Глава 4. Тень Благодетеля.

Ваша репутация Путешественницы известна в определённых кругах, и я желаю предложить помощь, не без выгоды для себя. Не смею просить встречи сейчас, дабы не смущать вас. В знак моих исключительно благих намерений, примите сей скромный ужин и карту, на которой я отметил два подземелья, буквально кишащие сокровищами для умелой руки. Моя просьба проста: 20% от вашей добычи из этих мест и лишь крупица вашего внимания. Скромный процент я заберу лишь после того, как вы покорите второе из отмеченных подземелий, тогда мы и увидимся. До той поры – пусть золото звенит только в вашем кошельке, подпитывая ваш пыл. Ваш любезный Благодетель. Поле последних слов прошибло на холодный пот. Нас обнаружили? Я будто ощутила липкий взгляд, который цепко вперился в меня. По спине пробежали мерзкие мурашки. Ненароком я начала оглядываться, словно Благодетель выскочит. Как долго за нами вели слежку? От старика не укрылась такая странная реакция, он ловким движением нацепил очки и слегка перегнулся через стойку. — Мисс, вы чем-то обеспокоены? Позвольте, — он дотянулся до края бумаги, но я отвела её в сторону. Хозяин гостиницы слегка нахмурился, но не отступил. — Всё же, дайте я взгляну. Если бы кто-то увидел эту сцену со стороны. То явно бы подумали, что какая-то взбалмошная девчонка измывается над пожилым. Подняла руку с запиской вверх, а мужчина тянется за ней. Хотя для пожилого он даже очень резвый… Подставной? Может, он написал записку? Тогда зачем разыгрывает этот концерт? Или это особенности характера пожилых – настойчивость и непрошенное любопытство. Наше глупое столкновение длилось бы ещё какое-то время, если записка быстрым движением была не выдернута из руки. — У богачей свои причуды, — раздался над ухом голос Паймон, компаньонка взвыла выше и начала вертеть бумажку под разными углами, применяя методы расшифровки, вычитанных из детективов Фонтейна. Очень сомнительная затея, но позволю прочувствовать ей роль следователя. Старик недовольно зыркнул на меня и процедил: — Знаете, мне с самого начало показалось странным. Такая благородная девушка в такой глуши, редко такое увидишь! — О чём вы? — нахмурилась я на внезапные выпады мужчина. Старик проигнорировал мой вопрос, продолжился свой монолог: — Сначала я подумал: «Всякое бывает, молодая кровь – бурная кровь! Сбежала из дома, видимо. Нередкий случай!»… Лань Шо – имя хозяина гостинцы, поведал нам: через несколько часов после нас в гостиницу наведался мужчина. Тщательно скрывал лицо за капюшоном, просил передать записку златовласой путешественнице, остановившейся здесь. Протянул хозяину большой мешок с морой, чтобы тот сделал заказ на доставку сюда из шатра «Синьюэ». Неизвестный больше не проронил ни слова, напоследок приказал отдать конверт строго в руки и скрылся, даже не пожелал переждать до утра. — Вы точно уверены, что это мне? — после недолгого молчания спросила я. — Тс, единственный постоялец! Светловолосая девушка! — чуть ли не выкрикнул старик. Раньше он казался миловидным, а сейчас так распалился… Бледное лицо покрылось красными пятнами, на лбу проступила синяя венка. Архонты, да его удар сейчас хватит. Хозяин несколько раз всплеснул руками и удалился к себе подсобку, явно недовольный сложившийся ситуацией. Как только хлопнула дверь, Паймон поманила меня на улицу, ничего не говоря, подставила записку под свет и прищурилась. — В некоторых местах почерк такой угловатый, — тихо протянула компаньон, показывая на неровну букву. — И что ты хочешь сказать? — Ну-у, например, когда Паймон очень-очень голодна, почерк становится менее аккуратным. — Ни разу не видела, чтобы ты писала, — поддразнила я компаньона, не стоило ожидать какой-то сногсшибательной догадки, однако об её намёк можно было порезаться. — Эй, не смейся! Если мы упустим такой шанс, — с ноткой таинственности проговорила феечка и указала на стол, заполненный тарелками. — То это будет наша величайшая ошибка! Я очень сомневалась насчёт еды. Вдруг туда что-то подсыпали? Ещё меня очень смущает реакция Лань Шо. Правду ли он сказал? Надо рассмотреть карту, которая так и не была раскрыта. Что это за районы с пещерами? Проводник будто прочитала мои мысли и перехватила мою руку. — Нет-нет! — затараторила Паймон. — Сначала еда, а потом дела! Нельзя пропадать добру, тем более всё оплачено! Нехотя пришлось пойти к столу, где так вкусно пахла ещё неостывшая еда. На вид она не выглядела подозрительной, на вкус обычная. Удивляли способности Паймон, за две минут она уже успела попробовать несколько блюд. Отрывая по кусочку, закидывала в рот и ловила настоящий дзен. Расхваливала блюдо так, будто неделю ничего не ела (хотя вчера так же расхваливала мою стряпню). В отличие от бездонного желудка Паймон, мне хватило несколько ложек тофу, чтобы утолить голод. Каждый раз взгляд падал на карту, она так и манила, не выдержав, я развернула её, вывалился ещё один клочок карты. Первая пещера на границе Разлома и Сумеру. Не припомню, чтобы мы там были, хотя Разлом излазили вдоль и поперёк. Второй клочок бумаги, указывал на окрестности Снежной. На обратной стороне координаты последней пещеры, в данный момент находящейся под контролем мелкой организации. Из-за ограниченного бюджета она не может позволить наём рабочих для исследований подземелья, у Благодетеля перед ними должок, поэтому он милостиво просит благородную Путешественницу о помощи. Сама просьба была несколько странной, мужчине не бедствовал и мог позволить себе поход в роскошные рестораны Ли Юэ. Зачем отправлять незнакомого человека для организации, если под рукой куча деньжат? Не незнакомого, а известного – слава даёт о себе знать. Но с недавними событиями на репутации проступили тёмные пятна. Да и какой ему толк с помощи? Для него 20% крохи, по манере письма понятно, что мужчина происходит из благородной семьи. Паймон, заметившая мою сосредоточенность, решила переключить внимание. Бряк! Малышка ловко перехватила мою вилку и ткнула мне чем-то губы. Я оторвалась от письма и взглянула на Паймон. — Эй, если ты не будешь нормально питаться, то кто будет защищать Паймон?! — проворчала компаньонка, всё также держа вилку с куском рыбы у моего рта. — Мне кажется, это письмо слишком подозрительное? Может не будем браться за поручение? Будем считать оплата завтрака в знак уважения к тебе. — Думаю, если мы так поступим – это будет нечестно. Мы приняли завтрак от него, как никак человек потратился, хотя бы часть его поручение мы должны выполнить. Только когда я проглотила кусок, Паймон успокоилась. Очевидно мои слова ей не понравились, но всё же кивнула: — Да, мы же честные Искатели Приключений. Я сжала серебряную звёздочку, которая покоилась на шее. Ты же всегда говорил о справедливости, Итэр? Завтрак продолжился, но я всё время замечала внимательный взгляд Паймон. Она права, день следует начинать с хорошего завтрака. Когда с едой было покончено, мы подошли к хозяину гостиницы, чтобы отблагодарить за тёплый приём. Признаки его истеричного состояния исчезли. Старик копался в документации и заметил нас не сразу, Паймон вежливо покашляла, мужчина поднял на нас голову: — Всё понравилось? Порекомендуйте гостиницу «Талаань» своим знакомым, — произнёс он шаблонные фразы, недолго помолчав добавил: — Прошу простить за свою навязчивость, позволил себе лишнее. — Оу, ничего страшного! — мило улыбнулась Паймон и закачала головой. — Если бы мы вспоминали всё плохое, то наше путешествие закончилось, не начавшись. — Если вы действительно госпожа из благородного дома Ли Юэ, случись с вами что-то, то репутация «Таалань» была бы испорчена, — грустно пояснил Ло Шань, обращаясь ко мне. — Если вы не знаете этого человека, то лучше обратитесь в Департамент по делам граждан в Ли Юэ. Не мне вас учить, как погляжу вы, барышня умная. Сейчас глаза старик походили на щенячьи, они кричали: «Сделайте это немедленно! Пожалуйста.». Паймон, оставшаяся без внимания, вклинилась: — Не переживайте! Мы и не такое с Путешественницей повидали! Старик больше ничего не сказал, только удовлетворённо улыбнулся. Не затягивая с прощанием, мы откланялись за гостеприимство и ушли. Ло Шань больше не задержал нас. Я понимала его тревогу, да и его слова казались искренними. Буду надеяться, что он не такой хороший актёр. Дорога до Разлома не заняла много времени, мы пользовались точками телепортации, не забывая об осторожности. Точки на открытой и простирающейся местности не использовали. Новости о беглянке распространились от Снежной по всему континенту, наверное, члены Цисин хотят разобраться в ситуации – предотвратить смуту. Это было ясно, как день, в каждом уголке Ли Юэ были миллелиты. Даже если они искали не Путешественницу, то они не подходили бы к жителям селений и не показывали плакаты наших с Паймон физиономий. Но как выразилась компаньонка: «Нас недурно изобразили», остальное её не сильно смутило. Со мной Паймон хлебнула горсть мёда и дёгтя, её таким было не удивить. Миллелиты усложняли наш маршрут, приходилось давать большие круги, чтобы не быть замеченными. Повышенной активности возле Разлома ещё не хватало. Цисин нацелились поймать меня. Даже наши дружественные связи с ними не помогут, новость о родстве с Принцем Ордена Бездны, перечеркнуло их. Поймав, они скорее всего затянут нас в политические игры, Ли Юэ не откажется от выгодных условий. Царица не отказалась от плана возвести меня на божественный престол, поэтому Фатуи будут добиваться моего возвращения. И я снова окажусь на сцене перед тем же выбором. Не думаю, что все мои знакомы обернуться против меня... Но… Я старалась отгородиться от тяжёлых мыслей, поэтому пыталась завязать ненавязчивую беседу с Паймон. Это было легко, феечка могла поддержать любую тему. Большую часть дороги мы беззаботно болтали, но, приближаясь к красной точке на карте, всё чаще беседа сходила на нет. Я пыталась сгладить ситуацию, вслух рассуждая, что это обычное поручение от чудного богатенького предпринимателя. До этого мы и не с такими сталкивались, например: говорящая кошка в Инадзуме или божество-гриб в Натлане. Вскоре мы оказались на границе Разлома и Сумеру. Проход в подземелье скрывался за камнем, помеченным красным крестиком (об этом учтиво прописал Благодетель), и выглядело нетронутым. Удивительно, как проворные Похитители Сокровищ ещё не озолотили здесь руки. И это только напрягало. Я взмахнула рукой, шар из гео-энергии засверкал и рассыпался оранжевыми искорками, из-под земли выросли каменные шипы и со скрежетом врезались в камень. Когда слои пыли начали оседать, Паймон вынырнула из-за плеча и подлетела ближе. — Если тебе станет легче, то мы те же Похитители Сокровищ просто с лицензией, — обратилась я к Паймон, наблюдая за ужасом на её лице. Не дожидаясь протестов или других предложений, я шагнула в пещеру. Проход постепенно спускался вглубь, закрались подозрения, что это всего лишь один из туннелей, ведущий к Разлому. Вероятно, да. Солнечный свет был всё дальше-дальше от нас, а мрак постепенно сгущал тени вокруг. Элементальные частицы одна за одной потянулись друг к другу, образуя шар. Через секунду в ладони заалел огонь. Языки пламени окрасили своды пещеры в рыжеватые оттенки. Я прислушалась, где-то вдали с потолка гулко капала вода. Из-за поворота медленно вынырнула фея, заметив нас, она заметно оживилась — сделала круг на месте, будто маня за собой. Паймон подлетела к ней: — Оу, ты нам хочешь что-то показать? — воодушевлённо произнесла она, потирая ладошки. Фея будто бы ждала этого, заморгала голубым свечением и плавно поплыла по коридору. — Путешественница за нами! Паймон махнула рукой, будто отдала команду, и, не оборачиваясь на меня, полетела следом за феей. Забавно наблюдать, когда речь идёт о вознаграждении или о сокровищах настрой компаньонки меняется на боевой. Я поспешила за Паймон. Холодный ветер резко лизнул спину. Языки пламени замерцали, переплетаясь и танцуя между собой, я попыталась найти источник порыва ветра. Голос Паймон отдалялся, её слова отражались от стен и эхом разносились, дезориентируя. Я напряглась, хоть голос компаньонки был звонок, что его можно услышать с самой высокой колокольни, сейчас он не был таким ясным и чётким. Словно напоминая о себе, сзади послышался скрежет о камни. Воображение сразу нарисовало врага, тащащего тяжёлый меч по полу. Здесь два варианта: неумеха-глупец, выбравший оружие не по собственным габаритам, а от распирающего самомнения. Или нежелательный вариант — человек или существо, знающее себе цену, даёт знать о своём присутствии специально. Неосознанно я взметнула огненный шар вверх, разгоняя темноту. Выхватила меч, приняв боевую стойку, но сзади никого не было. Напряжённо наблюдая за дрожащими тенями, я осмотрела место, откуда исходил звук. Тонкая трещина пошла плавной дугой по стене, паутиной разрастаясь на более мелкие трещинки. Скрежет повторился вновь, и исходил он точно от стены. Сработал механизм? В подтверждении этого стена рухнула, подняв столб пыли. — Паймон! — громко позвала я, такой грохот нельзя было не услышать. Ответа не было, значит, улетела слишком далеко. Для начала стоит проверить комнату, будет не очень хорошо, если в спину вонзится оружие. Несмотря на все ожидания, за стеной оказалась маленькая комнатушка с небольшим сундуком по середине. Рука сразу потянулась открыть его, та-ак, ну чем он порадует? Пара артефактов, немного моры и всё. Скудно, скудно. Закусив губу от обиды, я уже хотела пойти на поиски Паймон. Благодетель обманул, нет здесь гор сокровищ. Бух! Плита рухнула прямо на сундук, щепки подгнившей древесины полетели в разные стороны. Фух, ещё чуть-чуть и руки бы отдавило. Я аккуратно подняла плитку и перевернула её, пройдясь пальцами по рельефной гравировке. Красивые узоры сводились в рисунки, с камня на меня глядела прижатая к земле голова дракона. Я восхищённо выдохнула, какая тонкая работа! Каждая мелкая деталь источала изящество и точность лёгкой руки мастера. Волнами были выведены струйки дыма, исходящие из ноздрей дракона. Его ромбовидный зрачок, отливающий золотом, источал ненависть и презрение, был направлен вверх. Рядом с ним вытянул длинное, кольцами извивающееся чешуйчатое тело его сородича, голова дракона была запрокинута вверх, из пасти высунут раздвоенный язык. Они взирали на Существо, венчавшее центр этой древней симфонии. Оно парило над ними не человеком, но воплощением древнего принципа, исторгнутого из самой материи мироздания. Его форма, лишенная земных примет пола, была очерчена мерцающими лентами чистого света – серебристыми, холодными и невероятно плотными, словно сплетенной из лунных лучей. Существо широко раскинуло руки в вечном, властном жесте; с кончиков пальцев, с изгибов запястий стекали густые капли вещества, цвета запекшейся крови и черного звездного неба одновременно, падая вниз. За спиной веером сияли крылья – не пернатые и не кожистые, а сотканные из того же сияющего света, что и его тело, огромные символы разрушения и созидания. Над головой линии света сплетались в ослепительный, многослойный ореол, венец абсолютного владычества, от которого, казалось, трепетал сам камень. Лицо его было сокрыто – не мраком, но неприступным сиянием самого ореола, недоступному смертному взгляду. Я повела рукой, пламя засияло ярче, подсвечивая прижатые головы других драконов в верху плиты. Все они застыли в роковых позах, словно ожидая не приговор, а неминуемое свершение древней воли. Человек по центру – Изначальный? События зарождения Тейвата были смутно известны немногим жителям континента. Но кто это нарисовал? И почему спрятал здесь? Картина запечатлела в себе ужас, страх и в то же время истекала сокровенным, тягучим светом, который манил и пугал одновременно. Меня неудержимо тянуло к изображению, хотелось провести ладонью по холодному камню с его узорами, стоять в этой небольшой комнате часами и неотрывно впитывать каждый штрих. Я мотнула головой, пытаясь разогнать наваждение, но рука, всё же потянулась вперед, прямо к тому месту, где за сияющим ореолом должно было быть лицо Существа. Кончики моих пальцев коснулись холодного камня… И в тот же миг по руке хлестнула волна жгучей боли, будто я схватилась за раскаленную кочергу! Я коротко вскрикнула и дернула руку назад, с ужасом глядя, как кожа на подушечках пальцев мгновенно покраснела и заныла. Одновременно воздух вокруг сдавил меня, грудь сжало невидимый обручем. Стало нечем дышать - каждый вдох давался с усилием. Давление нарастало, стены этой проклятой комнаты будто поползли на меня, в один миг огонь затрепетал и с шипением рассыпался на пиро частицы, оставив в кромешной тьме. Вернее, не совсем, лишь мертвенное, холодное сияние исходило от фигуры существа. У меня галлюцинации? Раньше манившее, теперь давило на виски, заполняло собой всё пространство. Казалось, сама каменная глыба ожила и смотрит на меня этим скрытым за сиянием лицом. Ноги отяжелели, их было трудно оторвать от пола. Сделать несколько неровных шагов, хватило, чтобы выйти из комнатушки. Обруч лопнул, освободив грудь, лёгкие наполнил кислород, я жадно начала глотать воздух. Выждав несколько минут, всё пришло в норму, болевые ощущения исчезли, только сердце бешено колотилось. Элементальная энергия тёплой волной прошлась по телу, кончики пальцев кольнуло, в ладони снова разгорелся огонь. Теперь он потрескивал в руке ровным светом, ни намёка на былую нестабильность. — Путешественница! Ты куда пропала?! — возмущённый оклик Паймон разнёсся по пещере. Компаньонка стрелой вылетела из-за поворота, грозно сжимая кулачки. Приблизившись, она перевела взгляд с меня на помещение и удивлённо воскликнула: — Этого не было! Ты нашла какой-то механизм? — Нет, точно нет, — замотала я головой. Странное чувство, распространившееся в грудной клетке, прошло, на его место пришла настороженность. Что это было? Иллюзия? Чувство стихий говорит об обратном, вся комната обычная. Ни на стенах, ни на плите нет следов элементальной энергии. — Может наступила на механическую плиту? — Паймон подлетела к полу, где раньше стояла я. Задумчиво почесав голову, компаньон осмотрела ещё и стены, щупая неровные поверхности. — Ты ощущаешь что-нибудь странное? Паймон вернулась ко мне и призадумалась, плотно закрыв глаза. Помолчав минуту, она уверенно вынесло окончательный вердикт: — Всё как раньше. — От этой фрески? — я кивнула в сторону изображения, тени лениво огибали морды драконов. Казалось, их ромбовидные зрачки наблюдают за нами. — АААААААААААА! — человеческий крик пронёсся по пещере, заглушив голос Паймон. Малышка дёрнулась, как ужаленная, спряталась за мной. — Да-давай уйдём отсюда! — заикнулась Паймон, указав на дорогу ко входу. Крик доносился снизу, откуда прилетела Паймон. По кодексу чести я не могла оставить человека в беде. Хотя стало довольно жутко. — Ты заметила кого-то? — Нет-нет! Как только Паймон заметила твою пропажу, сразу вернулась обратно! — затараторила компаньонка. — Уйдём отсюда! Вдруг это подстава?! — феечка ухватила меня за руку и потянула в сторону. — Ему нужна помощь, — проговорила я с бесстрастным лицом, однако сама была не в восторге от идеи спуститься вниз. Дабы отрезать протесты и предложения Паймон, я ринулась вниз. Самое паршивое было то, что туннель не вилял, а шёл прямо – мы спускались в самую пучину Разлома. Коричневатый оттенок поверхности стен сменилась на более тёмный, стало ещё холоднее. Я поморщилась, если придётся убегать, то преследователей не запутать. Они спокойно могут выстрелить из лука, от атаки в таком месте не уйти. По мере приближении стали слышны стоны и отблески света. Я затушила пиро-шар и перешла на шаг. Паймон догнала меня и недовольно шепнула: — Эй! Нельзя так без предупреждения оставлять меня! Ты не видела фею? Она исчезла! — Паймон негодующе нахохлилась, когда увидела поднятый указательный палец. — Да я вообще тихо! Я аккуратно выглянула из-за угла, к моему облегчению, это двое потрёпанных Похитителей Сокровищ. Фонарь лежал в стороне от них. По их жалкому виду было понятно - они попали в переплёт. Сердце злорадно запело: «Так им! Даже разбираться с ними не придётся!». Здоровяк, мужчина лет сорока крутился вокруг стонущего парня в маске. Казалось, парень скоро упадёт в обморок: он качался из стороны в сторону, беспрестанно говоря: — Мы пропали! Пропа-а, — здоровяк вынул из сумки кусок ткани и грубо затолкал парню в рот. — Заткнись ты! Щас миллелиты на твои вопли прибегут, только оторвались! — проскрежетал он, пытаясь поставить парня на ноги. Тот чуть коснулся ногой земли, глухо взвыл и вцепился в плечи мужчины. — Вот же… — сплюнул здоровяк и грубо выругался. Паймон успела закрыть уши руками, она красноречиво переводила взгляд с Похитителей Сокровищ на меня: «Что будем делать?». Здоровяк обернулся в нашу сторону. — Вы двое! Долго глазеть будете? Помогите лучше! И давно он нас заметил? Почему не нападает? Парень в маске с непониманием уставился на товарища, с кем тот говорит? Но стоило мне сделать шаг под свет, он замахал руками и недовольно замычал. Здоровяк повернул голову в его сторону и коротко бросил: — Заткнись ты! Тебя спасаю! — он снова повернулся к нам. — Ну? Чего уставились! Не тронем вас, в одной лодке мы! Блондинка, помогай! Вы ведь тоже нелегалы. — Что значит тоже? — недоверчиво поинтересовалась Паймон. Я осторожно подошла к парню и наклонилась, от его былого запала не осталось ни следа. Он без препираний, положил руку мне на плечо. Он полностью обмяк, но находился в сознании, как бы в обморок не грохнулся. — Для посещения Разлома необходимо официальное разрешение от Цисин, также обязательно сопровождение миллелитов, — чуть помедлив, здоровяк дал мне указание: — Так, теперь поднимай на счёт три… Раз.. Два.. Три! Паймон была обескуражена всей ситуацией. Обычно мы дрались (точнее я) с Похитителями Сокровищ, а не помогали. Не найдя ничего лучшего, феечка подняла фонарь с земли, хотя он был с неё ростом. Но кое-как она удержала его. Мне больших усилий прилагать не нужно было, здоровяк был выше меня на три головы и практически держал парня на весу, поэтому я просто страховала его. Поза масочника был похож на криво летящую птицу. Мы сделали несколько шагов, прежде я задала вопрос: — Как это произошло? На удивление мне ответил парень в маске, он выплюнул тряпку и лениво повернул голову в мою сторону: — Мы пытались оторваться от миллелитов, в последнее время их стало больше. Раньше мы делали такие вылазки, и заканчивалось всё благополучно, — парень пропустил момент, как он подвернул ногу. — Раньше ты был проворнее, поэтому Джефф сместил тебя, — проворчал здоровяк. Парня в маске это заявление очень задело, здоровой ногой он попытался пнуть мужчину, но ойкнул и зашипел от боли. Здоровяк закатил глаза и хмыкнул. — А вы что? Залётные? Хотели тайком пробраться в Разлом? А, молодцы, однако… Я про это ответвление не знал, — проговорил мужчина, осматриваясь. — Нашли эту развилку случайно? Тут точно есть выход? Я уже запутался в этих туннелях, — без энтузиазма проворчал парень в маске. Скрежет доспехов и топот заставили затихнуть. Все подумали об одном – миллелиты. Стоит делать ногу отсюда, да поскорее: — Долой болтовню! Быстрее! — озвучил наши мысли здоровяк. Долго просить не пришлось. Жалко было парня в маске, он трепыхался, как тряпка. Его можно похвалить за внутреннюю выдержку. От миллелитов не укрылся наш побег, поэтому они тоже не отставали. Стражники были далеко от нас, но их крики «Немедленно остановитесь!» действовали на нервы. Приходилось постоянно оборачиваться, благо расстояние было большим, они казались золотыми точками. Вот! Тот самый поворот! Каменная стен всё шла, шла, не прерываясь. Нас встретила голая стена, комната исчезла… Времени останавливаться не было, мы пронеслись мимо неё. Я могла только шокировано взглянуть на Паймон, которая тоже заметила это. — Свет… Впереди свет, — задыхаясь от бега, произнёс здоровяк. — Потерпите, осталось чуть-чуть. Сдавленный, влажный воздух сменился свежим. Это был божественный воздух… Архонты, какие я только пещеры не исследовала, ощущения от выхода на поверхность всё те же. Парень убрал руку с моего плеча и распластался по траве. Паймон опустила фонарь рядом с ним и отлетела. — Великие Архонты… Я на поверхности… Больше никогда не пойду в Разлом, — выдохнул он и глупо заулыбался, глядя на небо. — Ты всегда так говоришь, потом идёшь туда снова, — возразил здоровяк. — Немедленно! Сложите оружие! — послышался крик из туннеля. Миллелиты близко. Здоровяк растерянно оглядывался в поисках чего-то, что могло закрыть проход. Но рядом ничего не было. — Птенец, отползи на три метра, — мужчина хрустнул шеей, приготовившись к бою. Светится перед стражей Ли Юэ не хотелось, не хватало ещё новостей о Путешественнице и её новой компании в лице Похитителей Сокровищ. Хватило лёгкого удара ногой о землю, чтобы гео-энергия крупными глыбами выросла из-под земли и закрыла проход. Сама открыла – сама закрыла. Какая молодец! Парень присвистнул: — У тебя всё это время был Глаз Бога? — удивление быстро сменилось упрёком. — Ты раньше не могла его использовать? — Хе-хе, ну-у, — замялась с ответом Паймон, но парень снова опустил голову, глядя на небо. — Мои дорогие, давайте продолжите свою дискуссию в другом месте, — прервал здоровяк, оглядываясь на вход, за которым были слышны крики миллелитов. — Уверен, эти ребята скоро выберутся. Больше ничего не говоря, здоровяк лёгким движением взвалил на плечо Птенца. Через секунду оглянулся: — Даме не надо ничего тащить, она и так нам здорово помогла, — сделав несколько шагов, мужчина опомнился: — Фонарик возьмите, деньги же стоит! — Ты его не покупал, — пробурчал парень, висящий на плече, как мешок. Здоровяк дёрнул плечом и кашлянул, парень ойкнул. Я и Паймон переглянулись, но фонарик взяли. Мы поспешили удалиться от пещеры и углубились в лес Сумеру. Лесных дозорных не было видно, очень даже хорошо, нет нужды объясняться с ними. Когда было пройдено приличное расстояние, здоровяк опустил парня на траву. Провёл рукой по своей лысине и довольно сказал: — Дорогие дамы, признателен за вашу помощь! Здесь наши пути расходятся, — на протянутый Паймон фонарик он замахал руками. — Не-не! Оставьте себе! В знак благодарности, нам он не нужен. — А мне да! — подал голос Птенец, приподнявший на локти. — Тьфу ты, дурак! Весь комплимент мне испортил, — ткнул его ногой мужчина. — Точно! Я не представился! Здоровяк, рад знакомству! А вас как звать? Можно кличку, если не хотите называть настоящие имена! Но скажу так: мы своих не выдадим! На мгновение я замялась. Он думает, что мы тоже Похитители Сокровищ? Разве разные группировки не конкурируют друг с другом? Надо назваться другим именем… Про название банды лучше не говорить, мало ли бред скажу. Пускай, будем работать на себя. — Я Серебряшка, она Златовласка! — выдала Паймон. М-да, более банального и не придумаешь. — Вспомнить не могу, где-то я тебя видел, — Птенец с прищуром оглядел меня. — Сворачивайся лучше, пора нам! Видел он где-то, — прикрикнул на него Здоровяк, не спрашивая парня, взвалил его на плечо. — Прекрасные дамы, до встречи! Перед тем как скрыться в густой зелени, мужчина подмигнул и отвесил шутливый поклон.

***

Потребовалось два дня, чтобы отойти от приключения в Разломе. За всё время мне можно с честью присвоить звание параноика. На границе перед Снежной торговцы устроили небольшой рынок. Продавали самое необходимое: меховые плащи, варежки, перчатки… Все наши тёплые вещи мы оставили на какой-то из ночных стоянок, после того как покинули границу Снежной. Крайне недальновидное решение, но тяжело таскать меховые вещи, когда рюкзак нерезиновый. Цены продавцы ставили космические, от них хотелось плакать. Паймон и я ловко сбивали их, поэтому уходили мы довольными и счастливыми, а торговцы метали в нас злые взгляды. Паймон даже предложила зайти купить травяной настой, чтобы успокоить нервы. Второе подземелье находилось в Снежной. Заявиться туда - высокий риск быть пойманной. Если нас отследил богатенький чудак, то разведка Фатуи вычислит в два счёта. Просто надо выполнить поручение Благодетеля и аккуратно свалить из морозного королевства. Рядом с пещерой располагалась база организации, руководящей там. Директор Кайл оказал услугу Благодетелю, будет хорошо расспросить про него. Чтобы добраться до базы, необходимо преодолеть лестницу, змейкой уходящую вверх. У этой змейки, казалось, не было хвоста, он был скрыт снежной пургой, были видны только размытые очертания. И вот одно пятно стремительно приближалось к нам… Дерево жалобно заскрипело, будто предупреждая о беде. Девушка, закутанная в белый меховой полушубок, сбегала вниз. Частое дыхание и блеск на глазах выдавали её волнение. Она была чем-то напугана: частые морозные облачка из рта; походка, перескакивающая через одну ступеньку. Явный сигнал о помощи. Девушка спрыгнула с последней ступеньки и сбивчиво прошептала: — Помогите, — не давая опомниться, она ускользнула мне за спину. Я не успела спросить, от чего её спасать. Как-то уже привычно, что первый встречный просит нас о помощи. Следующие шаги, долетавшие сверху, были тяжёлыми, спотыкающимися, настолько хаотичными, что нельзя было понять — идёт один пьяный великан или несколько человек. Гогочущие мужские голоса, нарастая, отдавались эхом в ледяном воздухе, и было ясно, что дело не обошлось одной стопкой. Я натянула меховой капюшон плаща глубже и двинулась вперёд, прижимаясь к холодному краю перил, стараясь слиться с ними. Паймон, дрожа, жалась ко мне в спину, её крошечные пальцы впивались в складки моей одежды. Девушка притаилась со стороны, голоса она не подавала. Из-за поворота, с грохотом и скрежетом снега под сапогами, вывалились трое. Нас разделял всего один пролёт лестницы. — Та, я видел собственными глазами. Эта тварь грохнула его одним ударом! — выкрикнул один, в зелёных, обледеневших рукавицах. Он демонстративно вытаращил глаза, скривив рот в уродливой гримасе. Его приятель в криво нахлобученной ушанке ответил сиплым гоготом и залпом осушил бутылку: — Не просыхаете вы, ребята. Вот и чудится всякое! Не первый раз на Восточном направлении! Кстати, куда девчушка ускакала? — Именно не первый! — вскинул руки мужчина, и деловито перегнулся через перила. — Дрянное место, семь человек там пропало! Эй, а девчонка далеко кажись убежала! Третий, самый крупный, попытался поднять палец, желая что-то возразить, но подошва его сапога соскользнула со ступеньки. Деревяшка под ним треснула с тоскливым звуком. Он продемонстрировал не столько чудеса скорости, сколько неуклюжее падение, кубарем покатившись прямо к нашим ногам под оглушительный хохот товарищей. Чертыхаясь хрипло и грязно, он поднялся, тяжело опираясь о перила, от которых полетели комья снега. Я застыла, надеясь, что он просто отползёт в сторону. Но мужчина медленно, с преувеличенной ленью стряхнул с плеча снег, и его взгляд, мутный и липкий, пополз по мне — от сапог до самого капюшона. Он не просто посмотрел. Он ощупал меня этим взглядом. От его медленного, оценивающего изучения по коже побежали мурашки. Воздух вокруг вдруг стал густым и вязким. — Какая симпо-о-отная… — прохрипел он, и из его рта вырвалось морозное облачко, пахнущее перегаром и чем-то кислым. Голос был низким, сиплым, в нём слышалось неприкрытое любопытство. Он сделал шаг вперёд, перекрывая путь, и ленивая ухмылка расползлась по его лицу. — Ты чё это, красавица, одна в такую погоду? Али ангелом к нам спустилась? Паймон сильнее сжала ткань плаща. Я остолбенела, парализованная этим липким, разжигающим взглядом. Мозг отказался работать, выдавая лишь обрывки мыслей о том, как мерзко воняет перегаром. Этой секунды замешательства ему хватило. Его рука в грязной рукавице резко рванула вперед. Не давая опомниться, он схватил край моего капюшона и дернул вниз. Толстая ткань соскользнула с волос, обнажив лицо. Сверху раздался присвист, а его товарищи, облокотившись на перила, тут же начали свой хор: — О-па, Витька, а мамка-то не врёт, ангелы существуют! — сипло крикнул один. —Только холодненький, погрей в руках! — добавил второй, смачно чмокнув. Но он не ограничился этим. Увидев мое оцепенение, его пьяная наглость только возросла. Вместо того чтобы отступить, он сделал тяжелый шаг вперед, его перекошенное ухмылкой лицо оказалось в сантиметрах от моего. Перегар усилился, захотелось хорошенько врезать ему. Видно от них убегала девушка. — Чего, цыпа, язык отсох? — прохрипел он, и его рука потянулась, чтобы схватить меня за подбородок. Именно это движение, эта попытка прикоснуться, словно к вещи, сломало паралич. Я не стала отскакивать. Наоборот, я резко, почти не двигаясь с места, отбила его занесенную лапищу в сторону. Удар пришелся по запястью с сухим щелчком. Он аж зашипел от неожиданности и боли. — Эй, сука! — рявкнул один из его друзей сверху, делая неловкое движение спуститься. Я не дала им опомниться. Мой голос прозвучал негромко, но с такой леденящей ненавистью: — Не тронь. Не приближайся. Не дыши в мою сторону. Вместо ответа раздался короткий, зловещий шелест стали. Я не делала ни одного лишнего движения. Рука ушла под плащ — и мгновенно вернулась обратно. Я выставила меч между нами, острие остановилось в сантиметре от его кадыка. Холодный металл замер, не дрогнув ни на миллиметр. — Шаг назад, — мой голос прозвучал тихо, но с такой леденящей чёткостью, что гогот сверху мгновенно смолк. — Или шаг вперёд. Решай. Он замер, его глаза, налитые кровью, расширились, пытаясь сфокусироваться на кончике лезвия. Пьяный туман в его голове рассеивался под напором чистого страха. — Эй, ты чё делаешь! Убери свою зубочистку! — крикнул один из друзей, но сойти вниз не решился. Я не сводила с Витька взгляда. —Ты думаешь, я боюсь испачкать меч твоей гнилой кровью? — я сказала это почти раздумчиво. —Если твоя нога сделает шаг ко мне, а не от меня, — я позволила клинку дрогнуть, и свет скользнул по острой кромке. — Я выставлю его тебе навстречу. И ты сам на него напорешься. Вся твоя пьяная туша. Понял меня, герой? Он сглотнул, и я увидела, как кадык коснулся стали. Он почувствовал леденящий металл. Его дыхание перехватило. В его глазах погасла последняя искра задора, сменившись унизительным, полным осознанием того, что шутки кончились. Он медленно, очень медленно начал пятиться, упираясь взглядом в клинок, как кролик в удава. — Обёртка не соответствует характеру, — злобно прошипел он. Мужчина обогнул меня, зыркнув на девушку исподлобья, за ним следом приспустились его товарищи, боязливо косясь на меня. Пока их шаги не утихли, я не опускала меч. Послышался облегчённый вздох девушки: — Вы меня спасли! Спасибо! — Оу, это пустяки! — мило улыбнулась Паймон. — Но что девушки твоего возраста делают в таком месте? — К вам тот же вопрос, — резко сменила она тон, подозрительно выгнув бровь. Карие глаза скользили по нам, задерживаясь на мече. — Вопросом на вопрос не отвечают, — проговорила я, убирая меч. Всколоченные волосы, выбившаяся прядь из каштановой косы. На контрасте белой шубы выделялись зелёные глаза, которые с подозрением смотрели на нас из-под густых ресниц. Обычная жительница снежного королевства. — Вы здесь по поручению, верно? Я проведу вас, — помолчав, ответила девушка. Огромна лестница была преодолена за пятнадцать минут, хотя время длилось бесконечно. Маленькие деревянные домики встретили нас тусклым жёлтым светом. В центре находился самый большой дом - администрация? На крыльце разговаривал двое мужчин. Как я поняла директор и учёный, в белой форме с исследовательским значком. Директор приметил нас издали, закончил разговор с учёным и терпеливо дожидался нас на крыльце. — Вы Путешественница и Паймон? Эти искатели Приключений меня доконают, — сходу начал Кайл. Когда компаньонка было уже открыла рот, пояснил: — Никогда нормально не выполняют работу. Ох, снова работодатель со скверным характером… Сколько можно… Кайл был долговязым человеком с худыми, заострёнными чертами лица. Так выглядели люди, отказывающиеся от пищи, стеснённые в средствах. Несмотря на эту мысль, очки с позолотой, висевшие на воротнике куртки, не вязались с образом обременённого человека. — А, вы Кайл? Нам известно, монстры разоряют Восточное направление, и их крайне сложно сдерживать, — попыталась начать новую попытку знакомства Паймон. — Тс, знаете, значит. Да, в связи с повышенной активностью монстров, руду стало добывать в разы сложнее. Шахтёры вовсе отказываются идти по Восточному направлению, — лениво пояснил Кайл. — Так, вы не против? Мы здесь, чтобы помочь вам справиться с этой проблемой. — Конкретно против. Искатели приключение жадные до денег фанатики. Были у меня уже такие, — после его слов Паймон закусила губу. Мужчина повернулся ко мне. — Мисс, если бы не… К сожалению, Кайл не смог закончить, его нагло перебили. Тёмная шевелюра взвизгнула, запрыгнула на крыльцо и обогнула. — Архонты, это ВЫ! Я даже не узнала вас сразу, — завизжала взлохмоченная девушка, прикрыв рот. Схватила меня за руку, сжала и начала трясти. — Вы не представляете, как я счастлива вас видеть. Я наслышана о вас ещё с Инадзумы, вы такая отважная! Мужчина долгое время молчал, позволяя девушке выразить весь свой восторг, как никак не каждый день на пороге появляется кумир, но весь его вид выражал полное негодование и презрение. Сквозь очки, отражавшие дрожащий свет фонарей, впивался стальной взгляд, не предвещавший ничего хорошего. Губы сжались в плотную линию, если бы у него был Глаз Бога, то он бы непременно атаковал. — Известная, значит? — пробормотал Кайл, от чего скулы сильней заострились. — Ещё хуже… — Папа! — прикрикнула дочь на отца. Кайл ещё раз прошёлся по мне взглядом, и видимо смирился, хотя закатил глаза к потолку. Лампа в руке мужчины замигала при порыве морозного ветра, будто напоминая, где мы. Мужчина кинул на неё ленивый взгляд, затем на нас с его дочерью. Девушка по-прежнему не отпускала мою руку, даже успела переплести пальцы, затем по-товарищески закинула руку мне на плечо. Колкий с ноткой обиды взгляд Паймон вывел меня из ступора, я попыталась высвободиться, аккуратно снять руку девушки с плеча. Заметив мои неловкие попытки освободиться, мужчина обречённо пробормотал: — Пройдёмте, нечего на улице обсуждать, — рукой указывая на дверь, Кайл поплёлся к ней. Девчушка тихо взвизгнула и ещё раз осмотрела меня. — Я Лисса, для друзей можно Лиса, — девушка заулыбалась, на щеках появились ямочки. Не теряя времени, она покрепче сжала мою ладонь и повела к дому, попутно заваливая вопросами. — Вам не одиноко путешествовать одной? Последний вопрос задел Паймон, за время долгого молчания она возмущённо вставила: — Эй, Путешественница не одна! У неё есть Паймон! — феечка надула щёки и скрестила руки на груди. Лисса осеклась, будто впервые увидела её. — А, конечно, — потускневшим голосом без капли интереса произнесла она, на что Паймон ещё сильнее обиделась. Их разговору не суждено было начаться, мужчина учтиво покашлял, придерживая входную дверь. Лисса поволокла меня туда, чуть не уронив в сугроб. Деревянные доски скрипнули, когда мы перешагнули порог, я уже хотела шагнуть вперёд, но Лисса придержала меня за плечо. Покосившись на неё, девушка кивнула на отца, снимавшего сапоги. Вот в чём дело. Я стянула сапоги, ступив на пушистой ворс ковра. Паймон закрутилась на месте, приблизившись ко мне, прошептала: — Как ты думаешь, Паймон стоит снять сапоги? — Нет необходимости, — ответил за меня отец Лиссы. — Летающим существам не нужно снимать обувь, они же летают, обувь чистая. Паймон не знала, что делать: то ли обидеться на «существо», то ли запротестовать. Керосиновая лампа мигала при любом движении, но это позволило осветить небольшое помещение. Лисса учтиво придерживала дверь кабинета отца, она совсем затихла, только молча скользила по мне взглядом и время от времени пыталась сдержать улыбку на губах. Закрывала рот рукой, когда ловила мой или Паймон взгляд и смущённо отворачивалась. Я, привыкшая к самым разным проявлением внимания и восхищения от людей, всё равно чувствовала себя крайне неловко из-за внимания девчонки в портянках. Отец Лиссы уже восседал за столом, сцепив руки в замок и нахмурив густые брови, изучал нас, не скрываясь. Лисса обогнула меня и плюхнулась на кресло поменьше, рядом с отцом. Мужчина изогнул бровь, деловито кашлянул и указал дочери на дверь. — Нет, — тихо шепнула про себя Лисса, лучезарная улыбка дрогнула, сменившись на более слабую, натянутую. Отец недовольно прищурился, затем усмехнулся и повернулся ко мне, как будто не было немой перепалки. — Та-ак, это вы, — деловито протянул мужчина, нацепив на нос круглые очки в золотой оправе и вытащив из-под стопки сложенное письмо. — Тех, кого рекомендовал наш спонсор. Кайл аккуратно подтолкнул ко мне стопку документов и контракт. — Не владею большим объёмном данных, чтобы удовлетворить ваши вопросы. Появился он недавно, месяца… — бледной листок лёг передо мной. — полтора назад. Соглашение об инвестировании. Краткие, нераспространённые формулировки, проценты и выручка. Красивым, витиеватым почерком было выведено имя Кайл. Под строкой «инвестор» была проведена кривая загогулина, вовсе не походившая ни на одну из букв тейватского алфавита. Я прищурилась и взяла бумагу в руки, Лисса быстро подкрутила фитиль лампы, в комнате стало чуть-чуть ярче. Роспись явно не походила на роспись делового человека. Если бы я не знала имя директора базы, то подумала бы, что это имя инвестора. — Хочу предупредить вас, сейчас наша организация не располагает большими средствами. Поэтому прошу поумерить свои аппетиты. — Папа! — Я не с тобой сейчас разговариваю, Лисса, — осадил спокойным тоном дочь, таким, что в нём слышались нотки родителя, сделавшего последнее замечание. — Я позволил остаться тебе, но не командовать. Лисса сжала кулаки, исподлобья поглядев на отца. Кайл голосом профессора из Академии Сумеру продолжил читать лекцию: — Вы известны, однако спонсор выделил нам ограниченное сумму и поставил определённые условия, которые идут в пользу вас. Буду откровенен – я хотел бы видеть других людей. Поставлю вас в известность: уступок по повышению оплаты ваших услуг не будет, окончательная цена за мной! Тон с пугающе спокойного сменился на ядовитый. Ни я, ни Паймон не перебили его речь. Компаньонка вообще помалкивала, таких людей одним словом можно разозлить. А я думала больше о загадочном инвесторе и выдвинутых условиях. Не зря же директор так разошёлся. — Хватит, папа! — не выдержала Лисса и встала. — Ты хоть знаешь – кто они? Одних их связей хватит, чтобы нас закрыть. О них болтают на каждом шагу и ставить под сомнения их силы и… В отличие от накала эмоций в комнате, за окном разгорался закат. На карнизе поблескивал снег, ни следа от пурги. — Хватит! — гаркнул Кайл и с силой шибанул по столу. Паймон мигом шмыгнула за меня и аккуратно выглянула. Перепалка отца и дочери разгорелась вновь. — Если бы ты нормально вела дела в агентстве, то толика твоего мнения, хотя бы что-нибудь значила! — Я тебе тысячу раз говорила, бумажная работа не для меня! — вскрикнула Лисса, сжав кулаки. — Я могла бы ~ — Об этом речи быть не может, — сухо отрезал мужчина, небрежно бросив на стол очки. На лбу проступила глубокая морщина. — Выйди немедленно! Я не хочу продолжать с тобой этот разговор. Лисса обиженно зыркнула на отца, надула губы и мельком взглянула на нас. Заметив, что поддержки она от нас не получит, девушка рывком вскочила с кресла и кинулась за дверь. Кайл выждал, когда шаги дочери утихнут и произнёс: — Не важно, кто вы. Ваша задача отчистить Восточное направление от монстров. — По дороге сюда мы видели несколько ваших работников, они не очень ласково отзывались об условиях работы там, — прищурилась я, заметно сбив с него спесь. Мужчина хотел возразить, но осёкся, подбирая нужные слова. Тем не менее я продолжила: — Пропало семь человек. — Ха? — брови хозяина поползли вверх, грозясь пробить потолок. — Это слухи, пьяные байки в угаре… — Вы до этого пытались решить проблему? — Появилась возможность от нашего инвестора, и я согласился, — откинулся на кресло Кайл, разглядывая картины. — Те люди уволились, оказалось - не любят темноту. Я аккуратно взяла перо, макнув в чернила, вывела свою подпись. Кайл краем глаза наблюдал за этим, как только перо было отложено в сторону, произнёс: — На ужин вы опоздали, надеюсь вы не голодны. Ваша комната находиться в этом доме, как выйдите – поверните налево и прямо до конца, — мужчина убрал документы в ящик и устало прикрыл глаза. Невзначай махнул рукой: «Мол, уходите». Как только закрылась дверь, Паймон проворчала: — Видела?! Какой высокомерный! На ужин мы опоздали! Да так ещё смотрит, чтобы мы ничего не взяли! — компаньонка обогнала меня и летела впереди. Мне даже не надо было отвечать, она продолжала свой монолог. — Сто процентов у него есть секреты! С этими словами Паймон подлетела к ближайшей картине и отогнула её в сторону. К сожалению, за ней была белая стена. Утро не задалось самого начала. В глубине дома раздался такой хлопок, что заставил протереть веки и привстать. Приводнявшись, я прислушалась, тишина. Может послышалось, Кайл или Лисса случайно хлопнули дверью. Разбираться совершенно не хотелось, поправив меховое одеяло, я повернулась лицом к мирно сопящей Паймон и прикрыла глаз. Громкая мужская брань пронзила воздух, как электрический заряд: — Чертовка! Дрянь малолетняя! Оперативно скатившись с кровати и случайно толкнув Паймон, я вышла из комнаты, сразу наткнувшись на Кайла. Из-за маленького коридора он стоял практически под нашей дверью, когда я её открыла, чуть не ударила его по лицу. Мужчина успел отскочить, метнул недовольный взгляд. Слава Архонтам, его ругань адресована не нам. Спросонья я попыталась разобрать причины такого бурного эмоционального подъёма. — Мелкая паршивка! Сбежала! — Лисса сбежала? Голова Кайла резко на девяносто градусов развернулась ко мне и разразилась новыми воплями: — Это из-за вас! Если бы не вы, я бы ничего не говорил! И она не сунулась бы туда! — бессвязно кричал он, расстояние между нами сократилось до нелепого. Мужчину это нисколько не смутило, он тыкнул пальцем мне в грудь: — Я почти выбил эту дурь из её головы! А ВЫ! Наплели ей розовой чепухи про странствия! — Мы почти с ней не разговаривали! — попыталась оправдаться я. Почему мы крайние? Это он вчера с дочерью поссорился, а не мы. Кайл легонько отодвинул меня, но, опомнившись, продолжил полоскать весь свет. Мысли сплелись в бессвязный комок, из его речи были понятны только ругательства. Тем временем мужчина метался то в одну комнату, то в другую. Очередной раз заглянув в комнату дочери, Кайл сдался. Буря ярости утихла, будто её залили водой, и с тихим шипением рассеялась. Мужчина схватился за голову и скрылся в другой комнате. Я оглянулась назад, в комнату, где ещё тихо сопела Паймон. Какое счастье иметь такой крепкий сон! Аккуратно прикрыв дверь, я пошла за мужчиной, который подозрительно притих.