Глава 16. Холостячка

      Елена перебирает наряды, из которых Ребекка предложила выбрать что-нибудь на предстоящую вечеринку. Одежда хаотично разбросаны по кровати.       — Могу ли я спросить, чем ты тут занимаешься?       Елена торопливо запихнула бюстгальтер, который собиралась бросить в растущую кучу на полу, обратно в чемодан. Обернувшись, она заметила Элайджу, который с нарочитым интересом изучал туфлю, лежащую перед ним.       — Сегодня девичник Кэт. Мне нужно хорошо выглядеть.       — Ты прекрасно выглядишь в любом образе, — ответил он твердо, как будто сообщал всем очевидную вещь.       Елена улыбнулась, — спасибо, но сегодня я не собираюсь быть милой. Я хочу… — она заколебалась, пытаясь найти лучший вариант, как объяснить желаемый образ, в итоге не придумав лучшего, сказала, — честно говоря, я хочу выглядеть распутной.       Она засмеялась, когда Элайджа, по-видимому, изо всех сил пытался найти ответ.       — Мы собираемся в клуб, и я не хочу выглядеть странно рядом с Кэт и Перл. Плюс, — пожимает она плечами, — это будет весело.       — Понятно, — говорит он, заглядывая в ее чемодан. — темно-синий цвет идет твоим волосам. А красный — хорошо сочетается с цветом лица.       Елена достает два платья, — так в итоге какое? — спрашивает она, держа оба перед собой.       После минуты раздумий он говрит, — красное, — затем переводит взгляд на кучу позади них, — зачем ты взяла так много одежды?       Елена рассматривает пару каблуков, которые лучше всего подходят к платью, и откладывает наряд в сторону на диван. — Ребекка собирала мои вещи, — она поднимает с пола яркий топ. — Я почти уверена, что по крайней мере половина этой одежды вообще даже не моя.       Элайджа опускается подле нее и берет в охапку одну из куч одежды, — какие у нас на сегодня планы? — спрашивает он, кладя одежду рядом с ее чемоданом.       — Вообщем-то никаких, — говорит Елена, хватая Элайджу за запястье, прежде чем он успевает помочь ей сложить одежду обратно в чемодан. — Сегодня вечером будет девичник у Кэт, в принципе до него я свободна. И не трогай ничего. Я сама разберусь.       Элайджа сел в кресло рядом с диваном. Краем глаза Елена наблюдала за ним. Наверное, в какой-нибудь альтернативной вселенной он был бы моделью для модного журнала, а не сидел в затхлом кресле гостинничного номера.       — Какие у тебя планы до девичника?       — Не знаю, — она рассеянно складывает купальники, стараясь не пялиться на него. — У тебя есть какие-нибудь идеи? На самом то деле, здесь есть много действительно классных вещей, которыми можно заняться. Пока я планировала девичник Кэт, я нашла пару мест, но она позвонила мне и сказала, что хочет просто обойти все местные клубы, поэтому я не стала так углубляться в поиски. Ладно я отвлеклась. Дело в том, что есть целая куча интересных занятий. Выбирай, что угодно.       Он уклончиво мычит, — Я пойду, куда ты хочешь.       Елена недоверчиво усмехается, — Ты хочешь сказать, что ты проделал весь этот путь до Флориды и даже не посмотрел, куда здесь можно сходить? Все, что мы делали, это ходили на свадебные мероприятия Кэт. И ты не выбрал, чем тут можно заняться?       Элайджа пожимает плечами, он не отводит взгляд от своей руки лежащей на подлокотнике кресла. — Я хотел провести с тобой время.       Елена прикусывает губу, в жалкой попытке сдержать сияющую улыбку, которой очень хочется одарить Элайджу. Всего несколько его слов могут заставить ее почувствовать себя легкомысленной школьницей, влюбленной в старшеклассника.       — Ну, какими бы ни были твои планы, я рада, что ты согласился приехать, — говорит Елена, — и дело не только в том, что я бы уже сошла с ума без тебя от всего этого дурдома, я тоже хотела с тобой пообщаться. Я скучала по тебе. Когда мы вернемся в Вирджинию, нам нужно будет чаще видеться.       — Да, — соглашается он.       Элайджа встает со стула, и подходит к Елене, пока она застегивает свой чемодан.       — Ну что ж, — говорит он.       Елена оборачивается, Элайджа стоит ближе, чем она ожидала. Она не отходит. Майклсон нежно заправляет прядь ее распущенных волос за ухо, но вместо того, чтобы опустить руку, он держит ее у лица.       — Елена, я… — он прочищает горло. — Елена, я должен тебе кое-что сказать.       Элайджа не отводит от нее взгляда, еще нмкогда она не видела его таким неуверенным. В миг между ними образовался барьер.       — Что? — тихо спрашивает она, стараясь говорить добрым, приветливым тоном, надеясь умерить то смятение, которое читалось в его взгляде.       — Я... Ты... Ты и... ты и я... Я... Мы...       Пока он пытается сформулировать мысль, беспокойство Елены медленно растет. Элайджа — человек, который всегда точно знает, что собирается сказать, он всегда был тверд, она никогда не видела, чтобы он запинался, как сейчас.       Елена кладет руку ему на щеку. — Просто скажи. Что бы это ни было, не думаю, что все настолько плохо, правда? — пытается она успокоить его, хотя сама нервничает не меньше.       Он, кажется, берет себя в руки, снова прочищает горло и облизывает губы. — Елена, — начинает он снова, — Ты и я — мы... Мы знаем друг друга уже довольно давно...       Она кивает, боясь спугнуть его.       — Ну, за эти годы ты стала одним из моих самых близких друзей. Но… но, Елена, за эти последние два года… и затем в прошлом году… и теперь эта поездка… и я… Елена, я пытаюсь сказать, что я…— он делает глубокий вдох, затем шумно сглатывает. Он убирает руку с ее волос и берет ее руки в свои, — Я…       Вдруг телефон Элайджи завибрировал и упал на пол. Входящий звонок разрушил ту тонкую нить искренности между ними.       Зачем-то он поправил свой и так безупречно сидящий пиджак и взял трубку, чтобы ответить на звонок он вышел в другую комнату. В это время Елена молча сидела и ждала, в груди скопилось какое-то странное чувство, словно вот вот должно произойти что-то важное. Несмотря на обеспокоенность, она ощущала предвкушение.       Сново и сново она воспроизводила в голове его слова, пытаясь предугадать продолжение. Особенно ее зацепили слова о том, что они давно знакомы и являются близкими друзьями.       Вскоре Элайджа вернулся, вынудив Елену прекратить строить теории.       Вопросов было много, но Елена спросила лишь, — Кто звонил?       — Кол. Он хочет, чтобы Никлаус, Ребекка и я встретились с ним сегодня вечером. Мы давно никуда не выбирались вместе.        Елене хочется прибить Кола. Такую мелочь можно было уладить по переписке. Не было нужды прерывать их разговор.       — Что ты собирался сказать в итоге? — спрашивает она, стараясь, чтобы ее голос звучал непринужденно.       Элайджа качает головой. — Да так пустяк. Неважно, — он замолкает, почесывая затылок. — Вы с Колом…       — Что мы с Колом?       — Вы с Колом... близки?       — Что ?— восклицает Елена, испытывая, толи шок, толи отвращение или толи вообще обиду. — Нет, почему ты так считаешь?       По крайней мере, у него хватило совести смутиться. — Ну просто помнишь наш вчерашний разговор...       Ты же знаешь Кола, Элайджа, — говорит она раздражённо. — Он всегда таким был, со всеми испокон веков. Ты должен это понимать как никто другой, он твой брат. Он отпускает непристойные комментарии и двусмысленные намеки, но на самом деле он только болтает.       — С чего ты взяла, что он „только болтает“? — Элайджа резко поднимает голову.       — Пару лет назад я поняла все его штучки его. Тогда он как обычно лишь флиртовал и играл со мной, — ухмыляется Елена. — Как только я это поняла он сразу отступил.       Элайджа лишь цокает языком. — Аааа, — наконец произносит он немного неуверенно.       — Вот именно, «а» , — Елена не может сдержать нежности в голосе. Главное, чтобы он не обиделся за этот сарказм. — Теперь, когда ты знаешь, что твой брат меня не осквернил, ты готов пойти поесть?       Несмотря на внушительные знания Елены о туристических направлениях и мероприятиях во Флорида, в итоге они проводят этот день так же, как и предыдущие, отдыхая у бассейна и потягивая ананасовую пина-коладу.       Она даже расстроилась, когда пришло время идти на девичник. Хотелось бы остаться у бассейна рядом с Элайджей навсегда. Но, как подружка невесты, она обязана явиться на вечеринку, которую сама и запланировала.       Вернувшись в номер в отеле, Елена обнаружила, что упустила из виду одну важную часть сегодняшнего вечера.       — Кэт нужно будет остаться у нас на ночь, — вспоминает Елена. — Она не может остаться с Деймоном, это плохая примета, она попросила переночевать у меня в комнате, а я совсем забыла предупредить.       — Лучше поздно, чем никогда, — Элайджа стаскивает чемодан и подушки с дивана и раскладывает их, превращая в кровать. — Сегодня я буду спать здесь, а вы занимайте спальню.       — Нет, ты должен занять спальню. Мы будем спать здесь. Я не знаю, во сколько мы вернемся, и если поздно, я не хочу тебя будить. К тому же, Кэт просто рухнет на первую попавшуюся горизонтальную поверхность, так что, скорее всего, она все равно уснет здесь. — Елена просто не хочется говорить, что пока булет укладывать сестру в кровать, та скорее всего начнет болтать о том, что именно в ней Елена и Элайджа занимались сексом.       Елена выходит из комнаты прежде, чем Майклсон успевает возразить.       Она тщательно выпрямляет волосы и наносит смоки айс, этот макияж она использует в особых случаях. Елена надевает красное коктейльное платье и туфли на каблуках, о которых, однозначно пожалеет к концу вечера.       К тому времени, как она вышла из ванной, Элайджа уже превратил диван в приличную кровать.       Он стоит в гостиной, засунув руки в карманы, и с восхищением смотрит на неё. Елена и так знает, что она привлекательна. Нельзя быть одновременно и близнецом Кэтрин Гилберт, и некрасивой брюнеткой. Это просто невозможно. Но все-таки это приятный знак, значит она может лишить дара речи такого мужчину, как Элайджа. От этого по спине бегут мурашки, а щеки заливает румянец.       Елена перекидывает волосы через плечо и оборачивается. — Застегнешь?       Элайджа издаёт звук, похожий на кашель. — Да, конечно. — Он подходит так близко, что она чувствует, его дыхания на волосах.       – Ты прекрасно выглядишь.       Она резко поворачивается, бросая на него многозначительный взгляд, поигрывая бровями. Уголок его рта дёргается вверх.       — Я не называл тебя распутницей. Это грубо. Но ты действительно прекрасно выглядишь.       Елена выпячивает нижнюю губу, хлопая ресницами.— Почему ты так жесток со мной?       — Почему ты ты такая наглая, — он протягивает ей маленькую сумочку, выбранную еще вчера. — А теперь иди и проводи хорошо время, но не оставляй свой напиток без присмотра, держись в компании и постарайся не убить свою сестру.       — Я буду стараться изо всех сил, но Кэт все усложняет. — Засмеялась Елена.       — Увидимся утром, — говорит он.       Пожелав спокойной ночи, Елена спускается в вестибюль, где стоят остальные подружки невесты. Все они с восторгом рассматривают наряды друг друга, ожидая появления Кэтрин.       — Дамы, выглядите бесподобно, — приветствует их Кэт.       — О, отлично, что ты здесь, — говорит Елена. Это для тебя, — она накидывает на голову Кэт ленту, которая помечает ее как невесту. — Теперь мы точно готовы идти.       Когда Елена планировала это событие, сначала не планировался лимузин, но с учетом того, что всю эту неделлю они только на нем и передвигались, отказать всем в такой роскоши было бы кощунством. Но настроение все равно на нуле. По крайней мере, в арендованном лимузине есть шампанское. Всю дорогу Елена пьет только один бокал. Она не хочет напиваться до конца вечера. Кто-то же должен за всеми присматривать. Елена заводит девушек в клуб и проводит до самого конца, где специально для них отведена VIP-кабинка.       — Знаешь, Елена, если твоя врачебная карьера провалится, можешь попробовать себя в роли организатора вечеринок. На самом деле, это не так плохо, как я ожидала, — комментирует Кэт.       Елена закатывает глаза. Пожалуй это самая большая похвала, которую она получит за весь вечер. Вместо того, чтобы затеять драку, она просто тащит Кэролайн и Бонни на танцпол. Они танцуют, кажется, несколько часов. Елена чувствует на них чужие взгляды: группа девушек, танцующих вместе в клубе, всегда привлекает внимание, даже если они не делают ничего провокационного, но ей всё равно.       — Я пойду принесу что-нибудь выпить, — заявляет она, чувствуя, как в горле пересыхает и саднит. – Вы двое, чего-нибудь хотите?       Получив заказы, она возвращается к бару, но замирает, заметив очень знакомую фигуру прижатую к стене каким-то мужчиной.       — Ты блин прикалываешься? — бормочет она себе под нос, расправляя плечи.       – Кэтрин Гилберт, — сердито зовет она, приближаясь к своей сестре-близняшке. — Что ты делаешь?       — Ухты, вас двое? — Восторг в голосе мужчины вызывает у нее отвращение.       — Пошел отсюда, — грозно говорит она, сверля его взглядом. Странно, но он ее послушался.       — Почему ты опять мне все портишь? — Елена чувствует запах алкоголя, исходящий от ее сестры.       — Меньше чем через двадцать четыре часа ты выходишь замуж, но сейчас целуешься с первым же встречным. Что ты делаешь, Кэт?       — Видимо, праздную последние несколько часов своей свободы. Почему это тебя так напрягает?       Кэт уже собирается уйти, но Елена хватает её за плечи. Это несложно, Кэтрин явно сильно пьяна.       – Нет, я серьёзно. Что ты делаешь? Кэт, посмотри на меня, — говорит она. – Что ты делаешь? Не с этим парнем, а с Деймоном?       — Что ты имеешь в виду, сестренка?       — Ты настолько пьяна, что едва можешь говорить. Ты целуешься с каким-то непонятным парнем. Тебе что совсем нет дела до Деймона? Зачем ты тогда выходишь за него замуж?       — Перестань... перестань ревновать. Он мой.       Елене приходится схватить ее за подбородок, чтобы не потерять зрительный контакт. — Я не ревную, Кэт. Я волнуюсь. Я не хочу, чтобы ты жила в браке без любви. Я не хочу этого ни для одного из вас. Я люблю тебя. Я любила Деймона. Я желаю вам обоим только самого лучшего.       — Я хочу замуж, Елена. Я... я женюсь. Я это сделала. Я победила тебя.       — В чем ты меня победила, Кэтрин?       — Я сделала это, Елена. Я… я красивая,… весёлая, и на мне женятся. Я сделала это, — хихикает она, загибая пальцы, загибая каждое «достоинство». Я… двойная… у… угроза.       — Кэтрин… — она не знает, как ответить. — Не выходи замуж за Деймона только для того, чтобы что-то доказать, дорогая. Пожалуйста. Ты ещё можешь всё отменить. Ещё есть время.       — Я не сдамся. Кэт… Кэт… Кэтрин Гилбет не из тех, кто сдаётся.       — Я знаю, что ты не такая. Ты сильная и этот поступок не сделает тебя слабее. Просто… Ты уверена, что это для тебя правильно? Не делай этого только ради «победы», — Елена выделяет последнее слово, но кажется, Кэт этого даже не замечает.       — Не весь мир крутится вокруг тебя, Елена! — вдруг взвизгивает она, заставляя Елену подпрыгнуть и почти отпустить ее.       — Я… я не говорю, о себе, Кэт. Это не имеет ко мне никакого отношения. Это всё о тебе и твоём будущем.       — Но всё всегда крутится вокруг тебя, — хнычет она. — Это… это я. Деймон мой. Он хочет меня. Не тебя. Он женится на мне.       Кэт делает слабую попытку вырваться, но, не может справиться с Еленой, — Кэтрин, остановись. Да, он женится на тебе. Он сделал тебе предложение. Тебе, а не мне. Ты победила. Но тебе не обязательно жертвовать своим будущим ради этой победы.       – Я люблю Деймона, — Кэт снова тщетно пытается вырваться.       — Ты?       — Да! Отпусти меня, Елена. Я пойду домой.       — Ты сегодня остаешься у меня, помнишь? — мягко напоминает ей Елена.       — Нет! Я пойду… Перл! — кричит она подруге на танцполе. — Перл, я останусь у тебя сегодня вечером, хорошо?       — Конечно, Кэтти. Я положу Джонни спать на полу, — отвечает она, но её голос едва различим на фоне клубной музыки.       — Кэтрин, подожди, — не отступает Елена.       — Нет, Елена. Я останусь с Перл. Мы уходим. Зови остальных.       Елена понимает, что спорить было бы неправильно: это вечеринка Кэт, и она явно хочет уйти. Всё, что может сделать Елена, – это сделать вид, что её не задевает происходящее. Она удручённо зовет подруг и садится в лимузин.