, милорд. Сириус и Регулус. Оба превосходные маги. — мать смерила юношей уничтожительным взглядом. Регулус склонился в легком поклоне. Сириус же не шелохнулся и взгляд не отвел. Стальные глаза встретились со змеиными ало-карими. Лорд Волан-де-Морт усмехнулся и мысленно отметив для себя что-то, вновь перевел взгляд на старших Блэков. — Прекрасно. Я уверен, они станут достойным продолжением вашей фамилии. — произнес он и легко кивнув, направился в глубь зала. Орион последовал за ним, Вальбурга, наградив старшего сына еще одним гневным взглядом, устремилась следом. Сириус обратил внимание, как смотрела на спину удаляющегося Волан-де-Морта Беллатриса. С каким-то чудовищным боготворением и обожанием. — Что, Белла, надеешься, Лорд почтит тебя своим вниманием? Или, даже, позовет замуж? — ядовито усмехнувшись, спросил он у черноволосой девушки. — Не твое дело, любитель грязнокровок! — яростно взвилась Беллатриса и зло зыркнув на него, унеслась прочь. — Сириус. — укоризненно взглянул на брата Регулус и поспешил за удаляющейся девушкой. Бродяга лишь фыркнул и задорно подмигнул Андромеде. Та лишь хитро улыбнулась в ответ. Она была единственным его другом, помимо Регулуса на этих сборищах напыщенных индюков и в ее приятном обществе Сириус провел весь оставшийся вечер. В один момент отлучившись за напитками, Сириус краем уха услышал отрывок разговора, стоящих по другую сторону стола, Люциусу Малфоя и Беллатрисы. — Отец недавно мелком обронил, что милорд вскоре будет набирать новых пожирателей смерти в свои ряды. Я планирую получить метку уже этой зимой. — гордо вкинув подбородок произнес Малфой. — Это вряд ли. — ядовито улыбнулась Белла. — Милорд посвящает в пожиратели только самых сильных и искусных волшебников. Ты еще не дорос до такого уровня. — Как и ты. — язвительно заметил Люциус. — Это мы еще посмотрим. — высокомерно фыркнула Беллатриса и добавила. — Но что я точно знаю, то что милорд уже в скором будущем наведет порядок в этом мире. — И избавит его от ничтожных маглов и этих грязнокровок. — величественно кивнул Малфой, отпивая из своего бокала. Да, вот кого ни в коем случае нельзя допускать до власти. — подумал Сириус, беря напитки и направляюсь обратно к сидевшей, неподалеку, на бархатном диванчике, Андромеде. — Этот Лорд, похоже, конченный маразматик, эгоцентрист с манией величия и крайне опасный тип, повернутый на чистоте крове. Из-за таких очень часто разворачиваются самые страшные войны. Сириус даже представить себе не мог, насколько кошмарно пророчественными станут его слова.