Часть 71 Арена

Незаконные турниры и подпольные бои стали для отдела мракоборцев отдельной головной болью. Только по статистике, которую Сириус притащил из главка вчера вечером, по средним оценкам на аренах такого типа погибает до полусотни химер, мантикор и других запрещенных и смертельно опасных редких магических созданий и более семи десятков волшебников, решивших на опасную игру, по итогу стоившую им жизни. Цифры и вправду звучали кошмарно, даже по меркам такого многонаселенного Лондона. Министр магии лично поручил главе Департамента обеспечения магического правопорядка Бартемиусу Краучу разобраться с этой проблемой. — Ну да, нам же больше заняться нечем! — возмутился вошедший минуты две назад Джон Долиш, раздраженно бросая куртку на вешалку. — У нас Пожиратели смерти под носом убийство на убийстве совершают, а мы на защиту опасных зубастых когтистых зверьков побежим! — Не утрируй, Джон. — сказал, сидевший на краешке стола и куривший, наверно, уже третью по счету сигарету, Блэк и чуть заметно поморщился. — Хотя я, если честно, полностью разделяю его недовольство. — заметил он, стоило Долишу скрыться за дверью. Стоящий у окна Поттер нахмурился и задумчиво произнес: — Будем надеяться это скоро закончиться. Тем более, — он чуть улыбнулся. — последний раз мы накрыли один из главных турниров. Осталось всего парочку мест, где могут происходить подобные сходки и все. Блэк кинул потухший окурок в мусорку и потянулся за курткой, как в их небольшой кабинет влетел взволнованный Джон. — Срочный сбор! Поступила информация о новом турнире в районе западного округа! Оба юноши мгновенно поднялись и стрелой метнулись в глав зал. Там уже собралась не маленькая группа мракоборцев. Поравнявшись с начальником их подразделения парни почти одновременно воскликнули. — Где?! Аластор Грюм поднял на них хмурый взгляд и мрачно усмехнувшись, ткнул указательным пальцем на карту перед собой. — Здесь. На этом месте раньше находился магловский футбольный стадион, но он уже как долгие годы заброшен. Похоже этим и решили воспользоваться чьи-то особо грязные ручонки. — Грюм кивнул в лево. — Отправляйтесь в группу к Скримджеру, Долишу и Пруэттам. Не успел тот закончить, как юношей и след простыл. Поравнявший с остальными, Поттер и Блэк поочередно пожали руки братьям Гидеону и Фабиану Пруэтт. С Джоном они виделись еще с утра, а вот с Руфусом у них были весьма натянутые отношения. Тот, увидев парочку, лишь молча, не без недовольства, окинул их ледяным взглядом. Он вернулся ему в десятикратном размере. — Отправляемся! — раздался увеличенный магией громкий голос Аластора и вокруг послышались хлопки трансгрессирующих волшебников. Сириус глубоко вдохнул, выдохнул и постаравшись сохранять максимальное спокойствие и концентрацию, они были весьма важны при трансгрессии, крутанул на месте. Миг и он стоял на трибуне огромных размеров стадиона. Громкий хлопок и рядом появился Джеймс. Следом Пруэтты и остальные. Неподалеку появились еще группы мракоборцев. Орала сирена. Похоже их присутствие уже не была секретом для зрителей арены. Это доказывала толпа волшебников, вскочившая со своих мест и судорожно готовившихся к трансгрессии. Но не это привлекло внимание Сириуса. Его сильно тряс за плечо Поттер. — Что? — крикнул он вопросительно, надеясь из-за стоящего гула услышать ответ товарища. — Взгляни на арену! — прокричал в ответ Джеймс. Бродяги показалась частичка паники в голосе друга. Блэк опустил взгляд вниз, на ярко освещенную, находящуюся в центре стадиона, большую арену. В середине неистово бесновала большая мантикора. Чудовищная смесь лощади, льва и скорпиона. А неподалеку, в опасной близости к монстру юноша разглядел человека. И присмотревшись, почувствовал кладбищенский мороз по кожи. Он узнал ее. Акела. Девушка их не видела. Ей вообще сейчас явно было не до неожиданно возникших мракоборцев и толпы зрителей. Та резко устремилась вбок, уходя от взмаха хвоста с смертельно ядовитым жалом. И оказавшись прямо напротив оскаленной морды чудовища, взмахнула и воскликнула: — Люмос Максима! Из палочки хлынул сильный яркий свет. Ослепленная мантикора взревела и яростно замотала головой. Акела выиграла себе время. Нужно было уходить. Все равно свои галеоны она уже забрала. Их маленькую развлекаловку накрыли, играть дальше совершенно невесело и не имеет никакого рационального смысла. Игнис перемахнула через ограждения и рванула в толпу зрителей, стараясь слиться с общей массой судорожно стремившихся к выходам магов. Оказалось, мракоборцы блокировали трангрессивые переходы и участникам данной занятной вечеринки оставался лишь один способ свалить безнаказанными. Ножками. Мимо просвистело заклятие остолбенения. Мракоборцы зря время явно не теряли. Им чем больше поймаю, тем лучше. — фыркнула Акела, выпрыгивая из людского потока и оглянувшись, побежала в крайний правый проход. — Бумажки заебутся оформлять! Фенрир, уже выскочив со стадиона, свернула налево и налетела спиной на кого-то. — Сори, дядь. — мельком сказала та, но обернувший, застыла. Это был Сириус. Очень, очень злой Сириус. Пиздец. — резюмировал голос в голове. Акела согласилась. Беги! — констатировал голос. И Фенрир рванула в обратную сторону, но сзади послышалось злое: — Стоять! И крепкие тонкие пальцы впились в плечи и руки девушки, вытаскивая ее обратно из толпы. — Пусти! — начала вырываться та. — Успокойся! — ее обхватили за плечи и сжали в тисках. — Нашел! — еще один до боли знакомый голос. Еще мгновение и Джеймс собственной персоной стоял рядом. — Давай сворачиваться! — Фенрир не переставала вырываться и сдерживать ее становилось все сложнее, поэтому нужно было как можно скорее возвращаться в отдел. И подальше от любопытных глаз. — Ща. — за пределами стадиона ограничения спадали и Джеймс схватив за руку Сириуса, сжимавшего брыкающуюся Акелу, выдохнул и стараясь успокоится, крутанулся одновременно с Блэком на месте. Хлопок и они уже стояли посередине их кабинета. Блэк несколько не рассчитал и с размаху налетел на стол. Фенрир наконец освободилась, мрачно оглядевшись, раздраженно фыркнула и отступив к окну, присела на подоконник. Достав из кармана помятую пачку, зубами вытянув сигарету, быстро закурила. — Ничего сказать не хочешь? — поинтересовался, сердито скрестив руки на груди и буравя ее взглядом, Поттер. — Неа. — оскалилась та, без малейшего зазрения совести стряхивая пепел прямо на один из их отчетов. Ну понятно. — вздохнул про себя Сохатый и закатил глаза. — Режим стервы активирован. — А стоило бы. — Блэк решительно подошел вплотную к Фенрир и грубым взмахом руки выбил сигарету. Девушка усмехнулась, и достав пачку, вытащила и демонстративно подожгла еще одну. — Отдай. — процедил Сириус, окидывая друга ледяным взглядом. — А то что? — издевательски вздернула бровь Игнис и закинув ногу, затянулась и выдохнула облако беловатого дыма прямо в лицо Блэка. Поттеру показалось, Бродяга сейчас ее ударит. Хотя тот и вправду, на секунду застыв словно каменная статуя, резко замахнулся. Но его кисть не достигла цели, оказавшись перехвачена маленькими, длинными, но очень цепкими пальцами. — Не смей, Сири. — скрестив ноги, Акела мило оскалилась и дернула руки вместе с их владельцем на себя. Со стороны могло показаться, что Игнис флиртует, но нет. Во взгляде ярких зеленых глаз не было ни малейшего намека на флирт. Лишь какая-то затравленная злость, нехороший азарт и отдаленная грусть. — Не забывай, ни только ты здесь умеешь кусаться. — прошипела та в окаменевшее лицо Сириуса и разжав, оттолкнула чужую руку. — Дура! — в сердцах рявкнул Блэк. Девушка лишь насмешливо фыркнула, с показательным похуизмом покачивая ногами, вновь прикурила почти потухший, начиненный табаком, сверток, и неспеша, с леньцой, выдохнула вверх. — Парни! — бедная полуживая дверца в кабинет второй раз за день с силой распахнулась, и внимание всех находящихся в кабинете завладел возникшей на пороге Джон. — Нападения более десятка Пожирателей на окраине Лондона! Уже есть пострадавшие! Срочно… — Долиш запнулся, заметив сидящую на подоконнике гриффиндорку. — А? — А она уже уходит! — ответил Блэк, молниеносно схвативший с вешалки кожанку и волшебную палочку, оставленную на столе, уже был готов вылететь из кабинета вслед за моментально унесшимся в направлении главка Поттером, и теперь прожигал Фенрир холодным злым взором. — Тебе повезло, Игнис. Но мы еще обязательно вернемся к этому разговору. А теперь вали домой, пока не успела еще где-нибудь промахаться. — Щас, разбежался! — Акела спрыгнула с подоконника и резко погасив сигарету о одиноко стоящую на края дальнего стола стеклянную пепельницу, уверенно выскочила из кабинете и встала на пути к главному холлу. — Я иду с вами! — Нет! — отрезал Сириус и кинув еще один нетерпеливый взгляд в сторону главка, зашипел, словно рассерженная кобра. — Игнис, не испытывай мое далеко не стальное терпение! Закрою на хер! — Я в первую очередь член Ордена Феникса и буду сражаться и помогать людям! Тем более сейчас каждый маг на счету! Поэтому, Блэк, хорош разглагольствовать и погнали быстрее! Где-то сверху раздался пронзительный вой сирены и коридор окрасили яркие красные лучи сигнальной лампы. Блэк еще около десяти секунд играл в гляделки, после нецензурно выругался под нос, и рыкнул. — Учти, проколешься, лично прибью! И Бродяга испарился за поворотом. — Твои услуги могут и не пригодиться в этом нелегком деле. — фыркнув, негромко заметила Игнис, бегом направляясь в глав зал. *** Давиться смехом, плеваться кровью, оскалив зубы, сквозь пелену боли. Пылал отдаленный квартал в Северной части Англии. Пожиратели смерти умудрились в ходе нападению поджечь несколько домов, а в бедных районах Лондона здания находились крайне близко друг к другу, и огонь перекидывался с разящей быстротой. Снег покрылся сажей, громко и характерно хрустел под ногами. В моменте они разделились. Римус и Питер поспешили на помощь тушащим загорающиеся здания маглам и магам, а Джеймс, Акела и Сириус ринулись за Пожирателями. Блокировка аппарации сработала без осечек, и приспешники Волан-де-Морта отступали к выходам из квартала. Настигли члены Ордена Феникса их уже на окраине, там, где начинались фермы и поля. Широкое, кажущиеся бескрайнем, поле пшеницы устилало полотно белоснежного снега. Колосья доходили до плеч, мешая обзору, часто Сириус ориентировался фактически за мелькавшими впереди взлохмаченной макушкой Сохатого и, отливающимися серебром, короткими волосами Фенрир, в холодном свете полной луны. Шею, плечи и спину царапал трескающийся лед, обступавший колосья пшеницы подобно осколкам обманчиво прозрачных доспех. Ночную тишь разрезал безумный, идущий издали, смех Лестрейндж, грохот заклинаний, крики, вопли. Но вот поле стало заканчиваться, и они очутились на десятиметровом более-менее расчищенном пространстве. Скорее всего здесь раньше оставляли сельскую технику, на земле сохранились борозды от тракторов. Меньше чем в десятке шагов от Блэка метнулись сверху и завертелись черные клубы дыма, превратившись в Пожирателей смерти. Малфой, Снегг, Нотт, Лестрейндж, Кэрроу, Эйвери, Долохов, все с палочками наготове. Сириус кинул быстрый оценивающий взгляд в сторону. Справа стоял запыхавшийся Поттер. Слева слышалась тяжелое дыхание Игнис. Трое. Их всего трое против семи. Но отступать никто не собирался. Сириуса радовало только одно. В рядах цепных псов этого поехавшего фанатика не было видно Регулуса. Пока что. — мысленно, крайне оптимистично, поправил себя Блэк. Стоило Алекто только замахнуться, с ее уст не успели сорвать слова, как раздался хриплый от бега громкий восклик. — Эверте Статум! Кэрроу перевернуло в воздухе и с силой отбросив назад, ударило о землю. Фенрир зубоскало усмехнулась, довольно потирая ручки. — Ах ты скот грязнокровный! — взвизгнула взбешенная Беллатриса и засверкали подобно зигзагам молний, разрезавших темнеющий небосвод, боевые заклятия. Где, твою мать, остальные мракоборцы, когда они так нужны?! — раздраженно ругался про себя Блэк, одновременно отбиваясь от троих. Но, спустя минуту, сзади послышался спешно приближающий топот и к ним вылетели Люпин и Петтигрю. — Черт, Рем, где остальные?! — прокричал Бродяга, вставая спиной к Люпину и, отражая Протего, летящее в них Вердимиллус. — Бегут! — севшим на холодном воздухе голосом произнес Лунатик, с трудом успевая увернуться от просвистевшего в сантиметре от него режущие заклятие. — Долго, блять, бегут! Еще спустя пол минуты Сириус получил пятисекундную передышку и судорожно осмотрел поле боя. Снег примялся, смешался с грязью, гарью, копотью и кровью. Бродяга видел дерущихся с двумя противниками чуть левее Сохатого и Хвоста. Поттер со Снегом не забывали в ходе боя перекидываться парочкой личных оскорблений. Блэк чувствовал теплую, даже на таком холоде, спину Лунатика, но не мог отыскать Фенрир. Вдруг спереди, в самой гущи схватки, вспыхнула очередная зарница и раздался громкий воскрик боли. Двое Пожирателей, перекрывающие обзор, отлетели в стороны, открывая взору картину. Акела стояла в трех шагах от Беллатрисы и Алекты, чуть наклонившись, с силой держа руку на пояснице. Вот она отняла руку, с пару мгновений не мигая смотря на окровавленную ладонь. Но вместо нового крика с уст Игнис сорвался смех. И волосы на головах встали дыбом. А Кэрроу и Лестрейндж резко перестали заливаться издевательским хохотом. Фенрир разогнулась, откинув светлые волосы, мокрые от крови, назад, и продолжая смеяться. Кашлять смехом она наконец перестала и, очаровательно скалясь, направила палочку прямо в грудь Беллатрисы. Та, продолжая усмехаться, отступила. Что-то во взоре пронзительных зеленых огней заставило ее нервничать. Раздался звенящий голос Игнис. — Авада Кедавра! Лестрейндж рванула вбок, и смертоносная зеленая молния пронеслась в паре миллиметрах от нее. Окружающие Пожиратели в зарождающемся ужасе отступили от девушек. Пожирательница Смерти была несколько ошарашена, она скривилась, после было замахнулась для последующего проклятия, но в тот момент Экспеллиармус Джеймса выбила палочку из рук слизеринки. Игнис вело немного в сторону, но палочка снова стремительно взмыла вверх, а с губ были готовы сорвать новые убийственные слова. Сириус рванулся к другу, но его опередил Римус. Отчаянно перехватив руку Акелы, Лунатик сжал ее, стараясь сдержать. Блэк видел пылающие злостью и зарождающимся раздражением очи гриффиндорки, она вырвала руку, но нападать пока не торопилась, сверля Пожирательниц свирепым взором. — Ах ты мелкая дрянь… — зашипела гадюкой слизеринка, при это, не сделав попыток приблизиться. — Таким как ты, место одно. У подножья чистого магического мира! Подобно состояние возникало вспышками, словно агрессия захлестывала Игнис. Гриффиндорка рванула вперед и не успели остальные очухаться, как в Лестрейндж прилетел Круциатус. — Если мое место у подножья магического мира, то твое у моих ног. — грубо схватив извивающуюся Беллатрису за скулы, ответила ей Акела, следом с призрением откидывая подбородок Лестрейндж. Гнев застлал взор слизеринки, перенося боль на второй план. Та, вскочив, вырвала палочку у стоящий в шаг от нее Кэрроу и воскликнула. — Авада Кедавра! Фенрир в последний момент совершила спасительный шаг в сторону и смертельное заклятие ударило в землю далеко позади. А через считанные секунды Акела уже находилась в кольце остальных четверых Мародеров, готовясь к новому удару по противнику. Другие Пожиратели тоже мгновенно очухались, и схватка противоборствующих сторон возобновилась. Дамы подняли размах схватки на новый уровень. Хоть заклятия из списка запрещенных, за вопиющим исключением, летели только со стороны приспешников Волан-де-Морта, Мародеры перестали сдерживаться и обезоруживающие и нейтрализующие заклинания быстро сменили жалящие и режущие. Но через пару минут со стороны поля послышались голоса приближающихся магов. Наконец-то! — уже различая в стеклянных колосьях макушки знакомых мракоборцев, облегченно и одновременно недовольно выдохнул Бродяга. — Не прошло и года! — Ака, ты как? — Римус обеспокоено глянул на стоящую рядом Фенрир. Выглядела Игнис, мягко говоря, не очень. В районе пояснице расползалось красное пятно, наверняка задело режущее, пальцы покраснели от крови. Мокрые алые пряди чередовались с сухими светлыми. Акела слегка покачивало, и та, с читаемым отголоском омерзения, сплюнула на покрытую ледяной коркой землю сгусток крови. Потрескавшиеся тонкие губы стали неистово ядрено алого цвета. Как бы в обморок не грохнулась. — Люпин закусил губу. — А ведь может, потеря крови, плюс низкая температура и сверху напряжение. До потери сознания не далеко. — Позже. Не критично. — махнула рукой девушка. — Правильно, ждем, пока коньки двинет. — с остатками злости и нарастающей тревогой язвительно констатировал Блэк, за что был награжден ответный возмущено-насмешливым фырканьем и мимолетным многообещающим взглядом. — Смотрите, они отступают! — моментально очутившиеся совсем близко Сохатый кинул на спешно попятившихся противников. Пожиратели смерти и вправду двинулись назад, видно обнаружив приближающийся нехилый отряд мракоборцев. — Нельзя дать им сбежать. — голос Игнис окреп и завидев первые попытки Пожирателей превратиться в сгустки черного едкого дыма, гриффиндорка выставив руку вперед, взмахнула палочкой и крикнула, что есть сил. — Акцио метла! Изначально друзьям казалось, что от квартала слишком большое расстояние до места сражений и магия не сработала, но прошло секунд пятнадцать и вдали показались очертания незнакомой метлы, еще через пять она оказалась в вытянутой руке Акелы. Фенрир цепко сжала ее в ладони и уже приготовилась к взлету, как Поттер неожиданно, хотя кого тут обманывать, вполне ожидаемо, взмахнул палочкой и прокричал тоже заклинание. Как и стоящий бок о бок с ним Блэк. А через пару мгновений Римус и Питер. Видимо, цель всеми возможными и невозможными силам не дать Пожирателям смерти избежать Азкабана преследовала всех без исключения Мародеров. И в миг, когда от земли оторвались последние двое последователей Волан-де-Морта, в звездный, местами затянутый темными снежными тучами, ночной небосвод без оглядки взмыли пять метел. Мы бы не грешили Но давно решили Все за тех, кто на цепи «Совесть оцепил» Старая легенда Кай вонзает Герде Нож и просит: Потерпи «Смерть не торопи» Намордник Певица «Наша Таня» *** Битва в небе Ледяной воздух резал кожу, глаза начали слезиться и Джеймс уже каменеющими на морозе пальцами стремительно смахнул в миг стекленеющие капли и сильнее сжал холодное древко метлы. Сохатый несказанно скучал по тем временам, когда они проводили в полетах зажигательные матчи по квиддичу или просто парили над Хогвартсом, наслаждаясь свободой, легкостью и беспечностью. Не с остервенелой отвагой сражаясь в смертельном битве на высоте за такое простое право, как право независимой и достойной жизни для всего населения. Справа раздалась вспышка, окрасив ночь пронзительным зеленым всплохом. Сириус, летящий в той стороне, резко сделал почти что сальто и зловеще хищно усмехнувшись, рванул к пославшему в него Аваду Долохову. А еще через пару секунд Сохатый услышал. — Орбис! и увидел быстро падающее тело. Так им! — одобрительно усмехнулся юноша и двинул вверх. И так взлохмаченные волосы трепал порыв ветра. Джеймс кинул скорый взор вниз. Под ними уже ничего не было видно, кроме крохотных световых пятнышек, в которые превратились автомобильные фары и уличные фонари. Они летели над городом. Поля и потушенный квартал остался позади. Внимание Поттера привлекла очередная зарница впереди и чуть левее, и Кэрроу покачнулась и не удержавшись на метле, стремительно полетела вниз. Игнис сделала победный воинственный взмах крепко сжатой ладони вверх. А еще через мгновение в сантиметре от ее колена просвистело режущие. И силуэт Фенрир проворно рванул далеко вперед на перерез склабившейся Лестрейндж. Но, по наблюдениям Поттера, большая часть Пожирателей скорее стремились оторвать от преследования, чем вступать в бой. Малфой и Снегг, похоже, как самые трусливые и смышленые, уже растворились в ночной тени в дали. Алекто и Антонио выбыли и наверняка уже схвачены следующим отрядом мракоборцев. Нотт не успевший увернуться от Римусова обездвижующего заклинания чудом остался на метле и поддерживаемый Эйвери резко устремили свои метла вниз. Сохатый видел, как за ними нырнули Лунатик и Хвост. Беллатриса, в бешенстве сжимая обожженный бок, нырнула вниз и затерялась в узких переулках квартала. Акела разочаровано четырехнулась. — Сука! Никчемная мразь! И безрассудно рассмеялась. — Хорош ржать! — в метре зависла метла Блэка с мрачным, раздраженным выражением лица. — А че, мне плакать что ли?! — оскалилась гриффиндорка. — Или как вы ныть о трудностях жизни?! Ну давайте все вместе поплачем друг другу в жилетки и успокоимся! Это же наверняка поможет решить все насущные проблемы! — Да что с тобой не так?! — еще больше растрепав густую копну почти черных, коротких каштановых волос, с выдохом прошипел Сириус. — О, со мной как раз все прекрасно! — зло иронично усмехнулась Акела и добавив, — Может проблема заключается в вашем отношение к этой проблеме, а не в моем? Не задумывался, а, Сири? — не дожидаясь ответа, порывисто развернулась и направила свою метлу к штабу. Правая руку Фенрир неотрывно прижимала к окровавленному участку талии. — Совсем долбанулась! — гневно выкрикнул вслед Игнис Сириус. — Успокойся! — хлопнул его по плечу Джеймс, озадачено глядя на удаляющегося друга. — Нервы сдали. Бывает. Еще и боль. Она вообще долетит? — Куда она денется. — буркнул Блэк, и в его словах проскользнули отблески тревоги и какой-то растерянности. — Полетели, проверим Рема и Пита. Они подозрительно долго отсутствуют. — задумчиво добавил юноша и вместе с Поттером рьяно устремились в направление спящих улочек Лондона. Потушившие квартал и вернувшиеся с вызова Мародеры зашли в зал собраний. Штаб Ордена Феникса был полон народу даже в такой час. За столом о чем-то спорили Грюм и Вэнс. Мимо пронеслись братья Пруэтт и Боунс с кипой свертков и метлами на плечах. Фрэнк и Алиса негромко переговаривались у окна и помахали руками прибывшим друзьям. — Ну как? — Порядок. — устало, но удовлетворенно произнес Сохатый, разминая затекшую шею. — Пожар потушили, с пострадавшими уже работают магловские службы спасения. А этих подонков теперь ждет Азкабан. — Часть из них. — мрачно поправил его Блэк. — Раненые есть? — Фрэнк окинул ребят изучающим, с нотой беспокойства, взглядом. — Царапины и ссадины, ничего серьезного. Римусу опалило пальто, у Сириуса пострадал кроссовок, да Питер ушиб колено. — успокаивающе ответил Поттер, но Лунатик до этого осматриваясь по сторонам, встревоженно добавил. — И совсем небольшая рана на боку у Аки. Где она? — Не переживайте, с Акелой все хорошо. — заверила их Алиса. — Ее уже подлатали. Заклинание прошло по касательной, к счастью, не задела жизненно важные органы, мы обработали рану заживляющей мазью и наложили повязку, дали обезболивающую настойку. Она сидит во на том диванчике. — Долгопупс указала пальчиком на вместительный диван у дальнего окна. — Джеймс, тебя, кстати, Лили искала. Она волнуется, а ей сейчас это сильно нежелательно. — укоризненно покачала головой девушка и Сохатый молнией исчез в лестничном проеме, ведущем на второй этаж. А Бродяга, Лунатик и Хвост зашагали в направление сидевшей на диване Фенрир. Девушка откинулась назад, стараясь не перенапрягать перебинтованный бок и вальяжно закинув ногу на другую, держа карманное зеркальце, мимолетным движением устраняла потеки туши под глазами. — Твой макияж слишком выделяется. — плюхнувшись на стоящее напротив старое, но добротное кресло, вместо приветствия, произнес Сириус. Игнис на мгновение отвлекалась на своего занятия, окинула Блэка излучающим сарказм и раздражение взором ясных светлых ярких, но усталых зеленых очей и парировала. — Твои скучность и занудство тоже видно за версту. И вернулась к зеркальцу. — Зачем ты так ярко красишься? — в голосе Бродяги звучал неподдельный интерес вперемешку с недоумением. Гриффиндорка пожала плечами. — Потому что так я остаюсь живой. Краска — единственное средство, скрывающее мои уродливые шрамы, приобретенные за свой жизненный путь. Это шанс почувствовать себя уверенной и свободной от злобы и тяжести окружающего мира. Потому что так я становлюсь собой. Когда мы были детьми, эти шрамы казались полупрозрачные, но в наших взрослеющих версиях они проступают слишком отчетливо. Повисла гнетущая тишина. Блэк заметно стушевался, а Люпин перекинулся с Петтигрю горькими расстроенными взглядами. Но Игнис не выглядела печальной. Скорей безмерной уставшей. Человеком, которой всеми силами стремился приносить в этот мир добро и при этом не сгореть самому. Из приоткрытой форточки повеяло морозной живой свежестью зимы и ледяным смертельным дыханием вьюги. Сириус задремал, уютно положив голову на колени, устроившегося рядом на опустевшем диванчике Римуса, который с оглушительно тихой безграничной любовью перебирал прямые черные, местами опаленные волосы, юноши и читавшего старенький, но увесистый томик про развитие зоологии в магическом мире. Питер сонно сопел неподалеку в кресле. Игнис стояла у полуоткрытого окна, задумчиво глядя на кружащие снаружи в затейливом вихре снежинки. В тонких бледных, покрытых свежими царапинкам, пальцах тлела зажженная минуту назад сигарета. В дверях появился Джеймс, видимо уже поговоривший с Лили, которая в тот день выступала в роли целителя в больничном отсеке и помогала пострадавшим в ходе прошлой схватки Динглу, Подмор и Фигг, в руках с теплым красным клетчатым пледом и незаметно подойдя, с неподдельной заботой накинул на плечи Акелы. Та вымученно, но в тоже время, с читаемо настоящей благодарностью, слабо улыбнулась. Она и вправду сильно замерзла. Ты должен быть сильным, Ты должен уметь сказать: «Руки прочь, прочь от меня!» Ты должен быть сильным, Иначе зачем тебе быть. Мама, мы все тяжело больны Виктор Цой группа «Кино»