Часть 46 Амортенция

Наступила золотистая осень и тридцать первого августа Хогвартс-экспресс, ритмично стуча по рельсам, повез сотни учащихся в замок. Хогвартс, стоящий целых два месяца в тишине и почти полном одиночестве, соскучился по детскому смеху, звонкому топоту сотням ножек по движущимся лестницам, веселым воскликам, волшебной суеты и с радость открыл свои объятья для вновь или только прибывших юных волшебников. Начался новый учебный год. И теперь, у уже ставших шестикурсниками Мародеров расписание было составлено исключительно из в будущем необходимых для сдачи предметов. Вся компания (ну если только за исключением Люпина) облегченно выдохнула. Никакой больше усыпляющий Истории Магии и неадекватного Прорицания. Первым предметом на этом курсе в понедельник у них стояло Зельеварение и оккупировав кабинет Слизнорта в ожидание начала занятия, гриффиндорцы высказывали свои версии предстоящего плана пары. — Наверняка старикашка Слизи начнет с чего-то заковыристого. — высказал свои опасения Джеймс. — Ага. Тройного уровня сложности. Типа Напитка живой смерти. — поддержал друга Блэк и тряхнул копной длинных темно-каштановых, почти черных густых волос. — Чтоб жизнь медом не казалась. — Вы слишком нагнетаете. — с улыбкой покачал головой Римус. — Ну не монстр же он, в конце концов. Скорее всего будет по сложности похожее на Настойки растопырника. — Или Эйфорийного элексира. — потягиваясь, продолжила Акела. Фенрир явно отвыкла за лето от такого раннего подъема и прислонившись спиной к стене то и дело прикрывала рот, давя зевки. — Но он же тоже сложный. — с опаской сказал Питер. — Возможно. Но все-таки не уровень x класса. — ответила девушка. Конец ее слов заглушил раздавшийся звонок, и небольшая группка шестикурсников направилась в кабинет. В подземелье привычно клубился разноцветный пар и стаял какой-то легкий приятный аромат. Он исходил из расположенного около преподавательского стола небольшого котла с жемчужного цвета переливающейся жидкостью. Сириусу оно напомнило теплое молоко с медом, горячий шоколад, выпечку с корицей, и почему-то запах свежего пергамента. Юноша поймал себя на мысли, о том, что уже минуту просто неподвижно стоит, вдыхая этот чарующий запах. Он посмотрел на друзей и увидел, что те, с таким же притяжением, смотрят на этот котел. В то время, как все заняли свои места, в помещение вплыл Профессор Слизнорт. Поздоровавшись с курсом, он указал на тот самый котел, стоящий у его стола. — Ну, дорогие, есть у кого-нибудь догадки, что за зелье здесь находиться? — Слизнорт заметил поднятую руку Римуса. — Да, мистер Люпин? — Это — Амортенция. — юноша немного продвинулся вперед, с интересом глядя на содержимое котла. — Самое мощное приворотное зелье. Его особенность в том, что оно пахнет для каждого по-своему, в зависимости от того, что нравиться. Например, для меня… — Лунатик на секунду замолк, словно распознавая предмет наслаждения, но после медленно продолжил. — я чувствую запах молодой хвои, свежемолотого кофе, кожаной куртки и табака. — чуть смущенно закончил он. — Отлично мистер Люпин. Плюс двадцать очков Гриффиндору. — кивнул довольный ответом Слизнорт. — Амортенция не может сотворить любовь. Это невозможно. Но оно и впрямь вызывает сильное увлечение или даже, — профессор, лукаво улыбнувшись, окинул класс взглядом. — одержимость. И потому, это, вероятно, одно из самых опасных зелий из существующих. Римус ненароком поднял взгляд на Сириуса и наткнулся на озорной взор серых глаз. Губы Блэка растянулись в хитрой улыбке, и юноша, вспомнив свой ответ, слегка покраснел и поспешно перевел взгляд на раскрытый перед собой учебник. Тем временем профессор попросил учеников открыть страницу девять и пользуясь написанной там инструкцией в оставшиеся полтора часа сварить данное зелье. Гриффиндорцы, впятером расположившись у одного широкого стола с энтузиазмом принялись за работу. Даже Сириус, обычно довольно прохладно относящийся к этому предметом, с увлечением начал измельчать в стопке ядовитые змеиные зубы. И вот спустя час работы, кабинет постепенно наполнялся все новыми и новыми невероятными запахами. Учащиеся то и дело с любопытством заглядывали друг другу в котлы, наблюдая за булькающим зельем и вдыхая еще пока едва уловимым аромат. За двадцать минут до конца занятия, дверь в подземелье неожиданно открылась и в помещение вошел Регулус. Сразу поймав на себе десяток заинтересованных пар глаз, слизеринец спокойно подошел к профессору и протянул ему пустой флакончик. — Профессор Флитвик просил одолжить у вас зелье от боли в суставах. — передал он. — Конечно, Регулус. — когда дело касается семьи Блэков, голос Слизнорта сразу становил елейным и мягким, как тягучий кисель. — Подожди здесь пару минут, мне нужно отлучиться в кладовую. Юноша кивнул, и когда профессор вышел, неторопливой ленивой походкой направился к столу Мародеров. К тому времени зелье было готово уже у Джеймса и Акелы, и те, как только спина Слизнорта скрылась за дверью, запрыгнули на краешек стола, и по-ребячески покачивая ногами, наблюдали оттуда за происходящим. — Игнис, ты сегодня решила сразу за раз ящик апельсинов захомячить? — с едва заметным удивления, поинтересовался слизеринец. — С чего ты это взял? — непонимающе взглянула на него Акела. — Тут ароматом цитрусов веет за километр. — проинформировал ее Регулус и принюхавшись, заметил. — И еще чем-то кислым. Мармеладом возможно. — слизеринец укоризненно взглянул на гриффиндорку. — И явным намеком на вино и какие-то сигареты. Пару секунд у стола гриффиндорцев царила мертвая тишина и только спустя пару секунд, раздался заливистый смех Бродяги. Джеймс хихикнул в кулачок, Римус отвернулся, явно пряча улыбку, и только Питер недоуменно смотрел на Акелу. Что же касается Сириуса, тот схватил за край столешницу и, ни капельки не скрываясь, ржал. — Я сказал что-то смешное? — вызывающе-ледяным голосом обратился Регулус к Сириусу. — Да нет. — наконец отсмеявшись и откинувшись на спинку стула, Бродяга с сарказмом кинул взгляд на булькающий рядом котел. — Конечно, если не считать того, что мы сегодня варим Амортенцию. Постепенно до Регулуса начал доходить иной смысл сказанных им ранее слов и охреневший претензионный взгляд зеленых глаз. — Совсем крыша поехала?! — обратился он к брату, сделав вид человека, оскорбленного до глубины души. — Ты че там себе понафантазировал?! — Это не моя больная фантазия, а сказанные ранее тобой же слова. — усмехнулся Бродяга, и ехидно подмигнул Фенрир. — Не знал, что у тебя появились поклонники. — Боишься конкуренции, Сири? — тут же за словом в карман не полезла девушка. В этот момент раздался скрип открывающейся двери. Регулус резко развернулся и подойдя к выходу, взял у Слизнорта флакончик с зельем, сунул его в сумку и стараясь не встречаться взглядом ни с кем из сладкой пятерки, молнией выскочил из кабинета. Блэк еще раз кинул сквозящий иронией взгляд на Игнис, но получив в ответ хоть и небольшой, но угрожающе крепко сжатый перед ним кулак, насмешливо хмыкнул, но продолжать развивать тему не стал. Хотя Акела на протяжении оставшихся пятнадцати минут пары да и в течение всего дня ловила на себе поблескивающие взгляды друзей.